Bloody Crown for Hawk

Сон не приходил. Уже третью ночь подряд. Ястреб сидел на краю крыши собственного агентства, лениво покручивая в пальцах красное перо. Внизу шумел ночной город, где-то мигали сирены, проносились машины, а огромные экраны транслировали очередную героическую чушь про безопасность и справедливость. Раньше это успокаивало. Сейчас — раздражало. Слишком много мыслей. Слишком много совпадений. Слишком много лжи вокруг. Кейго устало прикрыл глаза. Перед внутренним взглядом снова вспыхнули алые глаза. Ада Раш. Она появлялась в его голове слишком часто. И проблема была даже не в ней самой. Проблема была в том, что рядом с ней всё, во что он верил раньше, начинало трещать. Комитет. Герои. Система. Даже он сам. Телефон коротко завибрировал. Сообщение от Комитета. «Ястреб. Завтра 09:00. Обязательное присутствие.» Он раздражённо выдохнул. Как же вовремя. В последнее время Комитет дёргал его слишком часто. Проверки, отчёты, дополнительные задания, странные вопросы. Они что-то подозревали. И это напрягало сильнее всего. — Ты сейчас дыру взглядом прожжёшь. Кейго лениво обернулся. Мисаки стояла у выхода на крышу, держа в руках стакан кофе. — Не мешай моему личному кризису. — Поздно. Я уже вмешалась. Она подошла ближе и протянула ему стакан. Ястреб благодарно кивнул. Несколько секунд они молчали. Мисаки слишком давно работала с ним, чтобы не замечать очевидного. — Что происходит? — наконец спросила она. — Мир катится в задницу. — Очень информативно. Он тихо усмехнулся. Но улыбка быстро исчезла. Мисаки нахмурилась. — Ты изменился. — Люди иногда меняются. — Нет. — Она покачала головой. — Ты выглядишь так, будто впервые начал сомневаться. В груди неприятно кольнуло. Слишком точное замечание. Кейго отвёл взгляд в сторону города. — А если я скажу, что начинаю думать, будто всё вокруг — дерьмо? — Я отвечу, что ты только сейчас это понял. Он тихо рассмеялся. Настояще. Без привычной маски. И это пугало. Потому что рядом с Адой он всё чаще забывал, кем должен быть. --- Утро встретило его привычной стерильностью здания Комитета. Белые стены. Тишина. Холод. Каждый раз, переступая порог этого места, Кейго чувствовал себя ребёнком снова. Тем самым десятилетним мальчиком, которого когда-то привели сюда как очередной проект. Его до сих пор тошнило от этого ощущения. — Госпожа председатель ожидает вас. Сотрудница Комитета вежливо указала в сторону кабинета. Ястреб натянул привычную улыбку и лениво махнул рукой. — Уже бегу. Ложь. С каждым днём ему всё сильнее хотелось развернуться и уйти отсюда навсегда. Но он не мог. Пока не мог. Когда дверь кабинета закрылась за его спиной, Харуха Лэн даже не подняла взгляд от документов. — Ты опоздал на три минуты. — Простите, пробки. — Ты летел. — Тогда ветер был против меня. Женщина медленно подняла глаза. Холодные. Внимательные. Опасные. — Садись, Ястреб. Что-то в её голосе сразу заставило внутренне напрячься. Он спокойно опустился в кресло напротив. — Что-то случилось? — Это я хотела спросить у тебя. Тишина. Лэн медленно сложила руки перед собой. — В последнее время ты слишком часто сталкиваешься с определёнными людьми. Сердце неприятно сжалось. Но внешне Кейго даже не дрогнул. — Какими именно? — Не играй в идиота. Обычно у тебя получается лучше. Опасно. Очень опасно. — Если речь про Лигу, то это моя работа. — Я не про Лигу. И вот тогда воздух в комнате будто стал тяжелее. Лэн внимательно смотрела ему прямо в глаза. — Ада Раш. Имя прозвучало слишком спокойно. Слишком уверенно. Комитет действительно следил за этим. — Первый раз слышу, — легко усмехнулся Кейго. Ложь. Плохая. И оба это понимали. Харуха медленно поднялась из-за стола. — Знаешь, что меня раздражает больше всего? Она подошла к окну. — Ты начал задавать вопросы. Ястреб молчал. — Раньше ты был удобнее. Эти слова ударили неожиданно сильно. Потому что были правдой. Раньше он действительно был удобным. Послушным. Верным. Идеальным оружием Комитета. Но сейчас… Сейчас рядом появилась девушка, из-за которой он впервые начал смотреть на всё иначе. — Эта женщина опасна, — продолжила Лэн. — И если ты продолжишь приближаться к ней, последствия будут неприятными. Угроза. Открытая. Почти прямая. Кейго медленно поднял взгляд. — Вы её боитесь? В комнате резко стало тихо. Очень тихо. Харуха медленно повернулась к нему. — Следи за словами. Но он уже понял. Этот вопрос попал в цель. Комитет действительно нервничал. И не просто из-за Ады. Из-за того, что она знала. — Я просто пытаюсь понять, почему обычная преступница вызывает столько внимания, — лениво произнёс он. Лэн долго смотрела на него. Слишком долго. А потом тихо сказала: — Некоторые люди должны были умереть много лет назад. В груди резко похолодело. Проект 1306. Куро. Ада. Кейго вдруг отчётливо понял: Комитет не просто скрывает правду. Он кого-то боится. --- Тем же вечером база Лиги была непривычно шумной. Тога сидела на полу перед телевизором, активно споря с каким-то шоу, Даби курил у окна, а Шигараки раздражённо листал новости в телефоне. Ада остановилась у входа, внимательно оглядывая комнату. Напряжение ощущалось сразу. — Что случилось? — спокойно спросила она. Шигараки поднял взгляд. И впервые за всё время их знакомства выглядел действительно серьёзным. — Комитет начал зачистку. Даби нахмурился. — Насколько масштабную? — По всей стране исчезают люди, связанные со старыми проектами. Сердце Ады пропустило удар. — Источники? — Надёжные. Томура медленно отложил телефон. — Они ищут утечку информации. И если мы правы… Он замолчал на секунду. — То скоро начнут убирать вообще всех, кто связан с прошлым. В комнате стало тихо. Тога медленно подняла голову от телевизора. — Это плохо, да?.. Никто не ответил. Потому что все и так знали ответ. Даби раздражённо выдохнул дым. — Значит, времени больше нет. — Именно, — спокойно произнёс Шигараки. Он медленно перевёл взгляд на Аду. — Поэтому я предлагаю перестать играть в осторожность. Алые глаза слегка сузились. — Что ты задумал? И тогда Томура впервые улыбнулся по-настоящему. Пугающе. Почти безумно. — Войну.