Tommy's Ultra-Important Keychain

Фил был в тренде в твиттере. Судя по всему, генеральный директор компании, ворвавшийся в агентство супергероев и потребовавший вернуть ему его помощника, привлёк всеобщее внимание. Особенно с учётом того, что упомянутый помощник был возвращен в бессознательном состоянии недавно дебютировавшим Блинком. Кристин просматривала посты, как будто вчера не была свидетельницей произошедшего. На её плечо села ворона, и она рассеянно погладила её по перьям. От размытых фотографий, на которых Томми передавали его боссу, ей стало тошно. На её столе зазвонил колокольчик, и она подняла взгляд. Измученный ребёнок уставился на неё, приоткрыв рот, словно собираясь что-то сказать. Кристин приподняла бровь. — Я могу вам помочь? — Э-э, — начал парень. Кристин внимательно наблюдала за ним. У него были длинные тёмные волосы и шапка-бини. Если бы ей пришлось угадывать, она бы сказала, что он, вероятно, подросток, может быть, чуть старше. В основном Кристин обратила внимание на его шнурок и чехол для фотоаппарата, перекинутый через плечо. — Я из Погтория Пост. — О боже, — вздохнула Кристин. — Репортёры. Послушай, мы сейчас не будем делать никаких заявлений… — Нет! — ребёнок отчаянно замахал руками. — Нет, нет! Я здесь не поэтому. — Неужели? — Да, э-э, я здесь, потому что волновалась, — выдавила молодая репортерша. Это прозвучало почти как вопрос. Телефон Кристин все еще был подключен к популярному твиттеру Фила Крафта. — Ты волновалась, — повторила Кристин, призывая ребёнка уже выговориться. — Я Эймси, — сказали они и снова замолчали. Кристин не была уверена, что должна знать это имя. — Приятно познакомиться с вами? Эймси, казалось, понял свою ошибку. — О! Простите, я друг Томми. Кристин села. — Томми Иннита — Да, он, — подтвердила Эймси. — Я видела видео и фотографии в интернете. Он мой коллега в Эндер-Лёд, поэтому я хотела убедиться, что с ним всё в порядке. — И ты пришла ко мне? — Кристин знала, что её лицо видно на большинстве активных страниц в соцсетях, но без контекста она выглядела скорее как сторонний наблюдатель. Конечно, она стояла слишком близко к Филу, чтобы быть незнакомкой, но всё же. — Ну, э-э, — запнулся Эймси. — Сначала я проверила его дом. Его сосед сказал, что он не вернулся домой. Ворона на плече Кристин нахохлилась. Она не знала, как реагировать. Фил сказал ей, что везёт Томми в больницу, но можно ли ей об этом рассказывать? — Пожалуйста, я просто хочу знать, всё ли с ним в порядке, — повторила Эймси. — Я не уверена, — честно ответила Кристин. — Я ничего не слышала. Если тебе от этого станет легче, я могу прямо сейчас написать мистеру Крафту. Эймси кивнула, и Кристин сделала именно то, что обещала. Они в напряжённом молчании ждали, пока Фил ответит. Наконец, маленькая журналистка не выдержала. — Откуда у тебя номер телефона генерального директора Крафт и Ко? — Я администратор, — проворчала Кристин. — В мои обязанности входит хранить контактную информацию. — База данных агентства “Герой” включает личную информацию? — Что? Эймси уточнила. — Ну, если вы пишете напрямую генеральному директору, то это, должно быть, его личный номер телефона. У Крафт и Ко есть обычные рабочие линии, как и у большинства компаний, но никто из них не отвечает на сообщения. Вы можете позвонить в их службу поддержки, и секретарь примет ваши сообщения. — Откуда ты так много знаешь о контактной информации Крафт и Ко, — пробормотала Кристин. — Я перепробовала все возможные способы, чтобы узнать о Томми, — призналась Эймси. — Я очень волнуюсь. — Видимо, — согласилась Кристин. — В любом случае, вас не должно волновать, есть ли у меня личные номера или нет. Эймси озорно улыбнулась, и администратор покраснела. Почему-то ей показалось, что этот ребёнок знает о ней всё. Без сомнения, у него есть потенциал стать звёздным репортёром. Они оба отвлеклись, когда у Кристин зазвонил телефон. Фил ответил. Она зачитала сообщение вслух. — Он проснулся три часа назад, и с ним всё в порядке. Немного капризничает, но Томми в надёжных руках у проверенного врача. — Ворчун, — повторила Эймси, словно цепляясь за это слово. — Похоже, с ним всё будет в порядке. Хорошо, спасибо. Кристин не очень хорошо знала Томми, но было приятно видеть, что у мальчика есть кто-то, кто о нём заботится. Не то чтобы ему этого не хватало. Она видела, как Фил появился через несколько мгновений после её ворона, взъерошенный и разъярённый. Если бы она не знала, что это невозможно, то сказала бы, что он следовал за её птицей по небу. Уилбур и Техно Крафт появились на несколько минут позже, но они были так же злы. И всё это ради их помощницы. Это согрело сердце Кристин. Эймси ушла, коротко бросив. — Спасибо. Кристин позволила себе расслабиться и откинуться на спинку кресла. В вестибюле агентства героев было не так оживлённо, как обычно. Герои и сотрудники, которые обычно слонялись по коридорам, нигде не было видно, и она могла догадаться почему. Туз был главным героем. А Блинк ещё новичком. То, что они оба были замешаны в этом дерьме, означало, что репутация агентства была под угрозой. Каждый наделённый силой человек в здании должен был работать не покладая рук, чтобы избежать новых проблем. Сегодня преступникам не сошло бы с рук ни одно преступление. Сотрудники тоже были в стрессе. Они отвечали на звонки, удаляли негативные статьи и занимались общей редактурой. До обеденного перерыва Кристин отвергла по меньшей мере десять репортёров из всех городских СМИ. Сказать, что это было утомительно, ничего не сказать. Она рассеянно подумала, будет ли Фил сегодня в «После Работы». Ей очень нравилось, как он выглядит в костюме бармена, а Кристин нуждалась в положительных эмоциях. Сам генеральный директор делал её день лучше. Она уже давно не чувствовала того трепета, который испытывала рядом с Филом. Кристин вздохнула и провела рукой по волосам. Это были глупые мысли, её фантазии о любви. Фил не мог быть таким идеальным, каким казался. Любящий отец, богатый, красивый, уважительный, трудолюбивый и добрый к своим сотрудникам? Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. В чём подвох? — Кристин! Секретарша слегка вскрикнула от неожиданности. Ворона на её плече взлетела, взмахнув крыльями. Она взглянула на высокого парня, который появился из ниоткуда и наклонился над её столом. — Блинк, — хотя он был без маски, так что она, наверное, могла бы просто называть его Ранбу, он поморщился от её реакции. Способность к телепортации всегда заставала её врасплох, и последнее, что ей было нужно, это ещё один сердечный приступ. — Да? — Извини. Есть какие-нибудь новости? — Новости? О, — Кристин вспомнила обещание, которое дала юному герою. Она сказала, что если Фил сообщит ей какие-нибудь новости о своём друге, она передаст их. — Да, одна. Томми проснулся. — Как думаешь, я могу навестить его? — спросил Ранбу, сияя глазами, как ребёнок на Рождество. Сердце Кристин упало. — Ранбу, — медленно начала она. Мальчик сдулся. — Ладно, карантин, — проворчал он. — Не выходить, даже в гражданской одежде. — Извини, но это ненадолго, — возразила Кристин. Она впервые заметила повязки на его костяшках пальцев и задумалась, откуда они взялись. Может, на тренировке? Наверное, он был зол. — Ты скоро вернёшься к патрулированию. Она сожалела, что держала его на привязи. Всё, чего хотел Ранбу, это навестить своего друга. Он не был виноват в состоянии Томми. Вина должна была полностью лечь на Туза, но, поскольку там был Блинк, СМИ интересовало только это. Она перевела взгляд на телефон на своём столе, затем снова посмотрела на героя. — Если бы я случайно узнала, в какую больницу Фил отвёз Томми, а потом оставила свой телефон незаблокированным, пока ходила в туалет, — прошептала Кристин так, чтобы Ранбу услышал. Мальчик встрепенулся, его глаза расширились от волнения. — Я бы никогда не вторгся в твою личную жизнь, — ответил Ранбу, жужжа чем-то, что говорило прямо противоположное. Маленький лгун. Она улыбнулась и напечатала ещё одно сообщение Филу. Она едва успела отправить сообщение, как чья-то рука хлопнула по её столу. Она подпрыгнула, уронила свой гаджет, и тот с грохотом упал на пол. У Кристин сжались челюсти при виде того, кто стоял рядом с Ранбу. Конечно. Просто ей повезло. Это должен был быть он. — Ранбу, — раздался фальшиво-радостный голос. — Что ты делаешь в холле? Ранбу сжался от страха. В мире было мало людей, которые могли вызвать у него такую реакцию, и этот мужчина был одним из них, и не зря. Он был ниже молодого героя, но сложен как каменная стена. На его щеках была лёгкая щетина, а на лице неловкая улыбка. — Капитан, — Кристин разинула рот. — Что привело вас сюда, сэр? — Просто хотел проверить, как там мои милые сотрудницы, — проворчал мужчина. — Убедиться, что никто из них не халтурит. В его глазах вспыхнуло предупреждение. Кристин ничего другого и не ожидала от главы агентства "Герой". Капитан был моложе, чем можно было бы ожидать от него, но он был ничуть не менее квалифицирован, чем пожилые джентльмены, занимавшие руководящие посты в агентстве. Согласно некоторым старым интервью, Капитан был одним из первых героев в Погтопии, поэтому они называли его псевдонимом, а не настоящим именем. Когда злодеев стало слишком много, он вместе с сестрой основал агентство героев. Они управляли им честно в течение нескольких лет, и за это время уровень преступности резко упал. Каждую неделю рождались новые герои, и город жил надеждой. Не было никаких интервью, в которых обсуждалось бы, почему сестры капитана больше нет рядом. К тому времени, как Кристин начала там работать, он уже давно перестал быть героем. До этого она слышала о нём только шепот, в котором его восхваляли как великодушного главу агентства, непобедимую силу в борьбе со злом. Слухи редко оказывались правдой. — У меня пресс-конференция через два часа, — сказал Капитан. Его взгляд был напряжённым, как будто он видел всё сразу. — Давайте до тех пор будем вести себя прилично, хорошо? — Верно, — выдавила Кристин. — Да, сэр. Казалось, что люди в холле замерли из уважения к своему боссу, расступаясь, чтобы освободить ему путь к лифту. Он вошёл в лифт, и только когда двери закрылись, суета возобновилась. Двое за стойкой регистрации ещё какое-то время стояли неподвижно. Ранбу не взглянул на неё, не попытался заговорить, просто повернулся и ушёл. Кристин не отрывала взгляда от своего стола. Когда вошёл следующий посетитель, она широко улыбнулась, чтобы скрыть дрожь в голосе.

─┉┈◈◉◈┈┉─

— Ты такой идиот. — Ты не думаешь, что я это знаю, — прошипел Квакити. Холодная атмосфера медицинского крыла была ему до тошноты знакома. Она была безвкусной, бесцветной и бледной, если не считать обитателей этих стен. У него была отдельная комната, хотя и не без веской причины. Квакити не хотел, чтобы его кто-то видел. У него была рассечена губа, а старые синяки покрылись свежими ранами. Остальные поймут, что он снова облажался. Квакити заскрежетал зубами, представив, что бы они сказали, если бы увидели его в нынешнем состоянии. Ходило достаточно слухов о его потерянной вещи и о его слабеющей сдержанности. Другие герои хихикали, клялись, что он заслужил каждый удар, даже если он исходил от кого-то, кого он считал союзником. На самом деле это была его ошибка. Ранбу был скучным и готовым взорваться при малейшем намёке на неповиновение. Квакити держал его на коротком поводке, используя смутные знания, которыми тот обладал. Знание, которым он обладал когда-то. Квакити убил бы за свой ключ. Если бы ключ был у него, он бы не привёл этого глупого мальчишку в свою квартиру. Он бы не позволил ему разговаривать с Кристин, этой предательницей-администратором. Он бы не оставил дверь незапертой, чтобы его ценный помощник мог войти. Он не оказался бы в медицинском крыле из-за того самого помощника. — Перестань так напряжённо думать, — вмешался Джордж. Он положил руку на плечо Квакити, но это был не утешающий жест. Ссадины и синяки на его теле постепенно исчезали. — Ты сведёшь на нет все мои достижения. — Тебе не обязательно мне помогать, — пробормотал Квакити себе под нос. — Это не самое худшее, с чем мне приходилось сталкиваться. — Я не смог бы вылечить самое худшее из того дерьма, с которым ты столкнулся, — фыркнул Джордж. — За эту неразбериху ты должен благодарить Скакуна. В противном случае Корпорация убила бы тебя. Квакити невольно вздрогнул от воспоминаний, которые пришли вместе с этим болезненным напоминанием. Молодой злодей, одна попытка похищения, и внезапно он истекает кровью на пороге агентства героев. Он протянул руку и нежно коснулся шрамов на своем лице. — И, кстати, я действительно должен это сделать, — продолжил Джордж. Если он и заметил ход мыслей Квакити, то не упомянул об этом. — Сапнап бы взбесился, если бы увидел тебя. Ранбу было бы очень больно. Квакити улыбнулся, не обращая внимания на то, что Ранбу мог бы легко одолеть Сапнапа в бою. Это была приятная мысль, кто-то хочет отомстить из-за него. Команда мечты была, пожалуй, единственной группой героев, которые ничего против него не имели. Он украдкой взглянул на целителя. Веки Джорджа отяжелели, и он явно прилагал все усилия. Раненый герой взял Джорджа за запястье и отвёл его руку от плеча. Мужчина моргнул, словно только что проснулся. — Думаю, на сегодня я справлюсь. Иди отдыхай. — Хорошо, — зевнул Джордж. Он, пошатываясь, отошёл от кровати Квакити и направился к двери. — Увидимся через несколько дней. — Увидимся. — Дверь захлопнулась, и Квккити нахмурился. Он посмотрел на своё отражение в зеркале на стене. Ничего не изменилось. — Бесполезный ублюдок.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Закрыто. Она была закрыта снова. — Ну же! — громко простонал Скеппи и подергал дверную ручку, как будто это могло помочь. — Я не хочу никуда идти. — Паффи, наверное, в отпуске или что-то в этом роде, — предположил Бэд. Он переступил с ноги на ногу, стоя в нескольких метрах от них с мешком для белья, перекинутым через плечо. Угасающий солнечный свет отражался от его очков, создавая блики, которые, как знал Скеппи, скоро начнут раздражать другого. — Это не так уж важно. — Она не брала отпуск за те пять лет, что мы её знаем, — возразил Скеппи, хотя и понимал, что это так же бесполезно, как пытаться открыть запертую дверь. Стоило Бэду вздёрнуть бровь, и он проиграл бессмысленный спор, который затеял. — Да, да. Тем более она заслуживает отпуск сейчас. Я знаю. Как бы то ни было. Для пущей убедительности Скеппи слегка пнул дверь. Это не причинило ему вреда, но он знал, что Бэду от этого будет щекотно. Мужчина, о котором шла речь, закатил глаза и в ответ начал теребить браслет на запястье. С браслета невинно свисал крошечный кулон в форме половинки сердца. У Скеппи на браслете была вторая половинка. — В двух кварталах отсюда есть ещё одна прачечная самообслуживания, — предложил Бэд, мягко направляя своего партнёра в нужную сторону. — В обмен я угощу тебя ужином сегодня вечером. Скеппи откинул голову назад, но всё равно пошёл за ним. Заменивший его автомат был гораздо менее дружелюбным, поэтому пострадавший мужчина решил, что за свои хлопоты он заслужит хорошую еду. Бэд позволил ему выбрать ресторан, и в итоге они оказались перед «После Работы». Закрыто. — Ты, должно быть, блядь, издеваешься надо мной. — Скеппи! — Извини, — вздохнул Скеппи. Бэд положил руку на плечо друга. — Нам не повезло. Мы ничего не можем с этим поделать. — Можешь просто приготовить мне сыр на гриле, когда мы вернёмся домой, — уныло попросил Скеппи. Бэд закинул руку ему на плечо и потянул обратно в сторону прачечной самообслуживания. — Если это поможет тебе не ограбить банк в порыве гнева, то всё, что угодно, — заверил его напарник. Скеппи позволил себе почувствовать благодарность за то, что такой замечательный человек может его подбодрить. Он высвободился из хватки Бэда и взял его за руку. Их браслеты загудели от близкого контакта. — В таком случае, поторопись, — рассмеялся Скеппи, ускоряя шаг. Бэд, спотыкаясь, последовал за ним с лёгкой улыбкой на лице. — Я тоже хочу посмотреть фильм.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Ханна почувствовала знакомое жужжание, приветствующее её, когда она вошла. Листья расступились, открывая ей путь по нетронутой тропинке. В конце её ждал свежий цветок. Интуиция подсказывала ей, что он ей нужен. Из тысяч созданий, которых она ежедневно создавала, она не была до конца уверена, к чему это приведёт, но её инстинкты редко её подводили. — Я нашла его, Бумер, — крикнула она через плечо. Наклонившись, Ханна испачкала пальцы в земле. Она вытащила цветок из земли вместе с корнями, хорошо зная, что у каждой части растения есть своё предназначение. Его лепестки коснулись кожи её руки, и она наполнилась знаниями, такими же насыщенными, как и нити его ДНК. Ей не нужен был усилитель силы, чтобы подключиться к источнику жизни своего творения. — Слава богу, — простонал Бумер. Он появился из-за куста. Её растения прошептали ему приветствие, но он не услышал их. Её флора редко проявляла интерес к другим людям, но Бумер и Минкс были интересными исключениями. По-видимому, они обожали шумных и надоедливых. Ханна подумала, что Томми им тоже может понравиться. Она должна познакомить их, как только мальчик снова сможет ходить. — Если я не ошибаюсь, это его обезболит, — сообщила Ханна доктору. — Так вот оно что? У меня тоже так бывает, — фыркнул Бумер, и она закатила глаза. — Твоя кровь исцеляет, а онемение это приятный побочный эффект. Томми не нужно ничего исцелять, так что ты бесполезен. — Ну и ну, спасибо, — пробормотал Бумер. Ханна игриво толкнула его, и он ухватился за ветку молодого дуба. Создательница сада хихикнула, уходя, и деревья зашумели листвой, присоединяясь к ней. Она легко ориентировалась в лабиринте коридоров и остановилась перед закрытой дверью. Внутри слышалось тихое бормотание. Она трижды постучала костяшками пальцев, чтобы предупредить о своём приходе, и вошла. Ханна мягко улыбнулась мальчику на кровати и его немногочисленным зрителям. — Ханна, — слабо прохрипел Томми. Он не приходил в себя больше нескольких часов, но уже был самим собой. Она так волновалась, когда он появился на руках у Уилбура, обмякший и бледный. Хуже того, у него были симптомы, которые выходили за рамки их возможностей. — Привет, — ответила она, осторожно неся свой цветок к раковине в углу. Она смыла с него грязь и бережно сняла лепесток. Цветок не винил её за то, что нужно было сделать. В этом и заключалась цель его создания. — Кажется, я нашла кое-что, что поможет при мигрени. — Чёрт, да, — обрадовался Томми, хотя от волнения его передернуло. Фил, Уилбур и Техно наблюдали за происходящим с непроницаемыми лицами. Ханне не понравилось, что старший из братьев приподнял уголки губ, а розововолосый мужчина вертел в руках ключ. В воздухе витало желание отомстить. Душное. Ханна села на край кровати Томми, и мальчик сел рядом. Хороший пациент. Слишком хороший и слишком юный. Он не должен знать её распорядок наизусть. Он не должен знать, что её способности лучше всего работают, когда он расслабляет мышцы или глубоко дышит. Ханне не нравилось, что он её знает. Только самым невезучим выпадает такой шанс. Лепесток был холодным по сравнению со лбом Томми, который горел огнём. Она закрепила его там с помощью повязки. Это выглядело немного глупо, но это было наименьшей из всех проблем. Если бы Уилбур был в лучшем расположении духа, он мог бы поддразнить своего ученика. То, что он этого не сделал, сделало реальность ещё более горькой. Солнце стояло низко над горизонтом, и лишь немного света проникало в окно. Тем не менее Ханна задернула шторы, чтобы максимально его приглушить. С тех пор, как Томми приехал, у него сильно болела голова, хотя, судя по всему, его мозг не был повреждён. Оборудование Бумера было не самым современным, но могло многое расшифровать. Лепесток начал творить чудеса, и Томми откинулся на подушку. Возможно, он снова заснёт, но это было нормально. Сейчас он был в стабильном состоянии. Ханна вернулась к цветку, который оставила у раковины. Он медленно, неизбежно увядал. Она постучала цветком по ладони, и на неё упало несколько семян. Женщина отложила цветок в сторону. Она сохранит оставшиеся лепестки позже. Она сжала руку в кулак, обхватив семена. Она закрыла глаза и нежно поцеловала свою кожу. Её разум погрузился в водоворот данных, подробностей и ДНК. Ханна называла свою силу «поцелуем жизни» - неудачная игра слов, основанная на её псевдониме Иден. Это позволяло ей воссоздавать свойства растений, выбирая и отбирая способности. Ей это нравилось, даже если агентство героев утверждало, что это бесполезно. Когда она снова открыла глаза, семена были готовы к посадке. Ханна положила их в карман. Пока она перепрограммировала несколько растений, Томми задремал. Уилбур и Техно вели безмолвный разговор. Фил непрерывно печатал что-то в телефоне. Внезапно он встал и вышел из комнаты. Он выглядел так, словно ему нужно было быть в каком-то важном месте.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Дул ветер. Это была ожидаемая деталь окружающей обстановки, но вместе с ним чувствовался запах осени. Пронизывающий холод приятно смешивался с тенью опустившегося ночного неба. Фил прихорашивался в темноте, расправляя крылья. В последнее время им уделяли недостаточно внимания, и они затекали без упражнений. Он поддал ногой камешек, и тот заскользил по потрескавшемуся асфальту. На парковке не было машин, ещё одна ожидаемая деталь. Филу нравилось, что место их встречи было заброшенным, а свет уличных фонарей не доставал до него. Он наслаждался бы этим больше, если бы не обстоятельства. Зелёный плащ, который он носил как Миднайт, защищал его от холода, и он был благодарен за это. Ему не нужен был полный костюм, когда он встречался с тем, кем так дорожил. Это была мера предосторожности, и когда она появилась в таком же наряде, он не удивился. Свотчбаклер, злодейка, которая не была злодейкой. Она так редко совершала преступления, по крайней мере, те, что показывали по телевизору. Антигероиня подходила ей больше. В своём костюме в пиратском стиле она выглядела так, будто сошла с экрана машины времени. Он не очень хорошо защищал от холода, но у неё были другие приоритеты. Паффи сняла маску. Фил повторил ее слова. Глаза Паффи были тусклыми, и она была слишком бледной. Он заметил это даже при тусклом свете. Она дрожала и приближалась маленькими шажками. Он поморщился. — Ты в порядке? — Не совсем. С каждым днём становится всё хуже, — процедила Паффи сквозь стиснутые зубы. Она была сильным человеком, но годы, в течение которых она была несокрушимой, давали о себе знать. Она не могла скрыть это от него. Старейший друг Паффи. Они вместе проваливали тесты по математике, вместе основали компании, вместе пренебрегали моралью, помогали друг другу с проблемами, связанными с воспитанием детей в неполных семьях. Это была нерушимая связь, выкованная в адском пламени. Она была ему как сестра, а он был ей как брат. Семья без крови была тем, на чем они оба специализировались. Она усмехнулась, выводя его из мрачного оцепенения. — Не смотри на меня так. — Что ты имеешь в виду? — Фил моргнул, пытаясь стереть с лица жалкое выражение, которое оно приняло. Её ситуация имела тенденцию бить по больному месту. Ещё один результат слишком близкого знакомства с этой женщиной. — Смотреть на тебя как на кого? Паффи хлопнула его по плечу, и Фил открыл рот, чтобы возразить. Она не дала ему такой возможности. — Ты ведёшь себя так, будто это конец света, хотя это не так. — На самом деле я бы поспорил с тобой, — возразил Фил. — По мне, так это намного хуже Армагеддона. — Хорошо, что это не про тебя, — ответила она, и насмешка в её голосе не отразилась на лице. — Честно говоря, я рада, что это происходит сейчас. — Паффи, — Фил разинул рот. — Ты умираешь. — Нет, не собираюсь, — настаивала Паффи. — У нас есть способ всё исправить. Я не собираюсь умирать. Мужчина поник. Он не мог смотреть ей в глаза. Она была слишком уверена в себе, даже после всего. Она была спичкой, которую вот-вот сожгут дотла, а она убеждала его, что с ней всё в порядке. — Паффи. — Год назад я думала, что считаю дни до своей смерти. — Фил поймал её взгляд. Она слабо улыбалась. — Год назад я думала, что мне нужно подвести итоги и написать завещание. Он вспомнил то время. Он вспомнил, с какой страстью она управляла своим магазином. Он вспомнил, как она смеялась с Уилом и Техно в «После Работы». Он вспомнил, как она клялась, что её бледность всего лишь последствие простуды. Он помнил, какой измученной была Паффи, когда они были только вдвоём. Она безучастно смотрела на него, перечисляя всё, что ей ещё нужно сделать, и бесконечно рассуждала о жизни, которой хотела бы жить, на последнем издыхании. Она не признавалась ни в чём этом за пределами их разговоров наедине, но он видел, как сильно она изменилась. Фил однажды спросил её, не жалеет ли она об этом. Это был первый раз за много лет, когда он увидел, как она улыбается глазами. — Я бы сделала тот же выбор тысячу раз, — сказала она, и он понял. Теперь она снова улыбалась. На крыше этого холодного здания с парковкой, звезды заслонены световым загрязнением, со своей лучшей подругой. Она была потрепана, изношена временем и изранена жизнью, но все еще стояла на ногах. Он слушал, когда она говорила, как и всегда. — Год назад у нас не было решения. Фил закрыл глаза, стараясь выровнять дыхание. — Наше решение продолжает выводить его из строя. — Я знаю. Бедняга, — Паффи слегка рассмеялся. — Если бы я могла, я бы пожелала ему всего самого лучшего в мире. — Прибереги немного для себя, — вяло пробормотал Фил. Он опустил голову и сложил руки на груди. — Но ты права. Могло быть намного хуже. — Спасибо, — сказала Паффи. Она запрокинула голову, чтобы посмотреть на небо. Там не было ничего, кроме бесконечного чёрного пространства, но она смотрела так, словно это был самый потрясающий вид, который только можно себе представить. Фил наблюдал за ней. Эта женщина, которая преодолевала каждую неровность на своем пути и выходила с другой стороны, чтобы рассказать историю. Он был полон решимости переломить ситуацию ради нее. Она собиралась дожить до следующего года. В конце концов, она спросила. — С ним все будет в порядке? — Томми сильный, — подтвердил Фил, не моргнув глазом. — Сильнее нас обоих вместе взятых. — Определенно, — усмехнулась она. Смех Паффи стал глубже, сотрясая ее грудь и переходя в серию сильных приступов кашля. Они были телесными, громкими, личными. Они с силой вырвались из нее, и она вцепилась в руку Фила, чтобы удержаться на ногах. Несколько минут она ничего не могла делать, только кашляла. Фил сделал вид, что не заметил, как покраснела её рука, когда кровотечение наконец остановилось. — Сколько времени, — вот и все, что он смог сказать. Она сделала глубокий вдох и вытерла руку о штаны. — Я могу продержаться ещё немного. На самом деле всё не так плохо, как кажется. Фил сомневался в этом. Она крепко вцепилась в его руку, и она все еще была согнута в талии из-за припадка. Паффи открыла рот, но не издала ни звука. Она выглядела так, словно о чем-то очень глубоко задумалась. Фил хотел было продолжить расспросы, но она согнулась пополам. Из её горла вырвалось рыдание, смешанное с криком боли. Ноги подкосились, и Фил подхватил её. Кожа Паффи была ледяной. — Паффи? — Он помог ей спуститься на землю. Ее конечности подергивались, и она сильно дрожала. — Паффи? Что происходит? Она не могла ответить. Фил снял свой плащ и накинул его на неё, но дело было не в ночном холоде. Её борьба была глубже. Она протянула дрожащую руку вверх, и он поймал её. — Фил. Её голос был хриплым, но у него зазвенело в ушах. Он не понимал, что происходит. Мгновение назад она была в порядке, не так ли? Улыбалась, смеялась, шутила разве это не хорошие признаки? — Ты же сказала, что справишься! — Фил держал её за плечи, словно она могла исчезнуть, если он её отпустит. — Я в порядке, — солгала Паффи. Её грудь слишком быстро поднималась и опускалась. — Приступы просто...тьфу становятся немного сильнее. — Это больше, чем немного, — усмехнулся Фил, и она поморщилась. Он не мог в это поверить. Он знал её лучше, чем она сама, и не было такого мира, в котором это было бы возможно. Как долго она справлялась с такими сильными приступами? Как долго она говорила ему, что всё в порядке, хотя это было не так? Он закрыл глаза и принял решение. — Паффи, я больше не могу стоять в стороне. — Нет, — выдохнула она. Паффи точно знала, что он имеет в виду. — Пока нет! Я справлюсь. Фил поднял её на руки. Она даже не сопротивлялась, и от этого его сердце сжалось. — Я пока не предлагаю привлекать Томми, — сказал злодей. Он расправил крылья для взлёта. — Но мы хотя бы обеспечим тебе лечение. — Ещё нет, — закричала Паффи. Её конечности сводило всё сильнее. — Пожалуйста. Фил проигнорировал ее и исчез в беззвездном ночном небе.