Земля — колыбель человечества

День 62 после конца Утро началось с двух голосов — рация пела "Дорожное радио", телефон тихо гудел рядом, крутя старый трек про дождь. Я зарядил его вчера до 20%, крутя динамо-машину, пока руки не отвалились. Температура в доме держалась на +3°C, свет ламп пробивался через занавеску, пушка гудела. Ферма с картошкой стояла у стены — земля влажная, ростков нет. Спал на кровати из кресел и досок, на кучке тряпок и газет — спина ныла меньше, чем на полу. Но музыка из прошлого не давала покоя — а вдруг кто-то живой крутит её? Решил подняться на улицу, поймать сигнал для рации и телефона. Надо знать, один я или нет. Достал тетрадь, написал: "День 62. Поднимусь наверх, попробую поймать сигнал. Ищу выживших." Сунул её в рюкзак и собрался. Надел противогаз — фильтр вонял ржавчиной, но дышать можно. Взял рюкзак: рация, телефон, динамо-машина, фонарик, лом, бутылка воды из тоннеля. Проверил счётчик Гейгера — внутри станции 270 микрозивертов, терпимо. Открыл гермодверь у входа — сталь скрипнула, но подалась. Снаружи — серая мгла, снег по щиколотку, ветер гнал пепел. Счётчик запищал — 850 микрозивертов. Меньше, чем в первые дни, но час-два — и доза наберётся. Надо быстро. Шёл к ближайшему дому — пятиэтажка, полуразрушенная, торчала в ста метрах от станции. Остатки стен, выбитые окна, крыша обвалилась. Поднялся по лестнице — ступени трещали, перила шатались. На четвёртом этаже нашёл выход на крышу — дыра в потолке, заваленная хламом. Ломом раскидал бетон, выбрался наверх. Вид сверху — мёртвый мир. Люберцы — пустыня из руин, серый снег покрывал всё, вдали торчали остовы домов. Небо — серая пелена, ни солнца, ни звёзд. Счётчик показывал 900 микрозивертов — выше, чем внизу, но терпимо. Достал рацию, крутанул динамо — батарейки живые. Покрутил ручку настройки — треск, шипение, обрывки музыки. "Дорожное радио" пропало — только помехи. И вдруг — звук: "ти-та, ти-та, та-а, та-а". Короткие резкие сигналы, длинные тягучие — азбука Морзе. Сердце заколотилось — это не шум, не случайность. Слушал минуту — "ти-та, та-а, ти-та" повторялось, чётко, сквозь треск. Это не автомат — кто-то сигналит. Взял телефон — заряд 15%, сеть не ловит. Поднял повыше, покрутил в руках — полоска мигнула, одна чёрточка, слабая, но живая. Открыл браузер — загрузка пошла, еле-еле, через помехи. Попал на какой-то старый сервер — файлы, книги, хрен знает откуда. Скачал первое, что попалось: "Всё о садоводстве" — pdf, 12 мегабайт, для картошки пригодится. Сигнал держался, успел схватить ещё — "Справочник по выживанию", 8 мегабайт, советы по радиации и еде. Заряд упал до 10%, связь пропала. Азбуки Морзе на телефоне не было — только рация её ловила. Надо записать Морзе. Сел на край крыши, достал тетрадь, карандаш дрожал в пальцах. Крутил рацию, ловил — сигнал то пропадал, то возвращался. Звук шёл рывками: "ти-та" — точка, "та-а" — тире. Написал первые куски: ". . - - . . - -". Это начало чего-то — слова, кода? Ветер усиливался, счётчик пищал — 920 микрозивертов. Слушал ещё, записал: ". . - - . . - - / . . - . / . - . -". Что это? Вызов? Место? Число? Не знаю — азбуку Морзе учил в школе, но помню только азы. Время уходило — час на улице, и радиация начнёт жрать. Сложил рацию, телефон и тетрадь в рюкзак, спустился вниз. Лестница скрипела, ноги дрожали — ботинки промокли, температура снаружи -30°C. Вернулся на станцию, закрыл гермодверь. Счётчик внутри — 280 микрозивертов. Снял противогаз, выдохнул — живой. Сел в доме, достал рацию и телефон. Крутанул динамо — зарядил батарейки рации, телефон довёл до 13%. Рация внутри ловила только треск и музыку — сигнал Морзе пропал. Открыл тетрадь, переписал чище: ". . - - . . - - / . . - . / . - . -". Это не случайность — слишком чётко, слишком живо. Кто-то стучит? Или старая запись крутится где-то в пустоте? В голове крутилось — люди? Машина? Ничего не ясно — надо больше записей, надо вспомнить код. На телефоне открыл книги — "Всё о садоводстве" грузилось медленно, но открылось: советы по картошке, свету, почве. "Справочник по выживанию" — про воду, радиацию, укрытия. Это удача — пригодится. Станция жила своей жизнью: свет, тепло +3°C, ферма с картошкой, вода из тоннеля. Рация молчала, телефон пел старую песню — музыка с "Дорожного радио" вернулась, но теперь казалась пустой. Что это было — "ти-та, та-а"? Люди? Призраки? Достал тетрадь, дописал: "День 62. Поднялся на крышу, поймал Морзе на рации — точки и тире. На телефоне скачал книги — садоводство и выживание. Не понимаю сигнал, начну расшифровывать. Ищу выживших." Сунул её в рюкзак. Завтра попробую поймать ещё и разобраться с этими звуками.