Библиотека миров: Ключи коллапса

Мостик «Энтерпрайза» гудел от движения и голосов. После обсуждения команда разошлась, но не все ушли отдыхать. Шепард и Пикар остались у консоли, споря о маршруте с лёгким сарказмом и уважением. Энакин, Люк и Оби-Ван склонились над звёздной картой с Дейтой, вычисляя путь через Внешнее Кольцо. Сара и Джим уединились в углу, их тихий разговор о прошлом и будущем прерывался хриплым смехом Рейнора. Амели чистила винтовку, её красные глаза следили за каждым движением, а Гаррус возился с калибровками на соседней панели, бурча что-то про «человеческий хаос». В стороне, у обзорного экрана, Дадли Дурсль стоял с блокнотом, его взгляд был прикован к Гордону Фримену. Гордон молча смотрел на звёзды, его ломик лежал у стены, а оранжевый костюм HEV слабо гудел, отражая свет. Дадли сглотнул, шагнул ближе и заговорил, его голос дрожал от любопытства: — Эй, Гордон… можно спросить? Ты ведь знаешь про порталы, да? В «Half-Life» ты прошёл через Зен, через всякие разломы… Этот маяк — он похож на то, что ты видел? Гордон повернулся, его очки блеснули в свете мостика. Он помолчал, затем кивнул, его голос — глубокий, с лёгкой хрипотцой и точностью учёного — прозвучал тихо, но властно: — Порталы… да. Зен был хаосом — разрывы пространства, где законы ломались, как стекло. Этот маяк… он иной. Упорядоченный. Как… — он замялся, подбирая слова, — как библиотека, где каждая книга — мир, а страницы — пути между ними. Дадли заморгал, его блокнот раскрылся. — Библиотека миров? — переспросил он. — Это как в «Half-Life 2», про измерение Алеф говорили… или я путаю? Но ты про это знаешь больше меня! Голоса на мостике стихли, и к ним подошёл Джорди Ла Фордж, его визор мигнул, уловив слова Гордона. — Библиотека миров, говорите? — сказал он, его тон был тёплым, но заинтересованным. — На «Энтерпрайзе» мы видели разломы — Кью, иконянские врата. Но этот маяк… он стабильнее. Ты думаешь, он рукотворный? Гордон кивнул, его взгляд стал острее. — Возможно. В Черной Мезе мы открыли разлом случайно — кристалл, резонанс… Но кто-то доставил тот кристалл. Кто-то знал, что будет. Этот маяк — не случайность. Он… спроектирован. Джайна, услышав их, подошла, её посох слабо светился. — Спроектирован? — переспросила она. — В Азероте мы видели порталы Легиона — хаотичные, тёмные. Но этот… он как аркана, смешанная с машиной. Кто-то с силой мага и умом инженера. Гарри, стоя рядом с Дадли, поднял палочку, его глаза загорелись. — Как Портал в Министерство магии, только огромный! — сказал он. — Но если это библиотека, то кто библиотекарь? Гордон слегка улыбнулся, но в его глазах мелькнула тень — холодная, пугающая, как далёкий шторм. Он заговорил тише, и мостик, полный шума, вдруг затих, словно все невольно прислушались: — Библиотекарь… хороший вопрос. В Черной Мезе был… некто. Человек в костюме, с голосом, как треск льда. Он не называл имени. Никто не знал его — ни я, ни Илай, ни Кляйнер. Но он был везде — наблюдал, направлял. Он принёс кристалл в тот день. И после… он говорил со мной. Как будто знал больше, чем мы все вместе. Дадли сглотнул, его карандаш замер. — Это… G-Man? — прошептал он. — В играх его так зовут. Он — загадка. Ты думаешь, он тут замешан? Гордон пожал плечами, но его движение было напряжённым. — Не знаю его имени. Он не из тех, кто представляется. Но если этот маяк — библиотека, то он мог бы быть… не библиотекарем, а тем, кто расставляет книги. Или сжигает их, если ему не нравится сюжет. Ла Фордж нахмурился, его визор мигнул. — Звучит как Кью, но холоднее, — сказал он. — У нас на «Энтерпрайзе» Кью играл с нами, но не скрывал лица. Этот твой… наблюдатель — он опасен? Гордон посмотрел на него, его голос стал ниже, и от него пробежали мурашки: — Опасен? Он не враг в обычном смысле. Он… как гравитация. Ты не сражаешься с ней — ты учишься жить под её давлением. Но если он здесь… мы не просто переменные. Мы — эксперимент. Джайна сжала посох, её голос был твёрдым: — Эксперимент? В Азероте такие игры вела Смертокрыл или Легион. Но этот маяк… он не злой. Он зовёт, а не разрушает. Гарри кивнул, его палочка мигнула. — Как Кубок Огня! Он выбрал меня, хотя я не хотел. Может, кто-то вроде Дамблдора, только… страннее? Гордон хмыкнул, его улыбка была холодной, но с тенью тепла. — Страннее — хорошее слово. Но я не верю в добрых волшебников. Тот, кто играет с мирами, не делает это из милосердия. У него есть цель. И мы — часть её. Шум на мостике вернулся — Шепард крикнула что-то Гаррусу про «чёртовы калибровки», Пикар вызвал Ворфа, а Дейта сообщил о данных с зонда. Дадли, Ла Фордж, Джайна и Гарри сгрудились ближе к Гордону, их голоса смешались в хаотичной симфонии. — Так этот G-Man… он как Волдеморт? — спросил Гарри, его глаза расширились. — Скорее как Тралл, если бы тот стал тенью, — ответила Джайна. — Сила без лица. — Или как Борг, но хитрее, — добавил Ла Фордж. — У нас были зонды, которые вели себя так же — кто-то управлял ими издалека. Дадли записывал, его карандаш скрипел. — Это как в «Портале»! GLaDOS тоже всех испытывала. Но G-Man… он реальнее. Гордон, ты с ним говорил после Зена? Гордон кивнул, его взгляд стал далёким. — Да. Он… предложил мне выбор. Работа или конец. Я выбрал первое. Но он не объясняет. Он смотрит, ждёт. И если он здесь… — он замолчал, его пальцы сжали ломик, — мы не узнаем, пока он сам не захочет. Шепард, услышав их, подошла, её ухмылка вернулась. — Ломик, ты пугаешь меня больше, чем Жнецы, — сказала она. — Этот твой «наблюдатель» — он хуже Боргов или просто зануда? Гордон посмотрел на неё, его голос стал тише, но от него снова пробежали мурашки: — Хуже. Борг берёт силой. Он… играет. И всегда выигрывает. Команда замолчала, их шум стих, а загадка маяка стала ещё глубже, тенью G-Man’а нависая над ними.

***

Мостик «Энтерпрайза» вновь гудел от голосов и движения, но у обзорного экрана Дадли, Гордон, Ла Фордж, Джайна и Гарри образовали свой маленький островок хаоса. Дадли, сжимая блокнот, смотрел на Гордона с восторгом, его глаза блестели от идей. Он кашлянул, собираясь с духом, и заговорил, его голос дрожал от энтузиазма: — Знаешь, Гордон, я ведь тоже экспериментировал! Ну, не с порталами, конечно, но… у меня был проект на ярмарке науки в школе. Я пытался сделать машину, которая считает, сколько раз кот прыгает на диван. С датчиками и всяким! Только она… э-э… взорвалась, и кот сбежал. Но это было круто, пока не загорелось! Гордон повернулся к нему, его очки блеснули в свете мостика. Он слегка улыбнулся — холодная, но тёплая улыбка, как у человека, который видел слишком много взрывов, чтобы их бояться. Его голос был глубоким, с лёгкой философской ноткой, но с ноткой интереса: — Взрывающаяся машина… — сказал он, его тон был почти задумчивым. — В MIT я бы дал тебе балл за смелость. В Черной Мезе — за выживание. Как звали кота? Дадли заморгал, его щеки покраснели от неожиданного внимания. — Э-э… Мистер Пушистик, — признался он, и Гарри рядом хихикнул, прикрыв рот рукой. — Он был толстый и ленивый, но после того раза стал прыгать как чемпион! Гордон кивнул, его взгляд стал острее, но в нём мелькнула тень веселья. — Мистер Пушистик… хороший объект для эксперимента. В Зене я сражался с существами, которые прыгали лучше, но их нельзя было погладить. Твой подход… хаотичный, но живой. Это важно. Хаос учит больше, чем формулы. Дадли просиял, его карандаш заскрипел по блокноту. — Хаос учит? Это как в «Half-Life»! Ты ведь тоже импровизировал, да? С ломиком против… ну, всего? Гордон сжал ломик в руке, его пальцы слегка дрогнули — не от напряжения, а от привычки. Его голос стал тише, и в нём мелькнула тень чего-то далёкого: — Да. Ломик — не оружие выбора. Это… необходимость. Когда всё рушится — оборудование, планы, люди, — ты берёшь, что есть, и идёшь дальше. Твой кот сбежал, но ты не сдался. Это… похоже. Ла Фордж хмыкнул, его визор мигнул. — Импровизация — мой конёк, — сказал он. — Однажды я перезапустил варп-двигатель с помощью куска провода и молитвы. Но кота у меня не было — только Дейта, и он не прыгает. Джайна улыбнулась, её посох слабо светился. — В Азероте я видела магов, чьи эксперименты взрывались чаще, чем работали, — сказала она. — Один пытался призвать дракона, а получил стаю уток. Хаос — это магия без поводка. Гарри кивнул, его палочка мигнула. — У нас в Хогвартсе Невилл случайно взорвал котёл, и все пахли капустой неделю, — сказал он. — Но он научился. Может, Дадли — следующий великий изобретатель? Дадли ухмыльнулся, его голос стал громче: — Если я изобрету что-то вроде маяка, я назову его «Пушистик-3000»! Но без взрывов… надеюсь. Гордон посмотрел на него, его улыбка стала чуть шире, но в глазах мелькнула тень — не холодная, а задумчивая. — «Пушистик-3000»… — повторил он. — Если он откроет портал, зови меня. Я знаю, как их закрывать. Или ломать. Пока их смех эхом разносился по мостику, Амели, сидя в углу, замерла. Её руки, чистившие винтовку, замедлились, а красные глаза уставились в пустоту. Слова об экспериментах — «хаос учит», «всё рушится» — задели что-то внутри неё. Она сжала губы, её голос был тихим, почти шёпотом, но Шепард, стоявшая ближе всех, уловила его: — Эксперименты… — сказала Амели, её тон был холодным, но с трещиной грусти. — Они не всегда учат. Иногда они просто… ломают. Шепард повернулась к ней, её ухмылка сменилась вниманием. — Амели? — спросила она мягче. — Ты в порядке? Амели подняла взгляд, её глаза блеснули, но она быстро отвернулась, возвращаясь к винтовке. — Да, — солгала она, её пальцы снова задвигались. — Просто… старые воспоминания. Эксперименты не всем идут на пользу. Гордон, услышав её, посмотрел в её сторону. Его молчание было красноречивее слов, а затем он заговорил, его голос стал мягче, но с той же глубиной: — Ты права, — сказал он. — Черная Меза… она сломала больше, чем научила. Люди, друзья… они не вернулись. Но те, кто выжил, стали сильнее. Иногда ломаться — это тоже урок. Амели не ответила, но её плечи чуть расслабились. Она кивнула — едва заметно, — и продолжила чистить винтовку, её движения стали чуть менее резкими. Дадли, заметив её реакцию, замялся, его восторг утих. — Эй, Амели, — сказал он тихо. — Мой «Пушистик-3000» будет безвредным, обещаю. Только коты и никаких… ну, плохих экспериментов. Амели бросила на него взгляд, её губы дрогнули в редкой, почти незаметной улыбке. — Если он взорвётся, Дурсль, я пристрелю тебя первой, — сказала она, и в её голосе мелькнула тень тепла. Шепард фыркнула, её рука легла на плечо Амели. — Вот и договорились. Гордон учит хаосу, Дадли — взрывам, а ты — стрельбе. Мы непобедимы. Шум на мостике вернулся — Гаррус крикнул что-то про «чертовы датчики», Пикар вызвал Ворфа, а Дейта сообщил о сигнале зонда. Но у обзорного экрана разговор оставил след. Гордон смотрел на звёзды, его ломик лежал рядом, а в его молчании теперь чувствовалась тень — не угроза, а груз опыта, который он нёс. Дадли записывал, его карандаш скрипел, а Ла Фордж, Джайна и Гарри переглядывались, их мысли кружились вокруг порталов и тайн. — Если этот маяк — библиотека, — сказал Гарри тихо, — то кто-то ещё держит ключ. Джайна кивнула, её посох мигнул. — И этот ключ может быть опаснее, чем мы думаем. Гордон посмотрел на них, его голос стал почти шёпотом, но от него снова пробежали мурашки: — Ключ… или ломик. Мы узнаем. Скоро. Шум мостика заглушил его слова, но загадка осталась, пропитывая воздух тайной.

***

Мостик «Энтерпрайза» гудел от привычного шума — голоса переплетались, консоли мигали, а звёзды за обзорным экраном мелькали в варп-прыжке. Дадли, Гордон, Ла Фордж, Джайна и Гарри всё ещё стояли у окна, их разговор о порталах и хаосе затих, но оставил послевкусие интриги. В центре мостика Энакин, Люк и Оби-Ван склонились над звёздной картой, которую Дейта вывел на голографический дисплей. Шепард и Пикар стояли рядом, их взгляды были внимательными, но спокойными. Энакин провёл рукой по голограмме, его пальцы остановились на знакомом узоре созвездий. Его голос был твёрдым, с лёгкой ноткой уверенности: — Это Внешнее Кольцо. Я узнаю его — вот здесь Татуин, дальше Мустафар, а это… — он указал на тусклую звезду, — Рилот. Но координаты смещены. Мы не в моём времени, но пространство знакомо. Оби-Ван кивнул, его глаза сузились, изучая карту. — Ты прав, Энакин. Созвездия искажены аномалией, но структура та же. Если мы во Внешнем Кольце, то ближайшая безопасная точка — это Мон-Кала. Там есть союзники Республики… или были в нашем времени. Люк посмотрел на них, его светлый плащ слегка колыхнулся. — Мон-Кала? — переспросил он. — В моём времени там была база повстанцев. Если мы найдём их, они помогут. Или хотя бы дадут ответы. Шепард хмыкнула, её руки скрестились на груди. — Отлично, джедаи знают дорогу. Пикар, Дейта, сможем проложить курс? «Нормандия» идёт с нами, так что синхронизируем прыжки. Пикар кивнул, его голос был ровным, но с тенью улыбки: — Мистер Дейта, настройте варп-двигатели на координаты Мон-Калы. Свяжитесь с «Нормандией» — Джокер должен быть готов. Дейта повернулся к консоли, его пальцы замелькали. — Координаты введены, сэр. «Нормандия» подтверждает синхронизацию. Время до прыжка — пять минут. Энакин посмотрел на Шепард, его взгляд был серьёзным, но с ноткой благодарности. — Мон-Кала — водный мир, — сказал он. — Мон-каламари и куаррены — хорошие инженеры. Если кто-то и поймёт этот маяк, то они. Оби-Ван добавил, его тон стал мягче: — И они мудры. Если аномалия затронула их, они могли заметить её раньше нас.

***

Шепард хлопнула в ладоши, её голос перекрыл шум мостика: — Ладно, клоуны, по местам! Энакин, Оби-Ван, Люк — вы с Дейтой, следите за курсом. Остальные — готовимся. Если Мон-Кала встретит нас с бластерами, я хочу быть первой, кто выстрелит в ответ. Гаррус, всё ещё у своей панели, хмыкнул. — Если там будут калибровки, я останусь на корабле, — сказал он. — Но инженеры звучат неплохо. Может, у них есть что-то лучше моего «Мантиса». Дадли, закрыв блокнот, повернулся к Гордону. — Мон-Кала — это круто! — сказал он. — В «Звёздных войнах» там были крутые корабли, как «Мон-Каламари Стар Крузер». Ты бы разобрал такой, да? Гордон слегка улыбнулся, его ломик лежал у стены. — Если он работает на энергии разломов, — сказал он тихо, — я бы разобрал его до винтика. Но если там просто рыба… я оставлю это тебе, Дурсль. Ла Фордж рассмеялся, его визор мигнул. — Рыба с гаечным ключом — это я хочу видеть, — сказал он. — Но если они инженеры, я с ними поговорю. Может, научат чему-то новому. Джайна подошла к Гарри, её посох слабо светился. — Водный мир, — сказала она задумчиво. — В Азероте мы сражались с нагами в океанах. Если там магия, я её почувствую. Гарри кивнул, его палочка мигнула. — А я могу наколдовать «Аква Эрукто», если что, — сказал он. — Вдруг пригодится против рыбы с бластерами? Амели, всё ещё в углу, закончила чистить винтовку и встала, её голос был холодным, но с ноткой интереса: — Вода — не моя стихия, — сказала она. — Но если там есть цели, я их найду. Сара Керриган, стоя рядом с Джимом, прищурилась. — Мон-Кала? — переспросила она. — Не слышала. Но если там союзники, я хочу знать, чьи. Конфедерация или кто-то ещё? Джим выпустил облако дыма, его револьвер качнулся на поясе. — Если там есть бар, я в деле, — сказал он. — А если нет… ну, инженеры тоже сойдут. Может, починят мой «Гиперион». Шепард фыркнула, её взгляд скользнул по команде. — Вы все психи, но я вас люблю, — сказала она. — Джокер, готов? — «Нормандия» на старте, — отозвался Джокер через экран. — Держитесь крепче, будет трясти. Мостик затих, когда «Энтерпрайз» и «Нормандия» синхронизировали двигатели. Энакин и Оби-Ван стояли у консоли с Дейтой, их руки уверенно вводили последние корректировки. Люк наблюдал за ними, его взгляд был полон тихого уважения. — Мон-Кала… — сказал он тихо. — В моём времени там была надежда. Может, и здесь тоже. Энакин посмотрел на него, его голос смягчился: — Если там союзники, мы найдём их. Для тебя… и для нас. Оби-Ван улыбнулся, его рука легла на плечо Энакина. — Вместе, — сказал он. — Как всегда. Дейта повернулся к Пикарду. — Прыжок готов, сэр. Три, два, один… сейчас. Звёзды за окном вытянулись в линии, и корабли рванули вперёд, унося команду к Мон-Кале. Шум мостика сменился гулом варп-двигателей, но тепло их единства осталось. Гордон смотрел на звёзды, его молчание было красноречивым, а Дадли записывал в блокнот: «День… не знаю какой. Летим к рыбам-инженерам. Надеюсь, без взрывов».

***

«Энтерпрайз» и «Нормандия» неслись через варп, звёзды за обзорным экраном вытянулись в длинные белые полосы. Мостик был полон напряжённого ожидания — Энакин и Оби-Ван стояли у консоли с Дейтой, их руки замерли над панелью, Люк наблюдал за звёздами, а Шепард мерила шагами пространство, её пистолет покачивался на поясе. Дадли сжимал блокнот, Гордон молча смотрел в пустоту, а остальные — Гаррус, Джайна, Ла Фордж, Сара, Джим и Амели — заняли свои места, готовясь к прибытию. Дейта вдруг замер, его пальцы остановились на консоли, и его голос прозвучал неожиданно резко: — Сэр, фиксирую аномалию. Варп-сигнатура искажается. Координаты смещаются. Пикар шагнул вперёд, его брови нахмурились. — Мистер Дейта, поясните, — сказал он. — Мы должны выйти у Мон-Калы через тридцать секунд. Шепард включила коммуникатор, её голос стал жёстче: — Джокер, что у вас? Мы всё ещё на курсе? — Шепард, тут бардак! — крикнул Джокер через экран. — EDI говорит, что ретрансляторный сигнал… он глючит! Гравитационные волны бьют по ядру, как молотком. Мы летим, но не туда, куда планировали! Энакин повернулся к обзорному экрану, его глаза сузились, Сила загудела в его пальцах. — Это не просто сбой, — сказал он. — Я чувствую… вмешательство. Как будто кто-то тянет нас в другую сторону. Оби-Ван кивнул, его взгляд стал острым. — Сила подтверждает, — сказал он. — Это не естественное искажение. Кто-то играет с нами. Ла Фордж подбежал к инженерной панели, его визор замелькал, сканируя данные. — Подпространственный пузырь деформируется, — сказал он, его голос был напряжённым. — Это не поломка — это внешняя сила. Как будто варп-тоннель изогнули вручную! Гордон шагнул ближе, его ломик качнулся в руке, а голос был тихим, но холодным: — Резонансный сдвиг… — сказал он. — В Черной Мезе я видел, как порталы гнут пространство. Это не случайность. Кто-то знает, куда нас послать. Шепард хлопнула по консоли, её сарказм сменился раздражением: — Отлично, нас опять водят за нос! Пикар, можем вырваться? Пикар покачал головой, его тон был ровным, но серьёзным: — Слишком поздно. Выход из варпа через пять… четыре… три… два… сейчас. Звёзды за окном резко сжались в точки, и корабли вывалились из варпа с лёгким толчком. Но вместо голубого сияния Мон-Калы — водного мира с плавными кораблями — перед ними раскинулась мрачная картина: тёмная планета, окружённая кольцом обломков, с красноватым светом, пробивающимся сквозь густые облака. Вдалеке виднелись остатки огромной структуры — то ли станции, то ли разрушенного флота, дрейфующего в пустоте. Мостик взорвался голосами. Шепард крикнула: — Что за чёрт?! Это не Мон-Кала! Где мы, джедаи?! Энакин подошёл к экрану, его лицо побледнело. — Это… — он замялся, — это похоже на Мустафар. Но не тот, что я знаю. Лавовые поля те же, но кольцо обломков… его не было в моём времени. Оби-Ван кивнул, его голос был мрачным: — Мустафар… планета вулканов. Но эта версия — как будто после войны. Или перед ней. Люк шагнул вперёд, его глаза сузились. — В моём времени Мустафар был легендой, — сказал он. — Место, где… — он бросил взгляд на Энакина и замолчал. — Но это не то же место. Что-то изменилось. Дейта повернулся к Пикарду, его голос был ровным, но быстрым: — Сэр, сенсоры подтверждают: планета вулканическая, атмосфера токсична. Кольцо обломков — остатки искусственных структур, возраст — тысячи лет. Это не Мон-Кала. Координаты полностью искажены. Джокер заорал через экран: — Шепард, «Нормандия» в норме, но EDI говорит, что нас будто швырнули через другой ретранслятор! Это не наш курс! Гаррус хмыкнул, его когти стукнули по панели. — Кто-то решил, что нам нужна экскурсия, — сказал он. — Я бы предпочёл пляж на Цитадели. Дадли, сжимая блокнот, посмотрел на Гордона. — Это как в «Half-Life»! — сказал он. — Порталы кидают тебя куда попало! Гордон, ты ведь знаешь, как это работает? Гордон кивнул, его голос стал холоднее, но с тенью задумчивости: — Да. Искажение… как в Зене. Кто-то согнул варп-тоннель, как лист бумаги. Это не сбой. Это намерение. Шепард повернулась к команде, её голос был полон сарказма, но с ноткой тревоги: — Отлично, нас опять подставили! Кто играет в эти игры — Жнецы, G-Man или какой-то космический шутник? Сара Керриган прищурилась, её винтовка качнулась в руках. — Если это Зерги, я узнаю, — сказала она. — Но это слишком… чисто для них. Кто-то с мозгами. Джим Рейнор выпустил облако дыма, его револьвер щёлкнул в кобуре. — Чёрт возьми, я хотел бар, а не вулкан, — сказал он. — Но если это ловушка, я готов пострелять. Амели заняла позицию у окна, её красные глаза следили за обломками. — Цели есть, — сказала она холодно. — Если это враг, я их найду. Джайна подняла посох, её голос был напряжённым: — Магия здесь… искажённая, — сказала она. — Как эхо маяка. Оно всё ещё с нами. Гарри кивнул, его палочка осветила мостик. — Как Портал в Хогвартсе, только злой, — сказал он. — Кто-то нас сюда затащил. Ла Фордж склонился над панелью, его визор мигнул. — Гравитационные волны всё ещё идут, — сказал он. — Это не конец. Кто-то или что-то держит нас на поводке. Пикар сложил руки за спиной, его взгляд был твёрдым. — Мы не на Мон-Кале, но мы живы, — сказал он. — Нужно понять, где мы и почему. Мистер Дейта, полный анализ. Доктор Фримен, ваши мысли? Гордон шагнул вперёд, его ломик лежал у стены, а голос был тихим, но от него пробежали мурашки: — Это не ошибка. Это ход. Кто-то — или что-то — хочет нас здесь. Мустафар… он не случайный. В Черной Мезе я видел, как планы рушатся, чтобы открыть новые. Мы — пешки. Но пешки могут ударить. Шепард ухмыльнулась, её пистолет качнулся. — Тогда найдём шахматиста и прострелим ему доску, — сказала она. — Все по местам. Разбираемся, что это за дыра, и как отсюда выбраться. Команда сгрудилась, их голоса смешались в хаотичной симфонии, а мрачный Мустафар за окном стал новым вызовом — не тем, чего они ждали, но тем, что им подбросила судьба… или кто-то хитрее. Мостик «Энтерпрайза» превратился в вихрь голосов и движения. Красноватый свет Мустафара проникал через обзорный экран, отбрасывая зловещие тени на лица команды. «Нормандия» висела рядом, её силуэт маячил в пустоте среди обломков, а зонд на орбите планеты с маяком всё ещё слал слабые сигналы, которые Дейта пытался расшифровать. Шепард стояла у консоли, её кулак стукнул по панели, а голос перекрыл шум: — Так, хватит паники! Мы не на Мон-Кале, а в какой-то вулканической дыре. Кто-нибудь объяснит, как нас сюда занесло?! Дейта повернулся, его пальцы замерли над консолью, а голос остался ровным: — Анализ завершён, командор. Варп-тоннель был искажён внешней силой — подпространственные волны изменили траекторию. Это не сбой оборудования. Это… вмешательство. Ла Фордж, склонившись над инженерной панелью, кивнул, его визор мигнул. — Точно, — сказал он. — Гравитационные аномалии согнули наш путь, как будто кто-то подменил координаты в последний момент. Это не естественное явление — слишком точное. Джокер закричал через экран, его голос дрожал от раздражения: — Шепард, EDI подтверждает! Ретрансляторный сигнал «Нормандии» был перехвачен — как будто нас швырнули через чёртов крюк в пространстве! Это не Жнецы, но кто-то с большими мозгами! Энакин сжал кулаки, его взгляд метнулся к Оби-Вану. — Сила… — сказал он, его голос был напряжённым. — Я чувствовал это в прыжке. Кто-то направил нас сюда. Это не случайность. Оби-Ван кивнул, его тон стал мрачнее: — Как будто нас заманили. Мустафар… он не должен быть таким. Эти обломки — они старше, чем наша война. Люк посмотрел на кольцо обломков, его светлый плащ контрастировал с тёмным светом. — Это не мой Мустафар, — сказал он тихо. — Но Сила говорит, что мы здесь не зря. Что-то ждёт нас. Гордон шагнул вперёд, его ломик лежал у стены, а голос был холодным, но точным: — Искажение… как резонансный каскад, но управляемый, — сказал он. — В Черной Мезе я видел, как пространство гнут намеренно. Это не авария. Это ход. И мы — фигуры. Шепард фыркнула, её сарказм вернулся, но глаза были острыми: — Фигуры, говоришь? Тогда найдём игрока и сломаем ему доску. Пикар, что делаем? Пикар сложил руки за спиной, его взгляд был твёрдым. — Сначала оценим ситуацию, — сказал он. — Мистер Дейта, полный сканирование сектора. Мистер Ворф, подготовьте оружие на случай угрозы. Командор Шепард, ваши предложения? Шепард ухмыльнулась. — Разведка, — сказала она. — Шаттл вниз, сенсоры наружу. Если нас сюда затащили, я хочу знать, кто и зачем. Мостик взорвался движением. Гаррус бросился к сенсорам, его когти замелькали по панели. — Сканирую обломки, — сказал он. — Металл, керамика… это флот, но старый. Тысячи лет. Кто-то тут воевал задолго до нас. Дадли, сжимая блокнот, подбежал к Гарри. — Это как в «Звёздных войнах»! — сказал он. — Помнишь битву над Корусантом? Только тут всё мёртвое! Гарри кивнул, его палочка осветила мостик. — Или как Запретный лес после войны, — сказал он. — Только без пауков… надеюсь. Джайна подняла посох, её глаза сузились. — Магия здесь… слабая, но есть, — сказала она. — Как отголосок маяка. Оно всё ещё с нами, играет. Сара Керриган заняла позицию у консоли, её винтовка C-10 лежала рядом. — Если это ловушка, я готова, — сказала она. — Но обломки… они не Зерги. Это что-то древнее. Джим Рейнор выпустил облако дыма, его револьвер качнулся. — Древнее или нет, я стреляю первым, — сказал он. — Хочу знать, кто нас сюда швырнул. Амели встала у окна, её винтовка поднялась к плечу. — Обломки движутся, — сказала она холодно. — Не хаотично. Как будто кто-то их держит. Ла Фордж повернулся к ней, его визор мигнул. — Она права, — сказал он. — Гравитация тут странная. Это не естественное кольцо. Кто-то управляет им. Гордон кивнул, его голос стал тише, но от него пробежали мурашки: — Управляет… как в Зене. Пространство здесь — инструмент. Мы не просто сбились с курса. Нас поставили сюда. Шепард хлопнула в ладоши, её голос перекрыл хаос: — Так, цирк, берём себя в руки! Мы не на Мон-Кале, а в какой-то вулканической западне. Разберёмся, кто нас сюда затащил, и что от нас хотят. План: сенсоры на максимум, шаттл вниз. Кто идёт? Энакин шагнул вперёд. — Я иду, — сказал он. — Если это Мустафар, я знаю, чего ждать. Лава — не проблема. Оби-Ван кивнул. — Я с ним, — сказал он. — Сила поможет нам понять. Люк добавил: — И я. Если это ловушка, три джедая лучше, чем один. Шепард посмотрела на Гордона. — Ломик, ты с нами, — сказала она. — Твои разломы могут пригодиться. Гордон кивнул, его ломик качнулся в руке. — Хорошо, — сказал он. — Я видел хуже. Сара подняла винтовку. — Я тоже, — сказала она. — Если это бой, я в деле. Джим хмыкнул. — Куда Сара, туда и я, — сказал он. — Плюс, мне нужен воздух без дыма. Амели шагнула вперёд. — Я прикрываю, — сказала она. — Сверху или снизу — не важно. Шепард ухмыльнулась. — Отлично. Гаррус, Джайна, Гарри, Дадли — остаётесь здесь, следите за сенсорами с Ла Форджем и Дейтой. Пикар, держите мостик. Джокер, готовь «Нормандию» к манёврам. Пикар кивнул. — Согласен. Будьте осторожны, командор. Что-то здесь не так. Дейта добавил: — Зонд с планеты маяка фиксирует всплеск энергии. Это связано. Джайна сжала посох. — Магия подтверждает, — сказала она. — Маяк всё ещё играет с нами. Новая загадка Шаттл «Галилей» отстыковался от «Энтерпрайза», его двигатели загудели, унося Шепард, Энакина, Оби-Вана, Люка, Гордона, Сару, Джима и Амели к поверхности Мустафара. На мостике Гаррус склонился над сенсорами, его голос был напряжённым: — Обломки… они формируют узор, — сказал он. — Это не просто мусор. Это… сигнал? Гарри прищурился, его палочка осветила консоль. — Как руны, — сказал он. — Кто-то оставил послание? Дадли записывал, его карандаш скрипел. — Послание в обломках? — переспросил он. — Это как в «Чужом», только без яиц! Ла Фордж кивнул. — Возможно. Если это сигнал, то он старый… и ждал нас. Джайна посмотрела на звёзды, её голос стал тише: — Или кого-то ещё. Команда на мостике замерла, их взгляды устремились к Мустафару, где шаттл уже входил в атмосферу. Искажение варп-тоннелей открыло новую загадку — послание в обломках, древнее и пугающее, требующее ответа.