Он не кусается, он делает больно иначе

***

      — И вот так, значит, закончились ваши отношения... — девушка сложила пальчики домиком и несколько раз понимающе кивнула.       — Не "вот так", Вивиан, — терпеливо пояснил Хьюго откинувшись в кресле. Качественная кожа мебели под пальцами могла бы ощущаться восхитительно, если бы Хьюго не имел на своих руках по перчатке из дорогостоящего материала.       — А как? — она наклонила голову и задумчиво продолжила: — Из того, что я смогла из тебя вытащить...       — В смысле из того, чем я по доброте душевной решил с тобой поделиться?.. — шутливая ухмылка выходит натянутой.       — ...я поняла, что Ликаон тебя предал, когда после кончины вашего наставника, дяди Джека, вы создали группировку «Пересмешники». На одном из заданий Ликаон не разделил выбранных тобою методов. Ну и...       — Он... — Хьюго вздохнул. — Он был недостаточно преданным напарником. Вот и всё.       — Хм...       Хьюго покосился на свою новую напарницу. Прошло не мало лет с тех пор, как он в последний раз разговаривал с тем, кто говорил те прекрасные и глупые слова "пойду нога в ногу". Лапа в ногу, или нога в лапу... Не важно. Слова красивые, а поступки — обратно им противоположные. Так считал Хьюго.       — Моя дорогая Вивиан, — он одарил подругу потеплевшим взглядом в котором притаилась скопившаяся усталость. — Едва ли я хотел бы вести дискуссию о своём... кхм, бывшем напарнике в этот день. И в любой другой день. Утро, ночь, что угодно... Утром тем более, — он скривился в лице. — Не хочу проснуться выспавшимся только для того, чтобы испортить себе настроение.       — Я поняла... — Вивиан мягко улыбнулась.       Стоявший на столе узорчатый чайничек оказался в маленьких ручках девушки. Её утончённые манеры радовали глаз Хьюго, пока он как мог старался отгонять от себя мысли о прошлом. Он устроился поудобнее и кинул взгляд на город раскинувшийся за окном. Высокие дома возвышались над площадью с её копошащимися жителями. Жизнь наладилась, в какой-то мере. Во всяком случае, ему больше не надо ютиться на тесном чердаке с этим дурацким волком. Он ведь!..       Чашка в руке дрогнула и пара капель пролились на стол.       — Вивиан, зачем было наливать так много? — он накинул салфеток на мокрые пятна растёкшиеся по скатерти, чуть придавил и в тот же миг забыл об этой проблеме.       — Хьюго, чая было налито столько, сколько того требовала пустая чаша. Я не имею права лишать её этого удовольствия и вмешиваться в желание быть наполненной.       — ...Точно. Именно так, — он усмехнулся и в привычном жесте пару раз постучал по хрупкому фарфору. — Тогда, я должен высказать уважение сему бесподобному напитку и дару самих богов? Или бога?..       — Да, пожалуйста, — она улыбнулась, подхватив настрой вновь ставшей лёгкой атмосферы. — Официальное уважение стоит высказывать сидя ровно, взяв чашечку за ручку, но не забывая придерживать её с противоположной стороны за краешек... после чего, вскинув взгляд к небу — в нашем случае к потолку — произнести...       Хьюго давно привык притворяться то одним человеком, то другим, перенимая на себя если не все, то довольно многие повадки, в том числе и манеру речи, так почему бы не притвориться уверующим в священный чай человеком?       Он выпрямился в своём кожаном кресле, положил локти на обтянутые тканью мягкие подлокотники, взял фарфоровую хрупкую чашечку указательным, средним и большим пальцами левой руки. Мизинец и безымянный сымитировали изящный жест, отклонившись в сторону и чуть согнувшись. Глядя в потолок, он начал:       — Благодарю, бог — или... боги — за то, что я сейчас войду в единение со вкусом этого насыщенного нектара, чьи листья были тщательно отобраны твоими — или вашими — руками! Благодарю, о, благородный чайник... За то, что напоишь меня своей настойкой, утолишь мою жажду, и подаришь мне возможность начать это утро с тебя, а не с проклятого кофе...       Вивиан хихикнула в ладошку, но секундой позже невозмутимо продолжила:       — Ты забыл ещё кое-что.       — Хм?       Хьюго вопросительно приподнял бровь. Что-то ещё? Неужели в этом странном ритуале есть какие-то неизвестные ему тонкости? Нет-нет, они же просто дурачатся, так что ему просто надо выдумать что-то ещё... Он кинул на неё мимолётный взгляд, а всё равно не смог удержать в голове мыслей о сходстве. Его сестра могла бы расти вместе с ним, могла бы так же беззаботно говорить о глупостях, улыбаться сидя напротив, иметь хорошую жизнь, а не тот омерзительный плевок судьбы который им достался в доме отца.       Чашка снова дрогнула, но он чуть подался вперёд и сделал вид, что так и задумано.       — А, ещё... — он помолчал, соображая, что именно забыл упомянуть в этом ритуале. — А, точно, — он кивнул. Губы расплылись в аккуратной улыбке когда он затолкал прошлое в дальний угол своего сознания. — Да здравствует долгожданный утренний чай в компании прекрасной девушки, из-за которой мне пришлось встать с мягкой постельки и пойти открывать её дверь. Если бы не она — спал бы я сейчас сладким сном и не ведал всех этих прелестей мира. Во славу чая, вкусим же этот напиток!       Ритуал утреннего чаепития был исполнен и соблюдён со всеми его правилами, так что Хьюго наконец-то смог пригубить у края чашечки и сделать первый глоток уже под остывшего содержимого. Ароматный чай приятно прокатился по языку, но улыбчивый взгляд Вивиан будто бы говорил, что и это ещё не всё.       — Хм?..       — Да ты пей-пей, — она встала из-за стола, поправила чёрно-белую юбку, и прошла в прихожую.       Утончённая красота за которой скрывается своя печальная история. Хьюго вздохнул. Приятно было знать, что получилось протянуть руку помощи той, кто в ней так нуждался. Когда ты познал немного счастья, после которого остаёшься в этом мире совсем один — жизнь превращается словно в горькую пилюлю которую ты день изо дня принимаешь. Давишься, но принимаешь, потому что приходиться с этим мириться. Но те, кто за всю жизнь так и не увидел света...       Душа не могла не радоваться. Хотя бы те маленькие шаги, что он делал в нужном направлении, одаривали своими маленькими плодами. И этот плод сейчас шёл к нему спиной вперёд и явно что-то скрывал в руках перед собой.       — Закрой глаза.       Хьюго усмехнулся.       — Вивиан, это, конечно, интересная просьба, но я уже вижу, что ты что-то подготовила.       — Могу унести, раз сюрприз испорчен.       — Нет-нет-нет-нет-нет! — забавно, как его, даже спустя года — пять или десять лет, Хьюго уже перестал считать сколько времени прошло с той жизни на чердаке — всё ещё было так легко спровоцировать. Спровоцировать так, что он даже подпрыгнул, но, поняв, что выглядит слишком нетерпеливым, местами наверное даже глупым, но счастливым, тут же плюхнулся обратно. Где-то внутри всё ещё жил тот смеющийся мальчишка.       Он закрыл глаза.       — Не подглядывай.       — И не собирался.       — Тогда... — секунда, и на стол, издав характерный металлический звук, ложится коробочка. Содержимое его было не ясным, но этого чего-то внутри было в достатке. Как бы он не напрягал заострённые ушки, они, увы, не одарили его таким же заострённым слухом. — С днём рождения, Хьюго.       Хьюго приоткрывает веки на одном глазу. Неуверенно, взволнованно. Поначалу он кидает взгляд на подругу, напарницу, замену его умершей сестре — или как угодно. Какая разница, какой ярлык он повесит, если Вивиан была и остаётся хорошим человеком? Затем — он снова смотрит на коробочку.       — Знаешь, она, конечно, красивая и я тоже над ней поработала, но ты можешь её открыть.       — Спасибо за разрешение, — он усмехается. — Должен ли я провести какой-то особенный ритуал перед этим?       — Конечно. Ты должен сказать "Спасибо, Вивиан. Даже если я выгляжу так, словно мне противен этот твой чай и меня выворачивает от одного твоего присутствия, моя кислая физиономия всё равно..."       Возмущённый таким обвинением он тут же её останавливает:       — Эй, это НЕ так!       Вивиан мягко улыбается и в привычном жесте складывает пальчики домиком.       — Я знаю. Ты хороший человек, Хьюго. Постарайся насладиться этим днём и ни о чём не думать. К тому же, ты говорил что завтра я познакомлюсь с одним прокси... Ах, а если это Фаэтон?.. Мне нужно подготовиться!       Хьюго улыбнулся с её фантазий, вздохнул и потёр щёки. Она права, он никак не может оставить прошлое в прошлом... Он берёт коробочку, проводит пальцами по её орнаменту, и, наконец, открывает.       В первый же миг его сознание снова переносится в прошлое. Его зрачки расширяются, губы приоткрываются от изумления. Он ведь не... он не мог этого сделать. Ликаон бы...       — Попробуешь?.. — осторожно звучит голос подруги. — Я узнала их рецепт и решила приготовить сама. Говорят, лучший подарок — подарок сделанный своими руками.       — Спасибо... — он ставит коробочку обратно на стол, берёт содержимое и надкусывает. Сладость ударяет по вкусовым рецепторам, а горечь — по воспоминаниям. Конечно же, Ликаон бы этого не сделал, Ликаон давно от него отвернулся... — Спасибо, Вивиан... Мне... мне очень нравится.       Ложь это или правда, он не знает. Но он до боли прикусывает губу, оттесняет желание организма впасть в панику, может, даже в истерику, и проглатывает сухое печенье с шоколадной крошкой.