Тот, кто владеет Зверем

Дженсен  Прошла неделя с того дня, как Дженсен согласился забыть о Джареде. Сказать было легко, а вот сделать – куда сложнее. Он пытался, правда пытался, но почти всё напоминало о нём. Телефон, Eclipse, Obsidian, даже его собственный дом теперь казался пустым, будто у него отняли что-то неуловимо важное. Это было странно, ведь у них с Джаредом не было ни тёплых воспоминаний, ни проведённого вместе времени, но, несмотря на это, он стал чем-то значимым в жизни Дженсена. К тому же появился новый сотрудник техподдержки, который явно пытался его склеить. Высокий, накачанный, ухоженный – всё как надо, но чего-то не хватало. Дженсен пытался отрицать, что причина в том, что он не был Джаредом. Тому и стараться не надо было, чтобы зацепить его. И после этой мысли он наконец решил: если не получается забыть Зверя, значит, его нужно заменить. А этот парень – лучший кандидат. После работы Дженсен подошёл к его столу и мельком взглянул на бейджик, чтобы хотя бы запомнить имя. — Скотт, ты сегодня свободен? — Ну да, а вы имеете что предложить, мистер Эклз? – двусмысленно улыбнулся тот, облизнув губы. — Просто Дженсен. Мы же уже не на работе. И да, имею – не хочешь посмотреть фильм у меня? Скотт хищно улыбнулся. — Почему бы и нет. Сейчас едем или позже подъехать? Дженсен на мгновение замешкался. Скотт пытался выглядеть сильным и опасным, но выглядело это неестественно. В отличие от Джареда – у него вся эта хищность была в крови. Осознав, что опять о нём думает, он быстро выкинул ненужные мысли из головы. — Сейчас. Вскоре они уже были в пентхаусе. Дженсен отвёл Скотта в гостиную, а сам отправился на кухню, где тут же столкнулся с колючим взглядом Маккензи. Она явно была недовольна тем, что в доме не Джаред. Дженсен предпочёл её проигнорировать, взял снеки и вернулся к гостю. Они смотрели фильм, но напряжение висело в воздухе. Дженсен ощущал каждое прикосновение Скотта, каждую попытку сократить дистанцию. Он понимал, чего тот хочет. Но сам не хотел ничего. Раньше стоило ему только подумать о Джареде, как желание накатывало волной. А теперь он сидел рядом с мужчиной, который сам проявлял инициативу, и… ничего. Совсем. Единственное, что он ощущал, – будто предаёт самого себя. И тут голос Скотта прорезал тишину. — Будешь извиваться или сразу примешь то, что тебя сейчас будут трахать? Дженсен резко отстранился. Сказано это было слишком спокойно, как будто это что-то совершенно обыденное. И прежде чем он успел что-то ответить, Скотт схватил его за запястье, сжал до боли и посмотрел на него с нескрываемым презрением. — Без денег ты никто. Если я сейчас сломаю тебе нос, ты даже не сможешь ответить – боишься, да? И он действительно боялся. Его ударили, и он инстинктивно схватился за губу, ощущая вкус крови. В этот момент он понял главное отличие между Скоттом и Джаредом. Как бы тот ни злился, он никогда не поднял бы на него руку. Боковым зрением он увидел Маккензи. Она застыла в дверях кухни, её лицо было бледным, а глаза широко распахнуты от страха. В следующий миг она бросилась прочь. А потом последовал ещё один удар. Джаред  Ровно неделя прошла с того дня, как Дженсен согласился забыть его. И от этого становилось только хуже. Почему всегда, когда Дженсен делал не то, что хотел Джаред, его это раздражало? Почему в этот раз он вдруг согласился? Всё вернулось в привычное русло – тренировки, бои, вечера в клубах. Только теперь он дрался чаще, а удары стали жестче, свирепее. Каждый вокруг заметил – Зверь стал ещё опаснее. Но этого было мало. Он пил. Всё больше. Всё чаще. Он пытался заглушить тот чёртов образ, но алкоголь только усиливал злость. Сегодня не стало исключением. Джаред сидел у барной стойки, вяло следя за очередным боем в клетке. Кто-то делал ставки, кто-то орал, но ему было плевать. Он пил. Резкий звонок телефона пронзил голову. На экране высветилось до боли знакомое имя. Он без раздумий поднял трубку. — Что из слов «забудь мой номер» тебе не ясно, Эклз? – пьяно пробормотал он. Но в ответ услышал не его голос. Всхлипы. Испуганный, дрожащий голос Маккензи. — Джей, помоги… К брату пришёл парень, он… он… Джей, я боюсь. В тот же миг он протрезвел. Отставив бокал, он зарычал в трубку: — Уже еду. Он мчался, давя газ в пол. С каждой секундой злость только нарастала. Он врывается в пентхаус, и картина перед ним заставляет его потерять контроль. Какой-то парень нависает над Дженсеном. У того разбита губа, бровь, а в глазах – страх. Всё в нём кричало убить. Он рванул вперёд, схватил Скотта за воротник, стянул с Дженсена и резко развернул к себе. — Ты что, ублюдок, страх потерял или бессмертным заделался? Прежде чем тот успел что-то сказать, Джаред нанёс удар. Скотт пытался сопротивляться, но против Зверя у него не было ни единого шанса. Алкоголь только усиливал агрессию, делал Джареда яростнее, быстрее, беспощаднее. Удары сыпались один за другим. Скотт пытался закрыться, увернуться, вжаться в пол, но это было бесполезно. — Хватит! Хватит! – захрипел он. Джареду стоило невероятных усилий остановиться. Он резко схватил его за грудки и прошипел: — Ещё раз я, сука, тебя рядом с ним увижу – тебя вынесут вперёд ногами. Скотт понял – это не угроза. Это приговор. Он, весь в крови, бросился к выходу и исчез за дверью. В пентхаусе повисла тяжёлая тишина. Джаред тяжело дышал, чувствуя, как отголоски ярости всё ещё вибрируют в его теле. Только теперь он поднял глаза и огляделся. Дженсен сидел на диване. Разбитый, побитый. Но в его взгляде мелькнуло нечто странное – не просто благодарность. Что-то большее. А в углу комнаты стояла заплаканная Маккензи, прижимая руки к груди.