And the snakes start to sing

      — Спасибо, — Тео быстро подобрал палочку, оборачиваясь к Гермионе. Изменения в её внешности не ускользнули от его взгляда. — Грейнджер, ты...       — Знаю. Но по-другому никак. — Оглушительный хлопок над головой заставил их пригнуться и прижаться ближе к стене.       Быстро оценивая обстановку, девушка прокладывала путь к эпицентру сражения. Наспех схватив палочку Нотта, она полоснула ткань платья чуть выше колена, надрезая и дорывая его руками — укорачивая.       — Ты ещё годен для боя? — Тео кивнул, забирая палочку назад.       — Тогда вперёд.       Гермиона метнула заклинание в ближайшего Пожирателя, дезориентируя его на мгновение, и они с Тео рванули вперёд — сквозь хаос боя. Заклинания не смолкали, свистя вокруг, заставляя пригибаться и уклоняться. Они видели, как рядом падали тела авроров, но не останавливались — сейчас их главная цель была помочь друзьям.       Добравшись до сцены, они заметили вспышки заклинаний. Оказавшиеся в ловушке товарищи отбивались от окруживших их Пожирателей смерти. Когда один падал замертво, на его месте тут же появлялся другой. Круг казался бесконечным. Лица были измазаны грязью и кровью, в глазах горел огонь, рубашки местами порваны и пропитаны кровью. Гермиона и Тео рванули к ним, но путь им мгновенно перегородили. Пятеро Пожирателей во главе с МакНейром образовали живую стену, отрезавшую их от друзей.       — Ну привет, дрянь.       — Тебе и прошлого раза было мало, МакНейр?       Жёсткий взгляд чёрных глаз впился в шрам, пересекающий всё лицо Пожирателя. Тот лишь оскалился, обнажая гнилые зубы.       — Я отвлеку их, а ты проберись к Блейзу и приведи его сюда, — Тео шагнул вперёд, заслоняя девушку и поднимая палочку. Она отстранила его за плечо, потянув назад.       — Рокировка, Тео. Я отвлекаю, ты помогаешь, — она размяла руки. — С ним у меня свои счёты.       Нотт собирался возразить, но безумный блеск в глазах гриффиндорки заставил его замолчать. Он вновь кивнул, отступил и по малому обходному пути двинулся к друзьям. Один из Пожирателей рванулся за ним, но тут же повис в воздухе, скованный тёмными путами, вытянувшимися из рук Гермионы.       — Какая дерзость — недооценивать меня...       Гермиона безумно улыбнулась, бросая испепеляющий взгляд на МакНейра. Она вспомнила, как тот корчился на полу в поместье Долохова после её атаки. Ещё несколько пут вырвались из её пальцев, связывая остальных троих и унося их куда-то под потолок. МакНейр усмехнулся, вытаскивая из-за пояса кинжал.       — Посмотрим, как ты справишься сегодня, когда у тебя нет ни палочки, ни кинжала, ни, тем более, твоего дорогого Предателя.       Гермиона метнулась вбок, уклоняясь от удара МакНейра. Он снова ударил — и снова промахнулся. Бросил оглушающее — оно рассыпалось о её встречное заклинание. Девушка схватила с пола нож и сделала выпад. Лязг встретившегося металла оглушил. Гермиона вцепилась в его правое плечо, в том месте, где он держал палочку. Мгновение — и он закричал, чувствуя, как кожаная мантия пригорает к коже, въедаясь. Краем глаза она заметила, как в сторону Тео, что уже почти прорвался к центру круга, летит «Авада Кедавра». Оттолкнув МакНейра, она метнула в него щит, а с кончиков пальцев сорвалось собственное убийственное проклятие.       МакНейр воспользовался моментом её отвлечения и сбил Гермиону «Экспеллиармусом», выбив из рук нож. Она схватила первый попавшийся под руку предмет — ножку от сломанного стола — и успела блокировать очередной удар. МакНейр не зря был палачом: превозмогая боль, он надавил на оружие, не давая ей подняться, и занёс кинжал для нового удара. Гермиона не успела среагировать — вскрикнула, чувствуя, как по боку расползается липкое, горячее пятно.       — Конец тебе, сука!       — Сдохнешь только ты...       Из дерева в её руках начал подниматься дым. МакНейр попытался отдёрнуть руку — безуспешно. Из-под пальцев Гермионы, словно стая муравьёв, расползался огонь, перепрыгивая на одежду Пожирателя и охватывая его целиком. Он истошно закричал, плавясь в этом адском пламени, пытаясь сбить его, но только усугублял — разрывая волдыри, покрывавшие кожу. Гермиона не прекращала заклинание, с упоением наблюдая, как некогда важная шавка Лорда умирает в агонии.       Пытка продолжалась до тех пор, пока из глаз гриффиндорки не хлынули ставшие уже привычными кровавые слёзы, а Уолден МакНейр не рассыпался пеплом — прямо на неё.