В активном поиске

— Энни! Энни! Не смей нас тут бросать! — Простите… — лицо девушки, действительно, выглядит виноватым. — Мы… мы не сможем ничего сделать. — Ну что ты такое говоришь, Энни?! — возмутился Армин, потрясённо глядя на свою подругу. — Мы сейчас придумаем что-нибудь… — Нет, Армин, мы не придумаем. «Клубок» сожмётся и раздавит их. Выпьет всё, что из них вытечет. Я не первый раз это вижу. В прошлый раз — много чего перепробовала, но всё без толку. Нам лучше уходить, пока собаки не вернулись. — Ты правда вот так нас бросишь?! — яростно, до боли вцепившись в клетку из толстой лозы, вопросила Хитч, не сводя взгляда с обладательницы этого чёртова шнобеля. — Правда вот так оставишь, Энни?! Энни не смотрела ей в глаза, стыдливо отводя взгляд. — Ты знала! Знала, чем всё обернётся! — продолжала Хитч. — Поэтому в этот раз пошёл не Армин! Ты знала, что оно сожмётся и выпустит артефакт! Что мы здесь окажемся! — Энни?.. — Армин потрясённо и вопросительно уставился на свою подругу. — Неправда! — резко тряхнула головой Энни, пусть и не очень убедительно, а точнее — очень неубедительно. — Просто так получилось… И теперь мы ничего не можем сделать… Хитч смотрела на неё со злобой и ненавистью, а Энни — не смотрела на неё. — Армин, нам надо уходить, — обеспокоенность Энни была понятна и обусловлена многоголосым лаем из центра города. — Но мы не можем вот так… — Можем, Армин! — Энни жёстко схватила парня за плечи и потрясла. — Мы должны выжить! Если мы все вместе здесь умрём, никому не будет лучше! Понимаешь?! Шокированный, светловолосый парень не знал, что ответить, лишь беспомощно и виновато обернулся к запертым в страшной ловушке друзьям. — Энни, смотри на меня!!! — во всю мощь лёгких заорала Хитч, яростно тряся свою «клетку». Но та даже не подрагивала. Энни не посмотрела. Белобрысая парочка ушла, оставив другую парочку в клетке из лозы. Спустя пару месяцев они добрались аж сюда, до легендарного Чернобыля, на пути к нему узрев на горизонте громаду легендарной «Дуги», или «Русского Дятла». Опытные сталкеры с хорошим снаряжением, не боявшиеся столь глубоких рейдов, сплочённая команда из четырёх человек, двух влюблённых парочек. Всё же, видимо, есть вещи ценнее дружбы — например, весьма дорогой артефакт, который можно было добыть, только принеся кого-то в жертву коварной аномалии. Ладно Марло, но она-то?! Почему? Почему она позволила себе эту слабость — доверие? С тех самых пор, как её мать оставила семью, найдя мужчину посолидней и побогаче, Хитч раз и навсегда утратила веру в людей. Бескорыстие, самоотверженность, забота о ком-то, кроме себя… всё это о чём?.. Каждый вокруг преследовал свои интересы и был готов ради них оставить того, кому клялся в искренней крепкой дружбе и любви. Кроме Марло, разве что. Он взаправду не думал о своих интересах. Совершенно искренне, по-серьёзному, являлся тем дурачком, который думает в первую очередь о других, а о себе — по остаточному принципу. Видать, этой своей искренностью он и зацепил её тогда, и хоть бы она никогда в том не призналась — восхитил. Да, болван, даже болванище. Но столь чистого душой человека ей, видимо, было больше нигде не сыскать. И вот она позволила себе то, чего не позволяла никогда — довериться кому-то другому, кроме Марло. Впустить в свою жизнь ещё одного человека, посчитать его своим другом. Перестать ждать подлянки с его стороны. И вот чем это обернулось… Зона вправду не прощала ошибок. Мимо «Клубка», аномальной клетки из крепчайшей лозы, пронеслась стая собак. Поведя носами в сторону аномалии и заключённых в ней людей, они помчали дальше — нагонять доступную добычу. Звери не дураки, чтобы лезть в аномалии и пытаться отнять то, что принадлежит им. Клетка лозы понемногу сужалась, потрескивая. Тут и там из-под внешней твёрдой оболочки высовывались маленькие усики, которые, вероятно, и примутся высасывать из жертв аномалии все соки, как только лоза безжалостно сожмёт и раздавит их. Однако, Марло был спокоен. Как ему всегда удавалось?.. Хитч без сил осела на землю. С угрожающим треском клетка сжалась ещё. — Знаешь, Марло… — Хитч вдруг усмехнулась. — Ну да, как ты и говорил — полёгшие ни за что бедолаги, хах… — Хитч… — во взгляде и голосе Фройденберга промелькнуло беспокойство — но, как и всегда, не за себя. Уж такой он был, что о себе никогда не побеспокоится… — Марло, я правда рада, что встретила тебя, — решительно взглянула на него девушка, стараясь не обращать внимания на треск сжимающейся клетки. — И хоть эта Энни — та ещё сука… я благодарна, что она подтолкнула нас друг к другу. Привстав, Хитч переместилась к Марло, садясь прямо перед ним. — Ты был прав — так всё и кончится, глупо и бесславно. Но зато… зато мы будем вместе. Устроившись прямо у него на коленях и нежно заглядывая в глаза любимому, Хитч затем прикрыла глаза и подалась вперёд, сливаясь с ним в поцелуе. Клетка трещала и сжималась вокруг двоих людей, ставших единым целым вопреки всему этому жестокому миру с его болью и смертью.