A road to Us

Конечно, как Минги и предполагал, одной ручкой не ограничивается. Хозяйка просит их еще починить кровать, собрать стол в ее комнате и проверить сантехнику на первом этаже. На все это уходит почти полдня. Поэтому в город удается выбраться только ближе к вечеру. За работу им накинули пару долларов, так что можно и поесть нормально сходить: − Я хочу мяса, − хнычет Минги, − Вкусного, сочного, а не жареную бургерную котлету. − Пошли искать, − Юнхо потягивается и смотрит по сторонам, примерно прикидывая, куда им двигаться. − А я бы выпил. Хочу расслабится. − Можно совместить. Здесь должно быть полно мясных заведений с отличным выбором спиртного. Минги ведет Юнхо в ближайший магазин, берет с полки самый толстый путеводитель и листает до страницы с кафе и ресторанами. Находит тот, что обозначен по цене как “бюджетный”, но с хорошей кухней и широким выбором алкоголя. − Сюда? − спрашивает Минги скорее номинально, уже решив, как они проведут вечер. − Сюда, − кивает Юнхо, попутно оценивая, что это довольно классный способ выбирать, где провести время, и при этом не тратиться и не ходить лишнего. До бара они добираются на автобусе. Додж брать нет смысла, раз уж хочется выпить. Место оказывается действительно очень уютным и недорогим. Людей, конечно, из-за этого очень много, но Минги подобное не смущает. Он первым делом заказывает себе стейк, а потом уже выбирает литровую кружку пива. Гулять так гулять. Юнхо долго возится в меню. Не потому что привередливый, скорее наоборот. Он может съесть практически всё, и это пресловутое всё слишком сильно расширяет выбор. В конечном итоге, Юнхо просит принести тоже самое, что принесли Минги. Прохладное пиво ласкает горло, оно чуть терпкое и горьковатое. Юнхо наслаждается каждым глотком, понимая, что чуть позже будет всё равно. Он осторожно под столом пинает Минги и строит ему рожицы, чтобы тот засмеялся. В шумном баре внимания они всё равно почти не привлекают. Минги улыбается, а потом чуть не давится пивом, когда Юнхо решает ткнуть его под ребра − грязный приемчик. Но все равно смеется − так громко и открыто, как не смеялся, кажется, никогда. Мясо он ест медленно, смакует каждый кусочек. Он уже давно не баловал себя стейком, хочется насладиться. Юнхо тепло улыбается одними лишь краешками губ, посматривая на Минги. Он порой забывает, что какие-то вещи привычные для него, для Минги могут быть редкостью. Но Юнхо не кажется, что его мир и Минги не подходят друг другу. Начинает играть музыка, народ выходит потанцевать. Быстрые ритмы, сменяют медленные и наоборот. Юнхо потягивается пиво, пока приятная усталость и тишина не заполняют голову, в которую так легко теперь вливается музыка. − Не хочешь немного подвигаться? − С удовольствием. После выпитого пива, тело Минги становится будто легче и пластичнее. Он выходит с Юнхо на небольшой танцпол и двигается под уже приевшуюся и набившую оскомину “What is love”. Очень символьно в их с Юнхо ситуации. Танцы всегда были способом выплеснуть лишним эмоции и напряжение. И сейчас это оказывается рабочим вариантом. Ощущение свободы и какой-то лёгкой эйфории кружит голову. Юнхо наслаждается музыкой, не улавливая, что пара девушек, танцевавших неподалёку, развернулись в его сторону. Среди общего веселья это такая мелочь. Юнхо решает поддержать девчонок, делает для них пару движений, еще нескольо вместе с ними. Они берут его за руки и активно зовут присоединиться, обещая, что будет весело. Но Юнхо лишь машет головой и вежливо отказывается. Он смотрит на Минги и, видимо, компания догадывается, что те вместе. − Идём, повеселимся, − одна из девчонок подбегает к Минги и берёт его за руку. − Оторветесь с нами, будет классно. И мы знаем, где можно расслабиться. Минги никогда не любил чрезмерное внимание, обращенное в его сторону. А сейчас тем более. Эти девицы очевидно нацелились на Юнхо, но увидели лишний балласт и решили не обижать. Ситуация максимально прозрачная, но все равно злит. Минги не опьянел от литра пива, но говорить и думать стало легче. − Мне не интересно, − Минги хотел бы ответить “нам”, но это точно будет неуместно. Да и кто он такой, чтобы решать за Юнхо? Хотя, и сильно ревнует к девушкам. Прямо как тогда, с Мэдди в Оклахоме. Юнхо прекрасно слышит ответ, поэтому снова крутит головой и отказывается. Без Минги он точно никуда не пойдёт, даже если и не против общения. В шумной компании бывает интересно, множество историй. Возможно, они бы узнали, куда можно сходить ещё. Но Юнхо отказывает, предлагает потанцевать ещё, если так хочется поболтать, но это не тот ответ, что хотели услышать. Девушки желают им двоим приятного вечера и, на всякий случай, показывают, где сидят. − Пойдём выйдем, − подталкивает одна другую, − Курить хочется. Разговор девушек наводит Минги на мысль, что не отказался бы сейчас от косячка. У них просить уже не хочется − неудобно, отшил уже. Но прочистить мозги было бы классно. Он с печалью в глазах провожает девчонок взглядом и вздыхает. Придется снова где-то искать, и не факт, что получится. В Лос-Анджелесе, Ньй−Йорке и еще парочке городов у Минги есть связи. Ребята, готовые всегда выручить, иногда даже в долг. Но в Далласе таких людей у него точно нет. − Тебе нехорошо? − Юнхо замечает перемену во взгляде, просто потому что смотрит на Минги постоянно. − Давай сядем. − Все в порядке, − отмахивается Минги, − Просто…Покурить захотелось, а взять негде. Воровать снова желания нет, в прошлый раз я неплохо за это получил. Но, не страшно. Не жизненная необходимость. Юнхо разворачивается и всё равно идёт к их столику, оставляя Минги чуть позади. Так проще скрыть эмоции, которые скорее всего появились на лице, не спросив разрешения. Это не разочарование и не злость, даже не обида, скорее какая-то безысходность. Понимание, что ты не в состоянии сделать ничего. − Если нужно, мы можем поискать, − эти слова даются Юнхо с огромным трудом. Он не знает, как лучше, стоит ли запрещать и отговаривать или наоборот. Чувствуя всю неправильность этого занятия, Юнхо всё же не может быть категоричным. Имеет ли он вообще право решать за Минги. − Это не обязательно, правда. Было бы классно, но если не найдем − не страшно. Я ведь не какой-то зависимый торчок, которого выворачивает от ломки, − Минги допивает свое пиво и неловко улыбается Юнхо. − Тогда может выйдем, осмотримся? Или в туалет? − Юнхо примерно пытается понять, где такое ищут и предлагает все варианты, о которых он слышал. − Я же вижу, что тебе не очень приятно. Можем просто прогуляться. Считаешь меня каким-нибудь наркошей, да? − Минги старается не выдавать разочарование в голосе, но у него не получается. − Нет, − Юнхо водит пальцами по бокалу. − Я не считаю тебя наркоманом, просто переживаю. Ты же должен понимать, чем это заканчивается. Блять, Минги, я не хочу читать тебе нотации и воспитывать. Если тебе это нужно, то я помогу, но восторгов не жди. − Юнхо поднимает взгляд на Минги, смотрит в глаза, долго и пристально, словно пытается задержать на месте, боится, что тот сбежит. − Именно это я и имел в виду, когда говорил, что тебе не нужен такой, какой я, − Минги пытается говорить, как можно более спокойно и размеренно, но волнение все равно проскальзывает, как бы он не хотел это скрыть, − Не понимаю вообще, что ты во мне нашел. − То есть я должен спокойно смотреть, как ты гробишь себя? И кажется, я ответил, что если тебе нужно, то хорошо, не буду лезть, − Юнхо хотел бы прогуляться, но теперь просит ещё пива. − Ты красивый, умный, весёлый, с тобой классно. Мне нравится тебя целовать, нравится трахать тебя, просто быть рядом. Ты мне нравишься, Минги. − Не лучшее решение в твоей жизни, − Минги облизывает пересохшие губы, − И я не гроблю себя. Что такое косяк − мелочи. Но ты прав, это может закончиться плохо. Тем более, в моей жизни много раз случалось кое-что гораздо серьезнее и опаснее анаши. Я этим не хвалюсь и не горжусь. Но оно часть меня. Ты правда готов с подобным мириться? Ждать, пока я смогу измениться, − Минги отводит взгляд, − Я хочу этого. Но время…Его понадобится очень много. − Если ты этого захочешь, − Юнхо улыбается официантке и делает несколько глотков пива, вкус уже совсем не чувствуется. − Я не про изменения, а про то, чтобы ждать. Если нужно − подожду. Только глупый разговор какой-то, словно мы знаем как будет дальше. Что случится, когда мы приедем в Нью-Йорк? Я представлю тебя Доновану, и ты поедешь со мной? − Глупый. И я, и ты, и разговор весь этот, − Минги берет бокал Юнхо, чтобы сделать глоток, − Я думаю, все решится в Нью-Йорке? Сейчас правда нет смысла загадывать и надеяться, что мы все обсудили и учли. − Ты обижаешься? Минги, я готов ждать, если ты будешь со мной, если ты действительно захочешь этого, не на словах. − Нет, я не обижаюсь. Просто все это…непривычно. Я никогда не видел себя в подобной ситуации. Чувствую себя беспомощным слепым котенком. Сейчас мне кажется, что я готов на все ради тебя, без шуток. Как в самом сопливом романе. На деле − я не понимаю, как это осуществить. Возможно ли вообще такое. − Я тоже думал про детей и собак, но влюбился в тебя, − Юнхо тянется к руке Минги, которая лежит на бокале, и кладёт свою поверх. − Мне кажется, твои родители будут не в восторге от меня, − Минги усмехается, но скорее по-доброму, − Я не похож на девушку из приличной семьи по всем параметрам. − Об этом будем думать после того, как я вас познакомлю. Может быть, наоборот, примут тебя, как родного, и станут называть сыном, − Юнхо дёргает плечами, такой вариант он и правда не исключает. − Неужели они у тебя настолько прогрессивные? − искренне удивляется Минги. Ему-то о таком можно не беспокоиться, матери он давно не интересен. Но ведь не каждый рискнет признаться в том, что влюблен в человека своего пола. − Не знаю, на самом деле. Мы никогда подобное не обсуждали, и хочется верить, что они всё же это примут. Если нет, значит переодену тебя в девушку и назову Сьюзи, − Юнхо посмеивается, думая о Минги в платье. − О, любишь игры с переодеванием? − Минги приподнимает брови, заигрывает, − Не уверен, правда, что на мне платье будет смотреться хорошо. − Не пробовал, − Юнхо окидывает Минги взглядом, задумывается, представляя на нём что-то лёгкое, летнее. − Может и нравится. Мне симпатизировали парни, но это никогда не было чем-нибудь серьёзным. Ну знаешь, ты же можешь оценить стандартно красивый человек или нет. Видимо, у меня это было не совсем стандартно. А потом ты. Мне хорошо с тобой. И хочется верить, что меня поймут. Хотя платье тебе тоже как-нибудь раздобудем. − Мне льстит быть твоим первым…парнем. Хотя все еще считаю себя кандидатурой не очень подходящей, − Минги допивает пиво в один размашистый глоток, − Прогуляемся? − Да, стоит проветрится, здесь уже нечем дышать. Юнхо подходит к стойке, оплачивает их заказ и, кивнув Минги, идёт на улицу. Уже довольно темно, не непроглядная ночь, но лица людей в переулке можно рассмотреть с трудом. Минги не очень хорошо знает город, поэтому просто ведет Юнхо за собой куда-то по ощущениям в сторону центра. По дороге он закуривает, достав из кармана свежую пачку Мальборо, и, улыбнувшись Юнхо, берет его за руку. Ночью вряд ли кто-то обратит на них внимание. Тепло. Юнхо поглаживает руку Минги большим пальцем, немного сжимает, когда что-то привлекает его внимание. Бродить по чужому городу оказывается довольно приятно и волнительно одновременно. Неизвестно, в какой район занесут тебя ноги. Ночь одинаковая по всему миру и, в то же время, меняется от города к городу. В Далласе спокойно. Минги останавливается возле закрытого уже парка Уайт Рок Лейк и предлагает посидеть рядом, подышать свежим, чуть прохладным от озера воздухом. Из головы постепенно уходит дурман алкоголя. Юнхо вдыхает полной грудью и закрывает от удовольствия глаза. Хорошо. − Был бы ты девушкой, я бы предложил согреть тебя, а так, − Юнхо опускает руку на колено Минги, сжимает чуть выше, после ещё раз с внутренней стороны бедра. − Не совсем понимаю, как за тобой ухаживать и надо ли это вообще. − Не надо, это странно и неловко. Мне и так с тобой хорошо, без всяких ухаживаний, − Минги обнимает Юнхо за плечи и облокачивается на его руку. Неожиданная мысль рождается в голове Юнхо скорее всего благодаря оставшемуся там хмелю. В такой обстановке она кажется даже логичной, и ничего не смущает, и уж тем более не препятствует. Мама всегда говорила Юнхо, что у него неплохой голос, и это можно развивать. Но подобная сфера не вызывала интереса в детстве. Да и сейчас она тоже не прельщает. Обстановка вокруг и Минги так близко, просто способствовали настроению. Юнхо прикрывает глаза и начинает тихонечко петь. Получается какое-то попурри из всяких романтических баллад. − Ты очень красиво поешь, − урчит Минги, потираясь щекой о плечо Юнхо. Песни, конечно, не в его вкусе, он всегда больше предпочитал хип-хоп. Но в исполнении Юнхо все звучит прекрасно. − Спасибо, − ответ следует лишь после того, как фантазия заканчивается, и ничего на ум больше не приходит. Юнхо замолкает и просто наслаждается теплом Минги и ночной прохладой на улице. Они сидят так еще некоторое время. Просто молчат, но молчание это комфортное и очень уютное. И только когда Юнхо начинает заметно клевать носом, Минги предлагает поймать попутку, чтобы вернуться домой. К счастью, в большом городе проблем с этим не возникает, и молодой парнишка за символические два бакса довозит их до нужного места. − Спать? − предлагает Минги, грузно заваливаясь на кровать. − Я бы хотел предложить что-то поинтереснее, но сегодняшний день меня вымотал, − Юнхо падает рядом лицом вниз. И после сил хватает только чтобы повернуть голову. − Спать. − Оставим на завтра, − подмигивает Минги, обнимает Юнхо, притягивая его к себе, и засыпает. На удивление быстро заснуть у Юнхо не получается, хотя он был уверен, что стоит только коснуться подушки, и глаза закроются сами. Он гладит волосы Минги, перебирает пряди, закручивая их подобно собственным мыслям. Юнхо вспоминает Сан-Франциско, свой дом и друзей. Он нырнул в совершенно другую жизнь, нашёл человека, с которым легко, осталось лишь соединить эти две картинки. Пока не выходит даже в голове. Юнхо проваливается в сон через пару часов, так ничего и не решив. Минги просыпается очень рано, за окном только начинает светать. Он какое-то время смотрит на мирно спящего Юнхо, улыбается, целует легко в щеку, чтобы не разбудить, и встает с кровати. Одевается и спускается вниз на улицу, к небольшому магазинчику. Покупает им на завтрак простые сэндвичи, бутылку прохладной газировки. Хозяйка еще спит, поэтому работы пару часов не предвидится. Вернувшись обратно, Минги довольно долго отмокает под душем, расслабляясь и возвращается в кровать, но уже с блокнотом. Надо записать все произошедшее с ними за последние несколько дней. Сквозь сон, Юнхо слышит скрип карандаша по бумаге. Глаза открывать совсем не хочется и просыпаться тоже не тянет. Он нащупывает Минги на кровати и тянет на себя. − Ты совсем не нуждаешься в сне? − Отвык долго спать. Не знаю, насколько это полезно. Но чувствую, вроде, себя хорошо. А ты можешь еще отдохнуть, время раннее. Завтрак я нам уже купил, − Минги улыбается и бездумно поглаживает Юнхо по мягким волосам. − Опять пишешь обо мне? − Юнхо согласен не открывать глаза ещё пар часиков. Он улыбается и, поймав руку Минги, касается её губами. − Конечно, о ком еще, − улыбается Минги, − Мне нравится писать про тебя. Очень легко идет. Если когда-нибудь это решат издать, я буду настаивать на том, чтобы редакторы оставили все подробности, даже самые…неприличные. − Ты и про секс пишешь? − Юнхо резко открывает глаза и садится на кровати, мотая головой. − Дай почитать. − Пишу, − кивает Минги, − Конечно, чуть более литературно, чем оно есть на самом деле. Но, я думаю, ты переживаешь. Минги передает блокнот Юнхо, ожидая его “рецензии”. До этого он почти никому не показывал свои работы, кроме редакторов. Мнение узнать было не у кого. Но теперь у Минги есть Юнхо. И это до жути приятно. Юнхо пробегает глазами по строчкам. Видно, что это наброски, некоторые моменты не совсем стыкуются, но читать всё равно легко. Он закусывает губу, когда доходит до того самого момента. Юнхо не был фанатом подобного, но даже если бы зачитывался романами с порно, в них он никогда не был участником. Строчки перед глазами выстраиваются в картинку в голове. Юнхо там был, поэтому к изображению в мыслях добавляются ещё и звуки. Покрасневшие резко уши и щеки выдают эмоции слишком сильно. Юнхо смущён и польщён описанием. − Это очень… живо, − наконец, говорит он, снова и снова прокручивая в голове фразы из заметок Минги. − Я рад, что тебе было хорошо. Мне тоже. − Тебе правда понравилось? − удивленно спрашивает Минги, − Это, конечно, просто черновик, работы тут еще очень много. Но я бы действительно хотел это опубликовать. − Ты хорошо пишешь. Я, правда, не знаток, − Юнхо скрещивает ноги и подтягивает их к себе. − Но это интереснее заунывных учебных текстов. И читается легко, не нужно напрягаться. Мне нравится. Я бы такое купил. Только нужна фотка автора сзади, обязательно. − Надеюсь, я смогу найти достойное издательство. Распишу тебе благодарности на самой первой странице, − Минги мечтательно прикрывает глаза. Идея публикации этих заметок кажется безумной, но такой привлекательной одновременно. − И вручишь лично, − добавляет Юнхо совершенно серьёзно. − Ты говорил что-то про завтрак. − Первый подписанный экземпляр − твой, − обещает Минги, − Да, завтрак, точно. Я взял нам сэндвичи и газировку. Просто и со вкусом. − Спасибо. Мне даже начинает нравится такая жизнь, − Юнхо бодает Минги в плечо и на пару секунд замирает. − Какие у нас сегодня планы? − Завтрак, работа, экскурсия по городу? − задумывается Минги, − По желанию, где-то между можно уместить секс. Минги хитро улыбается и чмокает Юнхо в губы. − Желание огромно, − Юнхо придерживает Минги за шею. − Секс включён в программу только один раз? − Это безлимитное предложение. Но только для тебя, − Минги чуть склоняет голову к плечу, подставляя под поцелуи шею. − Завтрак можно и пропустить, − Юнхо целует нежно и аккуратно. Изучает каждый сантиметр, замирает в каждой точке, чтобы почувствовать чуточку больше. Ему нравятся ключицы и кадык, под челюстью тоже невероятно сладкое место. − Съешь меня вместо сэндвича? − смеется Минги, пропуская волосы Юнхо сквозь пальцы. − Даже не знаю, − тянет Юнхо. Он осторожно кусает шею, потом чуть сильнее и ниже, ближе к изгибу. − Нужно попробовать тебя на вкус. − Тогда не тормози, − Минги быстро стягивает с себя футболку и целует Юнхо уже гораздо настойчивее. Такое утро ему определённо нравится. Юнхо не перехватывает инициативу, скорее наоборот. Он подчиняется или отстраняется, чтобы немного подразнить. На теле Минги остались следы прежних поцелуев и Юнхо с удовольствием касается их губами. Поцелуи всё жарче и нетерпеливее. С удовольствием поглаживая рукой задницу Минги, Юнхо постанывает в поцелуй, забавляясь от удовольствия. − Я уже весь в синяках из-за тебя, − наигранно жалуется Минги, − Но мне нравится. Минги проводит рукой по шее Юнхо, забирается рукой за ворот футболки, поглаживая, наслаждаясь мягкостью чужой горячей кожи. − Ещё не весь, − урчит Юнхо и, сползая пониже, прикусывает кожу над пупком. − Столько свободного места осталось. Скользя руками по груди, по бёдрам и заднице, Юнхо прижимается всё ближе, трётся, вздыхает. Ему жаль, что никак нельзя вплавить человека в себя. Юнхо берёт в рот чужие пальцы, кусает их, прихватывает зубами ладонь. − Значит, есть к чему стремиться, − Минги слегка массирует мышцы на шее Юнхо, сам прикрывает глаза, расслабляясь, наслаждаясь. Блокнот и карандаш отправляются на пол, чтобы не мешали и не испортили ничего. Юнхо тянется рукой под подушку, вытягивая оттуда смазку. Он медленно спускает с Минги белье, гладит член раскрытой ладонью. Хочется растянуть процесс, но при этом не терпится оказаться внутри. − Перевернись, − просит Юнхо и проходится рукой от самого основания члена к головке. Минги не надо повторять дважды. Он переворачивается, становится на колени, опускается на локти и с замиранием прикусывает губы, предвкушая сногсшибательный оргазм. Юнхо прикрывает глаза, с удовольствием воскрешая в памяти их секс, а прочитанное наделяет это воспоминание более яркими красками. В этот раз ударять не хочется. Юнхо знает, что у Минги было много партнёров, но вот он сам довольно неопытен с парнями. Девушек они иногда обсуждали с друзьями, точне, почти всегда, но это был скорее собирательный образ. Делились какими-то моментами, даже старались помочь друг другу. Но с Минги всё прежние знания практически бесполезны. Юнхо выдавливает немного смазки на член. Прижимаясь к Минги вплотную, двигает бёдрами. Не входит и даже не пытается, лишь дразнит, поглаживая спину, затем ноги. − Ты считаешь меня красивым? Сексуальным? − спрашивает Минги, тяжело дыша. Почему-то, ему важно услышать это именно от Юнхо. Он чуть покачивает бедрами, чувствуя, как член упирается между ягодицами. Приятное ощущение. − Да, − Юнхо ведёт ладонью вдоль позвоночника, он напирает, заставляя Минги практически лечь. Чувство оказывается очень приятным, и Юнхо надавливает на ягодицы Минги, зажимая член сильнее. − Безумно сексуальный. Очень. И красивый. Мне нравится, как ты смеешься. Минги возбуждается сильнее от одних этих слов. Под руками Юнхо он опускается еще ниже, касается грудью сбитого одеяла, дышит тяжело куда-то в подушку, сжимая в пальцах наволочку. − А что тебе еще во мне нравится? Чуть наклонившись вниз, Юнхо кусает губы и не сразу находит, что ответить. Просто мысли сейчас совсем о другом. − Как ты выгибаешь спину, − Юнхо сильнее сдавливает пальцами ягодицы и немного запрокидывает голову. − Как перебираешь в руках карандаш, когда думаешь. Как беспокойно спишь, я иногда не могу уснуть и смотрю на тебя. Твои глаза нравятся и руки, и рот. Мысли всё же сбиваются с романтики в сторону секса. Тот минет Юнхо точно запомнил на всю жизнь. − Ох, Юнхо, − Минги кажется, что если он сейчас коснется своего члена, то кончит в тот же момент. Но тогда все завершится слишком быстро. Поэтому Минги терпит − эту сладчайшую на свете пытку. − И задница тоже очень нравится, − Юнхо наклоняется ещё ниже, опирается на руки, иначе равновесия не удержать. Движения становятся медленнее, более рваные и нечеткие. − Еще бы не нравилась, − усмехается Минги и все-таки тянется к своему члену. Просто обхватывает его пальцами, сжимает, боясь сделать лишнее движение. − Ты нравишься мне весь, − сбиваясь и сглатывая слюну, шепчет Юнхо. Он прикрывает глаза, выдыхает тяжело и замирает. Кончая, Юнхо не может даже стонать, всё тело словно резко свело, и уже через несколько секунд наступает расслабление. Он кладёт свою руку поверх ладони Минги и двигает неожиданно быстро, сдавливая и тяжело дыша в чужую спину. − Это взаимно, − шепчет Минги, кончая в их сцепленные ладони, − Оказывается, секс по утрам особенно приятен. − Теперь я по-настоящему проголодался, − Юнхо целует Минги в висок, и выбравшись из кровати, ползёт в душ. Он размышляет, что остаток каникул можно было бы провести здесь. Минги разворачивает сэндвичи, разливает газировку по стаканам − хотелось бы кофе, но это чуть позже. Даже успевает постель заправить до того, как Юнхо выходит из ванной. − Почти завтрак в постель, − Минги довольно указывает на еду. − Я начинаю к этому привыкать, − Юнхо целует Минги в щеку в качестве благодарности и принимается за еду. После они идут к хозяйке отеля, которая живёт также в одном из номеров, и берут у нее список поручений на сегодняшний день. Мало кто задерживается больше, чем на пару дней, но иногда люди остаются и на месяц-другой. Из-за этого трудно понять? что недоделано, где уже лучше не сделаешь, а куда отдать все силы. Каждый делает по-своему, это тоже своего рода проблема. На сегодня у ребят покраска. Хозяйка попросила обновить двери нескольких номеров, их бы стоило сменить на новые, но есть вещи поважнее, а эти вполне крепкие. Юнхо открывает окна в помещении пошире и приступает. Лимита по времени у них нет, да и болтать можно свободно. Минги даже нравится такая работа − простой физический труд, кажется, и правда облагораживает. В определенные моменты и подходящих ситуациях. Минги неспешно возит кисточкой по наличнику, вдыхает смесь краски и пыльного воздуха из окна, улыбается. А ведь и правда − они с Юнхо так хорошо устроились. Есть крыша над головой, небольшой, но постоянный заработок, машина для путешествий. Что еще надо для счастья? Приятно думать о том, как было бы классно задержаться в этом моменте. Застрять в минутах и потеряться в часах. Что угодно, лишь бы Юнхо рядом. Минги пытается раскрутить мысль, но там, увы, уже перспектив нет. Где-то вдалеке маячит Нью-Йорк, правильная жизнь Юнхо, отчим, который заберет его в родной Сан-Франциско. И Минги не имеет никакого права нарушать этот порядок или вмешиваться. Остается только предполагать и мечтать. Ближе к вечеру появляется хозяйка, как раз в тот момент, когда перед глазами уже начинает плыть. Она приносит ребятам напитки и приглашает на кухню поесть. В одиночестве сидеть не хочется, хотя она честно признается, что не любит компании. Люди меняются быстро и привыкать к кому-то себе дороже. Ведь отель − это перевалочный пункт, всего лишь точка на карте, одна из множества. Все рано или поздно уезжают. Но иногда хочется простого обещания, к тому же интересными историями потом можно завлекать к себе гостей, и никогда не знаешь, что окажется полезным. Она ставит на стол пасту с зеленью, говорит, научил один итальянец. Он тоже хотел посмотреть Америку и пребывал в смешанных чувствах. Восторга не получилось, но и провалом путешествие не назвал бы. − Планы не поменялись? Вы всё так же на неделю? − уточняет хозяйка, ковыряясь в своей тарелке. Юнхо кивает. Он слишком поглощен едой, чтобы ответить развернуто. − Да, − озвучивает Минги мысли Юнхо, − Нас еще ждет очень много городов до Нью-Йорка. Хочется успеть все посмотреть. Минги говорит, но сам не уверен, что согласен до конца с этим. Он готов провести с Юнхо здесь хоть целую вечность, хотя понимает невозможность подобных перспектив. − Я бы тоже хотела, но не могу бросить это место. Хотя мечтаю, что вот восстановлю, найму персонал и тогда смогу пожить на всю катушку. Наивно, конечно, сама понимаю. Но мечты для того и держат в голове, чтобы был путь. Как маяк. Мой отец всегда говорил, что цель мечты − это указывать направление. Так он и шёл всю жизнь куда-то. Давно вместе? − спрашивает она между прочим, прокручивая кружку на столе. Минги давится пастой и прикрывает рот, чтобы не испачкать себя и стол. − Эмм, путешествуем мы вместе чуть меньше месяца, если вы об этом. − О чем же ещё, − женщина посмеивается, прекрасно видя реакцию на такой обычный вопрос. Она множество людей видела и кое-что научилась распознавать. К тому же стены не настолько толстые, чтобы проходя мимо совсем ничего не услышать. − Но если что, мне всё равно. Не возражаю. По глазам Юнхо что-то сложно понять. Он выглядит совершенно отрешенным, словно в действительности ничего такого в разговоре нет. Лишь вилка на какое-то время замедлила своё движение. Юнхо очень внимательно слушает. − И как познакомились? Изначально вместе или дорога свела? Минги не привык к таким вопросам − как минимум из-за того, что его жизнью никогда не интересовались, а болтать о себе всем попало тоже не хотелось. Поэтому он выдерживает небольшую паузу, собираясь с мыслями. − Дорога, − тихо начинает Минги, − Я напросился стать его попутчиком, показать Америку и довезти до Нью-Йорка. Пока обещание выполняю. − Надо же, − тянет хозяйка отеля и смотрит на ребят с ещё большим интересом. − А дальше каждый сам по себе? Хотя не надо. Не отвечай. Добавки? Она встаёт из-за стола и подходит к плите, накладывая себе ещё немного. Минги рад, что от него не требуют ответа на этот вопрос. Он бы не смог быть честным до конца, сказать вслух то, о чем думает уже очень давно. Минги медленно возит вилкой по тарелке, не решаясь поднять глаза даже на Юнхо. По всей видимости тот это замечает, потому что попросив добавки занимает хозяйку на ещё какое-то время, а сам кладёт руку Минги на колено. Похлопывает немного. На этот вопрос они оба ответа не знают. − Прогуляемся? − спрашивает Минги, чуть улыбнувшись Юнхо. Ему хочется проветриться и расслабиться. − Идём. Юнхо говорит, что все было безумно вкусно и как-нибудь они ещё поедят вместе. На улице свежо, ветер осторожно сметает с дороги безликие бумажки, скорее всего, листовки открывшегося недавно магазина за углом. Юнхо вдыхает запах ночного города, шарит ногой по дороге и идёт немного вперёд, просто куда глаза глядят. − Минги, я и не думал что ты будешь отвечать. Мы все решили, так что давай не поднимать вновь эту тему. Что делать в Нью-Йорке решим, когда доберемся туда. − Нью-Йорк, − вздыхает Минги, − Там тоже было бы классно задержаться. На какое-то время. А потом обратно на Западное побережье − в Сан-Франциско или Лос-Анджелес. Скучаешь по океану? − Да, − Юнхо улыбается и прикрывает на секунду глаза. − Очень не хватает его запаха, и постоянно хочется позвать тебя на пляж. − Кажется, я тоже скучаю, − смеется Минги, − Хотя сам из Нью-Джерси. Пообещай мне как-нибудь провести экскурсию по Сан-Франциско. − Обещаю, − Юнхо поворачивает голову к Минги, кивает, подтверждая свои слова. − Покажу закат обязательно и ночное небо. Будем валяться и смотреть на звёзды. У меня есть любимое место, хотя скорее всего, у каждого жителя есть такое. Но я покажу тебе своё. − Смотри, не вздумай не сдержать свое слово, − Минги касается тыльной стороной ладони щеки Юнхо, проводит до виска, облизнув губы, − Иногда мне кажется, что я отбираю у тебя нормальную жизнь. − Это какую? Одинокую и без секса? − Юнхо делает шаг вперёд, чтобы быстро коснуться чужих губ, со стороны похоже, что он хотел что-то сказать, но промахнулся. − И я не чувствую, как лишаюсь чего-то, скорее, наоборот. − Если бы не я, ты мог бы путешествовать с Мэдди. Она из нормальной семьи, хорошая, добрая. Такую не стыдно познакомить с родителями. Не думай, я не пытаюсь давить на жалость. Просто до сих пор не понимаю, как тебя угораздило в меня влюбиться. Минги покусывает губы, царапая их своими зубами. Юнхо лишь качает головой на эти слова. − Не страшно. Ты можешь говорить об этом постоянно. Хочешь я ещё кое-что скажу тебе? Минги вскидывает бровь. − Заинтриговал. Говори давай. − Будет слишком неожиданно или нет, по сути, это уже и так ясно. Просто вертится постоянно на языке и нужно сказать, − Юнхо берет руки Минги в свои, это выглядит немного странно, но так спокойнее. − Я думаю, что не зря тогда столкнулся с тобой. Это был один шанс из миллиона для нас пересечься. И Минги… Я могу повторять это каждый день, если тебе нужно. Я… Я люблю тебя. Минги смотрит на Юнхо с приоткрытым от удивления ртом. “Влюбиться” и “любить” − это не одно и тоже. Глаголы, конечно, похожие, но по смыслу они диаметрально разные. Возможно, это признание и было очевидным. Скорее всего, Минги чувствует все тоже самое. Но говорить вслух… − Юнхо, − Минги кладет голову на чужое плечо, утыкается в него лбом, − Насколько же проще моя жизнь была до тебя. Но теперь она кажется какой-то пустой и неполноценной. Словно я искал в дороге кусочек пазла. А нашел тебя. Сойдет за признание? − Сойдёт, − Юнхо обнимает Минги, поглаживает по спине едва касаясь. − Прости, если поторопился. Но мне стало легче, и я не прошу от тебя того же. − Для чувств не существует слова “поторопился”. Лучше сразу все озвучить, чем потом жалеть или страдать. Поэтому, Чон Юнхо, сделаю все официально, − Минги откашливается, − Я тоже тебя люблю. − Я снова признался тебе первым, − Юнхо с трудом может сдержать улыбку, хотя это и не нужно сейчас. Он оглядывается по сторонам, и понимая, что никто не смотрит в их сторону, целует Минги в губы. Юнхо лишь на пару секунд прихватывает их и тут же отстраняется. − Я недавно видел в новостях, что в Нидерландах однополые пары могут заключить гражданский союз, который по юридической силе почти ничем не будет уступать настоящему браку. Представляешь? Говорят, в Европе можно не оглядываться и не бояться осуждающих взглядов. Не знаю, к чему это я, − нервно смеется Минги. − И собаку, − Юнхо посмеивается и толкает Минги в плечо. Это даже можно назвать планом. Юнхо чувствует себя сейчас совершенно счастливым, и есть ощущение, что теперь он точно знает, к чему хочет прийти. − Если собаку, то только большую, − настаивает Минги с крайне серьезным и сосредоточенным лицом, − Чтобы на тебя была похожа. Юнхо снова смеётся. Ему определенно нравится эта идея с собакой, и со всем остальным тоже. Он устал от работы, наелся пасты, и ему признались в любви. Этот день по праву можно считать одним из лучших.