В следующей жизни

      На улицах Охемы будто стало необычайно ярко. Или же самому Мидею казалось так. Неспешно он прогуливался по рынку, не забывая посматривать по сторонам. Для себя самого он решил приглядеть за своим народом. Слухи слухами, но верить на слово Аглае и охемцам он все же не собирался. Требовалось увидеть причины конфликтов своими глазами.       Только вот уже второй час он не мог ничего подметить. Люди будто жили своей расслабленной жизнью. Удивительно… Как же народ мог так запросто приспособиться к опасностям? Не думать ежеминутно о темном течении, возможной кончине всего живого и в общем о настигших их проблемах? Пусть ресурсов и не хватало, но лавки ломились от обилия еды и безделушек. Редко можно было повстречать откровенных бродяг — и то, вина лежала полностью на их плечах. Как бы Мидей ни ругался на сенат и златиусов, те обеспечивали людей рабочими местами. И без денег оставались лишь те, кто хотели сидеть на заднице ровно.       Люди вполне нормально взаимодействовали друг с другом. Изредка они могли кинуть друг на друга недовольные взгляды, но не более. Часто и обычные охемцы склоняли головы, завидев Мидея издали. — Мама! — зазвучало хныканье из-за поворота. — Мама, где ты?       Мидей перевел дыхание, ускорил шаг. Ребенку на улицах города ничего не могло угрожать, но заставлять его нервничать не следовало. Принц растянул губы в дружелюбной улыбке. Маленькая девочка вжималась спиной в стену и без конца пыталась найти средь прохожих свою мать. Ее лицо было покрасневшим и опухшим от слез, нос был влажным, а губы надутыми. Очевидно, плакала она уже не одну минуту.       Мидей опустился перед ребенком на одно колено, склонил голову набок и протянул руку. — Ой-ой, кто тут поливает землю своими слезами? — спросил он, все так же улыбаясь.       Девочка поджала губы, шмыгнула забитым носом. — Я потеряла свою маму! — чуть тише сказала она. — Так мы ее найдем, — пожал плечами Мидей. — Знаешь, кто я такой? — Нет, — буркнула она. — Я редко вижу чужие лица, у меня плохое зрение. И людей всегда на рынке так много, что не получается…       Слезы вновь потекли по ее щекам. Мидей сделал глубокий вдох. С детьми у него всегда отчего-то отношения быстро налаживались. Не было ни дня, чтобы к нему не подбежал какой-нибудь коротышка и не начал расспрашивать о сложностях работы героем. — Меня зовут Мидей и я герой. Проще будет найти твою маму, если ты все же сможешь ее заранее увидеть. Помнишь, во что она была одета? — В ответ на это девочка быстро закивала. — Забирайся мне на плечи. С высоты всегда проще обнаружить свою цель.       И Мидей не так уж сильно удивился, когда девочка снова кивнула. Он подсадил ее к себе на шею, и детские ручки сразу же вцепились в его волосы. Даже возмущаться не хотелось. Для верности он перехватил ее осторожно за ноги, и направился дальше по площади. — Высоко! — громко произнесла девочка, но в голосе ее совсем не было страха. — Не отпускай меня только! — Давай не болтай, а высматривай свою маму, — засмеялся Мидей.       Не требовалось видеть, чтобы понимать, как активно девочка начала вертеть своей головой по сторонам. Люди, конечно, обращали на них внимание, и частенько слышались перешептывания от молодых девушек. Мидею было на них все равно. Ребенок больше не плакал — и это главное. — Ты такой большой! — едва не выкрикнула девочка в восторге. — Ты всегда так далеко видишь? — Иной раз я не замечаю ничего даже под собственным носом, — легко ответил Мидей. — Когда я вырасту, я тоже стану такой, как ты! — уверенно заявила она.       Одна рука из волос пропала. Звякнула вывеска над головой. Принц никак это не прокомментировал. С высокой ветви дерева сорвался один лист и тут же попал в карман девочки. Настроение ее стремительно сменялось на веселое. — Непременно станешь, — улыбнулся принц.       Он был так занят поиском хоть мало-мальски обеспокоенной женщины, что не почувствовал на себе чужого цепкого взгляда. Разговоры меж стражниками затихли. — Это там не Мидей? — спросил один из них, кивая в сторону знакомой всем охемцам Фигуры.       Фаенон обернулся. Сердце наполнилось теплом. Он уже и забыл, что собирал у городской стражи сведения о последних передвижениях вражеских группировок.       Сидя на шее у Мидея, девочка уже отцепилась от его волос и указывала пальцем то в одно место, то в другое, и Мидей туда без лишних вопросов шел. Даже с большого расстояния можно было заметить улыбку на его лице. В груди Фаенона приятно потяжелело. — Он самый, — мягко сказал он. — Выглядит, как грозная машина для убийств, а сам детишек на плечах катает, — засмеялась одна из стражниц, оперевшись на ближайшую стену. — Чем не будущий король? — Спаситель, а чего это ты так расцвел? — ехидно спросил другой стражник.       Фаенон пропустил его слова мимо ушей. Даже со стороны было видно, как взгляд его смягчился, а на щеках появился легкий румянец. — О-о-о, да он уже не с нами, — хохотнула стражница, и смех теперь подхватили все, стоящие рядом с Фаеноном. — Тц, отвернуться уже от вас нельзя, — фыркнул Фаенон, проводив Мидея взглядом до поворота, за которым тот и скрылся. — Вернемся к нашей теме разговора.       Но стража уже была взбудоражена поводом для пускания новых слухов. Только ленивый в Охеме еще не обсудил взаимодействия двух новых героев, и теперь гомон людских голосов ближайшую неделю и вовсе не будет затихать. — Мама! — закричала девочка, чуть не перегнувшись через голову Мидея. Благо, он так и не переставал держать ее. — Вон там, впереди!       Мидей ускорил шаг, и к нему навстречу побежала молодая женщина. Она протянула руки к девочке, и та потянулась к ней навстречу. Ребенка пришлось с шеи снять. — О, боги, спасибо Вам! — тараторила женщина, прижимая девочку к себе. — Не знаю, как мне благодарить Вас, Мидеймос! Извините, что доставили неприятности! — Пустяки. Никак меня благодарить не надо, — отмахнулся он. — Просто не отпускайте руку вашей дочери в толпе. И купите ей очки.       Женщина активно закивала головой, что-то продолжила тараторить о ценности героев, но Мидей уже мало ее слушал. Он смотрел за тем, как девочка обнимала свою мать в ответ и улыбалась. По ее лицу даже нельзя было понять, что она плакала до этого.       Стоило им только разойтись, как приключения не оставили его. Словно появившись из тени, перед ним предстала Кастория. На удивление, взгляд ее не был таким же холодным, как всегда. Людей вокруг почти не осталось. Они сами разошлись, или их напугало присутствие сразу двух златиусов в одном месте?       Кастория кивком указала Мидею на балкон неподалеку. Интерес взыграл. Принц пошел за ней. Она оперлась поясницей на перила, и ветер словно невидимыми пальцами перечесал ее длинные волосы за спину. — Завоевываешь внимание детей? — заговорила она. — Выполняю гражданский долг, — развел руками Мидей. — Ты не просто так появилась, верно? — Нет, — и на ее губах расцвела улыбка. — Не всегда ведь я должна нести с собой плохие вести, Мидеймос. Ты обижаешь меня. — В таком случае… Ты хочешь просто поговорить?       Кастория будто случайно провела пальцами по каменным перилам, и в тот же момент из-под них полетели золотые искорки. Принц понял… Золотая бабочка разлетелась пеплом, столкнувшись с касанием самой смерти. — Хочу напомнить, что каждое твое действие ведет к определенным последствиям. В последнее время я чувствую себя не так, как всегда. — Ее взгляд стал еще теплее. Чтобы не стоять истуканом, Мидей направился к противоположной стороне перил, но смотрел он не на город, а вдаль. На раскинувшиеся когда-то плодородные земли. — Не знаю, что ты делаешь, но… — Не пытайся меня остановить, — оборвал ее Мидей. — А я разве говорю, что попытаюсь? — тихо засмеялась она. — Если ты думаешь, что я хочу смерти всего живого, то выкинь эти мысли из головы. Я знаю, что должно произойти. И знаю, что ты тоже знаешь. — Тогда зачем нужен наш разговор? — удивился принц. — Чтобы вам было спокойнее, — произнесла Кастория. — У тебя хорошо получается. Продолжай в том же духе.       Мидей улыбнулся. Ему и правда стало гораздо легче. За спиной раздались шаги, но Кастория ничего не прокомментировала. — Не помешаю вашему милому свиданию? — весело спросил Фаенон, и Мидей глянул на него через плечо. — Едва ли можно назвать дружескую беседу свиданием, — сказала Кастория, наигранно прищурившись. — Уксуса напился вдоволь, Спаситель?       Мидей утробно рассмеялся, и Фаенон скрестил руки на груди. Обвинить его в проявлении ревности — это надо иметь хорошее чувство юмора. Но он и сам напросился. — Ничего подобного. Не всегда свидание подразумевает романтику, — начал оправдываться он, и смех Мидея стал громче. — Мидеймос! Захлопнись! — Конечно-конечно, Фаенон, прямо сейчас этим и займусь. — Не буду мешать вам, — легко сказала Кастория. — Но советую тут не задерживаться.       Мидей ничего не ответил. Фаенон проводил Касторию взглядом, а после подошел ближе, и принц тут же обернулся к нему всем телом. По обе стороны от него чужие руки уперлись в перила. Зевак поблизости все еще не наблюдалось. — Уксус, Фаенон? — подколол Мидей. — Я сказал тебе захлопнуться, — проворчал Фаенон. — Не я сейчас зажимаю тебя на балконе, заметь, — напомнил принц.       Принципиально он не касался чужого тела. Глаза Фаенона были прищурены. Пусть со стороны так не казалось, но меж ними развернулась очередная игра. Легкое противостояние. — Выяснил что-нибудь важное? — спросил Мидей, опуская взгляд на чужие губы.       Меж их лицами практически не было никакого расстояния. По телу побежал жар. — Совершенно ничего. Стража настолько полагается на нас, что даже дозорные на постах спят и упиваются вином до беспамятства. — Народ тоже спокоен. Само наше присутствие здесь заставляет всех расслабляться. — Будь я плохим парнем, я бы предложил нам сбежать на пару дней и напомнить гражданам о потребности в защите, — тихо засмеялся Фаенон, чуть не прижимаясь к чужому телу. — Звучит соблазнительно, — в тон ему ответил Мидей. — Как жаль, что ты хороший парень. А я еще лучше. — Боги, Мидеймос, ты ужасен, — смех Фаенона стал громче.       Не выдержал первым Мидей. Больше он не мог спокойно смотреть в чужие глаза, видеть морщинки от смеха возле них и игнорировать легкие пятнышки румянца. Он коснулся губами губ Фаенона, и в тот же момент Фаенон прикрыл ресницы и подался ближе, в этот раз все-таки вжавшись всем телом в Мидея. — Если нас заметят, люди будут болтать всякое, — прошептал Фаенон прямо в поцелуй. — Флаг им в руки, — сказал Мидей. — Кому? — зазвучал чужой голос откуда-то снизу.       Фаенон тут же отпрянул, а Мидей выругался себе под нос. Это что, день встречи со златиусами? Так не проще ли было их всех собрать в одном месте? — Госпожа Трианна, — неловко поприветствовал Фаенон. — Обходите город? — Просто гуляю, — сказала она. — Извините, что вмешалась. Мне просто стало одиноко. — Где же ваши сестры? — спросил Мидей. Ему было так стыдно, что и кончики ушей залились жаром. — Заняты государственными делами, но меня не пригласили. — Она неловко вскарабкалась на перила, свесила ноги. — А вы тут секретничаете?       Мидей не знал, как себя вести. С одной стороны, Трибиос были полубогинями и были старше самого Мидея. С другой же стороны, их поведение редко когда отличалось от детского, и Трианна излучала из себя зачастую детскую наивность. Всей душой Мидей не хотел верить, что все это было наигранно. — Думаю, можно сказать и так, — вздохнул принц. — Раз уж это секрет, то и я не буду ничего никому говорить, — развела руками Трианна. — Хорош секрет, если о нем знают уже все, — пробормотал Фаенон.       Мидей притянул его к себе поближе, оставил руку лежать на пояснице. И Фаенон не стал сопротивляться. — А как прошел Ваш день, госпожа Трианна? — спросил Мидей.       Глаза ее тут же загорелись. Она начала рассказывать о встреченных на улицах химерах, перечисляла всех посетителей купален за утро, бормотала что-то о планах на следующий день. Очевидно, что ей было достаточно одиноко в Охеме. Плечо принца потяжелело от чужой головы, легшей на него.       Простые повседневные разговоры потекли рекой. Где-то вдали сверкнул очередной сноп искр. В тени было мало что заметно, но Мидей был уверен, что на скамейке под деревом чуть выше по улице за чтением очередного отчета Кастория махнула рукой.       И он был ей благодарен.