Pray

–Знаешь, есть одна странность, — чуть нахмурившись начал Кастиэль, –Я помню кто ты, кто я, кто такой Сэм, но…никаких деталей. Все как будто в тумане. И я, — он запнулся, отчего-то смутившись, –Я абсолютно не понимаю, как быть ангелом. Как проявить крылья? Как исцелять? Я чувствую себя обычным человеком. Дин задумался. Меньше всего демон ожидал, что его личный святой отец столкнется с такой проблемой. Кастиэль неловко пожал плечами. —Слушай, я ведь вообще не был уверен, что после поцелуя ты что-то вспомнишь, — наконец признался Дин, задумчиво проводя пальцами по спине ангела, —Просто в голову ничего кроме дурацких сказок не приходило, решил рискнуть. А так-то, если не путаю, в оригинале сказок не совсем поцелуями чары снимали, — продолжил демон, хитро улыбаясь. Кастиэль сглотнул, ощущая, как теплая ладонь Дина опускается все ниже. Черт, он вот вообще ни капельки не против, чего греха таить, однако… —Что, прямо здесь? — растерянно и возбужденно спросил он, весьма и весьма кстати вспоминая, что у него хранится как минимум пара бутылочек ароматного масла. Грешновато, конечно, брать его для такого дела, но причинять намеренную боль же еще более неправильно, так? Так. —Лично меня это предложение заводит. Из тебя вышел очень сексапильный святой отец, — широко улыбаясь признался Дин, безо всякого стеснения сжимая сочную задницу священника. Он не кривил душой. Во-первых, она итак была искажена донельзя, а во-вторых, если сосредоточиться, он мог увидеть истинную форму Кастиила. Это одновременно пугало и завораживало — оказывается, Кас был огромным, сильным и демон совершенно точно находил это привлекательным (хоть и опасным). –Просто постарайся не убить меня в порыве страсти, хорошо? — проурчал Дин. —Следовало догадаться, что шанс осквернить храм тебя скорее возбуждает, нежели тревожит, — буркнул Кас, впрочем, не предпринимая попыток отстраниться. Если Богу все равно плевать на происходящее в мире, может, и в том, чтобы сделать это в храме нет ничего такого? Священник чувствовал себя странно. Он понимал, что для него, как для ангела, иметь дело с демоном должно быть не слишком приятно, но Дин… Его родной Дин Винчестер как будто стал увереннее, сильнее, мощнее. Он не собирался часами напиваться, пытаясь забыть свои ошибки или теребя старые воспоминания. У него была цель и он к ней шёл. И что-то подсказывало ангелу, что сейчас цель этого слишком притягательного не-человека — его, Каса, задница. Не то чтоб он сильно возражал, однако неправильность происходящего все равно немного сковывала. —Я не буду против, если ты немного посопротивляешься, — мурлыкнул Винчестер, чувствуя, что желание его растет с каждой секундой. Кастиэль в принципе всегда словно бы всем видом напрашивался на хороший секс, а уж в форме священника… Кинк? Спортивный интерес? Как бы то ни было, Касу безумно идёт чёрный. —Одного не пойму: как это никто из твоих овечек не попросился до сих пор на личную аудиенцию, — прошептал Дин, прижимая к себе слегка порозовевшего ангела еще крепче. Робость Новака только подливала масла в огонь — и остатки человечности и демоническая сущность были одинаково рады возможности поиграть в совращение. —Просились, — выдохнул Кастиэль, постепенно расслабляясь от тепла чужого тела и крепких объятий. Давно забытое и оттого еще более приятное ощущение. —И что же вы сделали, святой Отец? —нехорошо сощурившись, проурчал демон, стискивая пальцы на бедре священника. Тот тихо ойкнул, но, к удовольствию Винчестера, против явно не был. Понемногу Кастиэль развеселился. С Дином было легко, смешно, горячо. С ним можно не сдерживаться, не пытаться быть лучше, не стараться держать лицо. Вкус свободы он забыл так давно, что даже не помнил, знал ли его вовсе, но сейчас он почти захлёбывался в этом чувстве. —Как что, наставлял на путь истинный, — фыркнул Новак, облизывая пересохшие губы, —Пока вы, мистер Винчестер, не решили меня совратить, проблем с тем, чтобы держать себя в руках у меня не было, — продолжил он, постепенно смелея. —Не так уж я и старался, ты же сам меня глазами раздевал каждую мессу, — поддразнил Дин, улыбаясь и мягко потираясь пахом о пах священника. —Ах, вот как? Тогда что это такое, сын мой? Карманная Библия? — изогнув бровь, Кастиэль недолго думая через ткань обхватил рукой крепко стоящий член демона, ощутимо сжимая его. —П-почти, — выдохнул охотник, возбуждаясь сильнее не только от решимости ангела, но и странным образом находя приятным такое обращение. Хоть и слышать официальное «сын мой» от Каса, выглядевшего максимум на двадцать с чем-то лет было забавно до крайности. —Врешь ведь, нечестивец, — шепнул священник, поглаживая горячую выпуклость, с наслаждением наблюдая за тем, как дрожат ресницы полуприкрытых глаз Дина. —А вы точно святой Отец? — прикусывая губу уточнил демон, чуть улыбаясь, а затем с удовольствием откидывая голову назад и восхищенно вздыхая: очевидно, в качестве своеобразного подтверждения своего статуса, Кастиэль плавно опустился на колени и коснулся губами паха охотника. —Ты даже не представляешь, как тебе повезло, что смирение, являющееся одной из великих добродетелей стало одним из качеств, которые я развил лучше прочих, — насмешливо произносит Новак, всей позой своей тем не менее действительно выражая покорность. —Что у вас за религия, напомните? Я, кажется, заинтересован, — тихо смеется демон, заводя пальцы в смоляную шевелюру и мягко сжимая шелковистые пряди волос. Игривая лёгкость, появившаяся в ангеле, привела его в восторг. Он старался не думать о том, что как только к Касу вернутся все его настоящие воспоминания, от неё не останется и следа. —Думаю, можно назвать это поклонением любви, — отзывается ангел, щурясь от удовольствия и легонько шлёпая Винчестера по заднице, —Раздевайся уже, шутник. —А что, терпеливость не является качеством, необходимым священнику? — не унимается охотник, тем не менее одной рукой пытаясь расстегнуть ширинку. От волнения и возбуждения пальцы слушались его далеко не так хорошо, как обычно. Демон он или нет, а от вида Кастиэля, стоящего перед ним на коленях, голову окутал сладкий туман возбуждения. —Я несколько лет терпел, — ворчит священник, мягко отстраняя руку демона и самостоятельно разбираясь с застёжкой. Когда твердый член наконец оказывается освобожденным от ткани джинс, а затем и белья, Дин наконец замолкает, блаженно закрывает глаза. «Если это не поможет, — думает он, –мы во всяком случае получим удовольствие от процесса». –Что ж, я абсолютно точно не разочарован, — тем временем прошептал Новак, немного нервно облизывая губы. Размер члена впечатлял. Уже почти полностью возбужденный, с первой капелькой смазки на головке, он так и просился в рот. Кастиэль не смог отказать ему в этой просьбе. Дин, собиравшийся что-то ответить на слова ангела, резко передумал и запрокинул голову назад, закрывая глаза. –Кас, Кас, детка, стой, — Винчестер запустил пальцы в смоляные волосы и чуть потянул их, заставляя ангела выпустить изо рта член. Тонкая ниточка слюны, протянувшаяся от налившейся кровью головки к пухлым губам, чуть не заставила демона нажать на затылок священника, насаживая его обратно на изнывающий член, однако он вовремя вспомнил, зачем вообще остановил все. –Кас, мне нужно хотя бы опереться о стену. Я…ты, видишь ли, слишком охренителен, мне сложно стоять без опоры, — попытался объяснить Дин, слегка путаясь в словах — говорить, глядя на Кастиэля вот так, сверху вниз, все еще держа его за волосы… –С другой стороны, похер, — выдохнул демон, зачарованно глядя в синие глаза явно возбужденного не меньше него Каса. Дин медленно, не отрывая взгляда, надавил на затылок ангела, не дыша наблюдая за тем, как тот медленно вбирает в рот его член почти полностью. К черту стену, к черту удобства, этот горячий влажный рот, этот взгляд стоят любых неудобств. Наверное, его демоническая сущность может принести хотя бы один плюс: уж на ногах он устоит. Наверное.

***

–Я покидаю вас, к сожалению, но не скорбите о моем уходе: я попросил прислать сюда своего хорошего друга, он будет справляться с обязанностями священника даже лучше, чем я, — мягко сказал Кастиэль, стоя перед собравшимися прихожанами. –Но Отец Новак, не будет никого лучше вас, — расстроенно покачала головой одна из девушек — та, что помогала с росписью храма. –Не нужен нам никто другой, — поддержал её молчун, мрачно косящийся на стоящего рядом с Кастиэлем мужчину, –Этот мистер принес беду в наш город, — он обвиняющие ткнул пальцем в демона. Дин вздохнул, но, помня о просьбе любовника, промолчал. –Мистер Винчестер действительно принес мне дурные вести, но они касаются только моей семьи, — покачал головой Новак, –Беда не коснется вас, а новый святой отец будет здесь уже сегодня ночью, так что завтра утром вы сможете сами убедиться в моих словах. Голос ангела звучал твёрдо, но ласково и в конце концов толпа успокоилась. –С ума сойти, как они тебя любят, — хмыкнул Дин, открывая дверь машины и садясь за руль. –Как и я их. Кто бы ни дал мне такую странную судьбу, я благодарен за неё, — задумчиво отозвался Кастиэль. Дин промолчал. Возможно, он поторопился? Сейчас, когда после во всех отношениях прекрасной ночи к его ангелу вернулись все воспоминания, нахальный юноша с горящими глазами исчез. Внешне Кастиэль остался так же юн, но во взгляде его появилась усталость. Впрочем, возможно, еще удастся разжечь в нём огонь? Дин даже примерно догадывался, как именно можно это сделать. –Поехали, Дин. У нас впереди много работы, — мягко улыбнулся ангел. Спасать Сэма, превращать Дина обратно в человека и наверняка исправлять еще что-то, о чем они пока не догадываются — все это ждало их впереди. Но и совместные ночи, объятия и, как надеялся Кастиэль, искренность тоже будут теперь в их жизни. А значит, все хорошо.