Он не кусается, он делает больно иначе

      — Блохастик, ты где так испачкался?.. — Хьюго моргал на него своими гетерохромными глазками, и никак не мог понять, что случилось?..       — ...люблю, знаешь ли, выходить на улицу, валяться в грязи и отряхиваться так, чтобы...       — В ванную! Иди в ванную и прекрати трясти здесь своей мокрой шерстью!       Хьюго вздохнул и почесал голову. И что с ним было делать? А что если он не справится?.. Ну, тогда его друг просто обязан прийти на помощь! Так что, когда по прошествии некоторого времени он услышал всплеск в ванной, он отдёрнул заострённое ушко от двери и уже хотел было вломиться, как голос Ликаона заставил его остановиться и усомниться в собственном поступке.       — Уверен, что хочешь зайти? — сказал он чуть громче, чтобы Хьюго уловил в голосе вызов и лёгкое вернувшееся к нему веселье.       — Уверен, что сам ты не сможешь избавиться от того пятна между лопатками! — он подхватил его настроение и даже слегка поскрёб ногтями деревянную поверхность двери. Затем пару раз постучал, будто наигрывал какую-то мелодию, затем — всё-таки немного приоткрыл...       Не то чтобы у каждого из них не было понятия "личное пространство". В конце концов живут они на одном чердаке, спят на одном матрасе, ну а ванна... Ванну они всё-таки принимали порознь. Но почему бы и не раздвинуть их и без того фривольные границы?..       Ликаон вскинул на него малость смутившийся взгляд. Он сидел в воде окруженный пеной, что уже было удивительно и на что Хьюго тот час решил обратить всё своё внимание:       — То есть пока я на шампунь по скидке еле нахожу денни, ты в это время принимаешь ванны с... это, что? — он повёл носом, подошёл ближе, присел на корточки перед ванной, и положил руки на бортик. — Что за сладкий аромат?       — Давай поясню: я пытался использовать другое средство, но шерсть сушилась клоками и приходилось впоследствии долго за ней ухаживать, чего ты, конечно же, никогда не видел.       И правда. Ликаон приводил себя в порядок исключительно за закрытыми дверями. Хотя Хьюго с удовольствием для себя и, может, для него, причесал бы лохматого, да почесал бы его за ушком как в знак "хорошего мальчика".       — И что ты использовал?       Ликаон кивнул на мыло, а затем аккуратно и уже тише добавил:       — ...я даже пробовал использовать моющее средство для посуды...       — ...Ладно, мой мокрый друг, вопрос снят! — с энтузиазмом Хьюго похлопал его по единственному сухому месту между ушек. Ликаон покрутил головой и постарался скрыться от его взгляда, в котором было не ясно: то ли мелькала насмешка, то ли плохо скрываемая тревога и переживания.       — Мокрый?..       — Ну ведь не сухой же. Так, давай я... Этим, да? — он прихватил одну из баночек, но Ликаон успел его предупредить:       — Нет, это бальзам, он идёт после.       — Тогда этим?.. — он взял баночку поменьше и покрутил ту в руках.       — Это лосьон, он для чистки ушей.       Ликаон по-прежнему не хотел на него смотреть, зато как мог пытался разглядеть что-то на стене с облезлой на ней синей краской. Что уж было таить: вписывался он во всё это бедное окружение со своими средствами по уходу за телом точно так же идеально, как вписался бы в эти условия какой-нибудь аристократ. Ликаон, даже с этой своей чумазой моськой, выделялся, неприятно выделялся, и Хьюго хотел бы увидеть его совсем в другой обстановке... Может, когда-нибудь?..       — Та-ак... Этот? — наконец, он взял третью баночку.       Ликаон кивнул, но прежде чем Хьюго успел вылить себе на ладошку её содержимое, большая лапа его остановила. Он терпеливо пояснил:       — Возьми мочалку.       — Эту?.. — Хьюго подавлял на лице своём улыбку, и специально тянулся за той, которую использует сам.       — Нет, она не подойдёт, она слишком жёсткая. Возьми двустороннюю.       И Хьюго взял двустороннюю... С щёточкой на одной стороне, и с мягкой мочалкой на другой. Вообще Хьюго не мог припомнить, а когда это все эти штуки вдруг появились в их ванной?..       — Ты их недавно взял, так ведь? — лапа Ликаона его отпустила и легла на бортик. Он вылил немного пахучей жидкости на мочалку и Ликаон наклонился вперёд, давая доступ к широким плечам и напряжённой шее.       По телу пробежало приятное покалывание. Хьюго постарался не вспоминать тот укус, которым он одарил этого лохматого приятеля.       — Хм... — Ликаон хотел пройтись по тому месту, ведь он тоже хорошо помнил их недавнюю шалость, но он так же мог себя и контролировать и просто нежиться в столь непринуждённой обстановке. А ещё наслаждаться всеми теми пенными пузырьками, коих было в достатке чтобы они, своим присутствием, закрывали обнажённые участки тела.       Хьюго положил одну ладошку на его плечо, а второй принялся с помощью мочалки массировать другое. Рука скользила из стороны в сторону, вспенивала мокрую шёрстку, и Хьюго прикладывал достаточно сил, чтобы Ликаон слегка покачивался вперёд и назад и испытывал необходимое давление.       — Так когда ты их взял? Ты никогда так не пах, этим... что бы это не было.       — Это аромат свежего печенья с кусочками шоколада.       Ах, аромат печенья? Хьюго усмехнулся. Всё-таки Ликаон питал слабость ко всяким милым штучкам, и даже когда он что-то готовил, то готовил это с лёгкой улыбкой. Тогда солнце попадало на его полуприкрытые веки, лучики делали шёрстку светящейся, а рядом находящийся Хьюго сидел за маленьким столом и скучающе наблюдал за тем, как Ликаон перемешивал на сковороде рагу, хотя в этом самом рагу овощей был явный перевес по сравнению с мясом. Пока Хьюго уставал от такой жизни, Ликаон находил в ней свои прелести.       Хьюго с нажимом принялся тереть чуть выше лопаток. Там был особенный клочок с грязью который никак не хотел смываться, из-за чего Ликаон шипел и дёргался, но не комментировал. Он продолжил с ним разговор об этих, увы, совершенно несъедобных, но так аппетитно пахнущих печеньках.       — Тебе ведь нельзя шоколад, блохастик, — улыбка сама по себе возникала при этом обращении, даже если никаких блох у Ликаона не было. Вроде бы... Или начали появляться, и поэтому он пересел на другой шампунь?..       — Комарик, я ж его не есть собираюсь.       — Ну... Не знаю, Ликаонушка. Я вот могу с уверенностью сказать, что уже проголодался, и этот запах... Что если я попробую?       Взгляд как-то сам собой был кинут на шею друга. Хьюго сглотнул и отвернулся.       — Попробуешь? Комарик, я... — он вздохнул и смирился. — Да пробуй на здоровье, только не говори потом, что вкус совсем не такой, каким ты его себе представлял.       Хьюго, смочив губы, потерял нить разговора, а потому решил последовать за инстинктами с разрешением уважаемого друга. Тщательно смыв пену с его шеи, он пробежал пальцами между мокрыми прядями шёрстки, слегка отодвинул и...       Ликаон с шумом выдохнул, ведь от внезапного холодного дыхания по шее побежали мурашки и разошлись по всему телу. Хьюго лизнул его, а клычки медленно и неторопливо надавливали и пытались найти подходящее место. Сам Хьюго ещё в прошлый раз думал, а что если он всё-таки попробует?.. Не зря же у него эти клыки, которые во всяких фильмах обычно приурочивают к вампирам?..       Он надавил ещё немного. Ликаон дёрнулся, по воде прошла рябь и несколько раз приподняла холмистые постройки из пенки выстроенные в хаотичном беспорядке. Ликаон разомкнул губы и хотел было что-то сказать, но Хьюго этого никак не мог видеть и надавил ещё сильнее. Клыки, ощутив сопротивление, вошли в плоть. Ликаон в миг положил руку на свою пасть и коротко промычал в мокрую ладонь.       На языке ощущался привкус металла. Запах вытеснял сладость шампуня, заполнял собой ноздри и уходил в лёгкие, был насыщенным, плотным, а сама консистенция алой жидкости казалась густой и тягучей. Хьюго плотно прижал губы к шее и вобрал в рот одурманивающую порцию.       — Хью!.. — Ликаон шикнул, дёрнулся в сторону и разорвал контакт.       Он приложил ладонь к месту укуса и словил ошарашенный взгляд друга. Алые капли остались на приоткрытых, дрожащих губах. Язычок в медленном жесте собрал их и вернул внутрь. У Ликаона всё перевернулось, а где-то в животе и в паху приятно отозвалось, скрутило и запульсировало.       — Я... я хочу закончить принимать ванну.       — М-мне?..       — Выйди.       Ликаон не решался смотреть в его глаза, в которых помимо неловкого веселья из-за неудачной шутки наверняка скрывался бы испуг. Дверь тихо скрипнула, и когда шаги затихли — Ликаон наконец выдохнул. Он откинул голову, прижался затылком к холодной стене и опустил руку под воду.       — Хьюго... — он выдохнул его имя, и медленно, словно всё ещё не веря, что он так отреагировал — обхватил твёрдый стояк ладонью. Отлично...       Он пробыл в ванной ещё какое-то время, а, выйдя из неё, не смог обнаружить Хьюго в доме. Понимая, что отреагировал слишком резко, и, наверное, даже глупо, Ликаон решил это исправить.       До самой ночи Хьюго не возвращался. Он пришёл только тогда, когда свет погас во всех комнатах. Медленно закрыв за собой входную дверь, он, проходя мимо кухни, уловил запах чего-то съестного. Живот тут же отозвался урчанием, и он, посмотрев по сторонам, на цыпочках подошёл к столу с лежавшими на нём тарелками.       На тарелках что-то лежало, но его зрение, увы, в темноте работало почти как у любого обычного человека. Тогда он наклонился и осторожно понюхал ещё раз.       Запах печенья с кусочками шоколада. Как тот глупый шампунь, только куда насыщеннее и вкуснее. И на вкус съедобный! Так, принимая своеобразное извинение от Ликаона, Хьюго сидел и жевал печеньки, наслаждался их вкусом и смотрел в одну точку. Был бы сейчас день, он бы заварил чай, а так... Обойдётся. В конце концов, он просто был счастлив такому знаку внимания.       Насытившись, он вернулся в комнату. Стены встретили его таким же полумраком, который присутствовал во всём доме. Силуэт Ликаона он обнаружил лежащим на матрасе, и, стоило Хьюго появиться, тот приподнял одну руку и пригласил в свои объятия.       — Ты уверен?.. — с неловким смешком поинтересовался присевший рядом с ним на колени блондин.       — Прости за... ту реакцию. Хьюго, от тебя веет холодом, не упрямься.       — ...а-ах... даже не знаю, как я должен на всё это реагировать.       Он плюхнулся рядом и был тут же захвачен в кольцо сильных рук. Ликаон прерывисто выдохнул и ткнулся влажным носом в плечо улыбнувшегося Хьюго.       — Что, скучал по мне? — в голосе послышалось привычное ехидство. — А я ведь всего-то был на задании от нашего дорогого дядюшки Джека.       Ликаон не стал с ним спорить. Было ли задание на самом деле, или он просто решил притвориться, что ничего не случилось и он не сбежал в смятении — было не так и важно. Хьюго снова тут, и пахнет от него так же, как от самого Ликаона. Запахом уюта и комфорта, которые он хотел бы нести с собой на протяжении всей жизни.       Хьюго, не услышав ответа, прижался к нему и повёл руками по шее. Пальцы наткнулись на края чего-то слегка острого и выпирающего, что он смог идентифицировать как ошейник. Вот так, значит?.. Немая просьба больше не кусаться?..