Тут и Там

      Руслан       Почти полночь. Подъезжаю ко двору.       – А мы разве не в парк? – говорит тихо и как-то нечетко.       – Уже не успеем. Это мой двор. Сейчас все повысыпают на улицу. Пусть запускают, а мы посмотрим. С друзьями тебя познакомлю, только ты не пугайся, они не буйные. Ну, может, слегка. А потом в парк. Там еще всю ночь бахать будет.       Вжалась в сиденье, смотрит настороженно.       – Ты чего, стесняешься, что ли?       – Немного, – отводит взгляд. Беру за руку.       – Не боись, я тебя в обиду не дам, – открываю дверцу, – мы ненадолго.       Смотрит в небо своими синими, сейчас почти черными, а на лице и волосах разноцветные всполохи. То есть на половине лица, потому что почти до носа Яна закуталась в шарф. Совсем замерзла. Пора уходить. Тяну ее за руку, подходим к парням, хорошо, что Миха со своим уже ушел.       – О, подошел-таки. Ну давай, представляй свою «нимфу».       Яна бросает на меня удивленный взгляд.       – Забей, этот всегда херню несет, – показываю на Влада.       – Этот, это – Владислав.       – Яна, – неуверенно протягивает руку.       – Крепкое рукопожатие, молодца.       – А это – Жека, он только с виду на упыря похож, а так нормальный.       Жека бросает на мою девушку странный взгляд, но руку подает. Что еще за выкрутасы, Лысый? Ладно, я с тобой потом потолкую.       – Ну, мы отчаливаем, – махнув рукой браткам, тащу околевшую девушку за собой.       Снова заворожена небесными огнями. А я ею. Встаю перед Яной, заслоняя собой ночное небо. Приспускаю шарф и наклоняюсь. Не отстраняется, ждет. Едва касаюсь губами согретых кашемиром губ. Подается вперед. Мысленно улыбаюсь: этого сигнала я и ждал. Соприкосновение языков выбивает искры в голове, а через секунду я нащупываю что-то странное, гладкое и прохладное. Пирсинг? Так вот откуда эта едва заметная шепелявость. Так еще интереснее.        Мотор работает в холостую уже минут десять, но мне не хочется ее отпускать. О!       – Я ж про подарок забыл, – лезу в бардачок за коробочкой, протягиваю Яне. – Позже откроешь.       – Спасибо, – опустила глаза, – а я дома оставила. Подожди, я сбегаю, – открывает дверцу.       – Я с тобой поднимусь, мало ли что, – говорю так, но на самом деле просто хочу проводить до самой квартиры. Неуверенно кивает и выходит. Поднимаемся, Яна собирает руками длинную черную юбку, чтоб не споткнуться. Третий этаж. Дверь справа. Запомнил. Достает ключи и… Да не. Не. Что за? Какого хуя? Набираю в легкие воздух, потому что кажется, словно его кто-то пылесосом откачал.       – Смурф? – застывает, не успев повернуть ключ. На меня не смотрит. – Или правильнее Смурфетка? – ни звука. – Бля, ахуеть, ты… – провожу рукой по лицу в попытке стереть наваждение. – Заходи!       Вздрагивает, но с места не сдвигается.       – Я сказал: открой эту ёбаную дверь и зайди в эту ёбаную квартиру!       Дрожащими руками поворачивает ключ, на котором болтается подаренный мной брелок, резко тянет за ручку и залетает в квартиру. Подхожу к уже захлопнувшейся двери:       Яна       – И чтоб я тебя больше не видел, не хочу оставить друга без брата!       Слышу тяжелое дыхание за дверью, а потом удаляющиеся шаги. Ноги подкашиваются, и я сползаю на пол. Проклятые каблуки! И как Слава на них ходит?! Глаза жжет. Тяну за край накладных ресниц, отклеивая их. Потом одну за другой подцепляю подушечками пальцев цветные контактные линзы. Но и родные, карие, все равно горят. Хочется плакать, и я плачу. Демьян не может себе этого позволить, зато может Яна.