Приговор

На следующее утро в голове у Драко витало столько мыслей, что он не мог оторвать голову от подушки. Внутри него бушевала ненависть — к отцу, матери, к себе, к Пожирателям и тем, кто против них. Но особенно он ненавидел свое нутро, которое, казалось, предало его в самый неподходящий момент. Но оторвать голову от подушки все же пришлось. Он знал, что должен как можно быстрее покинуть поместье, уехать, убежать. Убежать от проблем… Так всегда делали Малфои. И он не был исключением. Собрав свои вещи, он произнес заклинание уменьшения и покинул комнату. Быстрым шагом огибал коридор, где стены помнили каждое его детское слово, каждое мгновение радости и боли. В восточном крыле он встретил мать. Он даже не поднял глаз, но чувствовал ее испуганные взгляды, полные беспокойства. — Дорогой, ты не будешь завтракать? — произнесла она тихим голосом, чуть поворачивая руки, словно пытаясь коснуться его. — С ним? Да ни за что! — шипел парень, увеличивая силу шага, словно каждый его шаг был протестом против всего, что его окружало. — А если он снова придумает меня продать… Или захочет убить, но подстроить мою смерть как несчастный случай?! Я покину замок, он даже не узнает. Не жди от меня письма. На выходных больше не приеду. Скоро экзамены. Да и не хочу я… Возможно буду на каникулах. Наверно… Мать молчала, но в ее глазах читалась печаль и понимание. Она знала, что этот путь был единственным для ее сына, единственным способом избежать той тьмы, которая сгущалась вокруг них. — Я поняла, Драко. Я люблю тебя и всегда жду. Ты это знаешь… — ее голос звучал тихо и нежно, словно хотела обнять его словами, даже если расстояние между ними становилось все больше. Покинув Менор юноша направился в город, а после и на перрон. Затем та же платформа 9¾, которая была заполнена суматохой, как и его собственные мысли. Люди спешили, кто-то смеялся, кто-то кричал, и в этом хаосе он чувствовал себя потерянным. Внезапно его мысли прервала девушка, чуть ниже его роста. Она с радостью накинулась на него, раскидывая «приветики» и целуя в щеки. Ее глаза были взволнованными, но за этим скрывалось нечто большее — тревога, которую она пыталась скрыть. —Драко, как ты, хороший мой? — девушка с интересом заглядывала в серые глаза, буквально поворачивая собеседника к себе. —Панс, успокойся, выглядит неправдоподобно. — с долей холодного раздражения пробурчал объект женского насилия. — Я не маленький для твоих утех. Что за показуха? — Дракоша мой, ну как это не правдоподобно, ты посмотри вокруг, девушки, что от тебя без ума, просто в бешенстве! Снова. — с кокетливой улыбкой она закручивала прядь коротких черных волос и крутила ногой на носке туфель с квадратным носиком. В её глазах читалась победа над соперницами и лёгкая насмешка. Драко не выделялся высоким ростом, 175 было все же вполне приемлемо. Но внешность у него была превосходна. Белые волосы, темные ресницы и брови, серые грозные глаза которые напоминали погоду во времена прихода Волан Де Морта, так и пленили юных дам. Что сказать юношеский возраст, рассвет сил и любви до гроба. Не зря его прозвали слизеринским ледяным принцем. Это прозвище льстило ему; он старался соответствовать этому образу, всегда оставаясь ухоженным и грациозным — точно, как его отец. Конечно после слов Паркинсон захотелось сразу посмотреть на эти злые и разочарованные глаза сокурсниц. Или не только сокурсниц. С едва раздраженной ухмылкой, его глаза стали бегать, заглядывая в чужие. Но тут он врезался в вовсе не ревнующие и рвущие глаза, а напряжённые и злые, с насупившимися густыми темными бровями. Они буквально напоминали глаза пантеры. Аж током прошибло. Это был взгляд Поттера, что облокотился на чемодане скрестив руки и смотрел прям на Драко, явно задавая мысленно вопрос. О если бы он только обладал телепатией, сразу бы послал этого мальчишку, что прибился к ряду его воздыхательниц. — Что Поттер, ревнуешь. — С явной мерзкой, бесящей надменностью произнёс Малфой. —Не мечтай, Малфой, я не пидор в отличии от тебя. — Выпрямившись и опустив руки парень сделал шаг к противнику. По глазам было видно еще одно слово в его сторону, и белоснежная мраморная кожа окраситься в синий с красными подтеками. — Хах, да ты что! Чем докажешь? Я в отличии от тебя своим подружкам не отказываю. — Парень слегка развернулся, взяв напарницу по шоу за подбородок и слегка притянул к себе. Легкое прикосновение губ к губам подруги вызвало шок у всех вокруг. В радиусе двухсот метров все замерли в ожидании. — Ммм… Понятно, вот как. Неправдоподобно как-то. Может вы еще здесь при всех поебетесь? Забавы ради? — запрокинув голову назад, Поттер стал копировать повадки слизеринцев. Его руки уже были в карманах, а тело расслабилось, будто он наслаждался моментом. — Но знаешь, что? Ебать это присуще альфам, а не омежкам. Твое нутро так и говорит: «Трахни меня, сильный Альфач! Моя задница тебя хочет!» — произнес Поттер с насмешкой, изменив голос и рассыпавшись в смехе. — Что ты несешь? С чего ты решил, что я омега? Че больно похож?! — злость плескала за края, застилая все перед глазами, но аристократ привык сдерживать эмоции, для него это не проблема. — Ты давно в зеркальце смотрел? Если же ты бета, то какого хера так со мной разговариваешь? Омеге я бы такое простил, они ведь такие истеричные, вот прям олицетворение тебя, хорек! Че молчишь-то. — Юноша подошел ближе с явной задумкой, в глазах, что-то играло, такое нихуя не доброе. Аргументов было предостаточно, но, черт возьми, если я начну оправдываться, это только подстегнёт подозрения. Пиздец, ненавижу это. В такие моменты хочется просто закричать: «Авада Кедавра!» и покончить с этим безумием. Когда этот ублюдок оказался в шаге от меня, давление стало невыносимым. Казалось, магия, которая долгое время копилась внутри, теперь охватывала всё пространство, отскакивая от стен. Люди вокруг начали чувствовать, что им не по себе — на лицах пробежал ужас. Я ощущал себя загнанным котёнком, готовым броситься к ногам Поттера в поисках защиты. Вдруг за спиной послышались знакомые голоса. Сначала одна рыжая макушка, затем другая — близнецы Уизли. — Эй, не кипятись? Тут же люди! Мы все понимаем, чувак, но не при других же устраивать свои петушиные бои! — прокричал один из них, с ухмылкой наблюдая за накалом страстей. — Ну и заварушка! Гарри, да ты не только Малфоя уделаешь, а весь перрон сейчас. Давай-ка, сдержи свои порывы, самец! — добавил второй близнец, и они дружно захохотали, явно не воспринимая ситуацию всерьёз. — Да уж, не думал, что национальный герой будет пользоваться такими грязными выходками. Даже мне тошно от этого! — произнёс парень, еле сдерживая смятение со страхом и чуть оттягивая зелёный галстук. — Тебе на Слизерин прямая дорога! Поттер лишь прыснул смешком, слегка закатив глаза, как довольный кот, и развернувшись на пятках, ушёл в сторону своих друзей. Близнецы продолжали смеяться, а Грейнджер с силой хлопнула его по плечу и громко возмущалась. Поттер же лишь молчал, будто ничего не произошло. Слава Мерелину, что блокаторы хоть немного подействовали. Безусловно, до первой течки нельзя услышать запах феромонов, но ощутить их телом очень даже запросто. Особенно «радует» тот факт, что частое воздействие феромонов может приблизить этот решающий час. Прибыл поезд, ученики группами стали сбредаться ко входам в вагоны. Длинный локомотив простирался на весь перрон, но очередь была большая, что странно, обычно студенты не уезжают на выходные, за редкими исключениями. Краем глаза опять заметил Поттера, с рыжей Уизилеттой. Как НЕ интересно. Воркуют словно голубки, а ее старший брат так и бросает слегка возмущенные взгляды, на явно отнявшего сердце его прекрасной, невинной сестры (которая к слову перемутила с половиной Хогвартса) лучшего друга. Пфф, Гарри потянула на помладше, не удивительно. Одногодки уже на мне. Все разбрелись по комнатам. Следующие несколько дней прошли более-менее спокойно. Но вот оставлять свой план Драко не собирался, ему выпала страшная миссия: «Убийство Дамблодора». И вот в Хогвартсе исчезает половина оборотного зелья, а вскоре одна когтевранка попадает в Святого Мунго с проклятием которое было в ожерелье. Драко специально выбирал такие способы, он явно был уверен, что Альбус сразу раскусит этот план, все-таки великий волшебник, директор могущественной школы волшебства «Хогвартс», а Малфой просто сможет оправдаться, что ничего не получилось, тянув время. Он не хочет никого убивать, но и убитым быть не хочет. Но когда он узнал о том, что его план не просто провалился, а разбился вдребезг. Его трясло, знобило. Он хотел лишь одного, чтоб эта дура Кэти ничего не вспомнила и вернулась невредимой, и никто ничего не заподозрил. И вот она вернулась. Как только я зашел в главный зал, мне на глаза сразу упал Поттер с Кэти, мило беседующих. Только вот стоило очкарику заметить меня, как сразу гнев охватил его. У меня провалилась земля из-под ног. Поттер знает. Поттер все знает! Нет… Нет-нет-нет, блять, беги куда-нибудь. Вот сейчас, он узнал о проклятии, затем он узнает, что я пожиратель, потом, что я намереваюсь убить Дамблодора, а после упечет меня и мою семью в Азкабан, где меня ждет насилие и верная смерть. Мысли перекрутились, я даже не заметил, как оказался в лестничных пролетах, переходя с одного на другой. Казалось лестницы двигались с такой скоростью, что я вот-вот упаду и разобьюсь как фарфоровая кукла. И мое тело уже оказался на 7 этаже. Подойдя к раковине я взглянул на себя в зеркало, я не видел себя, это был не я. Кто-то другой. По моим щекам полились горячие слезы. Впервые я так сильно боюсь за себя. Что этот Гарри может сделать? Да все что угодно. Из моего горла издался смешок, потом второй, а после истерика, не громкая, я боялся, что Поттер меня обнаружит. — Ну не надо... — раздался из кабинки проникновенный голосок Миртл. — Не надо... Расскажи мне, что тебя мучает... Я тебе помогу... — Никто мне не поможет, — ответил, содрогаясь всем телом, Малфой. — Я не могу этого сделать... не могу... не получается... А если не сделаю поскорее, он сказал, что убьет меня. В голове одно, я должен. Должен убить, своими руками. Конечно это был не первый раз. Тетя не раз учила меня заклятию по уничтожению душ. Наверно она то и натолкнула темного лорда столкнуть меня с Альбусом. Боже куда я влип. Слез становилось все больше. Вода, что окутывала мое лицо уже не помогала. Я слегка поднял глаза на себя еще раз, но в отражении я был не один. Сука снова этот Поттер. Не могу, терять больше нечего, он все узнает. Нет, он уже знает. Палочка инстинктивно оказалась в руках и заклинание вырвалось из моих уст, как последний крик отчаяния. Оно полетело в Поттера, и тот мгновенно среагировал. И вот уже несколько заклинаний отбито. Где-то из кабинок верещит Миртл, а Драко и Гарри столкнулись в жестокой схватке. Каждый удар палочки был наполнен страхом и ненавистью. Заклинания свистели вокруг них, как пули в бою — одно за другим. Драко чувствовал, как его силы истощаются, но он не мог остановиться. Это была не просто драка. Это был бой, не на жизнь, а насмерть. — Круци... — СЕКТУМСЕМПРА! — бешено взмахнув палоч¬кой, взревел с пола Гарри. Небольшой грохот и всплеск воды раздался из-за поворота. Когда Поттер вышел посмотреть, он увидел лежащего в крови Малфоя. Он еле дышал. Его белая рубашка в разрезах, а из них сочилась ярко-красная жидкость. Он тут же почувствовал надобность, обнять, прижать, успокоить. Ему было жаль. Еще больше нагнетала Миртл, что орала об убийстве. Нет Малфой не умрет, он не умер, он еще жив. —Драко, слышишь меня. ДРАКО. ДРАКО ОЧНИСЬ, ТЫ НЕ МОЖЕШЬ. — парень кричал, вопил, он приподнял едва живое тело и обнял. Запах, такой приятный, обволакивающий. Но все бьет набатом, что он сделал. Звук воды, горячей, обжигающей парней. Гарри не понимал, почему ему так больно, страшно, за этого человека. Ему хочется, забрать его, скрыть от всего мира, «зализывать» раны и успокаивать. Отдать все, что у него есть, стоять перед ним на коленях. А ведь пару дней назад, он сам, своими руками готов был уничтожить, в пыль стереть. Раздался хлопок двери. Гарри опустил Малфоя на пол и обернулся, там был Снегг. Пихнув Поттера, он расположился над Драко и начал бормотать заклинания, очерчивая раны, нанесенные «Героем». Дальше все как в тумане, вот Малфой уже на ногах, тяжело тащиться подхваченный профессором. А Гарри остается один на один с ревущей Плаксой Миртл. А точнее сам с собой. *** ВОЙНА*** Все шло своим чередом. Событие за событием. Убийства за убийством. На руках Драко столько крови, что можно было собрать десятки рек. Он убивал, насиловал. Даже в какой-то мере уже привык. Где-то даже приносило удовольствие. Драко ≠ ангел. Драко это мерзкий, внутренне уродливый патологический лжец. — Это уже блядство Блейз. Неужели ты хочешь отъебать этих грязнокровных шлюх, а если у них болячки. Вот тебе и букетик будет. — Выдается из уст светловолосого невинного мальчишки. — Хотя давай эту с зелеными глазами, больно она милая. А этих нахуй, разденем да заавадим. — Ох, Драко, тебе не кажется, что так не стоит поступать с дамами? Все-таки, красивые мордашки, что уж добру пропадать. — Усмехнулся белоснежными зубами парень, с явно контрастирующей кожей. — Ты хочешь ты и еби. — Уже с оскалом произнес юноша. — Спасибо, забери эту суку, мне троих хватит. — совместив волосы трёх девчонок он поднял их вверх будто за заячьи уши, как бы показательно. Конечно Драко выбрал путь трансформации в Альфу, даже с учетом того какие последствия ему грозят. Нежели продать себя бездушным троллям из золота с телефонными проводами куда только хочешь. Только вот ни связи, ни деньги ему не нужны были. Ему хотелось жить, а не существовать. И как только Темный Лорд одержит победу, он сможет стать главным врачом всего магического мира! За то время пока шла подготовка к войне, Малфой конкретно втянулся в колдомедицину. Конечно было сложно изучать, когда по всему миру грохочет судный день, но все же Драко это давалось проще пареной репы. — Соси. — Парень расстегнул ширинку, и достал член из боксеров. — Ну что блять зависла? У девушки на глазах немой страх. Она смотрит такими невинными зелеными глазами, слезы застыли в глазах. Напоминает Поттера. Хотя где тот выблядок, у него в глазах никогда не было страха, только надменность и самоуверенность. В глазах сразу всплыл тот день, из слегка приоткрытых глаз, его сжимало то тело, парню было безумно больно, но спокойно. Его никто не обвинит, не убьет, ничего никому никто не скажет. Была уверенность и спокойствие, рядом с ним. Боль и спокойствие. Тогда в глазах гриффиндорца был неподдельный страх, застывшие слезы, прям как у этой девицы. Поттер девица. Что вообще за мысли об этом черте, который гремит на всю магическую Британию как супергерой, который вот-вот всех спасет. Урод, чуть не угробил меня тогда в туалете, а я о нем. Напыщенный кретин, который думает только о себе, потому что видите-ли ему все дозволено. Он же доминант, да и какой, избранный. Мерзость, все блатом. Родился с золотой ложкой во рту, ему даже ничего не было за это, а я по сей день со шрамами хожу… Юноша слегка стал хихикать, а после положил руку на лоб и запрокинул голову. У девушки не то что страх, она вот-вот умрет без авады. Тихо подползла и начала брать в рот. Блондин слегка испугался и взял ту за волосы, швырнув в стену. — СУКА, ты че, страх потеряла? — сверху вниз, парень окинул девушку хищным взглядом. — Круцио. — парень налегке вымолвил заклинание одними губами и девушку прошибла сильная боль, после она лежала словно труп. — Оставлю тебя на закуску Блейзу. Выйдя из помещения парень крикнув Блейзу про его новую работенку вышел из лавки, по совместительству дома тех поганых грязнокровок, они уже не жильцы, но Малфоя это вовсе не волновало. Когда наследник прибыл в менор, он быстро и незаметно пробрался в своею спальню, плюхнулся на кровать так и уснув. Во сне вспоминался тот день, когда Драко Малфой вернулся домой на каникулы. Первые два дня он не выходил из своей комнаты, погруженный в свои мысли и страхи. Но когда Люциус, его отец, наконец вернулся, все изменилось. Драко был буквально вышвырнут из своей уединенной крепости в большой зал, где собрались все — даже тот, чье имя нельзя было произносить. — Темный Лорд, Драко Люциус Малфой, к вашим услугам, — произнес он с легким поклоном, стараясь скрыть внутренний трепет. В этот момент он казался белой вороной среди хищных птиц — таким чистым, таким маленьким. Само целомудрие и невинность. —Здравствуй, мальчик мой, подойди — когтистой рукой подозвал его человек, чья кожа напоминала утопленника с присутствием сифилиса. Проглотив ком в горле, Драко сделал шаг вперед. Он чувствовал, как сердце колотится в груди, а воздух вокруг становится тяжелым и зловещим. — Ты же понимаешь, что не сможешь закончить школу. — произнес тот, кого все боялись, и кто восседал на высоком троне, словно король перед своими слугами. Его голос был тихим, но в нем слышалась угроза, словно он надрывал его до последнего вздоха. — Твой знак, твоя кровь. Она должна служить, обязательства не ждут, Драко! Ну, чтож, у меня для тебя есть задание!.. Убей ДАМБЛОДОРА. Я знаю ты способный малый. Юноша кратко кивнул, положив согнутую правую руку на живот. Эти слова повисли в воздухе, словно тень над его будущим. Драко замер, осознавая всю тяжесть своего положения. Убийство — это не просто задание. Это была судьба, от которой не убежать. Внутри него разразилась буря эмоций: страх, гнев и непонимание смешались в единое целое. — Свободен. Как только Драко попытался покинуть помещение с намерением вернуться в свою комнату, его резко схватил за локоть Люциус и, не дожидаясь возражений, повел в сторону выхода. Парень оставался абсолютно спокойным, молчал и послушно следовал за отцом. Спустя некоторое время их вбросили в кабинет Малфоя старшего. В помещении находился мужчина лет шестидесяти, облаченный в белый халат. Он держал в руках склянку и, погруженный в свои мысли, изучал карточку. — Как я понимаю, это Драко? Здравствуйте, — произнес он, слегка приподняв взгляд и поправив очки. — Мне сказали, что вы хотите совершить переход из Омеги в Альфу? Верно? — Да, — кратко ответил Драко, чувствуя, как внутри него нарастает напряжение. — Хорошо, — продолжил врач, его голос стал более серьезным. — Но вы должны знать: то, что заложено природой, никогда не должно быть оспорено. Мы нарушаем это правило на свой страх и риск. И за это есть последствия. Одно из них — вы можете просто не выжить. Он сделал паузу, давая Драко время осознать серьезность своих слов. — Сначала все будет хорошо. Переход длится пять лет. Если бы вы были рецессивным омегой, у вас было бы больше шансов на успех, но увы... Ваш организм намного более уязвим. Каждый раз вы будете испытывать сильные боли, которые будут нарастать с течением времени. Врач вздохнул и продолжил: — Хотя мы говорим о переходе в альфу, это все же отличается от обычного процесса. Вы не будете иметь запаха, не сможете иметь детей, а ваши феромоны будут настолько слабыми, что едва ли смогут воздействовать на троих Бет. Но даже в этом случае — лучше, чем ничего. По анализам вы будете Альфой! Однако учтите: если вы решите прекратить терапию на середине пути, обратно вернуться уже не получиться. Вы останетесь в том состоянии, к которому пришли во время терапии. Он посмотрел на Драко с сочувствием: — Уже через три года вы не сможете ни выносить ребенка, ни оплодотворять. Но если вы все же решите остановиться раньше, через год после прекращения терапии вы будете находиться в большом риске, если забеременеете. Мужчина замолчал, давая юноше время обдумать свои слова. В воздухе витала напряженная тишина, наполненная тяжелыми мыслями о будущем и последствиях выбора. — Нет, даже так. Я не правильно выразился. Скорее, после начала приема препаратов, вы просто никогда не сможете иметь детей. НЕ хочу вешать на вас пустую надежду. Вы никогда не сможете иметь детей… Вы никогда не сможете иметь детей… ВЫ НИКОГДА НЕ СМОЖЕТЕ ИМЕТЬ ДЕТЕЙ. Драко очнулся в холодном поту, вся его одежда была мокрой, по щекам стекла пара слез, появилась отдышка как после бега.