Предложение

      Жарко. Удушающе влажно. Места нет. Не пошевелиться. Как?! Руки обездвижены, вокруг что-то мягкое, удушающее, везде. Воздуха так мало. Свежая струйка тянется откуда-то сверху… Я задохнусь? Нет. Нельзя. Я умру вот так? Как вырваться? Нет выхода, кокон вокруг не рвётся. Руки не слушаются. Голос отказал мне. Не могу кричать. Нет. Воздух… Сердце бешено бьётся. Слабость. Беспомощность. Нет. Нет…       – Вай! Проснись! Ты в одеяле запуталась.       Вай дёрнулась, садясь в постели. Страх ещё окутывал её, а сердце отбивало 200 ударов в минуту, охваченное животным страхом смерти. Всё тело покрылось липким, создающим духоту потом. Лёгкий ветерок от окна успокоил напуганное тело, свежая струя омывала рельефные плечи и торс. Когда паника отступила, почувствовались нежные руки на плечах. Стоило поднять взгляд, как сапфировые в свете луны глаза попросили ответ на беззвучный вопрос.       – Всё хорошо, Кейт. Я не знаю, может это от духоты.       – Ты напугала меня, – стройная красотка улыбнулась одной из своих озорных, но чуть неуверенных улыбок. – Один раз я ушла на приём, а застаю тебя вот так.       У Киромманов было много обязанностей, много связей и ещё больше приличий, которые приходилось соблюдать. Кейт уклонялась от многих светских мероприятий, но некоторые пропустить нельзя. Этим вечером Пилтоверский совет устраивал ежегодный приём, на который нельзя было не прийти. Поскольку планировался званый ужин, форму пришлось повесить на крючок. Бежевое приталенное платье отлично скрывало её естественную худобу и подчёркивало достоинства подкаченной фигуры. Когда сердце окончательно успокоилось, Вай споткнулась глазами об удивительный образ своей любимой.       Девушка сидела, сомкнув ноги вместе на краю кровати, лунный свет обрамлял её фигуру, подчёркивая длинные руки, изящные кисти и тонкую талию. Куртка миротворцев, небрежно накинутая на плечи, показывала силу этой хрупкой красоты, а тёмные волосы, сложно собранные в прическу, невольно напоминали женщину с портрета в её генеральском кабинете. Похоже, восхищение в глазах наконец-то проломилось через полумрак спальни.       – Вай?       – Прости, я… Ты очень красивая, Кейт.       – Ты говоришь мне это с первого дня нашего знакомства, – добродушно ухмыльнувшись, она наклонилась, поцеловав щёку. – Ложись, я переоденусь и приду.       Кейт уже собиралась подниматься, но робкое прикосновение к руке заставило повернуться обратно.       – Знаешь, я каждый раз удивляюсь, что ты выбрала меня, особенно когда вижу тебя такой.       – Какой?       – Шикарной. Ты же настоящая богатенькая засранка, кексик.       – От заунской грубиянки я это слышать не желаю, – ещё раз успокоив девушку поглаживанием кожи на шее, она поднялась, направляясь к своей огромной ванне. – Опять будешь приставать ко мне в ванной – отправлю охранять пилтоверский музей.       – Напугала, – напоследок обменявшись улыбками, девушки разделились. Упав на кровать, Вай поняла, что время пришло. Пора покупать кольцо. Только как всё обставить? Она же просила подготовиться. – Начнём с чего попроще.       "Что попроще" заключалось в небольших халтурах на родине. Заун на фоне сияющего Пилтовера смотрелся клоакой, но денег там было не меньше. От шахтёрских подработок на древних и опасных шахтах до старого доброго рэкета, миротворцу открыто совсем мало дорог, но при должной смекалке денег там тоже немало. Уличив выходной, боксёрша пошла к себе, в бойцовские ямы. Владелец и по совместительству распределитель чуть не описался от счастья, видя своего самого прибыльного бойца.       – Твою мать, королева ямы. Попёрли с миротворцев всё-таки?       – Пошёл ты! – он был жирным и достаточно мерзким гадёнышем, но где-то внутри ещё жил боец, который любил своих. – Дело есть, – совершенно очаровательно пошевелив бровями, Вай присела на барный стул, дожидаясь пока хозяин взгромоздится рядом. – Хочу подзаработать, предложишь что-нибудь?       – А Генеральша Пилтовера не разнесёт потом мой маленький бизнес? Ты же знаешь, она шкуры не жалует, – волшебным образом под их руками оказалось по стакану.       – А я и не крышевать тебя пришла. Устав бои не запрещает.       – Соскучилась по набитому лицу? Ты же завязала?       – Пилтовер не шибко щедрый, зарплатка так себе. Один-два боя, не больше, накоплю и сваливаю. Сделай из этого шоу. Ты же умеешь? – мужчина задумчиво повертел стакан с виски, обдумывая предложение.       – Я буду лохом, если откажусь… Только… давай так. Если Пилтовер хоть на секунду появится на горизонте, я всё сворачиваю. Ты же знаешь о моих… подработках?       – Все в Зауне в курсе, поверь, пилтошкам насрать. Весь корпус миротворцев нариков и мутантов душит. Нам вообще не до того.       – Нам. Прижилась моя девочка наверху. Даже пить бросила, – они вдвоём улыбнулись, смотря на нетронутый стеклянный стакан с виски. – Приходи на неделе, обсудим гонорар.       – Окей. Я в деле, – разговор закруглился, Вай поднялась на ноги, разворачиваясь на месте к выходу и засовывая руки в карманы. – Только давай без приколов, у меня выходной в четверг и субботу, – посмотрев через плечо, она задиристо улыбнулась.       – Ты мне ещё условия ставить будешь? – мужчина совершенно не обиделся на небольшую наглость. Он скучал по этому. Девушка улыбнулась ещё шире.       – Условия? Откисни, я ещё даже цену не назвала. Разразишься.       – Вали уже! Мне посчитать всё надо.       – Иду. Иду.       Молодой парень, работавший сегодня уборщиком и барменом одновременно, не мог переварить удивление, наблюдая, как его мерзкий хозяин светится добродушием рядом с настолько наглой девицей. За год он натренировал глаз: спортивная лёгкость её шага и мнимая расслабленность могли обмануть новичков, но все, кто имел хоть каплю опыта, чувствовали опасность от беззаботной девицы. Возможно, он станет свидетелем легендарного события.       Кейтлин, разумеется, знать о подработках было не нужно, так что Вай повернула в логово опустошителей. В деревне царила деловитая возня. Народ мастерил приблуды, собирал инструменты на продажу, тренировался в полетах и просто разговаривал. Экко видно не было.       – Эй, парень! – щуплый паренёк лет пятнадцати застыл вместе с коробкой, которую нёс. – Не видел Экко? – мальчишка наконец узнал девушку и расплылся в улыбке.       – На верхушке, гидропонику собирает.       – Гидропонику? Ладно, спасибо.       Отпустив паренька, она неспешно начала подниматься по ступенькам наверх. Через пять минут показалась площадка, теперь занятая большим стеклянным куполом. Стоило дёрнуть стеклянную дверь, в лицо ударил тёплый пар. Глаза на мгновение застлались паром, так же неожиданно прояснившись. Множественные ряды парников располагались полукругом от входа, явно расставленные так, чтобы сэкономить максимальное количество места для других парников. Вдали виднелась машина, подающая воду в трубы, а рядом с ней Экко. Черный парень возился с каким-то фильтром.       – Ты что тут мутишь, мелкий?       – Вай? Какой чёрт тебя принёс? Да цены на овощи опять подскочили, ещё чуть-чуть, и нам не потянуть, хочу сам немного вырастить, а там как пойдёт, – большой круговой винт никак не поддавался нажиму ключа.       – Давай я подержу? – парень молчаливо передал железную колбу. Вдвоём они покраснели от натуги, но раскрутили винт. – Это ж не двигатель дирижабля, что так туго?       – Да собирал из того, что было, хрен знает откуда эту колбу сняли. Ты что хотела?       – Да так, просьба есть. – Экко ожидаемо покосился на неё с фирменным скептическим взглядом. – Да всё законно! Кольцо хочу купить для Кейт, только денег кот наплакал. В ямах мне всегда рады, пара боёв – и хватает. Прикроешь меня перед Кейт?       – Что я скажу? Я-то тут каким боком?       – Ну… Тебе нужны деньги на вот это? Я хочу помочь, и всё.       – Ты думаешь, что она поверит, что мы хоть что-то тут купили?       – Люди меняются?       – Вай, ты… слишком прижилась наверху.       – С чего такие выводы?       – Пошли, покажу. – Экко поднялся и провёл девушку через ряды парников к неприметной двери, за которой располагался маленький, заваленный всякими деталями и чертежами, но очень светлый кабинет. Полуденное солнце как раз било лучами прямо на стол. Парнишка порылся в куче бумаг и выцепил оттуда листовку.       Вай внимательно её осмотрела. В ней были тирады нынешнего чемпиона бойцовских ям, обещавшего разорвать всех и растоптать любое эго. По центру красовалась отвратительная фотография крайне сильного, но бесчестного удара в торс какому-то парню. Было в нападающем что-то странное.       – Это Силвих. Он не проиграл ещё никому. Угадай, против кого тебя поставят?       – Подумаешь, кабан, сколько я таких уложила.       – Есть слухи, что он ширяется какой-то дурью для победы. Говорят, её сделал тот самый алхимик, что на Силко работал. Он как тень, снабжает своей дурью всех заинтересованных. Раз сама залезла в историю, поможешь мне разговорить немного чемпиона?       – Знаешь, что этот урод сделал с Вандером? Да я разорву его, когда увижу.       – Тогда договорились. Кейт это и расскажешь.       – Да… алиби не прикипаешься…       – Алиби… Да ты скоро станешь настоящей пилтошкой. – Экко улыбнулся, дразня старую подругу. Она изменилась, и ему нравились эти изменения. Быть миротворцем оказалось её призванием, а деревне такое было только на руку, да и Зауну тоже.       – Да вы задрали! Сэм туда же. Я реально стала похожа на пилтошку? – по серьёзному лицу стало понятно, что спрашивают не ради праздного интереса.       – Да забей! – паренёк махнул рукой. – Шпану из нас всё равно не вытравишь. Всё меняется, и мы тоже. Профессор только остаётся. – эта шутка сбила с Вай ощущение отчуждения от родных улиц.       – Как ты вообще затащил его сюда?       – Затащил? Да я не могу от него избавиться!       Остатки вечера друзья чинили гидропонику и делились историями, рассказывая о своих приключениях. Про дурь и Вандера, профессора и глайдер и много всякой мелочёвки, составляющей жизнь. Жизнь изменилась, но эти двое отчётливо понимали, что остались последними, так что стоило беречь друг друга. Их миры расходились кругами по полям вероятностей, но в наших силах выбирать эти круги? Один всегда будет вмещать их обоих.       Время пролетело мгновением, в особняк Вай вернулась за полночь. Кейт встретила её в ночнушке, лежа на своей роскошной кровати с балдахином и читая книгу. Боксерша успела стянуть все промасленные шмотки в гардеробе, но пахло от неё всё ещё порядочно.       – От тебя несёт смазкой, была у Экко?       – Ничего от тебя не скроешь, красотка. – она пересекла комнату и, пригнувшись, но не касаясь руками, поцеловала свою девушку. – Есть идея, как выйти на того алхимика.       – Говори. – Вай улыбнулась, в очередной раз удивляясь аристократичной хватке.       – Экко где-то нарыл, что чемпион в ямах ширяется какой-то новой дурью. Где он её берёт, непонятно, но раз ещё не спалился, то в Зауне есть только один алхимик такого уровня. Просто так этого кабана не завалить. Я вырублю его в ямах, а опустошители тихо выкрадут его к себе, там и расспросим.       – В ямы? Ты снова туда собралась? – не стоит тянуть неизбежное.       – Я уже сходила, Сэм готов устроить мне два матча. – глядя на помутневшее лицо, захотелось добавить: – В выходной, естественно, без формы.       – Ты… – в попытке успокоиться, Кейтлин положила книгу на тумбочку и, вздохнув, продолжила, окидывая взглядом ждущую тираду Вай: – могла посоветоваться со мной?       – Это было нужно?       – Было бы отлично. – раздражённо откинув одеяло, она поднялась и подошла к девушке. – Я иду с тобой. Если что-то пойдёт не так, я прострелю ему голову.       – Кейт… – Вай не смогла сдержать восхищения решимостью этой красотки. Она снова шла на риск ради неё. Выдохнув имя своей любимой, боксерша уткнулась лбом в плечо, прилаживая руки на тонкую талию. – Спасибо.       Знакомый недовольный вздох, пущенный сквозь полуулыбку, согрел душу девушке. Через секунду тело под руками расслабилось, позволяя прижаться поближе. Кейтлин удивилась дрожи смеха на своём плече.       – Вай?       – В такие моменты я вспоминаю слова той гориллы.       – Ванессы? Она тебе что-то сказала? – Вай выпрямилась, блестя глазами в свете ночной лампы.       – Да. Сказала, что рада моему исчезновению, так ей удалось сбить тебя с толку. Значит, пока я рядом, никто не может тобой манипулировать. – Нахальная улыбка совершенно не разозлила, больше повеселила.       - Всё верно. Это место забронировано невыносимой, – для подтверждения она ткнула пальцем в грудь любимой. – непредсказуемой, грубиянкой, от которой всё ещё несёт смазкой.       – Разве это важно? По мне вполне сексуально. – в доказательство боксерша прильнула ещё ближе, разводя пальцы в стороны в попытке обхватить как можно больше кожи под ночнушкой.       – Добилась чего хотела? Теперь от нас обеих несёт. Пошли отмываться. – не дожидаясь ответа, генеральша просто потянула за руку вполне послушную любимую.       Что-то среднее между душем, ванной, хамамом и бассейном называлось купальней. Её любимая же чувствовала давление от четырёхметровых потолков и большой купальни по центру. Узкий, каменный общий душ, чуть воняющий влагой и грязью, был ей как-то ближе. Впрочем, она и не думала жаловаться. Рядом с Кейт этот умывальный ангар становился чуть уютней. Дорогущая полированная каменная плитка так приятно отзывалась в усталых ногах, что девица перестроилась на умиротворённый лад и без задней мысли прыгнула в небольшой бассейн. Прямо в одежде.       Кейт улыбнулась привычной уже непосредственности и, взяв шампунь с полочки, обогнула бассейн, присаживаясь на край, окунув ноги в тёплую воду.       – Плыви сюда. – В воде услышали и подгребли, напуская небольшие волны. – Повернись, я помою твою голову.       – Я могу сама, Кейт. – Вай ещё не привыкла к неожиданным проявлениям заботы и чуть нахмурилась, повиснув руками на мраморном бортике. Сверху фыркнули, закатывая глаза.       – Как будто я не знаю. У тебя масло на макушке, позволь мне отмыть.       Стоило Вайолин почувствовать нежность длинных пальцев, как неловкость испарилась в полутумане испарений. Пара секунд перегладок, капитуляция. Молча девушка перекинулась на бок, оказываясь макушкой прямо под грудью хозяйки поместья, чуть покачиваясь в воде. С некоторой тревогой Вай ждала прикосновения мягких рук. Тюрьма, пусть и была уже далеким воспоминанием, всё ещё отзывалась страхом где-то в подкорке. Достаточно долго она никому не позволяла прикасаться к себе, тем более так… беззащитно. Но… мягкие пальцы растирали шампунь по густым волосам, массируя кожу и что-то под ней. Грязь растворялась, стекая вместе с непонятной тревогой. Под сердцем, сантиметр за сантиметром, тепло смывало напряжённость последних дней, сливаясь с физическим расслаблением. Девушка поддалась эмоциям и полностью забылась, уже сама растворяясь в чувствах.       Наверху это заметили. Кейтлин сама утонула в нежности, продолжая баловать теперь уже самого дорогого человека в её жизни. Врождённая склонность к самоанализу давно отметила, как спокойствие Вай на неё влияет. Мир вокруг мог гореть, гробы тех, кто доверил ей жизнь, один за другим идти на кладбище, а собственный дом гнобить массивностью, но грубая речь как хлыстом сбивала с неё и печаль, и спесь. Рядом с этой девицей не было генеральши Пилтовера, леди Киромман, владелицы состояния и суровой начальницы миротворцев, оставалась только Кейт. Молодая, нежная и безнадёжно влюблённая. Часть её души хотела обличить невероятную привязанность в слова, но не могла, понимая, что они не нужны. Рядом так же не говорили тёплых слов, но показывали слишком много. В каждом вздохе, жесте и взгляде Кейт видела, как сильно её любят, дорожат и обожают. Вай часто вела себя как кошка, своенравная, свободная, но ласковая. Каждое утро мозолистая рука оказывалась где-нибудь на коже, время от времени притягивая к себе, заменяя солнце своим мягким теплом.       Безрассудная, опять полезла вперед паровоза, желая разобраться во всём сама. Это было личным делом, на службе она давно уже приняла правила и даже бюрократию, но как только дело касалось семьи, боксёша плевала на всё, несясь вперёд без остановок. Так и сейчас:       «Забыть бы нам уже всё. Алхимик, незримая тень, кукловод. Всегда вовремя, всегда с решением, и исчезает как туман. Однажды его уже задерживали вместе с демонстрацией, но Джинкс освободила и его, не говоря уже о звере. Какую он может преследовать цель? Ума не приложу. Как будто его волнует только хаос… Что он получает взамен? Загадочен, даже слишком.»       Машинное масло наконец стерлось с розового андерката. Потянувшись, Кейт взяла ковшик и, набрав воды прямо из бассейна, вылила её на ничего не подозревавшую любимую. Под руками вздрогнули, но подставили лицо под струю, позволяя смыть весь шампунь.       Ну как такое не любить? Поймав очередной удар красоты, Кейтлин наклонилась за аккуратным поцелуем, на который так же нежно ответили.       – Похоже, ты устала, кексик? – небольшой туман в её взгляде и общая вялость давно бросились в глаза Вай.       – Немного. Всё остальное ототрёшь сама? – присущее ей озорство промелькнуло в синих глазах.       – Даже не знаю, как справиться!