Игра Судьбами

— Что так долго, Хината? — поинтересовался Хаку-тян, едва я приблизилась к воротам. — Да так, беседовала с одним знакомым. Он, кстати, считает тебя девочкой, хе-хе, — довольно хихикнув, я бросила на него взгляд и направилась к дому. — Поправила его? — уточнил он, следуя за мной. Я лишь взглянула на него с улыбкой, ничего не отвечая. — Ведь сказала же? — переспросил он с ноткой надежды в голосе. Молчание было мне ответом. — Ах, — схватившись за свои длинные, гладкие, шелковистые волосы, простонал он. — Почему все вокруг принимают меня за девушку, а ты, из всех людей, издеваешься надо мной больше всех? — Хе-хе, так ведь веселее, Хаку-тян. Ты только представь: пройдёт несколько лет, какой-нибудь парень, созрев для серьёзных отношений, сделает тебе предложение. А потом, в самый ответственный момент, выяснится, что ты — парень. Волк в овечьей шкуре, не иначе. Разве не забавно будет наблюдать за их вытянувшимися лицами, за их смущением и стыдом, когда их хрупкие сердечки разобьются вдребезги от осознания, что та, кого они считали своим ангелом, всё это время была дьяволом? Хе-хе-хе. — Прекрати! — воскликнул он, заливаясь краской смущения. — Ха-ха-ха, а ты ещё симпатичнее, когда злишься, Ха... ку... тяяян, — продолжала я дразнить его в своё удовольствие. — Т-ты вечно надо мной смеёшься! Чем я тебе не угодил? Почему ты не подшучиваешь над Кимимаро? Я... я не буду с тобой разговаривать, пока ты не извинишься, — он ткнул в меня обвиняющим пальцем и припустил вперёд. — Ха-ха-ха-ха, смотри под ноги, Хаку-тян, а то споткнёшься! — крикнула я ему вслед, продолжая посмеиваться. Не проронив больше ни слова, он скрылся из виду, оставив меня и Кимимаро вдвоём. — Почему ты всегда над ним подшучиваешь? — с искренним любопытством спросил Кимимаро. Склонив голову набок и изогнув губы в лукавой улыбке, я поинтересовалась: — А хочешь, я над тобой подшучу, Кимимаро? На его лице явственно проступила пресловутая «капля пота». Вскинув руки в защитном жесте, он поспешно ответил: — Ха-ха, нет, благодарю покорно. Пожалуй, пусть лучше Хаку-тян. — Вот видишь, видишь! Ты тоже не прочь над ним подшутить, — тут же обвинила я его в собственных грехах. После этого он предпочёл просто слушать мою болтовню, и мы наконец добрались до ворот квартала клана. Как я и предполагала, мой дорогой братец Неджи терпеливо дожидался моего возвращения. — Наконец-то. Что так задержало? — спросил он с лёгкой улыбкой. — Да так, пустяки. Один мальчишка просто убежал вперёд, — беспечно отмахнулась я, когда мы входили на территорию клана. Кимимаро направился прямиком к своему дому. Когда он скрылся, Неджи поинтересовался: — Значит, в Академии было скучно, как ты и предполагала? — Вовсе нет, брат. Я там неплохо развлекаюсь, — с озорной улыбкой разбила я его ожидания. — Что? — Сейчас расскажу, брат, хе-хе. Тебе понравится. — С хулиганской ухмылкой я принялась живописать свои похождения. Выслушав мои истории, он лишь окинул меня долгим взглядом, похлопал по плечу с самым серьёзным выражением лица и изрёк: — Надо было догадаться. — Эй-эй, ты серьёзно или насмехаешься? — опешила я. — Не строй из себя невинность. — Он, определённо, не поддался на мои уловки. — Ха-ха, ты стал умнее, брат, — похвалила я его, ответно хлопнув по плечу. — Ха, что значит «стал»? Ты хочешь сказать, что раньше я был глупым? — возмутился он. — Вот видишь, видишь! Ты уловил скрытый смысл моих слов, брат. Тьфу, ты мне больше нравился, когда был маленьким. — С театральным вздохом я покачала головой и приложила ладонь ко лбу. Неджи лишь посмотрел на меня с укоризной: — Взаимно. Ты была очень послушной маленькой сестрёнкой в детстве, всегда играла со своим старшим братом. А теперь посмотри на себя. Тьфу, вот бы ты всегда оставалась той милой девочкой, — разочарованно покачал он головой. 'Неужели он применил против меня мой же приём, да ещё и с лихвой?' — Прекратите препираться и заходите в дом, — донёсся с кухни мягкий, но властный голос матери. — Идём, — хором отозвались мы. На столе красовалось множество мисочек с мороженым и лежала горка свежих, наливных яблок — отец не подвёл. Устроившись на стуле, я с наслаждением принялась за холодное лакомство, от которого по телу пробежала приятная дрожь. Неджи сел рядом и надкусил яблоко. — Итак, милая, как прошёл твой день в Академии? — поинтересовалась мама, собирая мне лёгкий ужин. — Я вела себя очень хорошо, мамочка. Никого из учеников не обижала, слушалась учителей и выполняла все их указания. Я сделала всё, как ты просила, мамочка, — доверительно сообщила я своей доброй матери. Неджи, мирно жующий своё яблоко, замер на полпути и уставился на меня с ошарашенным видом. Я лишь одарила его невиннейшей улыбкой. — Что случилось, Неджи? Почему ты перестал есть? — встревожилась мама. — Ничего, тётушка, — он снова принялся за еду, но его взгляд так и впился в мою ангельскую улыбку. — Вот и умница, — с удовлетворением протянула мама, подавая закуски. Я с удовольствием набила животик. После этого мы с Неджи отправились на тренировочную площадку, и первое, что он спросил: — Зачем ты солгала тёте? — Хе-хе, я ей не солгала, брат. Она просила не обижать одноклассников, но об учителях не было ни слова. А что касается того парня — это был спарринг. Что же до хорошего поведения — я веду себя подобающе наследнице клана. Не могу же я порочить имя нашего клана, верно? — пояснила я своему недальновидному брату. Он хранил молчание, прежде чем согласно кивнуть: — Ты права, сестрёнка. — А теперь давай начнём тренировку, — произнесла я, активируя Бьякуган и принимая стойку Мягкого Кулака. — Вот это другой разговор, — осклабился он, занимая ту же позицию.

***

Много часов спустя — Ха-а! — его ладонь прошла в миллиметре от моей головы. Слегка подпрыгнув и выполнив круговой удар ногой, я целилась ему в плечо. Неджи блокировал предплечьем, но сила удара отбросила его на несколько метров. Твёрдо приземлившись, слегка приподнявшись на носках и раскинув руки в стороны, я удовлетворённо улыбнулась. — Не выйдет! — выкрикнул Неджи. — Выйдет, выйдет, — отозвалась я, когда чакра мощным потоком вырвалась из всех моих точек тенкецу. Перед тем как начать вращение, я мягко прошептала: — И что же ты будешь делать, брат? — Ты меня убить решила? — крикнул он, но в тот же миг занял ту же стойку, готовясь к защите. — Вращение! — гаркнул он во всю глотку. Скрежет. Поднялся ветер, листья закружились в бешеном вихре, а земля разлетелась на куски, когда два купола чакры, вращающиеся со скоростью, превышающей звуковую, столкнулись друг с другом, породив оглушительный взрыв. Не прошло и секунды, как нас с Неджи вышвырнуло из чакровых сфер, словно пули. Неджи несколько раз проехался по земле, прежде чем остановиться. К счастью для него, он успел защитить каждую часть тела, выпуская чакру вокруг них ещё до удара. Что касается меня, чакра вырвалась из всех тенкецу, сформировав подобие миниатюрных нитей. При каждом соприкосновении с землёй они работали как амортизаторы, так что кости у нас обоих остались целы. Тяжело дыша, я подошла к Неджи, который неподвижно лежал на земле. Последние остатки его чакры ушли на защиту тела, он был на грани полного истощения. Я же была попросту вымотана физически. Я рухнула на землю рядом с ним и уставилась на усыпанное звёздами небо. — Это было захватывающе, — выдохнула я, всё ещё находясь под впечатлением. Он лишь слабо кивнул, прежде чем усмехнуться: — Твоё Вращение могло бы разорвать меня на куски, попади оно по-настоящему. — Хе-хе, я знала, что ты применишь своё, — уверенно заявила я. — Знаешь, нет, наверное, ни дня, чтобы смерть не касалась меня своим крылом, — произнёс он, поднимая руку, словно пытаясь поймать звезду. — Ты должен гордиться тем, как часто ты плевал смерти в лицо, хе-хе, — сказала я. Усмехнувшись про себя, он проговорил: — Помнишь, как твоя стрела была в миллиметре от того, чтобы пронзить моё сердце? Я лишь рассмеялась в ответ, ничего не говоря. — Чёрт, слишком много чакры ушло на это. Я не тратил столько за все часы нашего боя, но это... ах, — посетовал он. 'Если я правильно помню, в возрасте 14–15 лет Неджи мог непрерывно поддерживать Вращение минут десять, так что он сам по себе был монстром'. 'Но теперь, хе-хе, он станет монстром совершенно иного порядка'. — Слушай, брат, а ты никогда не задумывался о том, чтобы призвать обратно в тело чакру, выпущенную после использования Вращения? — спросила я. Он внезапно сел, уставился на меня и произнёс: — Нет, я не думал об этом, но если бы это было возможно, отец или дядя рассказали бы нам. Так что, скорее всего, это невозможно. — Невозможно? Ха-ха, ну и шутка. В этом мире нет ничего невозможного, брат. Подумай сам: для обычных детей твой уровень силы тоже невозможен, но он у тебя есть, не так ли? — спросила я. Он кивнул. — Так что, если никто не делал этого раньше, это не значит, что это невозможно. Нам просто нужно сохранять связь с нашей чакрой, и в тот момент, когда она вот-вот рассеется, мы должны мгновенно погасить её скорость и призвать обратно в тенкецу. — Я изложила ему теоретическую схему. Подняв палец, я сжала нить чакры и втянула её обратно в тело. — Вот так. — Ты представляешь, с какой скоростью она вращается? В тот миг, когда мы её остановим, она тут же рассеется. — Но в твоих словах определённо есть смысл, — задумчиво произнёс он, погружаясь в размышления. — Хе-хе, это не невозможно, но требует глубочайшего понимания Вращения и абсолютного контроля над ним. — Ты права. Это будет следующим шагом в нашей технике боя. Только представь: никогда не испытывать недостатка в чакре и накладывать Вращение на Вращение непрерывно, — проговорил он мечтательным голосом, но я видела огонь в его глазах. — Как думаешь, сколько времени нам потребуется, чтобы создать и освоить это? — с энтузиазмом спросил он. Я показала три пальца, потом четыре, потом пять. — Хе-хе, от трёх до пяти месяцев? — предположил он. — Хе-хе, нет, брат. От трёх до пяти лет, — окатила я его мечты холодной водой. — Так долго, — пробормотал он, снова падая на землю. — Конечно. Как ты думаешь, если бы это было так легко, это уже давно бы кто-нибудь сделал. Так что, очевидно, потребуется именно столько времени. Помни, брат, терпение и труд — залог успеха. Многие великие вещи так и не появились на свет только потому, что у людей не хватило воли и терпения довести их до конца, — изрекла я суровую правду. — Сколько бы времени ни потребовалось, я сделаю это, — твёрдо заявил он. — Вот это мой брат. Но внезапно он резко повернул голову ко мне и спросил: — Слушай, сестрёнка, а почему мы в Мягком Кулаке не используем природные стихии? Огонь, молнию или что-то ещё? — О, интересный вопрос. Видишь ли, когда мы покрываем ладонь или пальцы чакрой, мы на самом деле можем использовать стихии. Но у этого есть множество недостатков. Например, если мы используем Стихию Огня в Мягком Кулаке, жар может обжечь кожу ладони и пальцев. Чтобы этого избежать, придётся покрыть ладони дополнительным слоем чакры. Но при таком разделении внимания мы не сможем выработать достаточно огневой мощи, чтобы нанести серьёзный вред противнику — лишь лёгкие ожоги. Так что огонь отпадает, — объяснила я. — А как насчёт молнии? — не унимался он. — Она, безусловно, может парализовать противника и не навредит нам, так как течёт в противоположном от нас направлении. Но она не повредит ни потоку чакры, ни тенкецу. Недостаток же в том, что будет, если на враге броня, не проводящая электричество? В таком случае наши удары будут лишь щекоткой, — усмехнулась я. — Значит, они бесполезны? — подытожил он. — Ага, по большей части бесполезны, но могут пригодиться в некоторых специфических ситуациях, — сказала я. — Стало быть, Мягкий Кулак — наше всё. Его не заблокировать никакой бронёй, и он наносит максимальный урон, — заключил Неджи. Я кивнула. — Но, учти, Мягкий Кулак бесполезен для тех, у кого нет Бьякугана. Мы оба усмехнулись. Но его пытливый ум не мог успокоиться, и он задал новый вопрос: — А что, если использовать стихии во Вращении? — Хе-хе, нет, брат, это тоже чрезвычайно сложно. Объясню. Если ты захочешь использовать Стихию Огня во Вращении, представь, сколько тепла выделится на такой скорости? А ты будешь в эпицентре, так что примешь на себя всю его мощь, а не твой враг. Всего за несколько секунд жар станет столь неимоверным, что от тебя и пепла не останется. Неджи заметно содрогнулся. — А что касается Стихии Воды: огромное количество воды, да ещё и чудовищная сила, которую она обретёт из-за скорости, — это будет бесчеловечно. Одна-единственная малейшая ошибка — и тебя расплющит в лепёшку. Он снова вздрогнул. — Что до Земли — она не будет вращаться, так что это не даст идеальной защиты. Здесь сработает только Молния, и она сможет наносить урон на больших площадях. Но опять же, её недостаток — опасность для своих же, так что она применима, только когда ты один, — резюмировала я. — Я понял, значит, молния... — задумчиво протянул он. Я кивнула. — Но, знаешь, брат, у меня есть одна интересная идея — создать новое высокоуровневое ниндзюцу. Оно будет охватывать среднюю и дальнюю дистанцию, — сказала я, внезапно кое-что вспомнив. — А что, если эти Учихи скопируют его своими дьявольскими глазами? — тут же обеспокоился он. — Нет, не скопируют. Там не будет печатей, хе-хе. Только пользователь Бьякугана сможет его выполнить. — Вот это другой разговор. Рассказывай, — оживился он с хитрой ухмылкой. — Ты знаешь, что мы можем выпускать чакру отовсюду. Что, если мы выпустим чакру вокруг пояса круговым движением, а затем закрутим её, как во Вращении? Потом превратим эту чакру в воду, так что вокруг пояса образуется бешено вращающееся водяное кольцо. А затем, покрыв пальцы чакрой, станем выпускать водяные пули во всех направлениях со скоростью, превышающей скорость звука. Это будет настоящая резня, хе-хе-хе. — Ты гений, сестрёнка. Но, минуточку. Разве это не разрежет самого пользователя пополам, если он потеряет контроль? — спросил он. Я покачала пальцем: — Не, не порежет. На это есть две причины. Первая: в отличие от Вращения, мы можем начать с малой скорости, и когда она наконец достигнет нужной, да и потом, если что-то пойдёт не так, всё выстрелит в противоположные от центра стороны. Так что для пользователя это безопасно. А вот для нашего врага — совсем другая история, хе-хе, — пояснила я. — Понятно, — кивнул он и наконец закрыл глаза, проваливаясь в сон прямо на земле.