Tommy's Ultra-Important Keychain

Томми ненавидел ходить в школу. Он был учеником суперзлодея высоколо уровня. Он мог украсть всё, что ему было нужно, и проводить остаток дней, бездельничая в пентхаусе семьи мультимиллионеров. И все же! Он застрял, томясь в задних рядах на уроке математики. Учительница что-то бубнила, но с тех пор, как он узнал о своей способности, ему было всё равно, слушает он или нет. Ключ памяти был достаточно сильным, чтобы игнорировать фоновый шум. Он активно этим пользовался. Томми спрятал телефон за учебником, чтобы хоть чем-то себя занять, но это лишь усилило его раздражение. Его нога начала раздражающе подпрыгивать под партой. В настоящее время Фортресс и Икар вызывали всеобщее возмущение, разрисовывая краской из баллончика название корпорации на каждом мосту в городе. И всё это время он изучал чёртову алгебру. Насколько это было справедливо? Герои изо всех сил пытались предугадать их движения, но это не сработало. В акте вандализма не было ни рифмы, ни ритма. Они быстро появились на противоположных концах города с разницей в несколько мгновений, вероятно, из-за крыльев Фила или вождения Уилбура и то, и другое представляло угрозу безопасности широкой публики. Это была погоня за дикими гусями по городу, за исключением того, что у гусей были ножи и жажда крови была больше, чем обычно. В агентстве заканчивались герои. Спидраннер, Дьявол, Эстетика и ещё несколько человек работали над делом, но они не могли защитить всё. Судя по кадрам из новостей, которые нашёл Томми, руководство агентства явно решило сосредоточить внимание на очевидной угрозе. Главные и второстепенные герои в ожидании расположились на разных мостах по всему городу. К несчастью для них, Томми знал, что это означало, что более важные места в настоящее время пустовали. Он был уверен, что Фил будет молча пользоваться их слабой безопасностью. Это было не похоже на него - отказываться от такого стоящего предприятия. Злодей, скорее всего, высадит своих соотечественников рядом с их следующим завоеванием, а затем отправится в ближайший банк или что-то в этом роде. О череде ограблений, вероятно, сообщили бы в вечерних новостях. Томми опустил голову, постукивая пальцем по экрану. Прямые трансляции и видео были великолепны, и несколько месяцев назад он бы довольствовался только этим. Даже предпочитал это. Тогда он был фанатом. Ни больше, ни меньше. Распыление краски и преступная деятельность даже не приходили ему в голову. С тех пор он познал вкус настоящей жизни. Хайперион был печально известен. Он был печально известен. Алгебра не вызывала у него таких чувств. Он вытянулся на парте в слабой попытке устроиться поудобнее. Студенты вокруг него, казалось, вот-вот заснут, и он был не далеко от них. Томми, наверное, тоже задремал бы, если бы не завибрировал его телефон. Он проверил уведомление и едва сдержал стон, который поднялся из его груди. В сообщении Уилбура было фото двух известных суперзлодеев на фоне очередного моста. Подпись гласила. "Переходим к следующей цели". Томми был уверен, что новостные агентства ещё не добрались до них, а значит, он был единственным человеком в городе, который знал, где эта подлая парочка может нанести следующий удар. Это должно было заставить его почувствовать себя особенным. Но вместо этого он слышал только насмешливый голос Уилбура в своей голове. — "Серьезно? Урок математики", — насмешливо сказал внутренний голос. — "Трудно поверить, что базовая алгебра станет причиной падения Хайпериона". Даже голос Уилбура в голосе был придурком. Он молча размышлял, какое повреждение мозга потребуется, чтобы это исправить. Губа тоже болела, пульсирующая боль не проходила. Отчасти это была его вина. С тех пор, как он получил её накануне, у него вошло в привычку прикусывать рану. Синяки на коже это нормально, но рассечённая губа не то, с чем он часто сталкивался. Детская часть его мозга не могла перестать играть с новым и интересным образованием на его лице. Вскоре прозвенел звонок, и Томми тут же выбежал за дверь. Он подумывал о том, чтобы пропустить оставшиеся уроки. Если бы остальные были хотя бы вполовину такими же ужасными, он бы не дожил до конца дня. К сожалению, его удерживало в здании обещание пообедать с Таббо. Они договорились встречаться в школе, когда смогут, потому что у них не было совместных уроков и они больше не виделись дома. — Чёрт бы побрал Таббо, — выругался Томми себе под нос, но в его голосе не было прежней злобы, когда прозвенел звонок на обед. Таббо ждал его на их обычных местах, подальше от всех остальных. Раньше они сидели там, чтобы не привлекать внимания хулиганов Томми, но теперь им просто нравилось сидеть в тишине. — Привет, здоровяк, — поздоровался Таббо. Его улыбка быстро померкла. — Что случилось с твоей губой? Томми потёр затылок, пытаясь выглядеть смущённым. — Я играл в опасные игры с братьями Крафт и случайно перестарался. В глазах Таббо промелькнуло облегчение, но в основном он был обеспокоен, и это согрело сердце Томми. Его лучший друг бросился бы под поезд, если бы это означало, что Томми больше никто не будет трогать. Одной мысли о том, что его обидчики поднимут свои покрытые прыщами рожи, было достаточно, чтобы Таббо занервничал. Томми во второй раз заверил его, что с его губой всё в порядке и братья Крафт ничего не имели в виду. На этот раз Таббо согласился, пробормотав. — Ладно, но если они снова так сделают, я засуну им в задницы их дорогие туфли. Он бы чувствовал себя виноватым за то, что бросил своих друзей-супергероев, если бы они не сеяли хаос без него. Он затаил обиду. Он сделал большой глоток шоколадного молока из пакета и представил, что это кровь его врагов. — Кстати, о задницах, — начал Таббо с новой энергией. — Ты видел новости? Агентство героев устраивает истерику из-за Корпорации. Я уверен, они были бы в два раза сильнее расстроены, если бы там был Хайперион. Томми подавился молоком. Таббо растирал ему спину круговыми движениями, пока кашель не прошёл и он не смог сказать. — Да, я видел новости. — Отлично, — усмехнулся Таббо. Он начал торопливо есть. — Так мне не придётся ничего объяснять. Томми заметил, что выражение его лица смягчилось, когда он откусил пару кусочков от своего сэндвича. В его голове возник вопрос. Это было бы идеальное время, чтобы спросить. Он мог бы узнать мнение своего друга. Этот спокойный момент, несомненно, был бы нарушен, но разве не стоило попытаться? Если бы ответ был плохим, разве он не мог бы просто сохранить свой секрет подольше? Вечность это не так долго. — Табс, что ты думаешь об этом злодеи - Хайперионе? Таббо перестал есть и приподнял бровь. — Почему тебе это интересно? Я не думал, что ты захочешь говорить о людях с силой после того, что с тобой случилось. — О, — запнулся Томми. — Злодеи немного другие. Я никогда не встречался ни с одним из них лицом к лицу. К тому же, кому не нужна проницательность линчевателя? Он молился, чтобы его лучший друг не услышал ложь, которая вертелась у него на языке. К счастью, Таббо отвлекся на конец его фразы. Он поспешил шикнуть на Томми, хотя рядом никого не было. — Тихо! Не нужно, чтобы все знали. — Успокойся, — пробормотал Томми, отталкивая руку друга, которая пыталась закрыть ему рот. — Ты ответишь мне или нет? — У меня нет особого мнения, — проворчал Таббо. — Я никогда с ним не дрался. — Ты можешь думать о чём-то, не взаимодействуя с этим, — возразил Томми. Ему отчаянно нужно было знать. — Что ты думаешь о нём как о человеке? — Трудно сказать, — проворчал Таббо. — Я рад, что он расквасил Тузу лицо, но после фиаско на стадионе у меня смешанные чувства. — Ха, — усмехнулся блондин. — Я думал, ты с Блинком не ладишь? Разве ты не должен прыгать от радости, когда кто-то закапывает твоего бывшего в землю? — Мы не бывшие! Сколько раз я должен тебе это повторять, — закашлялся Таббо. Томми наслаждался удивлённой улыбкой, расплывшейся на лице его друга. — Кроме того, мы помирились. Томми остановился. — Вы что? — Да, — вздохнул Таббо. — Это было большое недоразумение. Я не буду вдаваться в подробности, чтобы не нарушать его конфиденциальность, но герои подонки. Бедняга многое терпит. Черт. Блинк был сильно избит после их последней драки, и это была полностью заслуга Томми. Ему не нужно было избивать героя до тех пор, пока тот не превратился в груду переломанных костей, чтобы украсть несколько баксов. Блик чуть не упал от одного хорошего удара металлической трубой по рёбрам. Томми мог бы остановиться. Томми, вероятно, должен был остановиться. И он бы так и сделал, если бы не тот факт, что один лишь вид этого парня пробуждал воспоминания о окровавленной спине его лучшего друга. Столкнувшись с ним на стадионе, он увидел всё в красном свете. Их драка во время дебюта не принесла ему удовлетворения, и он намеревался это исправить. Никому не позволено причинять боль Таббо и уходить невредимым. — Вот почему у меня смешанные чувства, — продолжил Таббо. — Не то чтобы я считал злодея положительным персонажем. Воровство и причинение вреда невинным людям не совсем соответствуют моему моральному кодексу. Томми поморщился. Он научился держать язык за зубами с тех пор, как стал учеником Корпорации, но что-то в выражении глаз Таббо заставило его захотеть оправдаться. Он хотел попросить прощения. Он хотел объяснить, почему сделал такой выбор. Он хотел сказать, что у него такой же моральный кодекс. Но он знал, что это не совсем так. Томми сунул руку в карман и провёл пальцем по маленькой брошке-короне, которая лежала там. Её сила посылала импульсы энергии и успокаивающего серотонина прямо в его мозг. То, что этот предмет был у него, было явным доказательством его склонности к воровству и разницы между ним и Таббо. Это даже не стоило тех усилий, которые потребовались, чтобы это сделать. С тех пор, как он снял эту штуку с бессознательного тела Блинка, он не чувствовал ничего особенного. Никакой потрясающей стальной кожи или органов чувств, которые могли бы обнаружить угрозу за милю. Усилитель силы мог развязать драку, но брошь разочаровала. Хотя он не особо старался это проверить. Он слишком долго смотрел на вилку, лежащую рядом с тарелкой Таббо, чтобы это было нормально. Его лучший друг нахмурился и убрал вилку, спросив. — Ты в порядке, чувак? Ты какой-то странный и отстранённый. Пластик все равно не повредит его кожу, с брошью или без. Томми улыбнулся другу. — Я в порядке, Табс. Я отвлекся, вот и всё. — Хорошо. Они возобновили свои обычные разговоры за обедом. Каждый из них обсуждал свою работу и жизнь: в гараже сломался кондиционер, у Эндер-Лёд становится меньше клиентов, потому что становится холоднее, в квартире было тихо, а братья Крафт были такими надоедливыми. Томми не упомянул о том, что лежит у него в кармане, а Таббо не пересмотрел своё мнение о мире супергероев. К концу учебного года вина полностью легла на плечи Томми. Он напал на верного друга Таббо, сильно ранил его и всё равно осмелился украсть. И ради чего? Насколько он знал, магия ему не помогала. Он взял её в надежде пополнить свой арсенал, но только ослабил Блинк. Если когда-нибудь его личность раскроют, то Таббо… Томми остановился посреди тротуара и ударил себя по лицу. Прохожие вздрогнули от громкого хлопка, но удар, нанесённый самому себе, не причинил боли. Томми продолжил идти, бормоча что-то себе под нос. Мать крепче прижала к себе детей, словно так она могла избежать его внимания. Сама мысль о том, что Таббо его ненавидит, сводила его с ума. Возможно, именно это побудило его надеть свой костюм и улизнуть, когда семья Крафт не смотрела. Возможно, именно поэтому он последовал за Мехой в патруль. Может быть, именно поэтому он был там и стал свидетелем того, что произошло той ночью. Что бы ни побудило его принять такое решение, он бы делал это снова и снова. Потому что никто не может причинить вред Таббо и остаться невредимым. Особенно он.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Ночной воздух был прохладным, предвещая грядущую осень. Скоро наступит официальная смена времен года, и листья приобретут свои умирающие оттенки закатных красок. Ни власть, ни коррупция не могли остановить течение времени и природы. В хаосе современного мира такая константа приносила облегчение. Таббо вздохнул, свесив ноги со стены здания. Его дроны отдыхали весь вечер, их аккумуляторы сели после многочисленных вылазок в течение недели. У машин, работающих на солнечных батареях, действительно были сбои. Патрули Таббо в качестве Меха участились, когда Томми не было рядом, чтобы следить за ним. Это не позволяло ему входить в их квартиру, которая была слишком пустой. Встречаться с лучшим другом в школе было довольно приятно, но ничто не могло сравниться с совместной жизнью. Это создавало такой уровень доверия и дружбы, который трудно было найти где-либо ещё. Не говоря уже о том, что он обычно перекладывал стирку на Томми, и в его отсутствие накопилось много стирки. Он посмотрел на часы. Секунды незаметно превращались в минуты, и Таббо не мог не нахмуриться. Когда он встал, его снаряжение неприятно звякнуло. Хотя он и не собирался им пользоваться, он снял с пояса крюк-кошку. Мститель не мог позволить себе ждать слишком долго. — Где он, — проворчал Таббо. Присутствие Блинка рядом с ним успокаивало, и он ненавидел начинать патрулирование без него. Герой чаще всего был занят, чем нет, но они всегда встречались, если Таббо просил. — Черт возьми. Его мысли вернулись к репортажу новостей о драке на стадионе. Властям пришлось вытаскивать Блинка из кучи обломков в полубессознательном состоянии. Видимой крови не было, но Таббо не смог хорошенько разглядеть. Свидетели утверждали, что присутствовал Хайперион, но только некачественные кадры с камеры смогли запечатлеть саму битву. Таббо всё это время сидел на краешке стула, просматривая Ютьюб и новостные сайты в поисках чего-то, что не было бы похоже на одностороннюю драку. Во время своего дебюта Хайперион был страшен, но его бои были любительскими по сравнению с Блинком. Вчера все было по-другому. Он хотел спросить об этом Блинка. Ему нужно было знать, как злодею удалось одержать верх над тем, кого Таббо никогда официально не побеждал, даже в спарринге. Хайперион был быстрым. Опасным. Угнаться за телепортацией было практически невозможно без сверхскорости или интенсивных тренировок. — Корпорация ужасна, — пробормотал Таббо, собираясь спуститься со здания. — Они не такие, какими их изображают. Плечи Таббо опустились. Он развернулся на каблуках и ухмыльнулся при виде Блинка. Ветер растрепал волосы героя, превратив их в спутанную копну. Блинк не стал их поправлять, предпочитая стоять на противоположной стороне крыши. — Рад тебя видеть, здоровяк, — проворчал Таббо, убирая крюк за пояс. Подпрыгивая на ходу, он подошёл к нему. С тех пор, как они помирились, прошло много времени, но он всё равно чувствовал себя счастливым, когда Блинк был рядом. — Я уже начал думать, что Хайперион тебя переплюнул. Блинк фыркнул. — Вряд ли его можно назвать соперником. Герой снял солнцезащитные очки, и его глаза сморщились, словно он улыбался. Таббо невольно расслабился, но его улыбка дрогнула. — Разве это соревнование? Он буквально почти похоронил тебя. — Признаюсь, — вздохнул Блинк. Он сложил руки за спиной. — Это было не идеально. Таббо несколько раз открыл и закрыл рот, в конце концов решив не отвечать на этот конкретный вопрос. — Так как же это произошло? Почему ты проиграл? — Простое сочетание его возросшего мастерства, моей недооценки и его чёртовой неуязвимости, — сказал Блинк, и в его взгляде было пугающее количество яда. — Если я не вкладываю в каждый удар всю свою силу, то ему даже синяк не нанесу. — Правда? Это похоже на подарок Томми, — Таббо расхохотался, ожидая, что Блинк сделает то же самое. Но герой просто уставился на него. — Ранбу? — Подарок Томми? — Блинк почти растерялся. Таббо мысленно отругал себя за то, что предположил, будто Томми рассказал бы об этом своему другу. Можно ли сделать это сейчас? — Повышенная болевая чувствительность, — объяснил линчеватель. — Чувак ничего не чувствует. Хотя отчасти в этом виноваты его обидчики. Они так часто его били, что он выработал устойчивость ко всему, кроме самых сильных ощущений. Знаете, однажды он взял блюдо прямо из духовки, и оно даже не обожгло его рот. Возмущение Таббо было встречено молчанием. Никакой реакции. Никакого ответа. Наконец, спустя несколько секунд, Блинк прошептал. — У Томми есть такая сила? Томми Иннита? — Э-э, — запнулся Таббо. По какой-то причине он на мгновение испугался, что, возможно, предал Томми. Он вцепился в ткань своей куртки. Неприятное чувство пробежало по его спине и охватило сердце. — Ранбу? Ты в порядке? Ты ведёшь себя странно. — Да, — размышлял про себя герой. — Я в порядке. Таббо сделал небольшой шаг назад. Блинк поднял бровь. Сегодня он был выше, чем обычно, в ботинках на небольшом каблуке. Его костюм был отглажен и белел, несмотря на то, через что ему пришлось пройти за последние несколько дней. На нём не было броши в виде короны, приколотой над сердцем, но Таббо видел, как её украли по телевизору. Гражданские не заметили бы такую мелочь, но он не мог игнорировать ни одной детали, когда дело касалось Блинка. — Эта кирпичная стена вышибла из тебя все мозги? — в ушах у мстителя стучало сердце. — Ты не можешь нормально ответить ни на один вопрос? Блинк ничего не ответил, безучастно глядя на него. Это его разозлило. Таббо развернулся, полный решимости выбраться из ситуации, которая давила на него. — Отлично! Будь по-твоему. Я собираюсь патрулировать этот чёртов город, который мы поклялись защищать. Иди за мной, когда придёшь в себя. В мгновение ока Блинк оказался перед ним. Таббо врезался в него и повалился назад. Рука Блинка вцепилась в воротник его куртки, и это было единственное, что удерживало его от падения на землю. Линчиватель тяжело дышал, но другой мальчик даже не шелохнулся. — Уверяю тебя, — выдохнул Блинк. — Я никогда не терял рассудка. Он ослабил хватку, и Таббо врезался в бетон. — Я не могу сказать того же о тебе, друг. Блинк стянул с лица маску. Все в его лице было неправильным. Линчиватель отпрянул, на его лице отразился ужас. Блинк ухмыльнулся. — Кто ты, чёрт возьми? — завопил Таббо во всё горло. — Что ты с ним сделал? — Меха, — прищёлкнул языком Блинк. Один ботинок заскрипел, когда опустился на его руку. Он вскрикнул от боли, но это только заставило героя надавить сильнее. — Ты не узнаёшь своего напарника? Я Ранбу. Я тот, кто считает, что ему всё сойдёт с рук. Я тот, кто ускользает, когда никто не следит, чтобы он не выдал конфиденциальные секреты невинным людям. Я тот, кто снова и снова подвергал тебя опасности. Мятежный, упрямый, глупый Ранбу. — Ты не он, — слёзы затуманили очки Таббо. Его рука опасно хрустнула. Имитировавший его человек хмыкнул, рассматривая его какое-то время. Его лицо действительно было похоже на лицо друга линчевателя. На самом деле, это была точная копия, если бы не то, как он её носил: губы скривились в отвращении, в глазах читалась жажда крови. Это был не тот человек, которого он знал. Таббо нужно было уйти. Он в отчаянии огляделся в поисках решения. Его взгляд упал на ботинок, который его раздражал. Блинк был необычайно высоким, и вместе с ростом к нему пришла и слабость. При всех своих достоинствах Блинк был не самым уравновешенным человеком. Обычно он компенсировал это ловкостью. Сегодня Таббо надеялся, что этого не произойдёт. Он вознёс молитву ко всем, кто мог её услышать, и всем весом навалился на ногу самозванца. Незнакомец вскрикнул от удивления и повалился на землю гораздо легче, чем настоящий Блинк. Герой или злодей, этот мошенник не понимал, чьё тело он украл. Высвободившись, Таббо попытался встать. Он принял боевую стойку, насколько это было возможно. Его запястье адски болело, вероятно, оно было сломано. Чёрт. Как он должен был объяснить это Томми? К его огорчению, подражатель Блинка начал смеяться. Смех был пронзительным, хриплым и неестественным. Он совсем не походил на смех мальчика, которого Таббо встретил во время патрулирования много ночей назад. — О! Дорогой друг, ты продолжаешь меня удивлять. Я надеялся, что когда-нибудь смогу сразиться с тобой. Блинк поднялся с земли, его руки подергивались в предвкушении. — Спасибо тебе за предоставленную возможность. Его телесная форма исчезла из реальности, чтобы появиться в нескольких сантиметрах от лица Таббо. — Я позабочусь о том, чтобы ты не пожалел об этом. Удар отбросил голову линчевателя в сторону, а затем последовал удар коленом в живот. Он едва не упал, не успев даже начать бой. Таббо уклонился от следующего удара, откатившись в сторону. Его противник последовал за ним, размахивая кулаками. Он поймал удар и попытался повалить Блинка на землю, используя его инерцию. К сожалению, его спасла телепортация. Герой провалился сквозь пальцы Таббо, и инерция сыграла против него. Он отчаянно хватался за всё подряд и нащупал только что появившийся костюм Блинка. Чистая белая ткань порвалась в руках линчевателя, но ни одному из них не было до этого дела. Таббо едва удержался на ногах и подтянулся. Блинк ударил локтем в бок невысокого мальчика, забирая адреналин прямо из его вен. Тот ответил тем же, резко повернув влево и выбив Блинка из-под ног. Свистящий ветер телепортации снова подхватил его противника. Линчиватель выдохнул череду проклятий. Имитатор был не тем противником, которого он мог одолеть. Каждый его удар был сорван самим существованием сил, а Таббо не имел никакой ценности на пустой крыше. Не было смысла обманывать себя, что могло быть иначе. Его дроны выбрали худший день для смерти, и скоро он присоединится к ним. Таббо никогда не побеждал Блинка в спарринге, не говоря уже о психопате-похитителе лиц, жаждущем насилия. Это было безнадёжно. Кем бы ни был его друг, он не был новичком на поле боя. При таких темпах Меха исчезнет навсегда. Несмотря на то, что он знал, что из этого ничего не выйдет, Таббо отчаянно нажимал на кнопку своих часов. Возможно, дрон закончил зарядку и ответит на его звонок. Это было маловероятно, но он всё равно молился. Удача должна была быть на его стороне, если он хотел сбежать и увидеть ещё один рассвет. Блинк дважды телепортировался, в одну секунду выбив Таббо ноги, а в следующую нависнув над ним. Таббо упал на задницу, царапая руки и кости о бетонную крышу. В голове у него гудело, а с кончиков волос капало что-то, похожее на кровь. Зрение у него затуманилось настолько, что он едва мог разглядеть ухмыляющуюся копию своего лучшего друга. Удар пришелся ему в грудь и сбил с ног. Он рухнул на крышу, а подражатель Блинка прижал его ногой к ребрам и надавил. Таббо закашлялся. Воздух не поступал в его легкие, и он был вынужден смотреть в пустые глаза своего друга. — Ты утверждаешь, что я не Ранбу, в то же время сам скрываешь свою личность, — выплюнул герой. Его тревожная ухмылка казалась почти жалостливой. — Может, нам стоит это изменить? — Нет! — Таббо вскинул руки и вцепился в свои очки так, словно от этого зависела его жизнь. Холодная рука обхватила уже повреждённое запястье линчевателя и потянула. Одной силы его хватки было достаточно, чтобы оставить синяки, и Таббо всхлипнул от напряжения, которое требовалось, чтобы не сдвинуться с места. — Я ждал этого месяцами, — рассмеялся подражатель сквозь стиснутые зубы. Его взгляд сверкал в свете угасающих уличных фонарей восточной части города. Он был завораживающим, всепоглощающим. Таббо задыхался в этих глазах, прекрасно понимая, что помощи не будет. — Наконец-то я увижу человека, который чуть не разрушил мои планы. Сквозь затуманенные линзы Таббо мог лишь наблюдать, как лицо его лучшего друга грозило разорвать его на части. Ухмылка Блинка постоянно расширялась, подпитываемая огнём ненависти, превращавшей его в воплощение кошмара. — Эй, придурок! Металлический предмет ударил самозванца в висок, и он с криком рухнул на землю. В ту же секунду, как хватка ослабла и нога соскользнула с его груди, Таббо изо всех сил попытался встать. Он не мог позволить себе снова оказаться на земле в уязвимом положении. Двойник Блинка свернулся калачиком, обхватив голову руками. Его белоснежный костюм был испорчен алой кровью. — С тобой все в порядке? Он почувствовал, что за его спиной кто-то есть, и узнал изменённый голос. Таббо открыл рот, чтобы поблагодарить того, кто его спас. Его спаситель остановил его, положив руку на плечо. Таббо посмотрел на него. В его поле зрения мелькали красные и белые вспышки. Его сердце упало. Он оттолкнул руку и развернулся. Грудь Таббо вздымалась, он едва мог дышать, пытаясь осознать увиденное. — Хайперион, — дрожащим голосом выдохнул он. Злодей предстал перед ним во всей своей красе: угольно-чёрные глаза под алой маской, красный капюшон на светлых волосах, белые пластины брони, защищающие все ключевые точки тела, и глубокая гримаса на лице. Таббо никак не мог передохнуть. В последнее время Хайп был главной темой всех СМИ. Он был тем, кто смог одолеть Спидраннера с помощью украденных сил, тем, кому удалось проникнуть в закрытый альянс Корпорации, тем, кто дебютировал в стенах самого агентства героев, и тем, кто за день до этого похоронил Блинка под грудой кирпичей. У линчевателей было много врагов по обе стороны спектра власти. Злодеи ненавидели их за то, что они были псевдо-героями, а герои ненавидели их за то, что у них не было лицензии. Теперь он оказался между двумя типами. Таббо не знал, что ему делать. Если он попытается уйти, то снова окажется в пределах досягаемости подражателя. Если он останется, то окажется рядом с известным преступником. Хайперион держался с непринуждённой уверенностью. Он знал, что силён, и Таббо ни на секунду в этом не усомнился. Однако его гнев, похоже, был направлен не на линчевателя. Он оглянулся на Блинка, но не мог сложить всё воедино. Почему Хайперион спас его? Он просто хотел навредить Блинку? Были ли их отношения настолько плохими, что они ссорились каждый раз, когда сталкивались друг с другом? Если это было так, Блинк никогда не рассказывал об этом Таббо. — Ага это моё имя, — сказал Хайп, хотя в его голосе не было присущего ему драматизма. Таббо отпрянул от него. — Прошу прощения, но сейчас у нас нет времени на любезности. Внимание Таббо снова переключилось на имитатора. Блинк стоял, закрыв лицо рукой. Покачивание его тела говорило о его истинном состоянии; удар металлической трубой прямо по голове должен был причинить боль. Оружие, о котором шла речь, лежало в нескольких футах от него, и взгляд Хайпериона был прикован к нему. — Ты выбрал неудачное время, — безрадостно рассмеялся Блинк. — Неважно. Я с радостью избавлюсь от двух своих главных раздражителей за один раз. Хайперион расставил ноги пошире, готовясь к атаке. Он не стал отвечать остроумной репликой или вообще признавать угрозу в словах Блинка. Что бы ни случилось, когда они столкнутся, это не будет непринуждённым разговором. Скорее всего, в это втянут и линчевателя, а этого он не хотел. Он был уверен, что его навыки не сравнятся с теми, кто прошёл профессиональную подготовку. Кроме того, Таббо не думал, что сможет сражаться с кем-то, кто носит лицо его лучшего друга. Держись. Лицо его лучшего друга. Своего лучшего друга без маски. Черт. Он лихорадочно переводил взгляд с одного врага на другого. В данный момент подражатель скрывал личность Блинка, но если начнётся драка, этого нельзя будет гарантировать. Напряжение нарастало с каждой секундой. Ему нужно было действовать быстро, если он хотел разрядить обстановку. Таббо резко втянул воздух. — Спасибо тебе за помощь, — выпалил Таббо Хайпериону. Злодей удивлённо приподнял брови. — Я буду должен тебе в будущем. Теперь ты можешь идти. — Что? — вытаращил глаза Хайперион. — Ты…? Ты хочешь, чтобы я оставил тебя здесь? Таббо прикусил губу, игнорируя вопрос и переводя взгляд на Блинка. — Давай, Блинк. Пойдём проверим твою голову. Из-за сотрясения ты точно теряешь рассудок. Имитатор молчал слишком долго, чтобы это было комфортно. Внезапно из его рта вырвался смех. Он был жестоким, искажённым устройством для изменения голоса. — Я понимаю, в чём дело. Ты не хочешь, чтобы личность в твоего друга была раскрыта. Хайперион нахмурился. Таббо попытался поймать самозванца, пока тот не выдал слишком много информации злодею. — Да, на самом деле это очень важно для меня. Вот почему мы должны уйти, Блинк. — Э-э, — начал Хайперион. — Я не очень хочу вмешиваться в ссору возлюбленных, так что я могу уйти, если хотите. Что-то оборвалось внутри него при звуке этих слов. — Мы не такие, мы не встречаемся, Томми, — закричал Таббо, не подумав от разочарования и привычки выдавив это изо рта. Хайперион вскинул руки, сдаваясь. Линчеватель застыл на месте. — Ты что, — заикаясь, спросил Хайперион, — только что назвал меня Томми, откуда это имя взялось? — Чёрт. Прости, — прошипел Таббо. — У меня есть друг, который постоянно говорит мне то же самое. — Интересно. Еще одно сходство между Томми и Хайперионом, — фыркнул подражатель Блинка. Таббо нахмурился, не понимая, что, черт возьми, это должно было значить. Хайперион, стоявший в стороне, был странно напряжен. — Ладно, ты победил. Я надену маску обратно. Имитировавший его человек обернулся, и когда он снова посмотрел на них, его личность была установлена. Ранбу был в безопасности. Таббо вздохнул с облегчением. У него подкашивались ноги от напряжения. Слишком много всего происходило, чтобы он мог это осознать. — Маска или нет, — снова заговорил Блинк. Выражение его лица было невозможно разглядеть, но Таббо был уверен, что он ухмыляется своей жуткой ухмылкой. — Я не собираюсь упускать эту прекрасную возможность. Затем он телепортировался. Таббо едва хватило самообладания, чтобы подумать о том, чтобы уклониться, когда из воздуха ему в грудь был нанесен внезапный удар ногой. Это попало в цель, повредив его и без того уже болевшие ребра, и чуть не сбросило его со стены здания. Хайперион ахнул и бросился к Таббо. — Расслабься, Хайперион, — проворчал Блинк, телепортируясь позади злодея. Хайп увернулся от удара и успешно добрался до Таббо. Он поддержал мальчика, отведя его от края. — Он сильный линчеватель. Он может выдержать несколько ударов. Таббо не чувствовал себя сильным. У него болело запястье, ныла грудь, его лучший друг был сам не свой, и он полагался на грёбаного злодея. Хайперион быстро осмотрел его, встревоженно глядя на него. Мгновение спустя его беспокойство переросло в ужасающую ярость, и он сам направился к Блинку. — Ты ублюдок, — усмехнулся злодей. — Что случилось, Хайперион? — насмешливо спросил подражатель. — Ты не похож на себя. — Ты ничего обо мне не знаешь, герой, — ответил Хайперион. Он наклонился и взял свою трубку. По тому, как он её держал, Таббо понял, что это хорошо знакомое ему оружие. Блинк носил с собой ножи, хотя какое-то время пытался скрывать это от Таббо, опасаясь, что мальчик может подумать, что это слишком жестоко. Он тоже выглядел по-особенному, когда держал их в руках, и млинчиватель был уверен, что сегодня они появятся. — Но я знаю, — поправил Блинк. Хайперион вздёрнул подбородок, но промолчал. — Видишь ли, я давно за тобой наблюдаю. — Это ты ведёшь себя неправильно, — сказал злодей. Его тон был осторожным, как будто он вот-вот осознает что-то. Внезапно у него отвисла челюсть. Он обвиняющее ткнул трубкой в сторону Блинка. — Чёртов контролёр разума. — Контроль над разумом, — эхом отозвался Таббо, и его голос дрогнул сильнее, чем он рассчитывал. Имитировавший Блинк откинул голову назад в безмолвном подтверждении. — Что? — Чёрт, я так и знал, — прорычал Хайп. — Ты доставил мне столько хлопот, придурок. Блинк низко поклонился. — Такой щедрый комплимент. Я его не заслуживаю. — Отпусти тело Блинка! — крикнул злодей. — К сожалению, я не могу этого сделать, — щёлкнул языком контролёр разума. — Пока моя цель не будет достигнута. — Полагаю, мы делаем это сложным путём, — улыбнулся Хайперион. Его рука потянулась к цепочке, спрятанной в костюме. — Мы оба знаем, что я могу легко тебя победить. — Нанеся вред самому себе, — вмешался подражатель. — Но неужели ты настолько беспечен, что сделаешь это на глазах у линчевателя? У того, кто блюдёт закон? Ты готов потерять всё, чтобы остановить меня на мгновение? Хайперион явно колебался. Имитатор воспользовался возможностью и телепортировался. Удар пришёлся злодею в живот, но он даже не застонал. Таббо приклеился к земле, не в силах стоять под тяжестью собственных рёбер. Блинк получил удар в лицо и споткнулся. Он сплюнул кровь на бетон крыши и снова бросился в бой. Их схватка была слишком быстрой, чтобы Таббо мог её наблюдать. Хайп свернул вправо, целясь трубкой в ноги Блинка. Блинк телепортировался на пять дюймов в сторону и выбил оружие. Злодей поймал следующий удар и болезненно вывернул ему руку. Блинк трижды ударил Хайпериона коленом в бок, каждый раз быстрее и сильнее предыдущего. Хайп оттолкнул его и выбил у него из-под ног опору. Казалось, его не смущали бесчисленные атаки, которых он не мог избежать. — Однажды, — сказал контролёр разума слишком спокойно для того, сколько крови было на его костюме. — тебе придётся рассказать мне, почему ты так сопротивляешься. — Я не сопротивляюсь, — проворчал Хайп. Он развернулся и ударил Блинка подошвой ботинка в челюсть. — Ты просто дерьмо. Имитатор телепортировался три раза подряд. Когда Таббо снова увидел его, в руках у него был нож. Сквозь несколько прорех в костюме Хайпа виднелась кожа, совершенно не пострадавшая от лезвия. Блинк хихикнул. — Ложь не идёт на пользу душе. — Уже бывал в таких ситуациях? — Хайп взмахнул трубкой, металл зазвенел о металл. — Вот почему ты такой придурок. Нож Блинка отбросил трубу в сторону и полоснул по броне, защищавшей грудь злодея. Таббо обеспокоенно ахнул. Если бы не очевидное сопротивление и тщательно продуманный костюм, такая атака могла бы его убить. На самом деле, многие его атакующие движения были направлены на смертельные точки. Либо подражатель прекрасно знал о возможностях своего противника, либо ему было всё равно. Таббо заставил себя встать. Ему нужно было остановить эту битву, несмотря ни на что. Они оба были утомлены, но цели имитатора были гораздо более экстремальными, чем у Хайпериона. Казалось, он из тех, кто сражается до тех пор, пока не останется ничего, что можно было бы выиграть. Таббо не знал человека, контролирующего тело Блинка, но он знал Блинка. Его друг не смог бы жить в мире с самим собой, если бы он кого-то убил. — Хайп, — крикнул он, вступая в бой. Злодей, о котором шла речь, издал утвердительный звук, но не мог отвести глаз от подражателя. Удары становились всё быстрее и сильнее. — Я обещаю не выдавать тебя и не раскрывать твою личность. Пожалуйста, просто сделай то, что должен. Спаси его! Хайперион остановился, уделив секунду, чтобы бросить на Таббо взгляд, полный искреннего удивления. Его губы вытянулись в тонкую линию, и он кивнул. Злодей пригнулся, пропуская удар, и сунул руку под рубашку, вытащив ожерелье. На цепочке висел единственный синий ключ. Таббо вспомнил короткий разговор с Блинка о украденном магическом предмете у Туза. Имитатор заметил, что Хайперион передумал, и зашипел. Он тут же перешёл в оборону. Хайп ударил ногой, и он телепортировался. Хайп ударил кулаком, и он телепортировался. С каждой бесполезной телепортацией тратилась бесконечная выносливость, и всё для того, чтобы предмет не соприкоснулся с ним. Наступательные атаки наносились только в спину и бока Хайпериона. Тем не менее, злодей не отставал. Слева от него появился Блинк и схватил его за запястье. Он выбросил ключ вперед, но герой вывернулся из его хватки на мгновение раньше. Ногти Таббо в предвкушении впились в ладони. Он беззастенчиво поддерживал злодея. Впервые в жизни ему нужна была шумиха, чтобы выйти на первое место. Хайперион быстро понял, что слепо бросаться вперёд с ключом в руках не лучшая тактика, и сменил её. Мелкие удары возобновились: пинки, царапанье, разрывание, толчки всё было в ход. Голова Блинка дёрнулась в сторону от удара, но он не ответил. В сердце Таббо закралось нехорошее предчувствие. Имитация исчезла, и у линчевателя волосы встали дыбом. Холодное металлическое лезвие прижалось к его горлу. — Не двигайся, — прошептал Блинк, и в его словах прозвучала явная угроза. Таббо сдержал крик, когда лезвие пустило кровь. Лицо Хайпериона исказилось в ухмылке. Самозванец повысил голос. — Похоже, этот маленький линчиватель готов предать свои принципы легче, чем ожидалось. Как жаль. Нож упал, и Таббо вскинул руки, чтобы остановить небольшую алую струйку, которая пыталась вырваться из-под его контроля. Чья-то рука коснулась его между лопатками и толкнула вперёд. Линчиватель чуть не упал, почувствовав острую боль в рёбрах, но его подхватили поджидавшие его руки Хайпериона. — В следующий раз, друг, — чётко и непоколебимо произнёс контролёр разума. — тебя никто не спасёт. До нашей следующей встречи. Блинк отвесил последний поклон и телепортировался прочь. Тишина окутала двоих, оставшихся на крышах. Единственными звуками были их тяжёлое дыхание и бешено колотящиеся сердца. Не было ни птиц, ни проезжающих машин, ни шумных соседей. Ничего, кроме друг друга. Казалось, мир подчёркивал, насколько хреново было бы Таббо, если бы злодей не появился. Он крепче вцепился в Хайпериона. — Чёрт, — выругался Хайп, с горечью выкрикнув это в ночное небо. Таббо смотрел на него в изумлении. — Чёрт! Я думал, что этот парень и так невыносим, но это было что-то с чем-то. Контролёры разума худшие из всех. — Ты часто с ними сталкиваешься? — тихо спросил Таббо. Он задыхался, пытаясь выговорить слова. Хайп дал ему прийти в себя, а затем откинулся назад. Вытянув конечности во все стороны, он промурлыкал. — Пока только один раз. Он преследует меня, куда бы я ни пошёл. Было странно слышать, как злодей говорит так тихо. Между его бровями не пролегло ни единой морщинки, а губы растянулись в торжественной улыбке, открывшей ободряющие ямочки на щеках. Его светлые волосы казались золотыми на фоне красного костюма. Его веки закрылись, и фирменные черные глаза Корпорации были спрятаны. После ночного хаоса редкий вид на печально известный Хайперион расслаблял. Таббо с удовольствием воспользовался возможностью понаблюдать за этой личностью Его взгляд остановился на небольшой ране, которая портила его лицо. Там, у рта и на подбородке, Таббо заметил порез. Его не было видно издалека, поэтому он не обратил на него внимания раньше, но рана была явно свежей. Таббо вспомнил момент из записи с камеры наблюдения, сделанной накануне, когда Блинк нанёс злодею сильный удар по лицу. В тот момент это не показалось ему чем-то важным. Люди с суперспособностями возвращались со всевозможными шрамами после сражений. Разбитая губа не была чем-то особенным или даже примечательным по сравнению с большинством травм. Несмотря на это, Таббо почувствовал странное ощущение знакомства, когда посмотрел на него. — Меха? Таббо моргнул, заставляя себя снова обратить внимание на глаза злодея. Они снова открылись и были устремлены на него. Линчиватель смущённо понял, что его имя произносили уже несколько раз. — Да? — Я спросил, не ранен ли ты, — повторил Хайперион. Он осмотрел Таббо на предмет видимых ран. Не обнаружив ничего, он добавил. — Если честно, это был риторический вопрос. Я знаю, что он тебя подставил. — О, — ответил Таббо. — Я в порядке. Наверное, у меня сломана кисть, и несколько рёбер точно повреждены, но это не то, с чем я не могу справиться. — Чёрт, чувак. Прости, что не смог прибежать раньше, — извинился Хайперион, нахмурив брови. Что-то в его словах насторожило Таббо. Они были слишком дружелюбными для злодея. Слишком личными. — Позаботься о том, чтобы тебе оказали надлежащую помощь. Такие люди, как ты, слишком хрупкие, твои кости ломаются, как ветки. Таббо заметил, что в этом диалоге его выделили, и связал это с ключевыми моментами битвы. Ножи Блинка не могли пробить кожу, а удары, способные раздробить череп, не действовали на Хайпериона. Имитатор был совершенно прав он должен был быть в какой-то степени неуязвимым. Иначе всё теряло смысл. Линчиватель подумал о Томми. Его друг был бы в восторге, если бы узнал, что в мире есть кто-то с таким же даром, как у него, даже если это злодей. Хайперион не только надирает задницы, но и находится на вершине пищевой цепочки. Немногие могут сравниться с ним в его почти неизвестных способностях. Томми бы обделался от такой новости. Взгляд Таббо быстро упал на его разбитую губу. Он отложил эту мысль на потом. — Почему ты так добр ко мне? — спросил Таббо. Он старался, чтобы его голос не звучал так же неуверенно, как он себя чувствовал. — Мы же должны быть смертельными врагами. Хайпприон некоторое время рассматривал его. — Мы отличаемся друг от друга только методами, — наконец сказал он. Таббо выпрямился. — Если ты посмотришь на наши конечные цели, я готов поспорить, что они не так уж сильно отличаются. Я не мог стоять в стороне и смотреть, как причиняют вред кому-то, кто так похож на меня. Хайперион поднялся на ноги и потянулся. Его костюм был заметно порван, и линчеватель вспомнил, как неприятно было сшивать ткань обратно после драки. Он надеялся, что у Хайпа хороший вкус к рукоделию, потому что оно ему понадобится. — Что ж, — вздохнул злодей. — На сегодня хватит. Тебе нужна помощь, чтобы добраться до дома? — Нет, — ответил Таббо, хотя ему было больно думать о предстоящем долгом пути. — Я буду в порядке. — Хорошо. — Хайперион подошёл к стене здания и снова повернулся лицом к Таббо. Он приложил руку к груди и чуть не поклонился. От этого жеста они оба вздрогнули, и Хайп решил ограничиться вялой улыбкой. — Увидимся позже, здоровяк. Он упал в чернильную тьму переулка внизу, и Таббо потерял его из виду. Линчиватель выбрал гораздо более безопасный и менее драматичный выход - пожарную лестницу. Его возвращение в южную часть города было медленным, но он знал, что насладится сном, который ждал его в квартире. Таббо мимоходом понадеялся, что у Хайпериона есть такая же возможность лечь в тёплую постель, и постарался не представлять лицо своего бывшего напарника, искажённое и изуродованное. В ту ночь, когда он наконец погрузился в сон, его сны были окрашены кровью.