DragonSnake

Джетльзмей уже ждал меня. И не где-то, а, чёрт побери, на своей постели, куда он внаглую перетащил и мои сокровища! На миг мне захотелось оттолкнуть наглеца подальше от них, но затем… гнев как-то сразу убрался прочь, как только я мысленно себе напомнила, что мы с Пентиусом делим этот дом и что змей — не просто какой-нибудь наглый приключенец, тянущий ручонки к моим сокровищам, а любит меня. Чёртовы драконьи привычки! Устроившийся в «гнезде» Пентиус надел бежевую ночнушку и колпак с закрытым глазом — видимо, в этот убор превратилась глазасто-зубастая шляпа. Но, увидев, как я подхожу, стянул с себя ночной колпак и положил его глазом вниз: — Сначала… мне надо раздеться? Или можно без этого? — нервно спросил змей, слегка отводя взгляд. Погодите, что?.. он решил сразу заняться сексом? Джентльзмей оказался пылким не только под действием алкоголя? Блин. Ну и что мне делать? Любопытство и некий интерес, как и огромная теплота к Пентиусу, встретились во мне с пониманием, что я своё-то собственное тело ещё изучить в данном плане толком не успела, не говоря уже о настолько не похожем на человека партнёре! Я ведь теперь, на секундочку, дракон… причём, мало того — дракон двуполый! — Ну, обычно раздеваются… — ответила я, подойдя поближе и ложась рядом. Злость от того, что змей прикоснулся к сокровищам, быстро улетучивалась. Зато появилось кое-что другое. Нежность. Вновь проявив себя, это чувство заставило меня слегка обнять Пентиуса передними лапами, чтобы он успокоился, и начать ободряюще поглаживать. Похоже, что его придётся направлять его в некоторых вопросах и объяснять ему некоторые вещи. Впрочем, я не против. — А ещё, если ты чувствуешь, что не готов, то это всегда можно сделать в другой раз. Для тебя всё это комфортно или нет? То есть — не слишком ли быстро, например? — Я понимаю, мы ещё даже не помолвлены, но это же Ад?.. Так, что, наверное… Можно про это и не задумываться. Букет я тебе уже подарил. Теперь подарить кольцо?.. — Пентиус задумчиво положил ладони на мои. — Ну, и… если ты всё ещё хочешь чтение перед сном… я готов и к нему! Кольцо?.. Вот те раз, вот те два! Ах да. Пентиус же родом из прошлого века… И что мне с этим делать? Жаль, что у меня сейчас нет чего-то вроде игрового кубика. Бросила бы его сейчас — может быть, помогло бы с решением… — Честно сказать, я сама на распутье, — я погладила его ладони своими пальцами, продолжая обнимать, но на этот раз средней парой лап. — Что-то в тебе мне очень нравится, плюс, я чувствую интерес и теплоту к тебе, — я смущённо прижала уши — признаваться в подобном всегда нелегко! — Но в то же время я даже своё тело ещё не изучила толком. Могу только предположить, какие вещи мне могут понравиться… точнее, как с ним теперь управляться в данном плане. Но у меня есть опасение, что скоро опять мне на голову свалится какая-нибудь хрень, которая потребует кучи моего внимания, они валятся мне на голову, это уже закономерность ебаная. И что если это случится, то времени на близость уже не будет. Плюс я хочу изучить тебя… м-м-м… ну, ты понял, в каком плане, да? И сделать и тебе приятно, — я переместилась так, чтобы быть за спиной у Пентиуса, и вновь его обняла. — Давай изучим меня, — на миг поборов нерешительность, Пентиус вытянул ночнушку через мои объятия и снял её, но потом осознал, что натворил, и обхватил себя руками, закрывая и так приличный низ торса. Ага! Вот где всё находится, значит! Похоже, что у Пентиуса половые органы были спрятаны под чешуёй. Смущение, исходящее от кобра, можно было уловить даже без эмпатии. Мой взгляд бегло пробежался по груди и животу Пентиуса — пластины там были, как и на брюшке змеиной нижней стороны тела, но совсем тонкие. Ярко-жёлтые живот и грудь составляли контраст тёмно-серому окрасу остального торса. Ниже, там, где начинался хвост, тёмно-серый цвет плавно переходил в чёрный. Красиво, но… блин, и где его гладить? Ладно, будем выяснять опытным путём! — Не изучим, а приласкаем, я не совсем правильно высказалась. Всё хорошо. Ты красивый и замечательный, очень красивый, — и ведь тут я, кстати, не соврала… приподняв голову, отчего она сейчас была немного выше головы Пентиуса, я начала нежно и успокаивающе поглаживать первой и второй парами лап его грудь и живот, чтобы расслабить и успокоить. При этом мои восточнодраконьи усы свесились вниз, и мне пришлось убрать эти штуки за плечи Пентиуса, чтобы не щекотали его. Мой язык нежно коснулся чешуек на его шее, а затем я нежно потёрлась кончиком носа об это же место. — Ты можешь расслабиться и ничего не бояться, если в тебе есть что-то такое. — Хорош-що, — разомлев, он взял меня за щёки длиннопалыми ладонями и приподнял голову, чтобы попробовать поцеловаться губами, но губ не было ни у меня, ни у него, получилось только потыкаться носами и соприкоснуться пастями. Но впечатления от этого были не хуже, чем у меня в человеческом облике, да и дыхание так же грело. Как бы на такое моё поведение Шторм отреагировал?.. И где он сейчас, хранит ли мне верность? Ох, блять… От этой мысли мне стало не по себе. На миг мне захотелось даже отпустить Пентиуса, который продолжал тыкаться мордочкой в мою — ну куда лезешь, блин? «Оставь меня, старушка, я в печали». Я вновь посмотрела на змея, он заметил, что я стала менее охотно целоваться, и тоже перестал. О чём он там говорил? — Ну, как ты сейчас? — я приподняла уши. Хотя попытка сосредоточиться на эмоциях демонического кобра и без вопросов позволила понять, что он чувствует себя увереннее, чем в начале. — Я об этом, наверное, пожалею, — пробормотал он, и стал меня пытаться целовать с новой страстью. Засоса у него не выходило с его отсутствием нормальных губ, а выступающие клыки хотя не кололи, но постоянно тёрлись о мою чешую, но что не давала анатомия — восполняло желание. — Почему пожалеешь? — спросила я, на миг прервав поцелуй. — Мне казалось раньше, любовь мне не нужна… А теперь, с тобой, я меняюсь! Да, Пентиус, ты «отлично» знаешь, что стоит говорить партнёру во время первого секса! Целовался змейка как-то неумело, словно пытался действовать так, как делал бы всё человек. Так что я, высунув язык, попробовала показать ему, как лучше всё это делать с учётом разницы между тем, что было, и тем, что есть сейчас — переплетаясь языками, нежно потираясь ими друг о друга. Язык у Пентиуса был неожиданно мягким, а благодаря длине и гибкости доставал ещё дальше, чем мой драконий. Так что, хотя поцелуи и не были моей любимой частью, мне они всё же в этот момент понравились. Пока мы целовались, я попробовала ласково погладить кисточкой на хвосте нижнюю часть змеиного тела. Ту, которую он закрывал ладонями. Пентиус томно вздохнул, расслабляясь… и давая своим двум пенисам показаться снаружи. Произошло это достаточно быстро, благо ему нужно было лишь перестать сдерживаться. Неужто он уже какое-то время был возбуждён, просто не давал этому «двойному комплекту» выдвинуться? А ведь у него реально было два пениса… как и говорилось в мультфильме. Просто они раньше были скрыты в щели, под чешуйками. Формой и видом оба ярко-розовых органа заметно отличались от человеческих: довольно гладкая поверхность, блестящая и выделяющая влагу кожица — причём по всей длине, не только на головке, и вытянутая в длину форма. Оба пениса были узкими по бокам, с заострёнными кончиками и небольшими «шипами» рядом с ними и на нижней стороне. Ох, не описать словами моего скептицизма, когда я увидела эти «шипы»… но, аккуратно коснувшись их, чем заставила змейку выгнуться и неожиданно громко застонать — стон этот Пентиус, впрочем, тут же приглушил, закрыв себе рот рукой — я поняла, что шипы эти очень мягкие и травмировать не смогли бы. Касалась я нежной влажной кожицы очень осторожно, чтобы случайно не поцарапать когтями. Мда, а ведь у меня пенисов тоже — две штуки. Я вспомнила, как изучала своё тело, как с любопытством рассматривала два длинных, заострённых на концах, покрытых небольшими шипами ребристых чёрных органа, скрытых за пластинами между задних лап, причём хорошо скрытых — пластины настолько плотно прилегали друг к другу, что рассмотреть за ними ничего не получилось бы. Только когда мне намеренно хотелось «выпустить» эти два органа. И за ними же — располагалось драконье лоно, тоже незаметное за пластинами. — Не пожалеешь, — проворчала я в ответ на недавние слова Пентиуса. Пфф, знал бы он, как мне странно было такие сильные эмоции и нежность испытывать, когда речь о нём шла! Правда, думать об этом я скоро перестала. Потому что между задних лап у меня тоже накапливалось возбуждение. Моя ксенофильская душа уже давно пускала слюнки на красивого демонического нага с эстетически приятным «двойным комплектом», а уж когда я услышала, как Пентиус стонет… чёрт побери! Чувствительность у самочьей части моего междулапья начала обостряться, но это была половина беды, это было хотя бы тем, с чем я привыкла иметь дело. А вот когда два моих пениса вдруг начали быстро возбуждаться, вытягиваясь и упираясь в мягкую простыню на «змеином гнезде», мне стало не до шуток! Ещё и начали голову наводнять мысли о том, чтобы прижать Пентиуса к себе и пустить в ход хотя бы один из этих двух пенисов, причём не так нежно, как я действовала раньше! А ну кыш! Подобные вещи требуют тщательной подготовки! Не говоря уже о том, что по неосторожности его и травмировать случайно можно… Но голову уже начали заполнять различные мысли о том, что я бы могла сделать и той, и другой частью своего междулапья — ведь ввиду разницы в размерах оба пениса Пентиуса, думаю, во мне поместятся… К тому же он, вроде, был бисексуалом в каноне — вдруг ему понравилось бы, используй я один из своих… Так, не о том думаю! Мысли, конечно, возбуждающие, приятные, но — не надо бежать впереди паровоза, надо выяснить, для начала, вкусы и предпочтения партнёра! Язык у меня, как я уже выяснила раньше, длинный, ловкий и гибкий, вот и пущу его в дело — проведу сначала по одному, потом по другому органу, от чешуек на животе до заострённых розовых кончиков, заставляя их владельца снова извиваться и постанывать, а на языке — ощущая солоноватый привкус. Чёрт побери, я знала, что могу высовывать свой язык далеко, но чтобы настолько?! Впрочем, так даже лучше — тогда точно не задену эти два пениса клыками. Легла я, впрочем, так, чтобы подушка до поры до времени скрыла моё междулапье с «двойным сюрпризом». — Ах, Бож-же проклятый… — Пентиус выгнулся мостиком, не отстраняясь от моего языка и при этом упираясь макушкой в пол. Глаза на его теле закатились, а кончик хвоста потянулся наощупь к моим тазу и бёдрам, стремясь забраться между них. — Неужели это мне не снится! — Не снится, моя милая змейка. — я на миг отстранилась, чтобы ответить Пентиусу, и мой взгляд невольно пробежался по его телу — как красиво выгнулся! Да и телосложение у антропоморфной верхней стороны тела приятное — худощавое, но с умеренной мускулатурой под чешуйками. Языком я продолжила ласкать змея, быстро водя раздвоенным кончиком по чувствительной кожице на двух возбуждённых органах, облизывая их по всей длине, аккуратно касаясь чувствительных маленьких шипов. Держать пенисы ближе к пасти я пока не решилась: ещё не хватало, хоть и случайно, поцарапать зубами… А ну-ка, попробую быстрое движение кончиком языка по кругу… Да, судя по особенно громкому стону — то, что нужно! Мои средние лапы обхватили чешуйчатое тело там, где у более гуманоидных существ талия, прижимая змея поближе к себе и удерживая его на одном месте, а передние, вытянувшись, начали аккуратно поглаживать Пентиуса по груди и животу, по старой памяти — у людей эти места чувствительные… Какая-то часть меня хотела проявить себя… более решительным образом — например, слегка укусить Пентиуса за шею, но позывы эти были не то, чтобы сильными — пока. А вот возбуждение росло, заставляя меня тереться о подушку. К наличию у себя пенисов я пыталась привыкнуть, но всё равно получать ощущения и от них, и от лона одновременно — было приятно, но слишком непривычно. Смешанные чувства и от тех, и от других органов, однако, вызывали хаос и дезориентацию, создавая трудности с тем, чтобы одновременно ласкать партнёра и ощущать слишком острое удовольствие от двух слишком чувствительных пенисов. Конечно, я могла немного отвлечься от физических ощущений и переключить внимание на ласки партнёра, но сделать это полностью было затруднительно. Тем не менее, ощутив прикосновение чешуйчатого хвоста к себе, я заднюю лапу отодвинула охотно, открывая доступ к себе — давай, змейка, приласкай и ты меня! Пентиус поначалу нащупал только мои выступающие части, обвил их восьмёркой и тянуще потёр тонкой частью хвоста, теребя их кончики. На щель он наткнулся позже уже более толстой частью, растирая ей половые губы и нажимая на клитор. Действовал Пентиус неряшливо и инстинктивно, но с богатой фантазией. И это оказалось чертовски приятно! Больше, больше! Желание получить ещё удовольствие заставило меня слегка двигать тазом и бёдрами, потираясь всем, что у меня было между лап, о чешуйчатый хвост… и удивляясь, насколько, чёрт побери, самцовые органы чувствительные! На несколько секунд я просто прикрыла глаза, отдаваясь ощущениям. А затем наконец приоткрыла пасть, чтобы аккуратно взять один из двух пенисов в неё. Конечно, ввиду отсутствия у меня щёк, сделать всё полностью так, как можно было бы в теле человека, не получилось, да и из-за длинных острых зубов осторожность приходилось соблюдать, но теплота, теснота и влажность моей пасти должны быть приятными! Тот пенис, который я сосала, возбуждался быстрее того, что дрожал перед моими глазами. Пентиус опал, устав стоять на голове, да и желая пустить в ход и свои руки, для чего изогнулся уже в мою сторону и стал искать, куда пристроить свои тонкие пальцы — он испытывающе коснулся ими у моих щели и заднего отверстия. — Оу… — а вот теперь я ощутила неожиданное смущение, подобно тому, как это совсем недавно случилось с Пентиусом. А ведь он ещё и «нащупал» факт наличия у меня двойного пениса… ладно, судя по отсутствию реакции, змейке нормально. Вот и хорошо, что партнёр принимает и эту часть меня! — Можешь погладить и заняться… местом между лап. Но не под хвостом. Аккуратно с когтями? И я, слегка приподняв хвост, возобновила ласки того пениса, которым была занята моя пасть до этого, сжав в ней и касаясь ласково языком. Другой я стала аккуратно поглаживать пальцами, сжав их и быстро водя вверх-вниз. — Непременейсе, — змей приблизил голову к моей промежности и, сладко закрыв глаза, лизнул в мою прорезь языком, ещё более тонким и длинным, чем мой. При том достав куда глубже, чем мог бы пальцами, и мягче. Ах! Вот вам и хорошее применение змеиного языка! Это заставило меня слегка извиваться, ёрзая и сильнее наклоняясь к мордочке Пентиуса в поисках большего. Мой длинный хвост слегка приобнял змея за туловище — иди сюда, обниму хотя бы так! Язык его доставал, наверное, до самой моей глубины, которую я не чувствовала при прошлых, ещё в человеческой жизни, половых актах — или драконья матка в принципе была устроена по-другому… Но процесс сейчас воспринимался не как анатомия — хотя мой разум пытался то и дело что-то анализировать даже теперь — а как жаркая ебля. Я не столько думала, сколько обхаживала партнёру его чувствительные части, стараясь быть столь же чувственной в ответ на его ласки. Которых становилось слишком много — или, точнее, я приближалась к пику. Оттягивать момент не хотелось, хотелось ощутить оргазм и короткий момент сладкой усталости после него. И я ёрзала задней частью, стремясь сильнее потереться двумя пенисами о ласкающий их хвост, а лоном — насадиться на этот приятный язык. Стремясь «вернуть» всё это, я отпустила уже обласканный моей пастью орган, чтобы водить быстрыми движениями языка по второму, а затем и вовсе взяла его в пасть, пока другой повергался поглаживанию пальцами. Мне показалось, что именно этот довёлся первым, но запульсировали оба, и толкнули сперму они синхронно, и я, почувствовав, что сейчас они изольются, быстро отпустила тот, который держала в пасти, и слегка отстранилась, так что на язык мне попало только несколько капель — остальные забрызгали кончик морды и гриву. Пентиус довольно зашипел мне в лоно, дёрнул языком и мелко задрожал им, напрягаясь внутри меня и подарив взаимное приятное облегчение, во время которого я слегка поёрзала, сильнее прижимаясь к кончику змеиной мордочки и вместе с тем пытаясь ещё немного потереться о хвост. А затем моё тело выгнулось там, выталкивая семя из моих двух органов, попавшее как на моё брюхо, так и на змея. Ах… тем приятнее было чувство, которое я иногда звала «приятным опустошением», когда некоторое время просто лежишь на месте. Получено достижение: СэлльПентиус Займитесь сексом со своим любимчиком из канона. Получено достижение: Единорогам не беспокоить Согласно легендам, единороги интересуются девственницами. Вы больше не одна из них. Получено достижение: Смысл смены расы Это был первый секс в новом теле как для вас, так и для вашего партнёра. А вот и Система — явилась, не запылилась, ещё и тролльские ачивки подогнала. Стоп… чего? Если первые два достижения вопросов у меня не вызвали — в конце концов, это реально был первый раз для меня в новом теле — то третье заставило не только удивлённо вытаращить глаза и навострить уши, но и позабыть об усталости и протянуть лапу, чтобы открыть список ачивок и промотать его вниз, не думая в этот момент о том, как оно будет выглядеть со стороны. Но текст не поменялся и по-прежнему подразумевал, что для Пентиуса это тоже было первым сексом. Серьёзно?! Честно говоря… не верилось, особенно в свете того, что змей знал, как надо действовать. Я поймала себя на том, что недоумённо поглядываю на Пентиуса, пытаясь понять, как это вообще вышло. Серьёзно?.. Ему, блять, через три года — сотня лет в качестве грешника стукнет! И он за всё это время… ни разу?! Если выяснится, что это был первый раз для него не только за демоническую, но и за человеческую жизнь — я охренею ещё сильнее, если такое вообще возможно… — Спасибо, — мой хвост благодарно погладил Пентиуса, который уже открыл многочисленные глаза и теперь наблюдал, что я такое делаю. Так, здесь не на что смотреть! Так что я сразу перестала делать странные, по меркам грешника, движения лапой в воздухе. Полностью поворачиваться к нему мне было лень, так что я слегка сдвинулась и просто устроила заднюю сторону тела на подушках. — А ты… тебе понравилось? Надо будет принести салфетки с кухни и вытереть семя, да… но немного позже. — Да, моя возлюбленная, — джентльзмей придвинул мою голову ко своей подрагивающей нежной ладонью. — Надеюсь почаще так с тобой проводить время, в такие моменты и Ад приятен. Ох ты ж блин… это мило! Настолько, что я, закрыв глаза, прижалась к Пентиусу посильнее, обнимая его лапами. Чувство душевной близости и радости было сильным и приятным, вызывающим желание обвиться вокруг чешуйчатого тела — мы оба длинные и гибкие, легко это сделаем! Остановила меня только мысль, что надо бы очиститься перед этим. — Один момент, сейчас вернусь! — я неохотно выскользнула, чтобы сбегать на кухню и таки принести салфетки, а то как-то странно лежать на собственных сокровищах, будучи перепачканной… хм, а ведь у меня, получается, только что была близость с парой на моих собственных сокровищах? Получается, да. И мне не хотелось согнать Пентиуса… после того, как я успокоилась? Тоже да. — Я тоже против не буду, — вернувшись, я приоткрыла глаза и аккуратно лизнула его нос своим языком, а затем начала вытирать нашу чешую и свою гриву. — А ты… м-м-м, нормально, что у меня… не вполне стандартная женская анатомия между лап? — Да?.. — змей с неожиданным удивлением расширил глаза. Э-э? Он что, реально не заметил? Да у него же всё перед глазами было, что перед теми, которые на хвосте, что перед теми, которые на голове и капюшоне! Вывод напрашивался один: змеюшка весьма ненаблюдателен… или же видел всё только теми глазами, которые были на хвосте, а получаемую с них информацию не всегда обрабатывает. Ладно, глубокий вдох… мой «двойной комплект», конечно, можно «запирать» под чешуёй, напрягая и смыкая мышцы, но это не очень хороший вариант. — У меня два набора половых органов. Есть вроде того, который, мгм, как у тебя, то есть два пениса… — я слегка погладила пальцами чешуйки на нижней части торса Пентиуса. — А ещё есть полностью женский, — чёрт, всё равно нервничаю. — Так понятно? Всё нормально? Как же страшно вдруг стало! — Эм… полагаю, да, — змей неловко съёжился. — А ведь я даже тёр тебе второй и третий комплект… Э… привыкну. [Сэр Пентиус] готов привыкнуть к вашей необычной анатомии, но ему понадобится время. Фух! Я ободряюще лизнула кончик его мордочки: — Спасибо, змейка. Это, честно сказать… облегчение. Извини, что не сказала сразу. Это случилось неожиданно, а у меня бывает привычка забывать факты и вещи. — тут я не соврала. — А у меня пропускать фразы, которые я бы хотел сказать… Но повезло, что ты меня понимаешь и так! — Пентиус потёрся со мной носами. Ну ещё бы мне не понимать, с такими перками-то… Я кивнула в ответ, и некоторое время мы просто лежали вот так, переплетясь и прижавшись друг к другу. Я наслаждалась чувством гармонии и покоя, нежности и понимания, что я могу быть не одинока. Что у меня в этих новых мирах теперь есть кто-то более близкий, чем просто друг. Хотя разум понимал, что этим отношениям не просто мало, а очень мало времени, и ситуация может повернуться много какими путями… и частями тела. Но душе было приятно сейчас, к тому же, то, что вчера показало «Ясно-понятно», сильно обнадёживало.