Сказки для взрослых 6: Традиции Востока

Звёзды мерцали, словно рассыпанные по бархатному полотну бриллианты. Эта ночь была удивительно светла и ярка, даже густая листва деревьев не препятствовала лучам луны упасть на поляну. Некоторые светящиеся капельки звёзд собрались в свои собственные хороводы, образовывая невиданных существ-созвездий. Ещё утром обычные бутоны цветов, что стражи так тщательно разносили по лесу, сейчас переливались всеми цветами радуги. Лепестки красиво мерцали в темноте ночи. Лесу не нужно было факелов или костров, цветы спасали от мрака, окрашивая тела и лица в приятные цвета бликов. Поляну заполонила приятная музыка. Громкий смех и топот босых ног сливались в одну волшебную мелодию. Где-то совсем недалеко, по тропе через цветущие кусты пробивалось журчание быстрого ручья, а вместе с ним и задорное веселье неугомонных русалок. Поваленные ветви старых дубов служили прекрасными сиденьями. Место для торжества окружали раскатанные лоскуты, накрытые разнообразной едой в резной узорчатой глиняной посуде. Неизвестные крупы, больше похожие на пыльцу цветов, кусочки выпеченного с утра хлеба и полные стаканы переливающейся жидкости. Сладость растекалась на языке от любого блюда. Пристрастие стражей и фей к сладкому невозможно было затмить ничем. Киара подхватила один из лепестков, поднося алую полоску к губам. Цветок захрустел на зубах. Девушка блаженно прикрыла глаза. Сколько лет она не ощущала этот вкус? Сколько лет она не ощущала вкус вовсе? Казалось, Неверлэнд лишил фею любых чувств. Всё, что когда-то делало брюнетку собой, больше не осталось. Тело больше не тянуло бессознательно прыгать по поляне, кружиться над чуть влажной травой, ощущая тёплые капли росы на своих стопах. Киара наслаждалась танцами некогда близких подруг со стороны. Луноликий снизошёл до хранительниц леса, вместе с вечной беззаботностью тот подарил им такую же неисчерпаемую молодость. Лица девушек почти не поменялись. Глаза всё так же светились счастьем, а улыбки продолжали украшать счастливые лика. Молочные руки, словно волны, кружились вокруг изворотливого тела. Тонкие лёгкие платья повиновались каждому движению своих хозяек, подлетая ввысь от очередного высокого прыжка. Голые стопы скакали по мокрой траве, повинуясь звукам инструментов. Эльфы искусно управлялись с, кажется, такими древними предметами, ловко перебирая пальцы по тонким струнам домры. Мелодия ласкала слух, заставляя что-то давно погибшее в груди вновь трепетать и шевелиться. Казалось, она снова вернулась в то время, когда её жизнь не была полна забот и тревог и лишь веселье и радость заполняли её душу. Между деревьев на небольшом пне расположилась молодая стражница, на вид немного старше Артемиса. Девушка легко взмахивала руками, пальцами ударяя по невидимым нитям. Несколько птиц, разместившихся на толстых сучьях берёз, пристально следили за каждым движением брюнетки, напевая свои личные песни. Птичий звон сливался с музыкой дудочек и гуслей, пробираясь в самую душу. Птички верно служили Хаустие, повинуясь приказам. Ещё одна знакомая Киаре фея кружилась вокруг играющих эльфов, отбивая ладонью плотную натянутую ткань бубна. Ноги почти не касались земли, лишь пальцы невесомо скользили по мокрым травинкам, собирая росу. Тонкие прозрачные крылья дрожали за спиной, переливаясь нежными цветами в свете лунных лучей. - Луноликий сегодня очень благосклонен к нам, - нежный голос Алатеи успокаивал душу. Уголки губ феи дёрнулись в слабой улыбке. Безопасность Хозяйки усмиряла и сердце Киары. - Он тоже изъявил желание присутствовать с нами. Он, так же как и все здесь, хотел увидеть восхождение ещё одной королевы, - Киара гуляла взглядом по толпе, рассматривая отпечатавшиеся в голове образы. - Это честь для нас, - Алатея почтительно склонила голову перед небом, с нескрываемой любовью смотря на луну, - кажется, я целый век не видела его, хотя… когда-то он был моим единственным слушателем. Надеюсь, я не огорчу тебя, как мой отец. - Я уверен, вы не сможете разочаровать Луноликого, - Энджи тихо опустился на поваленное бревно, усаживаясь около плеча Хозяйки. Алатея тихо хмыкнула, мысленно благодаря стража за такую веру в её силы. - Юг полон сильных воинов, я должна соответствовать им. - Вы сильна. Вы смогли выжить в Неверлэнде и победить влияние острова, не это ли главный показатель ваших сил? – Аккуратно поинтересовался Святослав. Хозяйка вздрогнула, заглядывая за плечо Энджи. Она и не заметила человека. Такое светлое существо легко сливалось с тенью, и девушка прекрасно понимала, что служило виной подобному поведению. Блондин всё ещё боялся, стеснялся показывать себя, выходя в свет. - А почему ты не веселишься со всеми? Мне поведали, что на день Солнцестояния музыка завладевала тобой, что же случилось сейчас? – Обеспокоенно спросила Алатея. - Я не… раньше я мог слиться с эльфами, и никто бы и не посмотрел на меня, но сейчас… - Свят прикусил губу, опуская взгляд в землю, - они прекрасно знают, кто я такой. Не хочу вмешиваться в веселье. Это праздник стражей и всех жителей Юга, но никак не выходца из другого мира. - Эй, не забывай, что ты стал частью нашей семьи, - вклинился в разговор не пойми откуда взявшийся Каэль. К вечеру в парне будто открылось второе дыхание, брюнет успевал побывать везде и всюду, насладиться музыкой и надоесть зверушкам в лесу. Страж делал всё, лишь бы меньше находиться на поляне, где шанс пересечься с ним увеличивался в разы. Каэль ловко перекинул ноги через толстое бревно, оказываясь рядом с плечом матери. - Не думаю, что это показатель… - Святослав, - удивительно строго начала Алатея, - может, ты и не являешься уроженцем Юга или нашего мира в целом, но ты стал желанным гостем в этих краях. Я всегда буду рада видеть тебя в своих владениях. Перестань переживать по пустякам и отдайся веселью. - Благодарю вас, - слабо кивнул Свят, всё-таки направляясь к танцующей толпе. Феи сразу заметили новое лицо, явно отличающееся от обычных существ, что окружали их. Девушки осторожно отступили от человека, но танцевать не перестали. Святослав неуверенно шагнул в центр поляны, бросая испуганный взгляд на Энджи. Парень кивнул, давая своё разрешение. Блондин тяжело вздохнул, делая первое скованное движение. Веки закрылись сами по себе. Музыка пробилась сквозь шум в встревоженную голову, забираясь под самую корку мозга. Пальцы заскользили по телу. Святослав аккуратно переставил ноги, пытаясь копировать движения девушек вокруг себя. Ладонь взметнулась к небу, словно пытаясь коснуться луны. Светлые волосы будто мерцали в ночной темноте. Пальцы нежно скользнули по локтю, вверх, добираясь до мягкой ладони. Руки сцепились в один кокон. Парень переступал с ноги на ногу, крутясь вокруг своей оси. Пятки совсем не касались земли. Святослав искусно кружился на носочках, словно и не чувствуя поверхность под подошвой. Тело практически летало над землёй. Мелодия подхватила парня, таская по поляне на собственных волнах. Мозг отключился, отрезая человека от реального мира, унося разум куда-то далеко в светлые края, где нет тьмы и зла. Нет монстров, пытающихся убить невинное существо, и нет грусти с душераздирающей тоской. Есть только он и его близкие. Улыбка сама по себе расплылась на губах. В груди потеплело от одной лишь мысли. Ладонь скользила по телу и второй руке, выводя только известные самому человеку узоры. Глаза плотно закрылись, не замечая ничего вокруг себя. Слабый ночной ветерок обдувал тело, остужая кожу после длинного изнуряющего летнего дня в городе. Лёгкая ткань одежды гладила тело, почти невесомо касаясь кожи. Феи удивлённо приоткрыли рот, отступая в сторону. Шепотки поползли по толпе, сливаясь с энергичной мелодией. Стражи забегали глазами с человека на Хозяйку, что совсем не удивлялась открывшейся картине. Лес застыл, не зная, как себя вести. Тонкие полоски света поползли по телу человека, заполняя каждую венку под побелевшей кожей. Кончики волос замерцали. Даже одежда не спасла горящее под плотью сердце от чужих глаз. Свет взял свой вверх, подчиняя тело себе. Человек вмиг затмил любой цветок на поляне. Блики забегали по деревьям и листам, чужим лицам и телам. Свет накрыл всю поляну. Травинки расправились, протягивая свои тонкие ручки навстречу ярким лучам. Алатея почувствовала, как тело рядом с ней напряглось. Девушка обеспокоенно взглянула на Энджи. Как она и думала, грудь парня тяжело вздымалась, глаза налились тревогой. Брюнет сжал кулаки, неотрывно смотря на танцующее тело. Страх за человека брал вверх. Чужие взгляды, направленные на мерцающее существо, злили. Энджи бесился, но сам не понимал, на что именно. Парень поддался вперёд, пытаясь подняться с толстого бревна, но лёгкое касание к плечу притормозило стража. Энджи удивлённо взглянул в сторону. Алатея отрицательно мотнула головой, кивая на Святослава. Брюнет закусил губу, нерешительно вновь поворачиваясь к двигающемуся телу. Будто почувствовал на себе множество взглядов, Свят раскрыл ресницы, удивлённо замирая. Парень стыдливо забегал глазами по толпе, не решаясь сделать и шага. Свет померк, теряя всю яркость и цвет. Человек потускнел, будто теряя всю свою жизнь, снова возвращаясь в тень, в которой прятался всё это время. Святослав стал нервно водить ладонью по плечу, краснея под пристальным взором застывших, будто статуи, существ. - Надоело, - прошипел Энджи, всё-таки поднимаясь с бревна. - Энджи, постой. Не нужно прятать его, - воскликнула Алатея, порываясь вновь схватить стража и усадить обратно на место. Но на её удивление страж лишь улыбнулся чужим словам, кивая в сторону застывшего человека. - Доверьтесь мне, - Хозяйка неуверенно кивнула, разжимая некрепкую хватку. Краем глаза Святослав заметил знакомую фигуру, с надеждой уставившись на Энджи. Человек умоляюще смотрел на стража, мысленно прося того увести его из-под взора множества лиц. Энджи был спокоен, что совсем не соответствовало обычному настроению брюнета. Парень не спешил утаскивать Святослава или хотя бы прикрыть его от заинтересованных взглядов. Следующие действия стража и вовсе выбили весь воздух из груди человека. Ладони упали на талию парня, притягивая блондина к себе. Растерявшись, Свят инстинктивно обхватил Энджи за плечи, вжимаясь в крепкую грудь парня. Сердце стража билось в унисон с человеком. Улыбка сама по себе появилась на губах. Святослав чувствовал, как загорелось его лицо. Чтобы хоть как-то спрятать пылающие щёки, человек вжался лбом в плечо стража. Музыка звучала где-то на периферии сознания. Все заинтересованно-удивлённые взгляды, шёпотки и лица отошли на второй план. В этом мире остались лишь они, сбитое дыхание и участившийся пульс. Энджи прижимал с виду хрупкое тело к своей груди, медленно переставляя ноги, вовлекая Святослава в своеобразное подобие танца, что они когда-то танцевали в пустом классе человеческой школы. Тогда луна так же наблюдала за ними через пластиковые стёкла окон. Энджи никогда не любил танцевать, но Свят пробуждал в его душе скрытые таланты. Только рядом с человеком стражу становилось поистине легко и свободно. Только Святослав помогал ему дышать полной грудью. Взгляды стражей больше не пугали, Энджи был уверен, что сможет защитить своего человека от чужого мнения. Брюнет был уверен, что никогда не бросит Святослава, чтобы не произошло. До его появления Энджи и вовсе не существовал, не ощущал себя живым. Но теперь в его мир будто вновь вернулись яркие краски. Тёплые руки крепко сжимали плечи стража, боясь отпустить и потерять его. Казалось, словно всё происходящее лишь сон, обычные игры воображения. Святослав боялся, что стоит лишь расслабить хватку, как всё это вмиг закончится, он вновь окажется в своей постели в пустой квартире серого города. Но Энджи никогда бы не отпустил и не бросил его. Они стали слишком зависимы друг от друга, чтобы расстаться. Они превратились в кислород друг для друга, без которого ни один из них не выжил бы в жестоких мирах. Пение птиц успокаивало душу. От знакомых звуков становилось спокойнее. Энджи бы с радостью прямо сейчас сбежал со Святославом куда-нибудь далеко, чтобы остаться лишь вдвоём, но множество взглядов, направленных прямо на них, не дадут незаметно скрыться. Да и со стороны это будет выглядеть лишь как трусливое бегство, а Энджи должен был дать понять им и самому Святославу, что здесь человека не считают чужим. Здесь теперь его второй дом. Ладонь стража переместилась на грудь блондина. Парень резко вдавил Святослава, заставляя человека откинуться назад. Свят удивлённо распахнул глаза, хитрый взгляд сверху заставлял тысячи бабочек в животе собираться в огромный торнадо. Тугой узел стал медленно закручиваться где-то внизу. Страж ловко держал человека одной рукой, даже не прикладывая особых усилий. Сейчас Святослав был для него не тяжелее цветущего куста. - Держись крепче, - практически одними губами прошептал Энджи. Дыхание сбилось. Святослав думал, что влюбиться в стража ещё больше было невозможно. Как же глубоко он ошибался. Лунный свет, будто нимб ангела, опоясывал голову. Тёмные локоны выбились из хвоста, опадая на лицо. Хищный взгляд сверху вниз заставлял ноги дрожать. Святослав был готов расплавиться прямо здесь, в чужих руках. Он ещё никогда не ощущал себя настолько слабым, даже когда его ноги придавливал массивный кусок бетона. Страж заставлял подчиниться, неосознанно довериться и полностью отдаться во власть существа. И Святослав был готов сделать это. Блондин спешно закинул ладонь на шею Энджи, крепко сжимая пальцы на почти не загоревшей коже. Рука брюнета ловко подтянула изворотливое тело к себе, заставляя Свята подняться на носочки. Мир вокруг остановился, существа превратились лишь в статуи, что наблюдали со стороны. Свет цветов окрашивал лицо брюнета в волшебные оттенки. Казалось, Святослав попал в сказку, только предназначалась она совсем не для детей. Свят почувствовал, как ноги оторвались от земли. Энджи крепко сжимал талию парня, не давая тому повалиться на землю. Тела закружились на месте. Тёплый ветерок ласково обдувал лицо, светлые волосы лезли в приоткрытые губы. Святослав не мог оторвать взгляда от чужих отливающих синевой глаз. Энджи будто светился счастьем, вглядываясь во влюблённые глаза блондина. Он был готов принести в ноги Святослава хоть весь мир, лишь бы человек всегда смотрел на него этим взглядом. Вмиг стало наплевать на мнение стражей, что боязливо поглядывали на мерцающее тело. Стало всё равно на установленный когда-то устав. Глупые стереотипы о беспомощных людях испарились. Святослав переворачивал его мир, и Энджи был готов полностью перекроить себя под этой золотой нитью. Страж подхватил свисающее к земле запястье, закидывая вторую ладонь человека к себе на шею. Рука упала на талию поверх первой. Брюнет ловко поднял тело, последний раз прокручивая Святослава вокруг своей оси, наконец, опуская обмякшие ноги на землю. Свят даже сначала не осознал этого, неловко заваливаясь обратно в крепкие объятья. Энджи лишь улыбнулся, приобнимая дрожащие плечи парня, стараясь не смотреть на множество шокированных взглядов. - Он нашёл свою судьбу, - заворожённо выдохнула Алатея. - Он нашёл своё личное солнце, чтобы разогнать тьму, - добавила Киара. Девушка посмотрела на сына, грустно улыбаясь, - Каэль. Парень оторвал восторженно-тоскливый взгляд от пары, вопросительно посмотрев на маму. Брюнетка поняла настроение стража без слов. Вместо вопроса девушка накрыла тёплую ладонь, стараясь не лезть в чужую душу. - Каэль, думаю, с тобой тоже хотят поговорить, - неуверенно протянула Алатея. Каэль непонимающе изогнул брови. Ответом ему послужил кивок Хозяйки куда-то за спину. Парень настороженно обернулся назад, сразу понимая, о чём именно говорила девушка. - Я не думаю… - Каэль, если вы продолжите бегать друг от друга, вы уничтожите себя. Не мучайтесь и поговорите. Уверена, у Артемиса была причина для такого поступка, нужно лишь выслушать его, - голос Алатеи невольно заставлял подчиниться. Неужели это и была сила Хозяина? - Хорошо, - нервно выдохнул брюнет, поднимаясь с насиженного места. Артемис стоял поодаль от веселящейся толпы. Парень почти не высовывался из пригретого места, прекрасно скрываясь от чужих глаз под тенью густой листвы. Ветви спасали от света цветов, оставляя парня незамеченным. Лидер совсем не чувствовал праздничного настроения. Весь запас энергии кончился ближе к вечеру, стоило Каэлю всё-таки замельтешить в поле зрения. Тут уже Артемис не мог делать вид и притворяться, что ему хорошо и его совсем не разрывает изнутри от боли и тоски. Вдали от всех становилось немного легче. Голова отключалась, давая разуму отдохнуть от тяжёлых мыслей. Артемис ушёл в себя, покачиваясь под приятную мелодию. Он даже не заметил подошедшего тела, пока оно не заговорило совсем неожиданным голосом. Лидеру сначала почудилось, что он вовсе уснул, убаюканный знакомой музыкой. - Можем отойти поговорить? – Тихий голос Каэля он не спутал бы ни с чем. На Артемиса будто выплеснули ведро холодной воды, возвращая разум из спячки. - Конечно, - сглотнул брюнет. Он ждал этого, надеялся найти момент, чтобы поговорить с парнем, но теперь, когда Каэль сам подошёл первым, непонятный страх поселился в груди. Тёмные тропинки леса смотрелись необычно сказочно в свете полной луны. Деревья распустили свои ветви, украшая дорожки в разнообразные узоры. Музыка в этой части леса уже почти не слышалась, затихли и весёлые вскрики, и топот босых ног. Казалось, Юг в этом месте застыл во времени. - Ты рад? – Тишина начинала давить. Артемису становилось не по себе. Парень поспешил нарушить эту гнетущую тишину, пока его сердце не проломило бедные рёбра. - Я всегда мечтал встретиться с ней. Я не мог принять ту новость о смерти… я не верил в правдивость слов дяди и тёти, словно чувствовал ложь. А когда увидел её в прошлом… боль стала ещё больше разъедать меня. - Возможно, уже тогда твоя сила начинала проявлять себя, - пожал плечами Артемис, собираясь с мыслями. Он должен был это произнести, но нужные слова никак не хотели выходить из горла, - прости за то, что скрыл от тебя это. Я должен был сразу доложить тебе, но… не стал, - на одном дыхании проговорил лидер, втягивая воздух полной грудью. - Так было нужно, - отмахнулся Каэль. Артемис удивлённо уставился на парня, не веря собственным ушам. - Но я ведь не подумал о твоих чувствах, - зачем-то напомнил лидер. Слова, сказанные ещё на корабле, ярким клеймом отпечатались на корке мозга, не давая вине испариться. - Ты думал не обо мне – верно. Но ты думал о судьбе всего Юга. Если бы ты рассказал тогда мне о маме, я бы… не знаю, как поступил. Ты прекрасно знал о моей импульсивности и иногда абсурдности действий. Узнай я о матери на острове, мог бы испортить выполнение основной миссии. Из-за моего поведения весь Юг мог бы погибнуть. Как парень ты повёл себя ужасно, но как лидер – ты выбрал правильное решение. - Ты злишься на меня? – Артемис не верил в реальность. Не мог поверить в то, что это всё происходит не во сне. Слова парня были полны истины. Каэль всегда был слишком спонтанным стражем, иногда его поведение не поддавалось логике. Артемис боялся, что убитый болью прошлого парень перевернёт всю миссию с ног на голову. Слышать такие слова от Каэля слишком непривычно. - Я не могу злиться на своего лидера, - брюнет обошёл стража, преграждая тому путь. Каэль заглянул в виноватые глаза, растягивая губы в слабой улыбке. - Лидера? А парня? На душе вмиг потеплело. Улыбка брюнета грела сердце, убивая любую грусть. Артемис не знал, повлияли на него слова Каэля или сам парень приложил к этому руки, но лидер был благодарен ему. Вина, что уже несколько дней тяжёлым грузом лежала на плечах, в мгновение спала. Впервые за столько времени брюнет смог свободно расправить спину и уверенно посмотреть в глаза Каэля, а не прятать взгляд в чужих лицах. - Возможно, - неопределённо передёрнул плечами страж, отводя загадочный взгляд в сторону. Парень спрятал руки за спиной, играючи перекатываясь с пятки на носок. Уголки губ Артемиса дёрнулись вверх. От обиды на лице Каэля не осталось и следа. Перед лидером вновь стоял уже привычный игривый страж, в чьей голове поселились целые табуны тараканов. Брюнет больше не злился на него, теперь откровенно издеваясь над нервами Артемиса. Но страж был не против. Он был готов терпеть любые игры Каэля, лишь бы тот был рядом и улыбался ему своей самой радостной улыбкой. - Как думаешь, кто-то обратит внимание на то, что мы пропали? – Загадочно протянул Каэль. Артемис расплылся в хитрой ухмылке, окидывая тело парня оценивающих взглядом.