Ducunt omnes viae nobis

Именно в тот момент, когда он впервые прошёл мимо, Чжун Ли ощутил присутствие чего-то до боли знакомого и родного, давно потерявшегося в бескрайней пучине воспоминаний. Это чувство не отпускало, пробираясь в самое сердце. Застыв всего на пару секунд, древний архонт не мог отвести взгляд от удаляющейся копны рыжих волос. Такой беззаботный, но упрямый шаг. Такой далёкий и близкий одновременно. Кажется, человек этот всего на расстоянии вытянутой руки, но через секунду он уже за горизонтом. Его провал в пропасть неизбежен, а Моракс, определённо, не спаситель из прекрасных легенд и сказаний. Но вдруг возникшая между ними, словно видение, красная нить, накрепко вцепилась в палец, обвязав узлом. Стоило только прикоснуться, как нить, растворившись в воздухе, канула в небытие. Почему-то необычайное чувство дежавю пролетело в голове. Такое ведь уже было? Правда очень-очень давно, будто не в этой жизни. Сбросив пелену наваждения, Чжун Ли направился дальше. Мало ли что могло показаться в суете рабочих дней. Но нечто древнее и до жути первородное в этот момент заурчало внутри, пробуждаясь от долгой спячки.

***

Лучи солнца щекотали закрытые веки, создавая в сновидении множество белых пятен. Они докучали. Фыркнув, парень, словно кошка, прикрыл глаза рукой и отвернулся от струящегося света. На лице вновь появилась блаженная улыбка. Разместившись поудобнее, юноша желал лишь одного — продолжить свой сладкий сон. Но мечтам не суждено было сбыться — что-то тяжёлое ударило его по затылку. Вскочив, он удивлённо вскрикнул. Первым, кого парень увидел, был нахмурившийся мужчина с бородкой, закрученной до подбородка, и полностью лысой головой, блестящей на солнце. Его нелепая шапочка, съехавшая вбок, выбивалась из идеально выточенного образа, в котором каждая складочка ханьфу ещё с утра была тщательно выглажена. Учитель! — Моракс! — раздался громогласный возглас. Что-то внутри невольно скрутилось. — Мне напомнить, насколько важны уроки каллиграфии?! Мужчина, тяжело дыша, до треска сжал в руке свиток, которым всего пару секунд назад прилетело Мораксу по голове. И сейчас этот свиток направлялся прямо в щеку юноши. Моракс нахмурился и, аккуратно проведя пальцами по щеке, заметил на них огромное пятно чернил. Его губы слегка приподнялись, выдавая нервный тремор. Первый смешок раздался с передних рядов. Стоило учителю метнуть туда взгляд, как все зеваки мигом отвернулись, делая вид, будто не глазели на комичную ситуацию всё это время. Хотя всепоглощающий шёпот был слышен из каждого уголка, а кто-то даже зарисовал этого нахального ученика с кляксой на лице. У учителя дёрнулся глаз. И вот двери с треском закрылись под гневным взглядом учителя. Моракс стоял на пороге с кипой бумаг и кисточкой в зубах, которую так и не смог уместить в руки. Кажется, из его ноздрей выходил настоящий драконий пар. Он сплюнул кисть и та с треском покатилась по ступеням, остановившись где-то на середине. Свитки тоже полетели в кусты. Тяжёлым шагом юноша направился за пределы ученического центра. Ему надо было сбавить пыл, и отдых у Лунного озера, в блестящем в лучах солнца саду, был для этого идеальным вариантом. Говоря по правде, сад был просто чудесный — украшенный множеством колонн и беседок, он плавно перетекал в густую чащу. А Моракса всегда успокаивала природа, нечто первозданное и неизученное, чьим ребёнком он и был. Идя в лес, он шёл будто в объятия собственной матери, которая могла выслушать все переживания и избавить от тревог. Даже в темноте, куда всего парочка солнечных зайчиков могла пробиться сквозь листву, он ощущал особый трепет. Здесь никогда ничего не волновало, и казалось, что время останавается. Спокойствие, такое необъятное и ясное, окутывало с головой. Хотелось погрузиться всё глубже, ощущая его всем смертным телом. Моракс даже не заметил, как оказался у озера, отражающего каждый лучик света. Он всматривался в своё отражение, легко усмехаясь. Ну на кого он похож? Красная подводка размазалась, волосы, собранные в высокий хвост, растрепались. Даже пару «петухов» было видно, из-за чего парень тут же поморщился. Но хуже всего выглядело пятно чернил на полщеки. Быстро вобрав в руки прохладной воды, он сразу же принялся умываться, стирая злополучную кляксу, но она никак не хотела уходить. — В пророчестве сказано, что я стану гениальным Богом войны. Зачем мне эта каллиграфия? — недовольно бурчал себе под нос Моракс, хмурясь. Он ночь напролёт тренировался с копьем, а ранним утром его подняли, чтобы заставить без дела сидеть в душном кабинете с кучей заучек. Не сказать, что Моракс был против учёбы, даже наоборот, ему нравилось изучать стратегии битв, читать о драгоценных камнях; а в последнее время он стал проявлять особый интерес к контрактам. Но только не к каллиграфии. Смыв чёрную субстанцию со своего лица, юноша слегка улыбнулся, игриво наклоняя голову, пока рассматривал себя в отражении. В этот же миг до Моракса дошёл противный запах, из-за которого он поёжился. Осознание, словно ледяной душ, накрыло его с ног до головы. Вернувшись с тренировки, он тут же улёгся спать, а утром его чуть ли не насильно притащили на каллиграфию. Он не успел принять душ! Скривившись от этой мысли, парень покосился на лесную чащу. Сейчас все на занятиях, а купальни откроют только на закате. Выдохнув и собрав всю решительность в кулак, с мыслью о том, кому он вообще будет нужен, Моракс принялся развязывать ханьфу. Аккуратно сложив ткани в стопочку, Моракс удовлетворённо потянулся. Свобода от тысячи слоёв одёжки приятно отзывалась в теле. Перчатки с рук он тоже стянул, рассматривая свои же узоры. На миг Мораксу стало грустно, что он вынужден прятать такую красоту, но он понимал, что это во благо окружающих. Чёрные, словно измазанные в краске, руки плавно перетекали в слегка смуглую кожу, по которой стекало множество золотых нитей, образуя переплетения с незамысловатыми узорами. Они обходили каждый шрам — обводя их, напоминали о тяжёлых тренировках. Аккуратно ступив в воду, Моракс поёжился от холода. Постепенно заходя всё дальше, он начинал привыкать, тело заметно расслаблялось. Дотронувшись до жгута на хвосте и потянув за него, юноша вмиг распустил свои длинные струящиеся волосы, которые тут же прилипли к подтянутой спине и опустились на гладь озера. Легко выдохнув, Моракс позволил себе вытянуть лицо к лучам. Довольно урча, точно маленькая ящерка на камушке, он грелся, щуря глаза от яркого света. Наслаждение быстро окутало всё тело, позволяя воспоминаниям захватить разум. Когда-то он был ничем — всего лишь элементальным сгустком, появившимся из-за сильных пульсаций земель. Со временем, вбирая всё больше энергии, образовалось его сознание, а затем и тело. Новорождённый дракон бесцельно бродил по земле. Он часто всматривался в луны, освещающие небосводы, стараясь найти в них хоть какое-то спасение от одиночества. И его услышали: небесное тело спустилось, приветствуя новую форму жизни. Они забрали его с собой не небеса, обучили и дали дом. Взамен лишь попросили исполнить пророчество, пришедшее мудрой правительнице во сне. Она рассказывала, что однажды там, внизу, появятся люди. Они родятся из воды и земли, словно глина, похожими на них, и будут нуждаться в наставниками, мудрых покровителях земель. Звать будут их Архонтами. Богами нового мира. И одним из них предстояло стать Мораксу. Сведя брови к переносице, юноша открыл глаза и с тяжестью вздохнул. Вдруг какой-то шорох послышался со стороны берега, выводя из размышлений. Моракс встрепенулся, оборачиваясь. Его сердце на миг замерло. Не хватало ещё попасться! Но каково же было его удивление, когда вместо злого взгляда учителя, прожигающего в нём дыру и готовящего наказание, он увидел внимательные синие глаза… лисички. Он и забыл, что находится в самом настоящем лесу. Невольно улыбнувшись, юноша смотрел на гостью через плечо, слегка наклонив голову. И лисичка повторила его действие, забавно приподняв ухо. Не почувствовав опасности, Моракс обернулся к животному, скрестив руки на груди. Лиса удовлетворённо захихикала. Юноша выгнул бровь и усмехнулся — тепло лучей всё ещё грело ему спину, а отдых давал новые силы для забав. Вытянув руку вперед, в сторону, где сидела лисичка, Моракс аккуратно подул на ладонь. Золотые частицы закружили над ней, создавая образ кристаллической бабочки. Она поблёскивала в лучах света, словно самый драгоценный камень. Взмахнула крылышками, медленно подлетела к лисичке и уселась прямо на её нос. Та фыркнула и постаралась сбить бабочку лапой. Но бабочка была непреклонна, кружила рядом, пока лиса прыгала, недовольно тяфкая, и пыталась лапами схватить её. Моракс прыснул со смеха и, пока лиса была увлечена его творением, забрал свои вещи. — Странно, — почему-то вдруг задумался Моракс, завязывая последнюю часть халата. —Раньше не видел здесь лисиц. Обернувшись, чтобы вновь встретиться с животным взглядом, он удивлённо понял, что лисичка и его бабочка испарились. Будто их никогда тут и не было. — Хм… пора идти на тренировку, — проговорил он сам себе с оттенком некоторой меланхоличности в голосе. Очередной выпад копья, переворот в воздухе и взмах где-то снизу. Моракс мастерски парировал атаки своего учителя по боевому искусству, строя в голове стратегию прямо во время боя. Всё благодаря объёмам изученной литературы. Но стоило лишь на минуту отвлечься и похвалиться, как его тут же толкнули под ноги, заставив позорно, с грохотом повалиться на спину. — Плохо! — прошипел учитель. Моракс только закатил глаза и, не дождавшись руки помощи, сам вскочил на ноги. Этот учитель, в отличие от старика из душного кабинета, был в самом расцвете сил. Его белые длинные волосы спадали на ханьфу цвета ночного неба. Украшенное множеством звёзд, оно переливалось на свету словно самый красивый бриллиант. Несмотря на красоту одежд, взгляд учителя был строг и холоден. Глубокие серые глаза не выражали ничего, кроме недовольства и осуждения. Так было всегда. — Дайте мне воспользоваться своими силами — я вам покажу, что умею, — парировал Моракс, скрестив руки на груди. В отличие от учительской, вся его одежда была в грязи, коричневые штаны — в песке и каких-то пятнах, ципао с рисунком золотого дракона растянулось в некоторых местах и уже готово было пойти по швам. Высокий хвост превратился в пучок, который, конечно, уже распался и держался на добром слове. — Так будет нечестно. Если ты станешь пользоваться элементальными силами в бою со мной, его нельзя будет назвать равным. Моракс нахмурился. — Тогда какой смысл в этих тренировках? — его бровь поднялась вверх, а копье растворилось в воздухе, распадаясь на множество частиц. — Если мне предначертано стать божеством нового мира, я должен уметь пользоваться даром! Учитель не спорил. Он знал, что Моракс прав. Силы, данные ему природой, стоит оттачивать в комбинации с владением оружием. Он освоил уже всё, кроме копья —вопрос пары месяцев, пока он научится по-мастерски с ним обращаться. Холодные глаза внимательно вгляделись в силуэт напротив, а затем закрылись. Мужчина тяжело выдохнул и убрал своё оружие. — Тренировка завершена. Скоро тебе назначат нового учителя, — после этих слов мужчина отвернулся и пошёл вдоль аллеи, видимо, направляясь к себе. А Моракс так и завис на месте. Его брови резко поднялись вверх. Лицо приняло выражение крайнего удивления, даже слегка недоверчиво скосилось. — Нового учителя? Стоп! Это какого такого учителя?! — выкрикивал юноша вслед уходящему мужчине. А на лице того появилась еле заметная паршивая улыбочка. Такая обычно возникает у людей, которые задумали что-то очень плохое.