Библиотека миров: Ключи коллапса

Мостик «Энтерпрайза» затих, но напряжение витало в воздухе, густое, как дым Мустафара за обзорным экраном. Шаттл «Галилей» отстыковался с лёгким гулом, его силуэт мелькнул на фоне красноватых облаков планеты, прежде чем начать спуск. Гаррус стоял у сенсорной панели, его когти стучали по консоли, а мандибулы нервно подрагивали. Джайна сжимала посох, её белые волосы отражали свет экрана, а глаза следили за шаттлом. Гарри сидел рядом с Дадли, его палочка лежала на коленях, а Дадли сжимал блокнот, его карандаш скрипел от волнения. Ла Фордж и Дейта работали у соседних панелей, их голоса переплетались в потоке данных, а Пикар стоял в центре, его руки сложены за спиной, взгляд — непроницаемый, но внимательный. Гаррус первым нарушил тишину, его голос был хриплым, но с ноткой сарказма: — Шаттл вошёл в атмосферу. Если там лава, надеюсь, Шепард не решит искупаться. Я не хочу потом калибровать её броню. Джайна слегка улыбнулась, её посох мигнул. — Магия там слабая, но живая, — сказала она. — Как угли под пеплом. Они найдут что-то… или оно найдёт их. Гарри кивнул, его глаза следили за шаттлом, который теперь казался крошечной точкой на фоне вулканических облаков. — Напоминает полёт на метле над Запретным лесом, — сказал он. — Только без Хагрида, чтобы вытащить их из беды. Дадли хихикнул, но его голос дрожал от восторга и тревоги: — Это как в «Звёздных войнах»! Помните, как Хан спускался на Явин-4? Только тут больше огня и меньше джунглей. Надеюсь, они не встретят Дарта Вейдера… или хуже. Ла Фордж повернулся от панели, его визор мигнул, улавливая данные. — Атмосфера токсична — сера, углекислый газ, — сказал он. — Шаттл держится, но это не прогулка. Обломки в кольце… они двигаются, как будто кто-то их толкает. Дейта кивнул, его пальцы мелькали по консоли. — Подтверждаю, — сказал он. — Движение обломков не хаотично. Узор становится чётче — это сигнал, закодированный в их положении. Расшифровка займёт время. Пикар шагнул к экрану, его голос был ровным, но с тенью напряжения: — Сигнал в обломках… — сказал он. — Это не просто остатки войны. Кто-то оставил его здесь. Вопрос — для кого? Вид с высоты На экране шаттл «Галилей» пробивал облака Мустафара, оставляя за собой слабый след конденсации. Красноватый свет вулканов пробивался сквозь дым, освещая его корпус, а внизу проступали лавовые реки — яркие, как расплавленное золото, текущие между чёрными скалами. Кольцо обломков над планетой медленно вращалось, его металлические фрагменты — остатки кораблей, станций, чего-то неузнаваемого — отбрасывали длинные тени на поверхность. Гаррус прищурился, его голос стал тише: — Посмотрите на это… — сказал он, указав на экран. — Обломки выстраиваются в спираль. Это не гравитация. Это… искусственное. Джайна подошла ближе, её посох слабо загудел, откликаясь на что-то невидимое. — Магия подтверждает, — сказала она. — Это не просто металл. В обломках есть энергия — слабая, но старая. Как заклинание, которое забыли отменить. Гарри поднял палочку, его глаза расширились. — Как руны на древних артефактах, — сказал он. — У нас в Хогвартсе был кубок, который светился, если его активировать. Может, это тоже что-то вроде… послания? Дадли записывал, его карандаш чуть не сломался от нажима. — Послание в обломках! — воскликнул он. — Это как в «Прометее» — Инженеры оставляли следы! Только тут не голограммы, а куча старого железа! Ла Фордж хмыкнул, его голос был полон интереса: — Если это послание, то оно чертовски большое, — сказал он. — И старое. Датчики показывают возраст — минимум десять тысяч лет. Кто-то хотел, чтобы его заметили. Пикар повернулся к Дейте. — Мистер Дейта, можете расшифровать узор? — спросил он. Дейта кивнул, его взгляд был сосредоточенным. — Пытаюсь, сэр. Узор сложный — возможно, координаты или код. Но нам нужно больше данных с поверхности. Шум на мостике вернулся — Ворф сообщил о готовности оружия, Гаррус буркнул что-то про «чёртовы калибровки», а Джокер через экран крикнул: — Шепард на связи! Они видят лаву и что-то ещё — какие-то структуры внизу. Это не просто вулкан! Гарри вскочил, его палочка мигнула ярче. — Структуры? — переспросил он. — Как замок посреди огня? Это круто… и жутко. Джайна сжала посох, её голос стал напряжённым: — Если там структуры, то это не случайная планета, — сказала она. — Кто-то жил здесь. Или живёт. Дадли посмотрел на Гордона, который остался на шаттле, но его слова всё ещё эхом звучали в голове. — Гордон говорил про шахматную доску, — сказал он тихо. — Если это ход, то кто игрок? G-Man? Или что-то хуже? Гаррус фыркнул, его когти стукнули по панели. — Если это G-Man, я хочу с ним поговорить, — сказал он. — У меня есть пара вопросов… и винтовка. Ла Фордж улыбнулся, но его тон был серьёзным: — Кто бы это ни был, он знает, как гнуть пространство, — сказал он. — Это не просто магия или технологии. Это их смесь. Пикар поднял руку, его голос перекрыл хаос: — Спокойно, — сказал он. — Шаттл спускается, и мы ждём их доклада. Мистер Ла Фордж, усиливайте сенсоры. Мисс Джайна, Гарри — если это магия, помогите её понять. Мистер Гаррус, следите за обломками. Дадли… продолжайте записывать. Дадли кивнул, его карандаш снова заскрипел. — Уже пишу! «День… всё ещё не знаю какой. Шаттл летит в лаву, обломки шепчут. Жутко, но круто». Шаттл «Галилей» исчез в облаках Мустафара, его сигнал мигал на экране, пока команда на мостике следила с замиранием сердца. Обломки над планетой продолжали выстраиваться в спираль, их движение было медленным, но целенаправленным, как стрелки часов, отсчитывающие неведомое время. Джайна посмотрела на звёзды, её голос стал тише: — Это не конец, — сказала она. — Это начало. Что-то древнее просыпается. Гарри кивнул, его палочка осветила её лицо. — Или ждёт, — сказал он. — Как Тайная комната, только больше… и горячее. Гаррус хмыкнул, его взгляд вернулся к сенсорам. — Если это просыпается, я хочу быть готовым, — сказал он. — И желательно с кофе. Пикар смотрел на экран, его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнула тень тревоги. Спуск шаттла был лишь первым шагом в новой загадке — кто-то или что-то подстроило их путь, и ответ лежал внизу, среди лавы и обломков, ожидая своего часа.

***

На мостике «Энтерпрайза» напряжение достигло пика, но команда держалась вместе, их голоса и действия сливались в слаженный ритм. Гаррус склонился над сенсорами, его когти мелькали по панели, а глаза следили за узором обломков. Джайна стояла рядом, её посох слабо гудел, откликаясь на невидимую энергию. Гарри сжимал палочку, освещая консоль, а Дадли записывал, его карандаш скрипел, фиксируя каждую деталь. Ла Фордж и Дейта работали в тандеме, их голоса переплетались в потоке данных, а Пикар наблюдал, его спокойствие было якорем в хаосе. Дейта вдруг замер, его пальцы остановились, и он повернулся к Пикарду. — Сэр, узор обломков расшифрован, — сказал он, его голос был ровным, но с ноткой удивления. — Это не просто сигнал. Это координаты… и сообщение. Пикар шагнул ближе, его брови поднялись. — Сообщение? — переспросил он. — Что оно гласит? Дейта вывел данные на голографический экран — линии обломков сложились в спираль, которая затем преобразовалась в символы, непонятные на первый взгляд. Он продолжил: — Символы не соответствуют известным языкам Федерации, Альянса или джедайских архивов. Однако структура напоминает древние протеанские коды, но с элементами, схожими с… — он замялся, — с магией, если это применимо. Джайна подошла, её глаза сузились, посох мигнул ярче. — Это магия, — сказала она. — Я чувствую аркану в этих линиях. Это не язык, а заклинание, вплетённое в металл. Оно говорит… «Ищущие найдут ключ в огне». Гарри прищурился, его палочка осветила голограмму. — «Ключ в огне»? — переспросил он. — Как в загадках Дамблдора! Это про Мустафар? Дадли хлопнул блокнотом по колену, его голос дрожал от восторга: — Это как в «Индиане Джонсе»! Ключ в огне — значит, что-то на планете! Может, это и есть разгадка маяка? Гаррус хмыкнул, его мандибулы дрогнули. — Если это ключ, надеюсь, он не плавится, — сказал он. — Но координаты… они указывают вниз, на поверхность. Точно туда, где шаттл. Ла Фордж кивнул, его визор мигнул, улавливая данные. — Подтверждаю, — сказал он. — Обломки — это карта. Они указывают на точку в лавовых полях. Кто-то хотел, чтобы мы это нашли. Пикар сложил руки за спиной, его взгляд стал острым. — Значит, нас не просто сюда затащили, — сказал он. — Нас направили. Свяжитесь с шаттлом, сообщите координаты. Они должны знать.

***

Тем временем «Галилей» пробивал атмосферу Мустафара, его корпус дрожал от жара и турбулентности. Шепард сидела за штурвалом, её руки крепко сжимали рычаги, а голос был полон сарказма: — Напомните, почему я согласилась лететь в вулкан? О, точно — потому что кто-то согнул нам варп! Энакин, сидя рядом, смотрел в окно, его глаза следили за лавовыми реками внизу. — Это Мустафар, — сказал он. — Но не мой. Здесь слишком много… смерти. Оби-Ван кивнул, его взгляд был мрачным. — Сила здесь тяжёлая, — сказал он. — Как эхо старой боли. Но есть что-то ещё… что-то зовёт. Люк, сидя позади, сжал рукоять меча. — Это не ловушка, — сказал он тихо. — Это испытание. Гордон, у стены, молча смотрел на приборы, его ломик лежал на коленях. Его голос был холодным, но с тенью интереса: — Лава… огонь… — сказал он. — В Зене я видел ключи в хаосе. Если это оно, мы близко. Сара Керриган, с винтовкой наготове, прищурилась. — Если это ключ, я хочу его первой, — сказала она. — И никаких Зергов, пожалуйста. Джим Рейнор хмыкнул, его сигара чуть не выпала. — Девочка моя, если тут Зерги, я угощаю, — сказал он. — Но это больше похоже на могилу. Амели, у окна, следила за горизонтом, её голос был холодным: — Структуры впереди, — сказала она. — Не природные. Металл, кристаллы… и движение. Шепард повернула голову, её ухмылка вернулась. — Движение? Отлично, будет что пристрелить, — сказала она. — Джокер, что с мостика? Коммуникатор ожил, голос Дейты прорвался сквозь помехи: — Командор, обломки — это сообщение. «Ищущие найдут ключ в огне». Координаты указывают на точку в лавовых полях, прямо под вами. Будьте осторожны. Шепард присвистнула. — Ключ в огне, говоришь? — сказала она. — Ну, мы в нужном месте. Держитесь, садимся. «Галилей» приземлился на чёрной скале, окружённой лавовыми потоками. Жар проникал сквозь обшивку, заставляя воздух внутри дрожать. Команда вышла наружу, их ботинки хрустели по вулканическому стеклу. Перед ними возвышалась структура — неестественная, древняя: башня из чёрного металла и кристаллов, пульсирующих слабым светом. Она стояла посреди лавы, её основание окружали трещины, из которых вырывались языки пламени. Энакин шагнул вперёд, его плащ развевался от горячего ветра. — Это… — он замялся, — это не джедайское. Не ситхское. Это старше. Оби-Ван кивнул, его рука легла на меч. — Сила здесь… как шепот, — сказал он. — Это не просто башня. Это маяк… или его часть. Люк посмотрел вверх, его глаза сузились. — «Ключ в огне», — сказал он. — Это оно. Гордон подошёл к башне, его ломик качнулся в руке. Он коснулся кристалла, и тот мигнул, отражая его лицо. — Энергия… как в Черной Мезе, — сказал он тихо. — Но стабильная. Это не оружие. Это… проводник. Сара прищурилась, её винтовка поднялась. — Проводник куда? — спросила она. — Если это портал, я хочу знать, что за ним. Джим хмыкнул, его револьвер щёлкнул. — Если это выход, я в деле, — сказал он. — Но если вход… мы готовы? Амели заняла позицию у края, её взгляд следил за тенями. — Движение усиливается, — сказала она. — Мы не одни. Шепард ухмыльнулась, её пистолет был наготове. — Тогда найдём этот ключ и разберёмся, — сказала она. — Вперёд, цирк. Это наш ход. Башня загудела, кристаллы вспыхнули ярче, и воздух задрожал, как перед разломом. На мостике «Энтерпрайза» Гаррус крикнул: — Шепард, сенсоры сходят с ума! Что-то активируется! Ключ был близко — в огне Мустафара, в сердце башни, связанной с маяком и обломками. Новая загадка открывалась, обещая ответы… и новые вопросы.

***

Шаттл «Галилей» остался позади, его корпус потрескивал от жара, пока команда стояла на чёрной скале, окружённой лавовыми потоками. Перед ними возвышалась башня — древняя, зловещая, но завораживающая. Её основание утопало в трещинах, из которых вырывались языки пламени, а стены из чёрного металла, похожего на обсидиан, поднимались на десятки метров вверх, испещрённые прожилками кристаллов. Эти кристаллы — тёмно-красные, с прожилками золотого света — пульсировали, как живое сердце, отбрасывая отблески на лица героев. Вершина башни терялась в дымке, но слабое гудение исходило оттуда, вибрируя в воздухе и под ногами. Узкий мост из того же металла вёл к входу — арке, окружённой шипами кристаллов, словно зубами неведомого зверя. Жар был невыносимым, пот стекал по лицам, а воздух пах серой и металлом. Но команда не дрогнула — они стояли плечом к плечу, их оружие и взгляды были наготове, а голоса, несмотря на обстановку, вспыхивали шутками, как искры в темноте. Шепард вытерла лоб, её пистолет качнулся в руке, а ухмылка стала шире. — Ну что, цирк, добро пожаловать в сауну дьявола! — сказала она. — Если это ключ, надеюсь, он с кондиционером. Энакин хмыкнул, его плащ развевался от горячего ветра, но глаза блестели. — На Татуине было жарче, — сказал он. — Хотя там хотя бы песок не пытался меня поджарить. Может, это ситхский гриль? Оби-Ван поправил мантию, его голос был спокойным, но с лёгкой насмешкой: — Если это гриль, Энакин, то ты первый на очереди. У тебя талант попадать в огонь. Люк рассмеялся, его светлый плащ казался неуместно чистым в этом аду. — Тогда я закажу соус, — сказал он. — Отец, не подгори, нам ещё ключ искать. Гордон подошёл к мосту, его ломик слегка звякнул о металл. Он коснулся кристалла, и тот мигнул, осветив его лицо. Его голос был холодным, но с тенью сарказма: — В Зене было хуже, — сказал он. — Там хотя бы не пахло как в мастерской после взрыва. Если это ключ, я его выломаю. Сара Керриган прищурилась, её винтовка C-10 легла на плечо, а тон стал язвительным: — Выломай, Гордон, но если это портал к Зергам, я тебя первая пристрелю, — сказала она. — Хватит с меня горячих встреч. Джим Рейнор выпустил облако дыма, его сигара чудом держалась в этом жаре. — Девочка моя, если тут Зерги, я открою бар прямо в лаве, — сказал он. — Назову его «Пылающий Рейнор». Подаём жареных врагов и тёплое пиво! Амели стояла у края моста, её винтовка следила за тенями, но губы дрогнули в редкой улыбке. — Если это бар, Джим, я закажу выстрел в голову, — сказала она холодно. — Но сначала найду, что тут шевелится. Лава — не помеха. Шепард хлопнула себя по лбу, её смех эхом разнёсся над трещинами. — Вы все психи, и я вас люблю! — сказала она. — Ладно, идём в эту чёртову башню. Если ключ там, он наш. Если нет — подожжём её и уйдём с фейерверком. Команда шагнула на мост, их ботинки звякнули о металл. Жар усилился, но они двигались вперёд, их шутки были как щит против окружающей тьмы. Вход в башню открылся перед ними — арка вела в круглый зал, стены которого были покрыты такими же кристаллами, но крупнее, с золотыми жилами, пульсирующими в ритме, напоминающем дыхание. В центре зала возвышалась платформа, на которой лежал объект — не то сфера, не то многогранник, размером с голову, сделанный из того же чёрного металла и кристаллов. Он слабо светился, а вокруг него дрожал воздух, как над раскалённой плитой. Энакин подошёл первым, его рука замерла над сферой. — Это… — он замялся, — это не Сила, но что-то близкое. Как эхо старой мощи. Оби-Ван кивнул, его взгляд стал острым. — Оно живое, — сказал он. — Или было. Это не просто ключ — это память. Люк шагнул ближе, его голос был тихим, но тёплым: — Память? — переспросил он. — Тогда давайте спросим, что она помнит. Может, угостим её чаем? Шепард фыркнула, её пистолет опустился. — Чай в аду — это по-нашему, Люк, — сказала она. — Но если оно заговорит, я хочу автограф. Гордон коснулся сферы ломиком, и кристаллы мигнули ярче. Его голос был холодным, но с ноткой веселья: — В Черной Мезе такие штуки взрывались, — сказал он. — Если это ключ, надеюсь, он не с таймером. Я не в настроении бегать. Сара хмыкнула, её винтовка качнулась. — Если оно взорвётся, Гордон, я скажу, что ты виноват, — сказала она. — Но оно… зовёт. Чувствую это. Джим затушил сигару о ботинок, его ухмылка стала шире. — Зовёт? — сказал он. — Тогда я спрошу, где бар. Или хотя бы где мой «Гиперион». Эта штука выглядит дороже, чем весь мой флот! Амели заняла позицию у стены, её глаза следили за тенями, но голос смягчился: — Если это ключ, он тяжёлый, — сказала она. — Но я бы пристрелила его за такой дизайн. Слишком много блеска. Шепард шагнула к платформе, её рука легла на сферу рядом с рукой Энакина. Она мигнула, и слабый гул заполнил зал, как голос из глубины веков. — Ну что, цирк, — сказала она, её тон был полон сарказма, но глаза блестели. — Похоже, мы нашли игрушку. Кто первый её включит, или ждём, пока она нас поджарит? Энакин улыбнулся, его пальцы сжали сферу. — Я привык к огню, — сказал он. — Давай я. Оби-Ван хмыкнул. — Только не сломай, Энакин, — сказал он. — У нас и так хватает вулканов. Люк рассмеялся, его голос был тёплым: — Если сломаем, скажем, что это был план Гордона. Гордон кивнул, его ломик качнулся. — Приму вину, — сказал он. — Но если оно откроет портал, держите Сару подальше от Зергов. Сара фыркнула, её улыбка мелькнула впервые за день. — Держи Джима подальше от бара, и я останусь, — сказала она. Джим хлопнул её по плечу, его смех эхом разнёсся по залу. — Сделка, девочка моя! — сказал он. — Но если тут есть пиво, я его найду. Сфера загудела громче, и кристаллы на стенах вспыхнули, освещая команду золотым светом. Они стояли вместе, их шутки звучали как вызов судьбе, а башня, древняя и пугающая, стала их новым домом — хотя бы на этот момент. Зал внутри башни дрожал от жара и гула, кристаллы на стенах пульсировали всё ярче, отбрасывая золотые блики на лица команды. Сфера на платформе — чёрный многогранник с красными кристаллами — гудела под руками Энакина и Шепард, её свет становился интенсивнее с каждым мгновением. Команда сгрудилась вокруг, их оружие и взгляды были наготове, но голоса всё ещё звенели шутками, как искры над лавой. Шепард ухмыльнулась, её пальцы сжали сферу сильнее. — Ну что, Энакин, включаем эту штуку? — сказала она. — Если она взорвётся, я скажу Джокеру, что ты виноват. Энакин кивнул, его глаза блестели, а голос был полон уверенности: — Я готов, — сказал он. — Если что, спрячемся за Оби-Ваном — он мастер выживания. Оби-Ван хмыкнул, его рука легла на меч, но тон был тёплым: — Спасибо за доверие, Энакин, — сказал он. — Но если это ситхская ловушка, ты будешь объяснять Падме, почему я поджарен. Люк улыбнулся, его светлый плащ колыхнулся. — Тогда я вызову Йоду, — сказал он. — Он любит загадки. Может, даст нам подсказку… или болотный суп. Гордон стоял рядом, его ломик слегка звякнул о платформу. Он смотрел на сферу, его голос был холодным, но с ноткой сарказма: — В Черной Мезе такие штуки открывали порталы, — сказал он. — Если это ключ, надеюсь, он не к хедкрабам. Я не в настроении для гостей. Сара Керриган прищурилась, её винтовка качнулась. — Хедкрабы, Зерги… какая разница? — сказала она. — Если что-то вылезет, я его пристрелю. Джим, держи сигару подальше — не поджигай нас раньше времени. Джим Рейнор хохотнул, его рука легла на револьвер. — Девочка моя, если я подожгу лаву, это будет лучший фейерверк в галактике! — сказал он. — Но я хочу знать, что эта штука прячет. Давай, Энакин, крути! Амели заняла позицию у стены, её красные глаза следили за тенями, но голос был мягче обычного: — Если это ключ, он слишком красивый, — сказала она. — Я бы его пристрелила за стиль. Но давайте посмотрим, что он умеет. Энакин глубоко вдохнул, его пальцы сжали сферу, и он направил Силу в её кристаллы. Шепард добавила свой напор, надавив сильнее, и сфера загудела громче, её свет вспыхнул, ослепляя всех. Зал затрясся, кристаллы на стенах загорелись, как факелы, и из сферы вырвался голос — низкий, древний, звучащий как эхо из глубины времени: — Ищущие… вы нашли ключ… — голос был бесполым, но живым, проникающим в кости. — Я — страж перекрёстка… хранитель миров… тот, кто ждёт. Команда замерла, их шутки стихли, но не исчезли совсем — они были готовы вспыхнуть снова. Шепард первой опомнилась, её пистолет поднялся, а голос стал резче: — Страж, говоришь? — сказала она. — Отлично, мы тут не на экскурсии. Что ты такое, и зачем нас сюда затащили? Голос сферы ответил, его тон был спокойным, но с тенью силы: — Я — фрагмент сети… созданной теми, кто пришёл до вас… до ваших войн, до ваших звёзд. Маяк зовёт, обломки указывают, башня хранит. Вы — избранные… или случайные… это ещё предстоит узнать. Энакин сжал кулаки, его взгляд стал острым. — Сеть? — переспросил он. — Кто её создал? Республика? Ситхи? — Ни те, ни другие, — ответил голос. — Древние… те, кто видел рождение галактик… те, кто ушёл, оставив ключи. Вы — их наследники… или их ошибка. Оби-Ван шагнул ближе, его голос был твёрдым: — Ключи к чему? — спросил он. — К порталам? К власти? — К перекрёстку, — сказал голос. — Миры связаны… времена переплетены… маяк — начало, башня — путь. Вы держите ключ… но готовы ли вы открыть дверь? Люк посмотрел на сферу, его тон был мягким, но серьёзным: — Дверь куда? — спросил он. — Мы хотим ответов, а не новых загадок. Голос загудел, кристаллы мигнули. — Дверь к истине… к тому, кто играет… к тому, кто ждёт за гранью. Но огонь очищает… готовы ли вы сгореть? Шепард фыркнула, её ухмылка вернулась. — Сгореть? — сказала она. — Мы уже в аду, приятель. Давай без драм — что нам делать с этой штукой? Гордон коснулся сферы ломиком, его голос был холодным, но с тенью интереса: — Это проводник, — сказал он. — Как кристалл в Черной Мезе, но старше. Если это дверь, я хочу знать, кто за ней. И как её ломать. Сара хмыкнула, её винтовка опустилась. — Ломать? — сказала она. — Гордон, ты мой герой. Но если там Зерги, я беру отпуск. Джим хлопнул её по плечу, его смех разнёсся по залу. — Если там бар, я остаюсь, — сказал он. — Но эта штука знает больше, чем говорит. Давай, страж, выкладывай! Амели прищурилась, её голос был холодным, но с ноткой веселья: — Если это дверь, я прострелю замок, — сказала она. — Но мне не нравится, как оно смотрит на нас. Голос сферы стал тише, но от него пробежали мурашки: — Вы держите ключ… решайте… открыть или уйти. Но знайте: перекрёсток не ждёт вечно… и тот, кто играет, уже близко. Сфера затихла, её свет стал мягче, но зал всё ещё дрожал. Шепард посмотрела на команду, её ухмылка была шире обычного. — Ну что, цирк? — сказала она. — Открываем эту чёртову дверь или идём домой за пиццей? Я за первое — люблю, когда жарко. Энакин кивнул, его рука всё ещё лежала на сфере. — Я за, — сказал он. — Если это путь к ответам, я не отступлю. Оби-Ван улыбнулся, его голос был тёплым: — Тогда вместе, — сказал он. — Как всегда. Люк добавил: — Если это истина, я готов, — сказал он. — Но если там болото, я зову Йоду. Гордон хмыкнул, его ломик качнулся. — Открываем, — сказал он. — Но если это ловушка, у меня есть план Б — ломик. Сара ухмыльнулась. — Я в деле, — сказала она. — Главное, чтобы без роя. Джим затушил сигару о платформу. — Если там выпивка, я первый, — сказал он. — Если нет — стреляю. Амели кивнула, её винтовка легла на плечо. — Открываем, — сказала она. — Но если оно врёт, я его прикончу. Шепард хлопнула в ладоши, её голос был полон энергии: — Решено! Страж, включай свою дверь. Мы идём, и пусть этот игрок попробует нас остановить! Сфера вспыхнула, кристаллы на стенах загудели, и платформа задрожала. Воздух перед ними раскололся, открывая портал — тёмный, с золотыми искрами, ведущий в неизвестность. Команда стояла вместе, их шутки и тепло были их силой, а башня, обломки и маяк слились в одну тайну, чей ключ они теперь держали в руках. Зал башни дрожал от энергии, кристаллы на стенах сияли золотом, а портал перед командой — тёмный провал с искрами — гудел, как живое существо, обещая истину и опасность. Сфера на платформе затихла, её свет стал мягче, но воздух был тяжёлым от жара и предчувствия. Шепард стояла у края портала, её пистолет был опущен, а взгляд метался между командой и неизвестностью. Остальные сгрудились рядом, их лица блестели от пота, но глаза горели решимостью и лёгким безумием. Шепард повернулась к коммуникатору, её голос стал резким, но твёрдым: — Пикар, Джокер, это Шепард. Мы нашли ключ — башня, сфера, портал. Идём внутрь, куда бы он нас ни вёл. Если не вернёмся через час, ищите нас… или готовьте вечеринку. Конец связи. Коммуникатор ожил, голос Пикара был спокойным, но с ноткой тревоги: — Командор, будьте осторожны. Мы усилим зонд и проследим сигнал. Удачи. Джокер добавил, его тон был полон сарказма: — Шепард, если там вечеринка, притащи мне пива! «Нормандия» наготове. Не поджарьтесь! Шепард отключила связь, её ухмылка стала шире, но в ней мелькнула тень задумчивости. — Ну что, цирк, — сказала она, обводя команду взглядом. — Последний шанс сказать «нет». Или пожаловаться, что мы как оказались в чьем-то дешевом фанфике. Если это так, то я его ненавижу — этот фанфик слишком жаркий и предсказуемый. Кто первый? Энакин хмыкнул, его плащ прилип к спине от пота, а голос был полон самоиронии: — Я бы сказал, что сценаристы могли бы дать мне больше реплик, а не только «Сила зовёт», — сказал он. — Но ладно, я в деле. Хоть раз без песка в ботинках. Оби-Ван поправил мантию, его тон был сухим, но с тёплой насмешкой: — А я бы попросил меньше лавы и больше чая, — сказал он. — Этот сюжет явно писал кто-то, кто ненавидит джедаев. Но отступать не в моём стиле. Люк рассмеялся, его светлые волосы прилипли ко лбу, а голос был лёгким, но с лукавством: — Если это фанфик, то я требую больше сцен с Йодой, — сказал он. — А то слишком много огня и мало мудрости. Но я готов — вдруг там есть X-wing? Гордон сжал ломик, его очки запотели, а голос стал холоднее, но с неожиданным теплом: — Я бы сказал, что авторы переборщили с порталами, — сказал он. — В Зене хотя бы были лестницы. Но если это ключ, я его раскручу. Или сломаю — смотря что быстрее. Сара Керриган вытерла пот с лица, её винтовка качнулась, а тон стал язвительным, но с ноткой усталости: — Если это сценарий, то я явно не главная героиня, — сказала она. — Слишком много героев, а Зергов нет. Давайте уже прыгнем, пока нас не заставили петь хором. Джим Рейнор сплюнул в лаву, его сигара давно погасла, а голос был хриплым, но живым: — Чёрт, я бы добавил больше взрывов и меньше разговоров, — сказал он. — Этот сюжет тянет, как мой старый движок. Но если там есть «Гиперион» или хотя бы виски, я в игре. Амели заняла позицию у портала, её волосы прилипли к шее, а голос был холодным, но с редким сарказмом: — Я бы пристрелила режиссёра за этот жаркий поворот, — сказала она. — Слишком много блеска и мало мишеней. Но я в деле — вдруг там есть, кого подморозить? Шепард хлопнула в ладоши, её смех разнёсся по залу, тёплый и дерзкий. — Вы все нытики, но я вас люблю, — сказала она. — Ладно, если этот фанфик — или где мы там оказались? — дрянь, мы сами напишем концовку. Вперёд, в портал! И если там нет пива, Джим, я тебя пристрелю. Команда шагнула ближе к порталу, их тени дрожали в его свете. Энакин и Оби-Ван вытянули руки, Сила загудела, проверяя грань. Люк стоял рядом, его световой меч был наготове. Гордон поднял ломик, как будто готовясь к удару. Сара и Джим переглянулись, их оружие щёлкнуло в унисон. Амели заняла тыл, её винтовка следила за тенями башни. Шепард шагнула первой, её ботинок завис над краем, а голос был полон вызова: — Страж, или кто ты там, — крикнула она. — Мы идём. Надеюсь, твой перекрёсток стоит того! Портал вспыхнул, искры закружились, и в этот момент башня затряслась сильнее. С потолка посыпались осколки кристаллов, лава за мостом взревела, выбрасывая фонтаны огня. Из глубины портала донёсся звук — не гул, а голос, холодный и знакомый Гордону, с лёгким шипением, как треск льда: — Вы сделали… выбор… — сказал он, и от его тона у всех пробежали мурашки. — Добро пожаловать… к началу. Шепард замерла, её глаза расширились. — Это ещё что за… — начала она, но портал рванул их внутрь, поглощая команду в вихре света и тьмы. Башня осталась позади, её гул стих, а на мостике «Энтерпрайза» Гаррус крикнул: — Шепард! Сигнал пропал! Экран мигнул, показывая пустую платформу, и тишина накрыла корабли, оставляя лишь вопрос: куда их унёс перекрёсток — к ответам или к новой игре? Портал в башне Мустафара рванул команду в себя, как чёрная дыра, проглотив их с гулом и вспышкой. Шепард, Энакин, Оби-Ван, Люк, Гордон, Сара, Джим и Амели исчезли из зала, их голоса оборвались на полуслове, а затем… начался хаос. Реальность раскололась, и они падали — не вниз, а через миры, невозможные, невероятные, такие, что даже их закалённые умы дрогнули. Сначала был мир, где время текло как песок, но песок этот светился, испуская крошечные сферы — объекты, похожие на звёзды, которые пели низким гулом. Шепард вцепилась в пистолет, её голос перекричал шум: — Это что, чёртовы часы с поющими шариками? — крикнула она. — Я требую рефунд за этот тур! Энакин, паря рядом, вытянул руку, ловя сферу Силой. — Это не время, — сказал он, его глаза расширились. — Это… его кусочки. Как будто кто-то разбил хронометр галактики. Оби-Ван хмыкнул, его мантия развевалась в невесомости. — Прелестно, — сказал он сухо. — Напомни мне не приглашать этих архитекторов на чай. Следующий мир ударил их геометрией — пространство складывалось в углы, которых не могло быть: треугольники с пятью сторонами, кубы, извивающиеся, как змеи, и лестницы, ведущие в самих себя. Гордон сжал ломик, его голос был холодным, но с тенью восторга: — Эшер бы застрелился от зависти, — сказал он. — Это не физика. Это её ночной кошмар. Сара покачала головой, её винтовка болталась в этом безумии. — Если тут есть Зерги, я сдаюсь, — сказала она. — Они бы умерли от головной боли. Джим сплюнул, его сигара давно потерялась. — Чёрт, это как бар после трёх бутылок, — сказал он. — Только без выпивки. Худший трип в моей жизни. Затем их швырнуло в лиминальное пространство — бесконечные коридоры из света и тени, где стены шептались голосами, а пол дрожал, как живое существо. Амели прищурилась, её винтовка поднялась. — Это как мой старый особняк, — сказала она холодно. — Только без пауков. Пока. Люк посмотрел на неё, его улыбка была слабой, но тёплой. — Если тут есть Йода, я попрошу его нас вытащить, — сказал он. — Он любит странные места. Фрактальный мир был следующим — реальность дробилась на бесконечные копии самой себя, каждая меньше предыдущей, но с теми же героями, повторяющими их слова с лёгким запозданием. Шепард посмотрела на свою уменьшенную копию и фыркнула: — Отлично, теперь я ещё и в кукольном доме, — сказала она. — Маленькая Шепард, стреляй лучше меня! Оби-Ван вздохнул, глядя на свою фрактальную тень. — Если это медитация, я подаю в отставку, — сказал он. — Слишком много меня. Вихрь миров сменился внезапной тишиной, и команда рухнула на металлический пол — холодный, ржавый, с запахом соли и машинного масла. Они оказались в трюме огромного корабля, окружённого льдом, который плавал в пустоте, освещённой тусклым сиянием звёзд. Надпись на стене гласила: Borealis — Aperture Science. Люк поднялся первым, его световой меч осветил мрак. — Это не X-wing, — сказал он тихо. — Но что-то знакомое… Гордон встал, его ломик звякнул о пол, а голос стал напряжённым: — Борей, — сказал он. — Я слышал о нём. Корабль, который пропал… и вернулся не один. Это не просто судно. Это разлом. Шепард поднялась, её пистолет был наготове. — Разлом? — переспросила она. — Отлично, ещё один портал. Если тут вылезет GLaDOS, я её пристрелю за плохой сервис. Сара осмотрелась, её глаза сузились. — Это не Зерги, но что-то… неживое, — сказала она. — Чувствую это. Корабль дрогнул, и из теней донёсся шёпот — не голос, а эхо, как будто само пространство говорило. Джим хмыкнул, его револьвер щёлкнул. — Если это привидения, я беру дробовик, — сказал он. — Хватит с меня призраков на «Гиперионе». Борей мигнул и исчез, швырнув их в новый кошмар — тёмные коридоры мрачного и неуютного звездолёта, пропитанные запахом крови и металла. На одной из стен читалась надпись «Event Horizon». Стены пульсировали, как плоть, а из динамиков доносился вой, от которого волосы вставали дыбом. Амели заняла позицию, её голос был холодным: — Это не особняк, — сказала она. — Это могила. И она живая. Энакин сжал меч, его взгляд стал острым. — Это не Сила, — сказал он. — Это… хуже. Как тьма за гранью. Оби-Ван кивнул, его тон был мрачным: — Мы видели тьму, — сказал он. — Но это… это не наш бой. Шепард фыркнула, её пистолет следил за тенями. — Если тут есть капитан, я поговорю с ним по-свойски, — сказала она. — Где мой чёртов выход? Кошмар сменился грохотом — они стояли на мостике огромного корабля, окружённого варп-штормами. Вокруг ревели голоса, металл гнулся под ударами, а в окнах мелькали тени демонов. Сара подняла винтовку, её голос стал жёстким: — Это не Зерги, но близко, — сказала она. — Я дома. Джим рассмеялся, его револьвер щёлкнул. — Чёрт, это как рейд на базу Доминиона! — сказал он. — Где мой танк? Гордон посмотрел на хаос, его ломик качнулся. — Это не Зен, — сказал он. — Но я готов. Ломик против демонов — почему нет? Вихрь миров замедлился, и перед ними возникла тень — Земля, знакомая Гарри и Дадли, но окружённая флотом: «Энтерпрайз», «Нормандия», корабли Альянса, Конфедерации, Федерации, Республики, выстроенные в формации, как живой щит. Вдалеке маячила угроза — тёмная сила, древняя и безжалостная, готовая поглотить всё. Шепард посмотрела на это, её голос стал тише: — Это наш финал, да? — сказала она. — Большая битва. Надеюсь, об этом снимут крутой фильм! Хочу, чтобы хоть раз за меня побегал кто-то другой! Энакин кивнул, его глаза сузились. — Если это Земля, мы её спасём, — сказал он. — Вместе. Но вихрь рванул снова, унося их прочь от видения, и они рухнули в новый мир — тёмный, тихий, с фигурой в костюме, стоящей вдалеке. Его голос был холодным, шипящим, знакомым Гордону: — Вы… пришли… — сказал он. — Игра… начинается… снова. Команда замерла, их оружие поднялось, а тень фигуры растворилась в темноте, оставив их в пустоте, где эхо его слов было единственным звуком. Кто он? G-Man? Страж? Или нечто большее? Их путь только начался, а Земля ждала своего часа.