Игра Судьбами

В самой сокровенной глубине Конохи, в комнате, скрытой от посторонних глаз и окутанной полумраком, на простом стуле восседал мужчина. Шрам, пересекавший его подбородок, придавал его лицу еще больше суровости, а в выражении застыла непроницаемая маска, скрывающая любые эмоции. Перед ним, склонив колени, замерли два ниндзя в белоснежных масках – безмолвные тени, чьи бесстрастные голоса походили на скрип марионеток, что, в сущности, недалеко от истины, ведь их воля всецело принадлежала Данзо. “Лорд Данзо”, – произнес один из них, его голос был лишен какой-либо интонации, словно он был лишь передатчиком чужой воли. “Объясните”, – отрывисто бросил Данзо, не выражая ни малейшего удивления или какой-либо иной реакции на предстоящий доклад. “Ниндзя Кумо, направлявшиеся на выполнение миссии, внезапно погибли. Их головы словно раскололись изнутри, а при тщательном осмотре местности не было обнаружено никаких следов борьбы или присутствия посторонних. Даже ниндзя АНБУ, находившиеся неподалеку, не смогли установить причину произошедшего”, – завершил свой доклад ниндзя Корня. Данзо сузил глаза, нахмурив брови; подобный поворот событий никак не вписывался в его тщательно выстроенные планы. Гибель ниндзя Кумо должна была ослабить клан Хьюга, нанеся им серьезный удар, что позволило бы ему беспрепятственно осуществить задуманное. Используя весь свой политический вес, он сумел предотвратить вмешательство клана Учиха в отражение атаки Кьюби, а затем ловко подставил их, переведя на окраину Конохи и обвинив в случившемся. Однако повторить подобный трюк с кланом Хьюга было невозможно. Он уже исчерпал почти весь свой политический ресурс, чтобы оклеветать Учих. Если бы он попытался сделать то же самое с Хьюгой, это неминуемо вызвало бы подозрения. Кроме того, вся Коноха была свидетелем того, как члены клана Хьюга самоотверженно помогали в отражении атаки Девятихвостого, проявляя мужество и отвагу. И, наконец, он не считал Бьякуган столь же мощным и опасным, как Шаринган. Для него пользователи Шарингана, обремененные эмоциональными травмами, представляли собой куда большую угрозу его грандиозным планам. Если он не мог контролировать их, то должен был уничтожить – таков был его непреклонный принцип. Но на этот раз он совершил серьезную ошибку, и эта ошибка, словно зловещая тень, в будущем обернется против него, нанеся сокрушительный удар. “Клан Хьюга заметил что-нибудь необычное?” – спросил Данзо, стараясь сохранять невозмутимый вид. “Со стороны клана Хьюга не было замечено никакой подозрительной активности”, – доложил ниндзя, не поднимая глаз. “Хорошо. А теперь расскажи мне о джинчурики”, – проинструктировал Данзо, переключая свое внимание на другой объект. Если этот инцидент с Кумо не сработал, он спровоцирует другие, еще более масштабные. А Хокаге пусть разбирается с Райкаге и пытается замять назревающий конфликт. “Лорд Данзо, он, кажется, счастливее обычного”, – доложил ниндзя, и в его голосе промелькнула едва уловимая нотка удивления. “Хм… Что ты подразумеваешь под “счастливее”?” – спросил Данзо. Он был уверен, что Хирузен еще не предпринял никаких шагов по отношению к мальчику, так как же джинчурики мог быть счастливым? Он лично сделал жизнь этого мальчика невыносимой, распуская слухи о том, что он является воплощением Девятихвостого, настоящего демонического лиса. Приют, где жил Наруто, был для него охотничьим угодьем, а смотритель – его послушной марионеткой, которой он поручил “особо” заботиться о джинчурики. “Мы точно не знаем, но в течение последней недели он выглядит более радостным, чем обычно. Однако смотрительница подтверждает, что никто с ним не разговаривал, и она сократила его рацион с двух раз в день до одного через день”, – доложил ниндзя Корня, не нарушая бесстрастного тона. “Понятно. Скажи смотрителю, чтобы она заставила его страдать еще больше”, – приказал он, не выказывая ни малейшего сочувствия к ребенку. “Да, Лорд Данзо”, – ответил ниндзя Корня, прежде чем бесследно исчезнуть, оставив Данзо в одиночестве размышлять над услышанным. “Ничто не идет по плану”, – промелькнуло в его голове, и на его лице отразилась тень раздражения.

***

В кабинете Хокаге Хирузен выпускал густые клубы дыма из своей длинной курительной трубки, а перед ним на коленях замерли два ниндзя АНБУ, склонив головы в знак уважения. На его столе лежали два свитка, в которых, очевидно, были запечатаны тела убитых ниндзя Кумо. “Итак, вы утверждаете, что у них просто лопнула голова?” – переспросил Хирузен. “Да, Хокаге-сама”, – почтительно ответил ниндзя АНБУ, не поднимая глаз. Хирузен на мгновение прикрыл глаза, погрузившись в раздумья, а затем вновь обратился к АНБУ: “Что говорится в медицинском заключении?” “Медики сообщили, что обнаружили в телах убитых большое количество чакры молнии. Судя по всему, разряд молнии сначала поразил их мозг, парализовав тело, а затем, когда концентрация чакры достигла критической точки, мозг просто взорвался, что и стало причиной смерти”, – доложил коленопреклоненный ниндзя, стараясь не упустить ни одной детали. «Стихия молнии…» — Хирузен сосредоточенно нахмурился, перебирая в памяти имена ниндзя, владеющих этой стихией, но ни одно из них не казалось подходящим. 'Какаши',— мелькнуло у него в голове, но он тут же отбросил эту мысль как нелепую. АНБУ продолжил без перерыва: «Их обоих убили одним и тем же дзюцу». «Хм… Что ты этим хочешь сказать?» — Хирузен удивлённо приподнял бровь, не ожидая такого поворота. «Медицинская бригада пришла к выводу, что чакра в телах жертв идентична по своей природе, а наша поисковая группа обнаружила, что это было дзюцу типа снаряда. Мы нашли пробоину в стене, которая тянется более чем на четыреста метров, пробивая насквозь все преграды. К счастью, удалось избежать жертв среди гражданского населения. Однако, когда люди проснулись, они обнаружили небольшие отверстия в стенах своих домов и теперь справедливо требуют объяснений», — доложил ниндзя, не упуская ни одной детали. «Но самое интересное, что, восстановив траекторию полёта снаряда, мы выяснили, что он был выпущен с крыши здания, находящегося в четырёхстах метрах от места преступления. К сожалению, когда клан Инузука попытался взять след, им это не удалось; запах был идеально рассеян с помощью техник стихии ветра, и враги словно растворились в воздухе, не оставив после себя никаких следов», — сообщил ниндзя АНБУ, и в его голосе прозвучало восхищение мастерством убийцы. «Понятно», — задумчиво кивнул Хирузен. С подобным он еще не сталкивался. О существовании такого дзюцу он не знал. Впервые он слышал о технике, способной убить кого-то на расстоянии в километр. «Разве это не означает, что это дзюцу идеально подходит для тайных убийств?» — с тревогой подумал он, предчувствуя надвигающуюся опасность. «Что ты об этом думаешь, Шикаку?» — спросил Хирузен, обращаясь к командиру джонинов Шикаку Наре, известному своим исключительным интеллектом и аналитическими способностями. Он вызвал его, чтобы тот помог разобраться в этом запутанном деле. «Полагаю, что к этому причастен кто-то из клана Хьюга», — произнес Шикаку, взвесив все «за» и «против». Хирузен снова удивился, ведь ниндзя АНБУ доложил, что со стороны клана Хьюга не было замечено никакой активности. “Объясни”, - потребовал он разъяснений. «Они планировали похитить дочь Хиаши, и, по вашим словам, с их стороны не было никаких подозрительных действий. Но что, если некоторые члены клана в этот момент уже находились за пределами их территории? С их Бьякуганом не так уж сложно оставаться незамеченными для радаров АНБУ. Вспомните, как умело им удалось обмануть клан Инузука, рассеяв запах и заметая все следы. Что касается стихии молнии, то мы ничего не знаем о чём-то подобном у клана Хьюга, за исключением их техник мягкого кулака. Мы гораздо больше знаем об клане Учиха, чем о клане Хьюга. К тому же, если всё было организовано как надо, они могли незаметно проникнуть в клан, и никто бы ничего не заметил», — подробно изложил свою версию Шикаку, и в его словах звучала уверенность. Хирузен на мгновение задумался, взвешивая услышанное, а затем с сомнением спросил: «Насколько ты уверен в своих выводах?» «Восемьдесят процентов», — ответил Шикаку без колебаний. “Это Хиаши?” - задал следующий вопрос Хирузен. “Нет, я так не думаю”, - твердо ответил Шикаку. “Объясни”, - приказал Хокаге. «Видите ли, я знаю Хиаши с детства. Если бы он был причастен к этому, он бы уже стоял перед вами, требуя объяснений, а не действовал исподтишка. Он слишком горд и прямолинеен, чтобы прибегать к подобным методам», — пояснил Шикаку свою точку зрения. «Значит, кто-то действует у него за спиной. Но каждый член побочной ветви находится под его контролем, а старейшины никогда не вмешивались в подобные дела, так кто же это может быть?» «Тогда остаётся кто-то из главной ветви, на кого Хиаши не имеет никакого влияния. Как насчёт той, кого собирались похитить?» — предположил Шикаку, выдвигая новую версию. «Ты полагаешь, что трёхлетний ребёнок мог провернуть такое, никого не предупредив? Это абсурд!» — воскликнул Хирузен, отметая эту мысль. «Но это не выходит за рамки возможного. Я не утверждаю, что она это сделала, но она, безусловно, является главным подозреваемым», — парировал Шикаку, отстаивая свою точку зрения. «Но, согласно нашим сведениям, девочка — всего лишь избалованная соплячка, которая плачет по пустякам и до сих пор даже не приступила к тренировкам», — возразил Хирузен, напомнив, что благодаря своим шпионам он всегда в курсе всего, что происходит с наследниками кланов и потенциальными талантами. «Информацией можно умело манипулировать, Хокаге-сама», — резонно заметил Шикаку, намекая на то, что истинное положение вещей может быть совсем иным. Они оба понимали, что это звучит абсурдно, но в их жизни случалось столько невероятных вещей, что этот случай вполне мог пополнить их копилку удивительных событий. «Но у нас есть способ проверить эту версию», — продолжил Шикаку, вырывая Хирузена из раздумий. “Продолжай”, - подтолкнул его Хокаге. «Мы все знаем, что когда кто-то использует дзюцу, часть чакры остаётся в окружающей среде. Вы упомянули, что было использовано ниндзюцу высокого уровня, поэтому мы могли бы попытаться отследить этого человека с помощью жуков клана Абураме. В отличие от клана Инузука, они используют уникальную сигнатуру чакры человека, чтобы выследить его, а не запах», — объяснил Шикаку. “АНБУ, вызовите главу клана Абураме”, - отдал приказ Хирузен, и один из ниндзя в маске мгновенно исчез, словно растворившись в воздухе. Не прошло и десяти минут, как глава клана Абураме, Шиби, в сопровождении своего сына Шино, предстал перед Хокаге в его кабинете. “Хокаге-сама, каковы ваши приказы?” - почтительно склонив голову, спросил Шиби, демонстрируя уважение к лидеру деревни. “Нам необходимо найти одного человека”, - ответил Хирузен и вкратце изложил ситуацию Шиби. Не теряя времени, вся небольшая группа переместилась к тому самому резервуару с водой, где несколькими часами ранее находилась Хината. Все затаили дыхание, наблюдая, как Шиби приступает к выполнению своей непростой задачи. Вскоре из его тела начали появляться полчища микроскопических жуков, которые, словно по команде, разлетелись в разные стороны, исследуя каждый уголок местности. «Ну что, удалось что-нибудь обнаружить?» — нетерпеливо спросил Хирузен, стараясь скрыть свое волнение. «В этом месте находились четыре человека. Трое из них не использовали чакру, поэтому я не смог идентифицировать их чакровые сигнатуры. Но мне удалось зафиксировать чакру того, кто использовал дзюцу; его энергетический след все еще ощущается в воздухе», — доложил Шиби, не отрывая взгляда от жуков. «Найдите его», — приказал Хирузен, и в его голосе прозвучало неприкрытое нетерпение. Шиби молча кивнул, и жуки разлетелись в разные стороны, прочёсывая каждый сантиметр территории. Через некоторое время жуки начали возвращаться, и на лице Шиби появилось хмурое выражение, говорившее о том, что он столкнулся с какой-то проблемой. «В чем дело? Что вы обнаружили?» — обеспокоенно спросил Шикаку, предчувствуя неладное. «Чакра этого человека повсюду — на деревьях, на стенах зданий и даже на одежде некоторых гражданских. Если быть точным, энергетический след зафиксирован в семистах двадцати двух местах. Его чакра словно специально была рассеяна по всей округе», — ответил Шиби, и в его голосе прозвучало неподдельное удивление, вызванное необычным открытием. «Хорошо, Шиби, спасибо. На этом ваша работа закончена», — произнёс Хокаге, давая понять, что отныне дальнейший поиск ляжет на плечи других. Шиби молча кивнул и вместе со своим сыном Шино бесследно исчез, словно растворившись в воздухе. «Теперь я на сто процентов уверен, что к этому причастен кто-то из клана Хьюга», — заявил Шикаку сразу после ухода Шиби, не желая разжигать межклановые конфликты из-за необоснованных подозрений. «Объясните», — потребовал Хирузен, желая понять логику его рассуждений. «Только члены клана Хьюга способны испускать чистую чакру из своих ладоней, и, судя по всему, это было сделано намеренно, чтобы замести следы. Скажите мне, Хокаге-сама, много ли вы знаете людей, способных извлекать чакру из своего тела?» — спросил Шикаку, пристально глядя Хокаге в глаза. «Самураи из Страны Железа используют чакру, чтобы покрывать свои мечи, затем Цунаде, применяя лечебную технику, и, наконец, все члены клана Хьюга в своей технике мягкого кулака», — перечислил Хирузен, обдумывая каждый вариант. «В деревне нет самураев, а леди Цунаде сейчас находится за пределами Конохи, поэтому единственными, кто может использовать подобную технику, остаются члены клана Хьюга», — подытожил Шикаку, завершая свои рассуждения. «Но у нас нет никаких прямых доказательств, и мы не можем просто так вторгнуться на территорию клана Хьюга. Все следы умело скрыты, а улики тщательно замаскированы. Кто же этот умник?» — пробормотал Хирузен, выражая своё разочарование вслух. «Я бы лично хотел встретиться с этим человеком. Он наверняка стал бы отличным игроком в сёги», — задумчиво произнес Шикаку, восхищаясь стратегическим мышлением и изобретательностью преступника. Хирузен был явно разочарован неудачей в поисках прямых улик, указывающих на преступника. Этот инцидент мог бы укрепить его позиции как Хокаге, но теперь ему придется искать другой способ достичь своих целей. «Сильный Хокаге нуждается в слабых кланах» — такова была его политика, которой придерживались как Данзо, так и Хирузен, воспитанные одним наставником, презиравшим клан Учиха и любой другой клан, представлявший угрозу для власти и положения Хокаге. «Мне нужно встретиться с дочерью Хиаши, чтобы лично убедиться в ее непричастности», — подумал он, разрабатывая новый план действий. «Что нам делать с телами ниндзя Кумо? Райкаге наверняка отправит послание с требованием объяснений», — спросил Шикаку, возвращая Хокаге к насущным проблемам. «Какое ещё объяснение? Они незаконно проникли на территорию вражеской деревни без разрешения», — отрезал Хирузен, не желая вдаваться в подробности. «Я понимаю, Хокаге-сама», — сдержанно ответил Шикаку, не видя смысла в дальнейших спорах. «Всё могло бы сложиться иначе, если бы их убил Хиаши», — с сожалением подумал Хирузен и, не сказав ни слова, бесследно исчез, оставив Шикаку в одиночестве размышлять над сложившейся ситуацией.