Dog-collar

— Только не трогай меня, ладно? — Зандик непонимающе смотрит. Привалившийся к спинке кровати, он только и ждет, когда покроет чужое подрагивающее тело поцелуями, — Я разрешу позже, пока потерпи. Ты сможешь?  — Ты свяжешь меня или что-то в этом роде? — он тихо смеётся, особо даже не вдумываясь.  — Нет, — Альбедо наблюдает за ним, понимая, что Зандик не осознает серьезности. Лишь аккуратно улыбается, кивая, — Ты сам.  — Легко! — он усмехается, демонстративно убирая руки за спину.  …Шею сдавливает, стоит юноше сверху потянуть за поводок. Зандик никогда не был поклонником таких экспериментов, он не любил ничего экстраординарного в принципе. К сожалению, он понимает зачем это нужно - желание унижать и унижаться идёт неразрывно. Альбедо хочет иметь контроль в той сфере, в которой всегда был безвольным. Только… от давления на шею член предательски дергается, а невозможность сжать чужие бедра ввергает в уныние.  Альбедо сказал, что ему так проще. Зандику… было без разницы. Он хочет, чтобы секс был приятен для всех, его никогда не тяготило к насилию. И с этим юношей ему было приятно всегда: во всех позах и в любой роли. Всегда.  Ошейник ослабляют и Дотторе может сделать полноценный вдох. Подрагивающие ресницы, красные, от стыда и отсутствия кислорода, щёки, смазанный взгляд. Альбедо двигается так медленно, вверх и вниз. Собственные руки дрожат, Зандик впивается ногтями в ладони, до боли сжимает кулаки, открывает и обратно смыкает сухие губы. Альбедо буквально сидит на нём, то принимая член до конца, то оставляя внутри лишь головку. Это сводит с ума. Так тягуче-медленно, так обжигающе приятно.  Хочется трогать, хочется двигать бёдрами, хочется ускориться и дойти до желаемой разрядки. Альбедо испытывает его, как испытывают на службе или в бою - проверяет выдержку и послушание. Сорваться хочется каждую секунду: вцепиться в чужие ляжки и трахать-трахать, пока в глазах не начнут появляться искры, сжимать тонкие запястья, нежно выцеловывать шею и грудь.  Зандик протяжно стонет, стоит юноше резко опуститься вниз и одновременно потянуть за поводок. Движения вокруг члена становятся плавные, он аккуратно раскачивается, давая необходимое трение, но не давая той скорости, с которой бы мужчина кончил. Безумие. Воздух быстро заканчивается, Зандик чувствует всё так остро, любимые руки обжигают его каждым касанием, но он так старательно держится. Кусает губы, жмурит глаза, понимая, что не выдержит такой пытки дальше.  — Альбедо, — хрипло зовет Зандик. Ошейник сразу ослабляют, вот только сам юноша ничуть не уменьшает скорости. Лишь смотрит так внимательно, пальчиками оглаживая чужой подбородок и шею. Из под ошейника виднеются красные следы, он трогает их с особым удовольствием.  — Что?  Мужчина ведёт бёдрами, неожиданно толкаясь внутрь. Альбедо вздергивает подбородок наверх, громко ахает, снова оттягивая поводок на себя.  — Я хочу, — так тихо и хрипло, Зандик прикладывает все усилия, чтобы сказать хоть слово, — тебя.  — Попроси хорошо, — юноша тянет поводок ещё сильнее, принимая в себя член полностью и… останавливается. Зандик сходит с ума от такого тесного контакта, сходит с ума от отсутствия движений, от влаги чужого тела.  Говорить тяжело, но стыд - далеко не единственное, что ему мешает.  — Пожалуйста, — голубые глаза следят за каждым вздохом, наблюдают так внимательно, словно за картиной в музее. Зандик совсем не намерен отводить взгляд, — можно я трахну тебя?  Альбедо удовлетворенно смотрит на него, испытывая крайнее удовольствие от чужого послушания. Стоит юноше кивнуть, как в губы моментально впиваются, а через секунду его самого роняют назад, заставляя забыть об ошейнике. Зандик широко расставляет чужие ноги, в то время как сам Альбедо оказывается распластанным на постели. Мужчина толкается внутрь, не дает передышки, входя во всю длину. Сам отчаянно мычит, крепко сжимает тонкую талию, двигается так быстро и закатывает глаза от удовольствия.  Юноша мало что успевал понимать. Только чувствовал, как Зандик каждую секунду попадает по чувствительной точке, выбивая из глаз слезы, а изо рта похабные стоны. Со стороны ситуация кажется неконтролируемой, но Альбедо знал, что с одним его словом мужчина перестанет. Но не хотел. Совсем не хотел.  Через несколько минут Зандик громко мычит, делает пару глубоких толчков и останавливается. Член внутри пульсирует, становится как-то непривычно влажно. Уже через пару секунд Альбедо поднимает голову, недоуменно смотря за происходящим: его мужчина тяжело дышит, выглядит довольным и расслабленным, когда опускается и лбом тычется в чужой подрагивающий живот.  — Ты… — в недоумении начинает юноша, — Ты всё?… Альбедо перекладывает руку на чужие волосы, аккуратно поглаживая их. Зандик тянет что-то невнятное, но и отсюда юноша понимает, что да, мужчина кончил. И всё бы ничего, только его интересует теперь два вопроса: что делать с собственным стоящим членом и неужели это животное закончило в него? Альбедо опускает руку ниже, понимая, что он, сука, прав. Только Зандик не воспринимает недовольства, но удачно путает его с намеком.   — Чувствуешь себя пустым? — чересчур самодовольно усмехается. Альбедо не успевает съязвить, как пара длинных пальцев уже растягивают его изнутри, пока тёплая ладонь обвивает член, двигаясь вверх и вниз. Юноша откидывает голову назад, жмурит глаза, кусает губы, но то и дело срывается на тихие стоны.  Зандик не дает своей сперме вылиться, толкая её внутрь и используя как смазку. От одной мысли об этом мужчина чувствует себя грязным, но таким удовлетворенным. В какой-то момент Дотторе меняет угол наклона, быстро двигает пальцами в переднюю стенку, чувствует, как возбуждение накатывает снова. Альбедо громко стонет, пытается свести ноги, тянет мужчину за волосы вверх. Он задыхается от ощущений, от нежных поцелуев по коже на контрасте с быстрыми толчками внутри.  Он зовет Зандика, по частям простанывая его имя. Тянет того наверх, вернее пытается. Мужчина легко поддается, игриво улыбается, ничуть не останавливая своих движений. Думать не получается, Альбедо притягивает его для поцелуя, закрывает глаза, чувствуя слишком много. Ощущения закрывают собой все мысли, Альбедо чувствует себя оголенным проводом, искрящимися от каждого касания. Мурашки бегут по коже, предвещая скорую разрядку.  Дотторе отстраняется, тяжело дышит, пытаясь восполнить нехватку воздуха. Тычется в ключицу и шею, целует, кусает, всасывает бледную кожу. Чувствует, как юноша сжимается вокруг пальцев, как простанывает его имя, как сжимает волосы на затылке. От быстрых ритмичных толчков руки устают, но оно стоит того - Альбедо громко стонет, дрожит всем телом, и уже через мгновение изливается ему на пальцы.  Сердце замирает, он перестаёт двигаться, со стороны наблюдая за расслабляющимся телом. Оно обмякает у него в руках, юноша тяжело дышит, жмурится, кусает губы, наверняка пытаясь прийти в себя. Зандик с нежностью наблюдает за подрагивающими ресницами, вытирает запачканные руки о простыни, тычется куда-то в грудь, боясь навалиться сверху и задавить.  Тонкий поводок остается лежать неподвижно.