Сказки для взрослых 6: Традиции Востока

— Разделитесь на три пары. Я полечу впереди и буду вести вас, — Алик пробежался взглядом по застывшим стражам, замечая в глазах тех явное непонимание и подозрение. Парень усмехнулся. Слухи не врали, южные воины действительно напоминали несмышлёных зверьков. — Как на этом лететь? — Но в отличие от своих хмурых защитников, человек был иным. Его тело излучало позитив и веселье. Даже сейчас Светоликий с нескрываемым интересом опустился на колени перед волшебным ковром, с восторгом рассматривая своеобразные узоры, украшавшие полотно. Такому существу будет намного лучше в краю, где не стихает музыка и всегда царит радость. Юг слишком блёклый и тоскливый для такого счастливого блондина. Над Югом всегда сгущались тучи, и беды кружили свои хороводы вокруг Вечного леса. Сколько опасностей уже успело коснуться этой чистой души? Алик не знал, но был уверен: Светоликому будет безопаснее здесь, среди подходящих ему существ. — Всё намного проще, чем кажется. Присаживайтесь, практика — лучший способ обучения, — брюнет опустился на мягкий ворс, лёгким взмахом ладони призывая гостей повторить действие. Стражи неуверенно подошли к странным предметам. Артемис кивнул головой, давая младшим разрешение. Лидер сел на с виду обычный, ничем не примечательный ковёр, бросая вопросительный взгляд на Алика. Неловкое шуршание послышалось сзади, а после колена коснулась чужая рука. Каэль придвинулся ближе к спине Артемиса, боясь оказаться на краю ковра. Он уже видел такое в мультфильмах, и мог примерно догадаться до механизма действия этих штук, поэтому обезопасить себя стоило. Астория бросила взгляд на человека, резко хватая запястье Верронна, утягивая брата на самый крайний ковёр. Девушка нагло усадила парня вперёд, сама удобно устраиваясь позади. Брюнетка всем весом навалилась на спину стража, губами почти касаясь мочки уха. Девушка приобняла парня за плечи, убирая длинный локон волос со своего лица. — Энджи не нравится здесь, — прошептала Астория, вновь кидая взгляд на Святослава, а после на словно его тень стража. — Я вижу. Мне самому здесь не по себе. Всё такое яркое и пестрящее, а ещё эта убивающая жара, — вздохнул Верронн. — Эта жара не даёт им пользоваться крыльями. Как можно держать их взаперти столько времени? — Девушка отлипла от спины брата, чувствуя, как кожа начала прилипать к форме парня. Всего минуты хватило, чтобы тело вспотело из-за тесного контакта с кем-либо. Астория не могла представить, как они продержаться в этом крае ещё хотя бы пару дней, когда её кровь начала закипать всего от получаса на Востоке. — Меня больше настораживает то, что мы тоже остались без возможности летать… Святослав аккуратно сел на ковёр, боясь навредить волшебному существу. Парень не знал, как относиться к новому средству передвижения. Мог ли ковёр-самолёт иметь свой характер, как его нарисованный брат из известного мультфильма? Или это был лишь бездушный предмет, как автопилоты в их мире? Свят не знал ответа на этот вопрос, но рисковать и злить магическую вещь не собирался. Парень по-турецки уместил ноги на мягком ворсе, поднимая блестящие весельем глаза на Энджи. Всем своим видом страж показывал, что не разделял радости блондина. Губы плотно сжаты, руки скрещены на груди, а между бровей залегла складка. Брюнет с недоверием рассматривал предложенное средство передвижения. Слишком небезопасно выглядела расстеленная на полу ткань. — Решил добираться до рынка на своих двоих? — Усмешка на чужих губах только злила. Энджи нервно сжал кулаки, гневно приземляясь на ковёр. Святослав тихо фыркнул в кулак, пытаясь скрыть счастливую улыбку с губ. Энджи закатил глаза, даже не оборачиваясь на довольного человека. Он не был уверен, что сможет сдержать себя и не сказать что-нибудь лишнего ни в чём не виноватому парню. — Раз все распределились, приготовьтесь к отправке, — довольно воскликнул Алик, хлопая в ладоши. Страж занял своё законное место, пальцами подцепляя края ковра. Крепко зажав плотную ткань в сильных руках, парень растянул губы в хитрой ухмылке, взглядывая на гостей через плечо, — управлять ковром достаточно просто. Правый наклон телом отвечает за правый поворот, аналогичная ситуация и с левым наклоном. Если хотите снизиться, опустите углы ковра, а если захотите подняться… — Алик оторвался взгляд от гостей, обращая взор на широкий проём между толстыми колоннами балкона, — потяните края на себя. Повинуясь словам хозяина, руки взмахнули вверх, утягивая за собой толстую ткань. Воздух заклубился под ковром. Ощущение лёгкости заполонило тело, растекаясь по каждой венке. Алик даже не пошатнулся, когда разрисованный тканевый холст взмыл в воздух, зависая в невесомости. Парень приподнял уголок губ, кидая взгляд на застывших стражей. — Следуйте за мной, южные гости, — брюнет склонился ближе к краю. Ковёр стал одним целым с его телом. Ткань прилипла к ногам, чувствуя каждое движение своего пассажира. Невидимая мощная волна подняла ковёр, выкидывая Алика в жару песчаных улиц. Горячий ветер ударил в лицо. Небольшие домишки волшебных существ зависли под ногами парня. Алик выпрямил спину, заставляя верный транспорт застыть на месте, дожидаясь неторопливых гостей. Артемис бросил взгляд на зажатые края ткани в собственных пальцах. Собратья, как и он сам, не разделяли весёлого настроя Алика, неуверенно держа своеобразные поводья в руках. Ковёр безжизненно покоился на полу, в голове не укладывалось, как такой обычный предмет сможет поднять несколько натренированных годами боёв тел. Лидер вздохнул, прикрывая глаза, моля предмет сжалиться над ним. Словно услышав просьбу парня, ковёр аккуратно приподнялся над полом, следуя осторожным движениям стража. Артемис нежно приподнял углы ткани, будто в его ладонях находилась самая хрупкая вещь в мире. Ковёр благосклонно поднёс пассажиров к краю балкона, ловко перемахивая через невысокие перила. Горячий ветер тут же ударил в лицо. Глаза обожгли пылающие потоки. Кожа под плотной тканью униформы моментально нагрелась, покрываясь большими каплями пота. Одежда неприятно прилипла к телу, принося дискомфорт при любом, даже малейшем движении. Если в здании неведомая сила останавливала пылающий воздух, то за пределами дворца сдерживать власть Солнцеликого уже не мог никто. Верронн неловко повторил действия лидера. Ковёр, будто почувствовав неуверенность управляющего, резко дёрнулся в сторону, проезжая по тёплой поверхности, заставляя парня сильнее вцепиться в края ткани, а Асторию завалиться на крепкую спину брата. Только со второго раза упрямый ковёр оторвался от пола, искусно проскакивая между толстых колонн, застывая наравне с собратом с Аликом верхом. — Энджи, может, поменяемся местами? — Неуверенно поинтересовался Святослав, заметив лёгкое замешательство на чужом лице. Энджи прикусил губу, не сводя взгляда рассматривая ворсистые края ковра, которому он должен был доверить безопасность не только своего тела, но и своего человека. — Нет, — слишком грубо отрезал страж, резко хватаясь за мягкие уголки, — я сам справлюсь, — пробасил брюнет, дёргая ткань на себя. Ковёр дёрнулся, соскальзывая назад, после резко поддаваясь вперёд. Незримая лапа ударила человека по спине, заставляя того завалиться на сосредоточенного стража. Энджи тихо зашипел, вновь дёргая непослушную тряпку на себя. Ковёр задрожал каждой своей ниточкой, наконец, отрываясь от пола, срываясь вперёд. Необычный транспорт держал курс точно в толстую бетонную колонну, перекрывающую дальнейший путь. Святослав в ужасе зажмурил глаза. Вспотевшие от нервов ладошки оплели крепкую талию стража. Парень вжался лицом во взмокшую спину, боясь познакомить свой нос с твёрдой державой потолка. Энджи резко дёрнулся руку в сторону, в последний момент обходя широкую колонну, выскакивая на свободное пространство, где никакая конструкция не навредит неподготовленному для таких игр телу. — Чёртово существо, — прошипел Энджи, дёргая плечо, заставляя человека отлепиться от вспотевшей спины. Пот покрыл всё тело, одежда неприятно прилипла к коже. Страж любил тепло людского тела, но сейчас этот жар только усугублял и так паршивую ситуацию. — Просто нужно уметь обращаться с ними! — Святослав заметил, как сжались пальцы стража на ни в чём неповинном ковре. Насмешливый голос Алика напоминал змеиное шипение. Или так казалось только одному Энджи, раз никто другой не обращал на это внимания? В любом случае он был бы не против спустить кожу надоедливому существу, успевшему вывести его из себя всего за пару минут. Жара имела отрицательное влияние на и так не сильно спокойный разум стража. Раздражение Энджи приобретало новые силы в непривычной для себя атмосфере. Горячие лучи бесили, липкий пот по всей коже — раздражал, а восточные стражи только усугубляли ситуацию своими длинными змеиными языками. — Если я не ошибаюсь, ты являешься стражем из рода Хаустие. Обладаешь способностью понимать живых существ, но не способен обращаться с ними? Звучит как очень плохая шутка. — Может… мы продолжим путь? — Неуверенно протянула Астория. Удары взбешённого сердца эхом отдавались в чужой голове. Ещё немного, и глаза Энджи начнут извергать пылающие искры. Брюнетка начала переживать за сохранность человека. Если стражи решат выяснять отношения на такой высоте, то велик шанс, что единственное неспособное летать существо устремиться прямиком вниз, точно на неровные крыши небольших домов города. — Верно. Не думаю, что нужно разжигать эти никому ненужные споры. Продолжим наш путь. Только попрошу впредь быть более вежливыми к вашим спутникам, иначе они будут так же относиться и к вам. Не думаю, что кто-то из вас желает испытать всю мощь восточной магии на себе, — змеи. Эти изогнутые в ухмылке губы не вызывали ничего, кроме раздражения. Было что-то не то в этом доброжелательном взгляде, слишком неправдоподобным он был, и это только ещё больше злило Энджи. Город медленно заскользил под ногами. Разноцветные крыши домов пролетали где-то внизу. Жители города не обращали никакого внимания на небесных путешественников, точно не впервые видели такое зрелище. Несколько похожих ковров проскочило мимо гостей, возвращая незнакомых стражников обратно в высокий дворец. Святослав крепко вцепился в спину брюнета, с восторгом рассматривая открывшиеся для взора красоты. Пушистые облака проплывали над головой, почтительно обходя солнце стороной, пропуская каждый луч к оживлённому городу. Существа в блёклых одеяниях, явно отличающихся от распространённой здесь формы стражей, бегали по тонким улочкам, спеша по своим делам. Вдалеке массивная стена возвышалась к самому небу, накрывая целую улицу своей огромной тенью. Свят не знал, куда деть глаза. Всё было настолько необычно и волшебно, хотелось разглядеть каждую деталь этого чарующего разум места. Взгляд переместился назад, только больше поражая человека. С неба дворец открывался с новых сторон. Замок Запада в своё время действительно повергнул в шок любопытного блондина. Его масштабы и красоты поражали сознание, но даже он не мог сравниться с тем, что сейчас видел Святослав. Дворец стражей будто сошёл с картины какого-то старого художника. Высокие колонны и украшенные различными статуями стены. Широкие ворота и необъятный сад, проглядывающийся из-за угла штаба. Восточный стражи отличались от всех остальных стражников, их жизнь, быт и отношение к повседневным вещам совсем не сопоставлялись с уже имеющимся в голове человека образом стражей. И это было прекрасно. Они не подстраивались под правила. Они жили своей жизнью, создавая свои традиции и правила. Хотел бы Святослав, чтобы Энджи тоже почувствовал эту атмосферу и веселье, царящее в высоких стенах вокруг города. Хотел бы человек, чтобы страж хотя бы на день забыл о своих предрассудках и обязанностях и просто отдохнул и дал душе такой желанный покой. Ковёр начал аккуратно снижаться. Несмотря на свою неприязнь к Алику, Энджи прислушался к словам парня, меняя своё отношение к упрямой ткани. Ветер перестал бить в лицо, теперь приятно скользя по телу, своим теплом поглаживая влажную кожу. Улыбка сама по себе расползлась на губах. Святослав раскинул руки, пропуская мягкие потоки ветра сквозь аккуратные пальцы. Галдёж и чужие голоса становились всё ближе. Множество разговоров смешались в одну неразборчивую кашу. Как бы Святослав не хотел, разобрать хоть одно слово из этого обилия фраз было невозможно, как бы он не пытался. Всё, что у него получилось сделать — вызвать неприятное пульсирование где-то в висках от сильного напряжения. Яркая ткань палаток замерцала в глазах. Длинный рынок оказался прямо под ними. Тонкие улочки полностью заполнились существами. Незнакомые лица мельтешили среди палаток и небольших домиков. Зазывные выкрики звучали со всех сторон. От рынка сразу повеяло шикарным букетом всевозможных ароматов, будь то духи, фрукты или вовсе такие вкусные сладости, уже успевшие полюбиться человеку. Святослав не заметил, как спокойствие дворца сменилось быстрым темпом городской жизни. На рынке кипела жизнь. У каждого жителя было своё дело и своя цель. Кто-то размахивал руками, полностью увешанными какими-то переливающимися в свете солнца украшениями. На углу одного из домов сидел полуголый мужчина, лишь толстые шаровары скрывали часть тела от чужих взглядов. Пальцы ловко перебирали по флейте, тихая мелодия вырывалась из тонкой трубочки. Изворотливая змея заворожённо следила за мужчиной, подчиняясь каждой новой ноте. Между проходов показалась молодая девушка. Огромный поднос возвышался над её головой. С виду незнакомке нельзя было дать и двадцати лет, но то, как ловко она удерживала тяжёлые фрукты одной рукой на голове, поражало. Длинная юбка почти волочилась по земле. Голые ступни проскакивали под полупрозрачной тканью. Незнакомка ловко пересекла оживлённую улочку, скрываясь под одним из навесов в очередном повороте. Заметив небесных гостей, существа, как по приказу, расступились в стороны, продолжая свою дорогу ближе к прилавкам. Ковры плавно опустились на землю. Алик первым поднялся с насиженного места, ловко взмахивая рукой, искусно перебирая пальцами иллюзорную нитку прямо в воздухе. Ковёр подскочил с земли, закручиваясь в удобную трубу. Парень приобнял скрученную ткань, аккуратно переставляя предмет к одному из ближайших прилавков. Артемис кивнул головой, приказывая стражам подняться с необычного устройства передвижения. Энджи был только рад покинуть этот непонятный для разума предмет. В голове всё ещё не укладывался тот факт, что стражи, существа, которым с рождения была дана способность покорять небеса, используют какие-то дополнительные вещи для полёта. Алик вновь взмахнул уже двумя руками, заставляя и остальные ковры скрутиться. Заученным жестом парень подозвал ткань к себе. Каждое действие стража напоминало игру на струнном инструменте, похожем на арфу или скрипку. Брюнет обхватил сразу несколько увесистых тубусов, отставляя их ближе к тканевому брату. — Ну, что, стражи, готовы обновить свой образ? — Довольно протянул Алик, скрещивая руки на груди, словно специально заглядывая в глаза Энджи. Святу могло показаться, но, кажется, у парня даже дёрнулся глаз. — Где можно найти ткани? — Поспешил опередить словесный поток оскорблений брата Артемис, выскакивая вперёд, стараясь спиной закрыть горящего гневом Энджи. -Пройдёмте за мной, — брюнет хмыкнул, поворачиваясь спиной к гостям. Алика забавляло, как стражи изо всех сил пытались сдержать озлобленного парня, только и делая, что окружая Энджи своей удушающей заботой. Гул заполнил тонкие улочки города. Существа разных рас спешили кто куда. Святослав не мог налюбоваться открывшимися внизу красотами. Хоть одежда жителей и не отличалась такой же яркостью, что была присуща восточным стражам, она не теряла своей изящности и великолепия. Девушки в длинных юбках и парни в свободных шароварах сновали между прилавков, словно находясь в своём личном отдельном мире. Алик завернул в один из переулков, проводя гостей через тонкий проход между каменными стенами двухэтажных домов. Небо отсюда не было видно, тонкая ткань навесов скрывала солнце от чужих глаз, хоть на пару минут спасая город от убивающей жары. Хотя тень не сильно помогала. Горячий воздух забирался в любые щели, заполняя каждый угол своим теплом. Проход был настолько небольшим, что гостям пришлось выстроиться в одну линию, чтобы беспрепятственно пройти через своеобразный коридор. Святослав ещё с неба заметил, насколько близко дома стояли друг к другу. Казалось, ещё немного, и каменные сооружения начнут залезать на крыши соседа. Впереди показалась незнакомая фигура. Обворожительная, как и всё здесь, девушка завернула за угол, так некстати встречаясь с гостями из южного края. Свят даже сначала и не сообразил, что существо перед ним является настоящим телом, а не бредовым миражом. Девушка выделялась из общей массы: длинная юбка, обрезанная почти до середины бёдер, открывала вид на худые ноги, полностью исписанные различными рунами неизвестного происхождения. Руки мало отличались от кожи внизу. Такие же чёрные непонятные рисунки, навсегда запечатлённые на теле. Волосы переливались ярко-рыжим цветом, солнечные зайчики радостно играли на алых локонах, завлекая чужие взгляды. Увидь Святослав такой цвет, решил бы, что девушка совсем недавно побывала у парикмахера, но что-то подсказывало человеку, что причёска незнакомки с самого рождения горела ярким пламенем. Девушка подошла почти вплотную к ведущему парню, почтительно склонив голову перед Аликом. Лёгким взмахом руки незнакомка показала стражу свои намерения, и ему даже не понадобилось слов, чтобы понять мотивы девушки. — Отойдите к стене, пропусти даму, — воскликнул Алик, показательно заваливаясь спиной на каменную стену, рукой указывая незнакомке дорогу. Девушка кокетливо засмеялась, аккуратно обступая парня, будто стараясь не коснуться открытой кожи стража. Гостям не оставалось ничего больше, чем вновь подчиниться приказу парня и лопатками вжаться в каменную стену. Свят спиной чувствовал жар, насквозь пропитавший камень. Возвращаться назад только ради того, чтобы выпустить девушку из образовавшейся пробки, было не резонно, но и обжигать кожу тоже выглядело не сильно привлекательно. Неужели им каждый день приходится преодолевать такие испытания? Незнакомка ловко проскочила мимо Святослава, бросая мимолётный взгляд на неизвестное ранее существо. Блондин успел поймать её глаза. Зелёные. Не такие, как у Каэля. Глаза друга напоминали лето, цветущие луга и мягкую траву. Радужки девушки больше походили на настоящие изумруды, словно вместо глазных яблок незнакомка использовала драгоценные камни. — Кто это была? — Заинтересованно спросил Свят, когда стены перестали сдавливать тело со всех сторон. — Одна из магов. Её я, признаюсь честно, лично не знаю, но вот её мама прекрасная повариха в мейхане. Как-нибудь на досуге зайдём и туда. — Маги? Разве они не скрылись в мире людей? — Удивлённо протянула Астория. — Возможно, какие-то и скрылись, но не все. В нашем городе рады всем существам, будь то стражи или феи, ведьмы, колдуны или маги. Все они живут здесь в мире и гармонии, а главное — безопасности. — Не думала, что когда-нибудь вживую смогу узреть настоящего мага, — восторженно выдохнула Астория. — Это ещё не все сюрпризы нашего мира. Подождите, и вы сами не захотите покидать наших краёв. — Конечно, — тихо прошипел Энджи. Каэль вздрогнул, на физическом уровне ощутив раздражение парня. — Вот мы и на месте, — Алик застыл перед одним из больших прилавков, — лучшая ткань, сшитая специально для облачения стражей, — гордо воскликнул брюнет, раскидывая руки в стороны, пытаясь показать масштабы ярких красок, что усыпали стол старушки за прилавком. — О, великий Солнцеликий, какие лица сегодня прибыли ко мне, — бледные губы изогнулись в доброй улыбке. Пару морщинок образовалось около со временем потухших глаз. Бабушка почтительно склонила голову перед стражем и гостями из другого края, — надеюсь, госпожа довольна тканью для приближающегося торжества? — Госпожа без ума от ткани, — льстиво протянул Алик. — Я очень рада. А что же теперь привело стражей к моей лавке? — Фатима, эти гости — обитатели южного края. Алатея — новая Хозяйка Юга, оказала честь для нас и прислала на наше торжество своих представителей. Южным стражам нужно подобрать ткань, чтобы отразить их внутренний потенциал. — О, это будет честь для меня. Попрошу по очереди подойти ко мне, — старушка скрылась за прилавком, тут же выныривая обратно, держа в руках какую-то небольшую шкатулку. Металлические замочки тихо щёлкнули. Бабушка аккуратно изъяла изящные очки с толстыми линзами из футляра. Аксессуар опустился на нос, приятно переливаясь на солнце. — Кто первый? — Поинтересовался Алик, пробегаясь взглядом по застывшим в недоверии стражам. Внимание брюнета остановилось на светлой макушке человека. Святослав сразу заметил чужой взгляд, обращённый к его персоне. Блондин нервно переступил с ноги на ногу, всё-таки решаясь первым подойти к прилавку. — Посмотрим, — задумчиво протянула Фатима, склоняя голову в сторону. Брови заинтересованно вздёрнулись. — Что она делает? — Прошептала Астория. — Её очки сделаны из специальных кристаллов. С помощью своей силы и этих камней она может видеть ауру любого существа. Нельзя просто так выдать ткань, она обязана отражать суть самого её носителя. — Слишком сложно, — выдохнул Энджи, нервно теребя рукоять меча. Рука то и дело тянулась к человеческому запястью, чтобы в любой момент увести Святослава от внезапной опасности. — В твоей душе нет тьмы. Твой разум так и искрит оптимизмом и радостью. Ты творческая личность, способная заметить то, на что другие и не обратили бы внимания. Несмотря на хрупкое тело в твоей душе скрывается могущественная сила воли, не дающая тебе пасть на колени… думаю, этот цвет идеально пойдёт твоему образу, — Фатима подошла к аккуратной стопке светлых тканей, ловким движением убирая несколько кусков вниз, подхватывая нужный цвет. Жёлтая ткань завораживающе переливалась в лучах дневного солнца. Алые ленты упали поверх блестящего шёлка. Ткань словно была усыпана блёстками, приковывая все взгляды к гладкой поверхности. Свят неосознанно потянулся к ткани, желая собственноручно убедиться в её лёгкости. — Следующий, — отложив шёлк, воскликнула старушка. Энджи закатил глаза, скрещивая руки на груди. Парень подошёл к прилавку, отрезая Святослава от цепкого взгляда Фатимы. Алик фыркнул, только веселясь от такой опеки. Брюнет аккуратно подошёл к Святу, незаметно уволакивая человека от прилавка, давая остальным стражам подойти к разноцветным тканям. — Уверенность и смелость клубятся в твоей груди. Твой разум склонен к анализу каждой детали, но ты предпочитаешь не думать, для тебя часто это является пустой тратой времени. Эмоции твой главный путеводитель. Ты чувствительное существо, но скрываешь своё внутреннее «я» где-то глубоко в душе. Ты глубины моря, такое же спокойное, но способное в любой момент разгневаться и устроить хаос, — ладонь заскользила по столу, вытягивая свёрток тёмной ткани из гущи тряпок. Синий шёлк сверкнул в лучах солнца. — Как твой цвет глаз, — произнёс Артемис, останавливаясь по правое плечо Энджи. Парень отмахнулся от слов лидера, уходя подальше от прилавка. Существа мельтешили по тонкой улочке, то и дело цепляя стража. Энджи поспешил скрыться от чужих прикосновений в тени одного из закрытых прилавков. — А что же у нас тут… — довольно протянула Фатима, концертируя взгляд на лидере, — решительность и спокойствие. Ты знаешь, чего хочешь и можешь легко контролировать свои эмоции. Твоя сила заключена в голове. Но есть в тебе и перчинка упрямства, но она не сильно мешает твоей жизни. Ты как луга, усыпанные высокой травой. Рядом с тобой наступает покой, а разум забывает любые проблемы. Зелёный твой цвет, он многое значит для тебя. Артемис прикусил губу, кидая взгляд через плечо. Зелёные глаза Каэля смотрели в самую душу. Парень внимательно слушал каждое слово, боясь упустить даже незначительную деталь. Брюнет ободряюще вздёрнул уголок губ, словно специально подмигивая своими малахитовыми лугами. — А ты у нас… — старушка прищурилась, рассматривая стража за спиной лидера. Артемис отступил в сторону, давая Каэлю молчаливый знак подойти ближе. Брюнет неуверенно приблизился к прилавку, в ожидании уставившись в толстые линзы очков, — мечтатель. Твоя душа легка и свободна. Ты не любишь напрягать свой мозг и добавлять лишние размышления. Ты беззаботен и часто безрассуден. Запреты не для тебя. Ты словно птица в небесах. Тебе не нужны стены и ограничения, сдерживающие наглый нрав. Лишь один цвет способен в полной мере передать такой характер. Мгновение, — Фатима вновь скрылась за прилавком, выскакивая оттуда уже с яркой-голубой тканью. Шёлк приятно переливался в лучах солнца. Подними его над головой и не найдёшь краёв. Небесный цвет напоминал беззаботное летнее детское утро, что отпечаталось на задворках мозга. — Ну, что, пойдёшь? — Верронн вздрогнул от неожиданности. Он и не заметил, когда Астория успела подкрасться к нему. — Придётся. Чем быстрее покончим с этим, тем быстрее покинем эту улицу. Мне уже все бока отбили. Но смысла я в этом всё равно не вижу. — А мне интересно, что же такого обо мне скажется эта женщина, — хитро улыбнулась девушка, подплывая к прилавку. — Стражница, — кивнула Фатима, вновь заинтересованно склоняя голову. Губы сжались, а между бровей образовалась небольшая складка, — сложно определить, что управляет тобой. Твои действия непредсказуемы, а сама ты являешься олицетворением спонтанности. Таинственный взгляд… но есть в нём и мудрость, что часто спасала тебя в эпицентре опасности. Ты, будто опустившиеся на город сумерки, неизвестно, что может скрывать темнота ночи. Фиолетовый — твой цвет. На стол опустился сложенный в несколько раз шёлк. Фиолетовая ткань, подобная облаку сумерек, мягко струилась, будто мечта, сотканная из лунного света. Её тончайшие нити, переплетённые в нежном узоре, напоминали танец звёзд на ночном небе. Её цвет, глубокий и насыщенный, как виноградная лоза в пору созревания, играл бликами света, отражая тайны и волшебство мира. — А что же ты стоишь в стороне? — Поинтересовалась старушка, замечая в толпе существ ещё одного стража, явно выделяющегося своим одеянием от всего Востока. Фатима сощурила взгляд, шокировано распахивая губы. Она впервые видела настолько тёмные клубы света вокруг стража. Восток всегда светился счастьем и весельем. В стенах города не было места грусти и тоске. Яркая палитра красок окрашивала каждого воина. Увидеть такой цвет в душе стража было почти невозможно, старушка и не знала, что такое бывает. — Тебя гложет вес судьбы. Что-то тяжёлое не даёт тебе дышать полной грудью. Тоска, вина, грусть… отчаяние — оковы, которые уже успели оставить на твоих запястьях иллюзорные шрамы, — Верронн удивлённо вздёрнул бровями. Противный червяк в груди неприятно заползал по рёбрам. Слова старухи били по самому сердцу, заползая в незажившие раны, — тучи сгустились над твоим разумом. Краски исчезли из твоей жизни, оставляя лишь черноту, как пустота комнаты. Старушка молча опустилась на колени. Она редко прикасалась к этой ткани. Лишь редкие украшения и вставки, пояса и обувь, больше чёрный шёлк не показывался на глаза Фатимы. Бабушка даже не выкладывала его на прилавки, чтобы не пугать потенциальных покупателей. — Ткань выбрана. Я сейчас же упакую её, — Фатима попыталась вернуть улыбку на тонкие губы. — Хорошо. Сколько с меня? — Протянул Алик, опираясь на крепкую лавку. Святослав выдохнул. Как бы он не восхищался улочками города, жара совсем не собиралась жалеть гостей. Горячие лучи беспощадно жгли кожу. Блондин был уверен, что успел загореть за самый короткий промежуток времени. Восточное солнце справлялось с этой работой намного эффективнее самого лучшего солярия в людском мире. Парень спрятался от прямых лучей под одним из навесов. Отсюда открывался вид почти на весь рынок. Святослав беспрепятственно созерцал существ, с каждым новым лицом всё больше восхищаясь жителями пламенного города. Необыкновенные наряды и волшебные тела приковывали чужое внимание. Свят с распахнутыми губами гулял взглядом по улице. Недалеко от очередной лавки остановилась телега. Лошадь громогласно оповестила продавца о своём прибытием, но никто так и не откликнулся. Грузный мужчина спрыгнул с насиженного места, отправляясь на поиски оставившего свой пост существа. Похоже, незнакомец привёз новый товар откуда-то издалека. Груда яблок в телеге привлекательно переливалась под лучами солнца. Алые бока отражали свет, только нагоняя аппетит. Внезапно откуда-то из переулка вылетел круглый предмет. Небольшой мячик врезался в защёлку на тележке, тихо приземляясь на землю. Через секунду из-за угла показалась и сама хозяйка игрушки. Небольшая девчонка, с виду лет пяти, выскочила вслед за потерянным мячиком. Свободное красочное платье подскакивало от каждого прыжка малышки. Босые ноги легко бежали по песку, словно песчинки и не обжигали ей ноги вовсе. Девочка опустилась на колени, пытаясь вытащить наглый мячик из-под низкой тележки. Деревяшки пугающе заскрипели. Святослав нервно сжал кулаки. Взгляд зацепился за расстёгнутую защёлку. Похоже, мяч сбил деревяшку с её законного места, раскрывая телегу. Человек в панике забегал глазами по толпе, пытаясь найти помощь, но казалось, всем было всё равно. Каждый был занят своими делами, и никто не замечал беду маленькой девочки. Паника стремительно расползлась по телу. Сердце забилось под рёбрами, пытаясь проломить невиновные кости. Руки задрожали. Дерево раскрылось, выпуская град аккуратно сложенных в гору яблок. Множество фруктов посыпались на землю, прямо на хрупкое небольшое тельце. Ладонь сама по себе взметнулась перед человеком. — Девочка… — одними губами прошептал Святослав. Яркое платьице замерцало, захватывая малышку в светлый кокон, вместе с ней растворяясь в воздухе. Свят даже сначала не осознал своих действий, пока в его руках не образовался тяжёлый светящий свёрток, а после и сама девочка. — Это Светоликий! — Громкий крик какой-то женщины слышался сквозь шум в ушах. Страх за ребёнка всё ещё бурлил в груди. — Он спас её! — Он действительно управляет светом! — Существа окружили окаменевшего парня со всех сторон. Девушки и парни, женщины и мужчины, старики и дети — все желали воочию увидеть настоящее чудо. Чьи-то руки выхватили малышку из рук, благодарности лились из чужих уст. В ладонь впихнулись что-то округлое. Опустив взгляд, Святослав смог разглядеть заливистое яблоко в пальцах. На губах сама по себе расплылась слабая улыбка. Он спас ребёнка. Он спас чью-то жизнь. — Не будешь помогать ему? — Поинтересовался Артемис, рассматривая толпу существ, облепивших человека со всех сторон. — Я сказал ему не отсвечиваться, но он не понял меня. Если ему так нравится находиться в центре внимания, пусть так и будет. Я устал повторять одно и тоже каждый раз. Мне надоело что-то доказывать ему. Все мои предостережения звучали, будто в пустоту. Я больше не буду ему помогать, раз он знает, как ему будет лучше. Считает, что знает Восток лучше? Я не буду спорить, теперь это только его проблема. — Не боишься давать ему столько свободы? — Боюсь, но ещё больше я злюсь на его отношение к моим предостережениям. Неважно. Всего пару дней, а потом я заберу его из этого края. — Думаешь, сможешь вытерпеть? — С некой издёвкой спросил Артемис. — Надеюсь, — тяжело выдохнул Энджи. — Энджи, Энджи, смотри, что мне подарили, — светлая макушка вынырнула из толпы, сопровождаемая десятком восхищённых взглядов за спиной. Святослав подскочил к стражам, радостно раскрывая ладони. Небольшая золотая статуэтка слона покоилась на розоватой коже. Несколько голов торчали во все стороны. Хоботы тянулись к небу, будто оповещая народ о чём-то важном. — И что это? — Артемис склонился к раскрытым рукам, разглядывая мерцающую фигурку. — Это Эраван. Священный слон, здесь он считается символом силы, могущества, благополучия и счастья. Мне подарил один из мастеров в знак гостеприимства. Красивый, да? Энджи? — Уголки губ медленно сползли вниз. Свят обеспокоенно заглянул в голубые глаза, пытаясь найти ответ в синем море. — Ага, — кинул Энджи, резко поворачиваясь спиной к человеку, — если мы всё купили, то можем возвращаться обратно, — спокойно протянул страж, отправляясь к тонкому переулку, откуда они и прибыли сюда. — Что с ним? — Удивлённо спросил Святослав, взглянув на Артемиса. Лидеру ничего не оставалось, лишь как пожать плечами. Лезть в личные дела Энджи парень не собирался. Но глаза человека с такой грустью смотрели вслед уходящего стража, что Артемису стало не по себе. Лидер надеялся, что брошенные в порыве обиды слова лишь всплеск эмоций и ничего более, и завтра Энджи уже вновь станет оберегать каждый шаг Святослава, забыв про сказанную фразу.