Сказки для взрослых 6: Традиции Востока

Ночной ветер тихо завывал, играя со светлыми локонами человека. Звёзды, мириадами алмазных осколков, рассыпались по чёрному небу, как драгоценные камни, брошенные богами в бездну. Они мерцали и дрожали, словно дышали в этом безмолвном мире, и их бледный свет падал на песчаные дюны, делая их волнистыми, как море, застывшее в бесконечном покое. В тишине ночи слышно было только лёгкое шуршание листьев и шёпот воды, которая не спеша протекала между камнями. Святослав в очередной раз перевернулся на другой бок, хмуря брови. Даже сквозь сон слух улавливал странное шуршание, исходящее от воды, словно та зазывала его, просила подойти и ещё раз окунуться в прохладу ночи. Парень отмахнулся рукой от неизвестного зова, как от надоедливого комара, парящего над ухом. Но невидимый владыка вод не желал отставать от человека, повышая голос. Не выдержав иллюзорного гласа, Святослав разлепил сонные глаза, аккуратно поднимаясь с импровизированной постели из широких листов пальмы, стараясь не разбудить тихо сопящего Каэля. Кусты слабо дрожали под властью разговорчивого ветра. Песок скрипел под босыми стопами. Человек полностью поднялся с налёжанного места, прислушиваясь к неразборчивому голосу. Вода звала, манила подойти ближе. Ведомый неизвестной силой Святослав подошёл к самому краю бережка, заглядывая в отражение глубин. Из воды на парня смотрели идентичные ему глаза. Светлые локоны трепались от ветра, прилипая к вискам. Бледные губы изогнулись в слабой улыбке. Жёлтое одеяние мерцало в свете полной луны. Расстёгнутый жилет оголял впалый живот и грудь. Святослав вглядывался в своё отражение, словно заворожённый. Такие знакомые и одновременно с этим чужие черты. Вода заволновалась, искажая картинку. Голоса становились всё громче, буквально крича в голове. Тёмные фигуры, напоминающие щупальца, обхватили тело расплывчатого силуэта. Свят нахмурился, неосознанно отступая назад, но отражение решило иначе. Длинные руки разорвали водный плен, вырываясь на свободу. Тонкие бледные пальцы сжались на худых запястьях оцепеневшего парня. Блондин дёрнулся, но ожившее отражение крепко удерживало его. Одним рывком силуэт повалил Святослава, заставляя пересечь границу двух миров, с головой уйдя под плотный слой воды. Темнота заполонила разум, застилая глаза непроглядной коркой льда. Мороз пробежался по коже, покрывая тело градом раздражающих мурашек. Ноги упёрлись в твёрдую поверхность, мозг даже не сразу осознал, в каком положении находился. Святослав удивлённо распахнул глаза. Яркое солнце палило в лицо, пробиваясь через распахнутые шторы штаба. Стражи спешили по своим делам, мельтеша по коридору, словно муравьи. Свят, пребывая в каком-то дурмане, отступил назад, спиной натыкаясь на очередного стража. Мужчина возмущённо взмахнул рукой, но стоило его взгляду зацепиться за светлую макушку, как губы тут же сомкнулись. Блондин спешно извинился, отступая назад. Парень настороженно бегал глазами по оживлённому каменному коридору, пытаясь выхватить из толпы хотя бы одно знакомое лицо. Южные стражи были погружены в свои дела, они не замечали ничего вокруг себя, будто ведомые неизвестной единой системой, заложенной в голове каждого. В коридоре тянуло неприятным морозом. Острый ветер пробился под тонкую ткань одеяния, играясь с оголёнными участками кожи. Святослав поёжился под властью природы, обхватывая продрогшие плечи побелевшими пальцами. Краем глаза парень видел, как на его ресницах осел белоснежный иней, что было совсем не свойственно Югу. Всё в этом здании смешалось в одно неразборчивое месиво из разных краёв, не давая мозгу собрать картину воедино. Мимо парня проскочила знакомая фигура, быстро шагающая куда-то по пути остальных стражей. Святослав сжал кулак, через силу отлепляя примёрзшую ладонь от плеча. Холодные пальцы пробежались по тонкому запястью, оставляя ярко-алый цвет, похожий на ожог на коже Энджи. Страж даже не обернулся на Свята, лишь раздражённо отдёрнул руку от неприятного жжения. Губы удивлённо распахнулись. Человек проводил парня полным непонимания взглядом, проглатывая вязкий комок в горле. Что-то было не так, будто мир перевернулся, превращая всё имеющееся в пустое отражение настоящего. Ещё и зов вновь зазвучал в голове, отбиваясь от высоких стен здания. Закусив губу, Святослав сорвался с места, устремляясь в сторону звука, следуя по неизвестной нити, идущей откуда-то извне. Ноги ступали на пол, но не ощущали поверхность, будто бежали по невесомому облаку. Обстановка, интерьер и лица смешались в одну размытую кашу. Шаги эхом разлетались по помещению. Глаза заслезились, мороз ледяными оковами упал на руки, а коридор всё не кончался, словно ему и не было конца. Окна и двери исчезли, смешались в одно бесцветное серое полотно вокруг беззащитного тела. Голова начинала разрываться от голоса, что теперь практически вопил, проникая в барабанные перепонки, под самую кожу, разогревая кровь. Кожа под ногтями посинела, а плоть налилась алым цветом. Святослав уже не чувствовал ног, не чувствовал пространства и времени, застряв в петле, накинутой на шею. И с каждым шагом она натягивалась всё сильнее, перекрывая дыхание. Высокая дверь без ручек показалась впереди среди плотной стены тумана. Святослав выставил раскрытые ладони перед собой, онемевшими руками врезаясь в увесистую деревянную преграду. Дверь распахнулась, оставляя тело без единой опоры. Человек полетел вперёд, вовремя восстанавливая равновесие за пару секунд до встречи с полом. Одинокая слеза соскочила со щеки, опадая на бетонную, холодную поверхность. Двери за спиной захлопнулись с пугающим шумом, погружая комнату в темноту. Пустота и тьма окружили хрупкое, оставленное без единого защитника тело. Слабый щелчок, и сквозь потолок пробился маленький луч белого, мёртвого света. Стало светлее, но от этого не более понятно. Перед Святославом стоял небольшой столик из мрамора. На нём расположился переливающаяся самым дорогим золотом лампа. Свет играл на гладких стенках, отражая перекошенное невиданной гримасой ужаса лицо человека. Серые, потерявшие любые краски глаза смотрели в самую душу, словно моля о помощи и спасении. — Ты ведь боишься? — Чужеродный голос, как гром среди ясного неба, разразил тишину комнаты. Святослав вздрогнул, но даже не обернулся, будто уже знал, кому тот принадлежал, — боишься остаться один. Боишься, что слова той сумасшедшей сбудутся? Боишься предательства, а точнее незнания того, с чьей стороны его ждать? — Это всё лишь мысли той женщины, не более. Откуда мне знать, что этот бродячий караван не такие же обманщики, как и те, кто похитил меня? Может, её цель была запутать меня, — с ноткой злости прошипел Святослав, прожигая взглядом блестящую лампу. — С чего же такая уверенность? — Ладонь легко, почти невесомо скользнула по плечу Святослава, собирая чёрную пыль с яркой одежды, — твоё внутреннее чутьё? Или страх? — Я верю им. Ничто не сможет разорвать ту связь, что возникла между нами. — А может, всему виной твоя сущность? Это лето последнее в этом городе, а после начнётся учёба… работа… времени на стражей больше не останется. Ты отдалишься от стражей, и пропасть между вами снова вернётся, и будет расти, и расти с каждым новым днём взрослой жизни. — Нет, ничто не заставит меня оставить этот мир. — Когда-то тебе придётся его оставить. Это не твой мир. Ты не принадлежишь ему. Как бы ты ни пытался влиться сюда, ты навсегда останешься лишь гостем, не более, — пальцы пробежались по шее, обжигая промёрзшую кожу адским пламенем. — Здесь живёт моя семья… они её часть. — Но они не часть твоего мира, — голос стал грубее, но тут же стих, — но всему ведь есть решение. И твоей проблеме оно найдётся. Представь, как же прекрасно будет, когда стражам не придётся прятаться от людей. — Это невозможно. Люди не должны знать о стражах, — отрицательно мотнул головой Святослав. — Верно. Но ведь это правило зачарованного мира, но не… твоя личная прихоть? — Палец коснулся щеки, стирая солёный ручеёк слёз с лица парня, — но это можно исправить. Всего одно желание, слово, которое изменит всё в твою пользу. Лишь произнеси это и твои терзания исчезнут. Руки протянулись из-за спины Святослава, подхватывая аккуратную лампу, вкладывая её в обмершие руки человека. Ладони ласково прошлись по костяшкам блондина, оставляя творение в распоряжение парня. Святослав неотрывно смотрел на блестящие стенки и искусно завёрнутый носик, боясь пошевелить даже пальцем. — Одно желание изменит всё. Скажи эти слова, используй свою силу, измени правила. Это только в твоих руках. — Я… — Святослав сглотнул. Слёзы стекали неконтролируемым градом. Человек не понимал, что происходило в его душе. Сердце больно сжималось, затягиваясь в колючей проволоке. Глаза резало шипами роз. Живот скрутило в тошнотворной боли. А размеренное дыхание позади только давило на мозг. — Ну же… — Святослав! — Звонкий крик разнёсся по комнате, выводя Свята из непонятного транса. Парень встрепенулся, резко откидывая лампу обратно на стол. — Чёрт, — зашипела темнота. Посудина с грохотом врезал в бетонный пол. — Святослав! — Стены и потолок посыпались осколками, яркий свет дневного солнца стал пробиваться сквозь плотную стену тьмы. Свят отступил, как ужаленный уходя от лампы. Руки горели после контакта с ней, — проснись! Святослав распахнул глаза, впиваясь ногтями в руки, трясущие его слабое тело. Грудь ходила ходуном, не в силах успокоиться. На парня смотрела пара испуганных как поляна после шторма глаз. Каэль обеспокоенно бегал взглядом по лицу Свята, словно пытаясь убедиться в его сохранности и здравом уме. — Что… что произошло? — Охрипшим после сна голосом спросил Свят. — Ты… плакал во сне… — удивлённо прошептал Каэль. Свят закусил губу, опуская два пальца на щёку. И в правду, по лицу стекали дорожки солёных слёз, стягивающих кожу. — Мне, приснился кошмар, — отмахнулся Святослав, поднимая взгляд к небу, не желая смотреть в испуганное лицо друга, а главное осознавать, что именно он стал его причиной. — Поэтому ты проспал столько времени? — Поинтересовался Каэль. — А сколько я проспал? — Нахмурился Свят. — Ну, солнце давно в зените и уже идёт на спад, — неуверенно произнёс брюнет. — Хочешь сказать, что уже конец обеда? Нам нужно идти. Нельзя больше лежать, — помотал головой человек, смахивая последние остатки сна, медленно поднимаясь с налёжанного места, — почему ты не разбудил меня? — Не хотел тревожить… ты должен был восстановить силы, всё-таки не спал больше суток. С утра торжества точно. — И… ничего не произошло, пока я спал? — С опаской поинтересовался Святослав, поправляя смятую после сна одежду. — Вроде бы нет… разве что поднялся небольшой ветер, но это ничего. Всё-таки ночь всё ближе. Святослав поднял взгляд, и его взор ошарашенно застыл на горизонте. Тишина вокруг вдруг стала глухой, словно сама природа задержала дыхание, ожидая чего-то неизбежного. Воздух рябил, будто волны баламутя песок. Огромное песчаное облако, подобное пугающему зверю, бежало по пустыне, овладевая всё большими территориями. Ветер, сначала лишь тихо шептал свои мистические мелодии, теперь умело набирал силу, как зловещее предзнаменование. Поглощая каждый даже незначительный участок земли. Он, нагло ворвавшись в небольшой островок рая среди песков, поднял облака пыли, отрывая беззащитные лепестки цветов с тонких хрупких стеблей. Песок, дремлющий под ярким небом, вновь пробуждался, отвечая на зов ветра. Он перемещался ленивыми приподнятыми пылинками, и вскоре превращался в мощные, извивающиеся порывы, способные сносить на своём пути даже самые крепкие утёсы. Этот дикий танец напоминал чарующие движения стражниц, только его представление совсем не вызывало восхищения в человеческих глазах. Слабо слышный гул нарастал в такт усиливающемуся ветру, как будто сама пустыня, ранее спокойная и загадочная, вновь бунтовала после долгого покоя. Святослав, стоящий на границе человеческого бытия и стихии, чувствовал, как его кожу обжигают горячие, острые песчинки. Парень прижал ладонь ко лбу, пытаясь защищать глаза от микроскопических лезвий, скользящих по коже. — Какого чёрта происходит? — Прокричал Каэль. Ветер поглощал голос стража, обращая его в еле разборчивое шипение. — Похоже на… песчаную бурю. — Только этого не хватало, — раздражённо проговорил Каэль, — Восток решил отыграться на нас? — Нужно уходить, здесь слишком опасно, — будто издеваясь над словами Святослава, земля затряслась, разразилась громким пугающим, но до жути знакомым рёвом. Песок задрожал под ногами. Неосознанно пальцы человека сомкнулись на запястье Каэля, то ли ища защиту в лице стража, то ли желая самостоятельно защитить друга от приближающейся опасности. С каждой секундой ветер становился сильнее, высокие непроглядные стены из песка окружили парней в плотную клетку. Чёрный силуэт показался где-то, казалось вдалеке, но уже через секунду длинный хвост прорвался через столб пыли, разрезая песчаную волну. Святослав опомнился быстрее застывшего брюнета, резко отпрыгивая в сторону, утягивая за собой окаменевшее тело. Человек повалился на землю, Каэль завалился следом, придавливая друга. Тяжёлый конец хвоста врезался в пустоту, где всего пару секунд назад стояли потенциальные жертвы. Песок поднялся столбом, тут же подхваченный могущественным ветром. Существо раздражённо зашипело, медленно выползая из укрытия. Каэль сполз с тела друга, нервно выхватывая бумеранги из пояса, испуганно разглядывая уже виданное нечто. Длинная змея, несколько десятков метров в высоту, не считая волочащегося по песку хвоста. Огромные чешуйки на песочном теле напоминали острые лезвия, покрывающие всё туловище. Большие глаза, словно чёрные бездны, выискивающе разглядывали землю. Из раскрытой пасти стекала голодная слюна, несколько рядов зубов блестели от влаги. — Разве это не то существо, которым ты управлял? — Неуверенно поинтересовался Святослав, не отрывая взгляда от змеи, медленно, стараясь не привлечь внимание чёрных озёр, поднимаясь на ноги, помогая Каэлю встать с земли. — Скорее, его ещё живой собрат, — нервная усмешка слетела с губ стража. Пальцы крепче обхватили бумеранги, лезвия приятно впились в кожу, верно остужая разгорячённую плоть. — И какой план? — Металл на запястье начал нагреваться. Святослав сглотнул тугой ком, вставший в горле. Сейчас парень ощущал себя слабым зверьком, брошенным в клетку к опасному хищнику, для развлечения чужих глаз. Песчаная буря заключила парней в непроглядную клетку, побег из которой можно было сравнить лишь со стрельбой вслепую. — Драться, — кивнул Каэль, замахиваясь рукой. Бумеранг выскочил из ладони, искусно разрезая воздух и кружа хороводы песка. Металл облепили настырные песчинки, перекрывая блестящие стенки лезвия. Бумеранг прокручивался вокруг себя, скидывая непрошенных пассажиров, но новые тут же прилипали обратно, вновь скрывая металл от чужого взгляда. С каждым кругом оружие набирало скорость, дрожа и вибрируя в воздухе, словно живая птица. Лезвие врезалось в чешую, с треском отскакивая от твёрдой пластины, поспешив вернуться в руку хозяина, трусливо отступая от врага. Каэль подхватил вернувшееся оружие, шокировано уставившись на существо. Тело неосознанно отступило назад, кровь стыла, жалкая беспомощность забурлила в венах, заставляя мышцы окаменеть, покрыться тонким слоем иллюзорного льда. Каэль не мог пошевелиться, грудь тяжело вздымалась. Тошнотворный ком страха встал в горле. Мозг стража в панике перебирал все возможные варианты спасения, если не себя, то хотя бы хрупкого человеческого тела. Металл испуганно вжимался в ладони парня, не желая вновь возвращаться к непробиваемой защите. — Каэль! — Голос Святослава вырвал парня из плена собственной тревоги, но было уже слишком поздно. Змея разразилась в оглушительном крике, разозлённая таким неуважением. Длинный хвост взметнул в воздух, резко опускаясь к земле. Увесистый конец врезался в тело Каэля, снося парня с ног. Окаменевший страж отлетел в сторону, несколько раз больно прокручиваясь по земле. Противный песок забрался в рот и нос. На ресницах налипли песчинки. Каэль схватился за ушибленный живот, сгибаясь в приступе удушающего кашля. Кончики ушей дёрнулись в подозрительном порыве. Две пары глаз настороженно устремились в одну сторону. Сквозь громкое завывание ветра вперемешку с шёпотом песков прорывался до одури знакомый голос, пробирающий кожу до мурашек. Отчаяние и страх слышались даже через несколько метров сквозь плотные стены бури. — Хаи, ты что-то услышала? — Поинтересовался Алик, заслоняя ладонью глаза от острых песчинок. — Святослав. — Светоликий, — одновременно произнесли девушки, перекидываясь взглядами. — Похоже, с Каэлем что-то случилось. Им нужна помощь, — поспешила вынести своё предположение Астория, пока Хаи не успела раскрыть рта. — И почему я не удивлённо, — несмотря на открытый сарказм, в голосе Энджи слышалось искреннее облегчение, невозможное скрыть никаким способом. — Тогда идёмте. Вы поняли, откуда шёл крик? — Воскликнул Артемис, впившись в глаза сестры. Девушки уверенно кивнули. Глаза зацепились за содрогающееся в приступе кашля тело. Каэля трясло, вязкий ком песка застрял в горле, безвкусная земля скрипела на зубах, неприятно прилипая к языку. Существо распахнуло пасть, зелёная жижа смешалась со слюной. Змея сделала глубокий вдох, бесформенный шар выскочил из горла, устремляясь в дезориентированное тело. Лезвия громко засвистели, рассекая песчаный воздух. Субстанция врезалась в металл, разлетаясь в разные стороны. Капли опадали на землю, разъедая песок под собой. Пальцы ловко перехватили рукоять глефы, упирая остриё оружия в землю. Используя верного друга как костыль, страж поднялся с колена, кидая взгляд в сторону. — Артемис… — выдохнул Каэль, зачарованно разглядывая сильную спину парня, словно щит заслонившую брюнета, возникшую, будто из ниоткуда. — Что это? — Прокричал Артемис, взглядом находя ярко-голубой костюм. — Яд. Будьте осторожны, его слюна сравнима с кислотой, разъедает всё на своём пути, — голос Хаи разлетался по равнине, прорываясь сквозь потоки ветра, гордо сражаясь с шёпотом песков. — Слышали? Нападайте со спины! — Артемис даже не смотрел на Каэля, полностью отдавшись бою, словно в этом мире не существовало ничего кроме сражения. Страж задумчиво прикусил губу, нервно сжимая бумеранги, вместе с оружием сгребая острые песчинки с земли. — Его чешуя слишком крепкая для нашего оружия. Это бесполезно, — воскликнул Каэль. Лидер через плечо взглянул на парня, кивая, вновь возвращая взгляд на команду. — У него крепкая защита. Как победить эту дрянь? — Энджи, защити Светоликого. Айша, Медина, приготовьтесь к атаке. Артемис, убери Каэля с поля боя. Раз мы не можем уничтожить его оболочку, значит, сожжём изнутри, — Верронн успел подметить, как сильно бой менял девушку. За мгновение миловидная девушка превращалась в настоящего воина, способного сохранять спокойствие даже в экстренных ситуациях. Даже её голос менялся, наполняясь нотками стали и стойкости. Змея завопила. Хвост взмыл в небо, туловище завозилось по земле, распахивая длинную яму под телом. Хаи призывно взмахнула руками. Артемис кивнул, резко разворачиваясь к Каэлю, хватая запястье оцепеневшего от шока парня. Одним рывком лидер поставил стража на ноги, устремляясь в противоположную Святославу сторону. Змея пристально следила за движениями проворных жертв, набирая очередной ядовитый залп. Медина и Айша быстро заменили парней, вставая на уже налёжанное место. Алик и Хаи переглянулись, освобождая оружия из недолгого заточения. Лезвия довольно сверкнули в натренированных ладонях. Движения множества тел путало разум существа, мешало сконцентрироваться на чём-то одном. Яд водопадом стекал изо рта, не способный выбрать жертву. Энджи материализовался перед застывшим Святом. Крепкая спина закрыла весь обзор на друга, отгораживая человека от возможной беды. Пальцы стража крепко сжимали рукоять меча, но сам парень будто и не собирался вступать в бой. Ноги ровно стояли на земле, неготовые сдвинуться с места. Тонкая ткань одеяния жалостливо трепалась на теле, оголяя худые лодыжки. — Энджи, что вы собираетесь делать? — Аккуратно спросил Святослав, не смея сдвинуться с места. — Замолчи, — прошипел Энджи, отводя руку с мечом. Лезвие осветилось ярким пламенем, заслоняя лицо человека от горячих потоков огня, стремительно заполоняющего территорию. Каэль вцепился в плечо Артемиса, неверяще вглядываясь в танцующие языки пламени. Огонь охватил девушек, словно всегда прислуживал только им, никогда не склоняя голову перед их врагами. Пламя точной стрелой устремился в раскрытую пасть, смешиваясь с вязкой слюной, заполняя глотку. Змея удивлённо сомкнула зубы, прислуживаясь к собственным ощущениям. Адская боль пронзила тело, хвост забился в неконтролируемых судорогах. Существо задрожало, то раскрывая, то вновь закрывая пасть, будто пыталась выплюнуть огненного змея, заполонившего каждую клеточку тела. Столб пыли смешался с бурей. Змея беспомощно ворочалась по земле, извергаясь в предсмертном вопле. Дым повалил из распахнутых глаз и пасти. Существо изворачивалось в никому неизвестные узлы, распахивая под собой глубокую яму, самолично выкапывая для себя посмертный гроб. Чёрные глаза заволокла кровь. Сердце отбило последний удар, разрываясь на множество маленьких кусочков. Тело застыло, усмиряясь под властью смерти. — Вау, — выдохнул Каэль, — это тоже входило в план восточных, чтобы впечатлить нас? — Нервно усмехнулся страж, заглядывая в глаза парня. На губах лидера мелькнула слабая, почти незаметная улыбка. Оказывается, он уже успел соскучиться по этим глупым шуткам. Артемис обхватил плечи парня, притягивая немного дрожащее тело к себе. Каэль прикрыл глаза, наконец-то за столько времени расслабляясь в чужих объятиях. — Я скучал, — прошептал Артемис. — Я тоже, — улыбнулся Каэль, опуская ладони на крепкую спину. Теперь даже летающий вокруг песок не мог испортить этот момент, оказывается, только этого и желало тело стража всё это время, пока он не мог даже услышать голос лидера. — Энджи, — аккуратно позвал Святослав, вглядываясь в напряжённую спину стража. Энджи даже не обернулся на парня после победы над монстром. Страж ловко всучил меч под широкий пояс на талии, стряхивая налипший на лезвие песок. Святослав закусил губу, нервно сжимая кулаки. Вина противным червём заклубилась в груди. В голове так кстати всплыл недавний разговор с Каэлем. Блондин больше не мог терпеть такие страдания стража, человек был уверен, ещё пару минут, и вина за собственное поведение поглотит его изнутри. Парень медленно обошёл Энджи, оказываясь лицом к лицу со стражем. Пустые глаза без интереса взглянули на человека. Святослав вздохнул. Тело повалилось на землю, колени врезались в песок. Острые песчинки больно врезались в кожу. Брови удивлённо взметнулись вверх. Пальцы человека жалобно впились в ткань штанов, стягивая приятный к телу шифон на бёдрах. Блондин не смел поднять и взгляда на стража. Глаза прожигали в земле дыру, боясь посмотреть на обиженное лицо. — Прости меня. Я был таким придурком, не замечал твоего состояния, думал только о собственном удовольствии. Мне ужасно стыдно за то, что заставил тебя чувствовать эту боль, переживать за меня. Прости, что открыто не замечал твоих предостережений и защиты. Я так виноват перед тобой… Святослав обхватил ноги стража, лицом вжимаясь в бёдра парня. Буря громко завывала, режа кожу, но человек не замечал этого. В одно мгновение весь его мир уменьшился до размеров небольшого круга, в котором они находились вдвоём. Стало плевать на всех вокруг, чужие взгляды перестали интересовать его. В голове крутилась лишь одна мысль, мольба о пощаде и тяжёлая вина на груди. Ладонь медленно опустилась на затылок человека, тонкие пальцы вплелись в светлые локоны. Страж сжал руку, аккуратно дёргая волосы вверх, призывая Святослава подняться с земли. Блондин сглотнул, осторожно отлипая от бёдер парня. Их взгляды снова встретились. Всегда открытые для Святослава глаза Энджи сейчас было почти невозможно прочитать. Свят не знал, чего можно было ожидать от парня, но он был готов на всё. — Я не злюсь на тебя, — спустя, казалось, вечность, выдохнул Энджи, помогая человеку встать с земли. Ладони стража переместились на плечи, слабо сжимая пальцы на светлой ткани, — отчасти я тоже виноват, нужно было дать тебе больше свободы. Но и ты должен помнить, я всегда желаю для тебя только лучшего, я не приказываю тебе беспрекословно слушать меня, но… хотя бы иногда прислушивайся к моим словам. — Я обещаю, — поспешил кивнуть Святослав, глаза предательски защипало. Чтобы скрыть глупую слабость, человек обхватил талию Энджи, притягивая парня к себе, заключая стража в крепкие объятия. Уголки губ брюнета облегчённо приподнялись в слабом подобии улыбки. — Мы, конечно, рады воссоединению вашей команды, но у нас есть проблема посерьёзнее, — нервно проговорила Айша, раздражённо рассматривая кружащиеся хороводы песка вокруг них. — В такую погоду слишком опасно добираться домой пешком, — оповестила Хаи. — Может, откроем портал? — предложил Верронн, вопросительно изгибая бровь. — Опасно. Сила стража слишком слаба перед песками, есть шанс, что коридор может сместиться и дверь откроется не в том месте, — отрицательно мотнула головой девушка. — Тогда, может… Верронн и Алик объединят силы? Два Постаменто вполне смогут закрепить коридор с двух сторон и не дать ему пошатнуться под властью пустыни, — неуверенно протянула Медина, потирая покрасневшее от жара дня плечо. — Это может сработать, — задумчиво кивнул Алик, поворачиваясь к Верронну, — готов? — Я никогда не объединял свои силы с другими стражами рода, — предупредил парень, складывая руки в замок. — А мы никогда не уходили так далеко от стен. Всегда нужно что-то делать впервые, — усмехнулся Алик, отзеркалив действие Верронна. — Как они собираются объединить свои силы? Разве это возможно? — Каэль стоял в шаге от Артемиса, заинтересованно наблюдая за действиями парней. Верронн взглянул на Алика, дожидаясь положительного кивка. Страж развёл руки, выпуская мерцающую сферу из сжатых ладоней. Свет врезался в пустоту, взрываясь яркими частицами, тут же собирающимися в полноценную дверь. Алик сжал пальцы на плотном, словно мячик шаре, заводя руку назад. Замахнувшись, страж ловко закинул сферу в самый центр портала. Свет забурлил, словно встревоженное море. Фиолетовые блики смешались с синими волнами силы. Коридор переливался тёмными красками, выплеснутыми в некогда прозрачную воду. Разглядеть хоть что-то сквозь порывы света было практически невозможно. Портал призывно мигал, приглашая гостей пройти внутрь и увидеть всю красу своими глазами. — Верронн открыл дверь в коридор между мирами, но власть песков может столкнуть этот проход с нужного пути. Поэтому Алик и создал второй портал, который находится не в пустыне, а в том самом коридоре. Теперь даже если песок попытается сбить курс портала Верронна, портал Алика сможет доставить нас в нужное место без проблем. — То есть Алик открыл портал между двух порталов Верронна? — Так и есть, — кивнул Артемис. — Долго вас ждать? Держать порталы не так и легко, — прикрикнул Алик, призывно взмахивая руками. Артемис схватил запястье Каэля, затаскивая парня в мерцающий портал, чувствуя, как песок перестал больно резать тело, оставаясь где-то позади, в безжалостной пустыне, полной опасностей.