A road to Us

Возвращаются обратно в отель они уже ночью и сразу заваливаются спать. Приятная усталость не оставляет им шанса. Минги, кажется, впервые удается нормально отдохнуть − без посторонних мыслей и тревожных размышлений. Утром на кухне их ждёт поджаренный бекон и тосты. То ли хозяйка решила за что-то извиниться, то ли просто прониклась к ним симпатией. Список дел лежит тут же на столе, сегодня он не большой. Нужно по мелочи привести в порядок пару комнат, возможно, скоро их компания пополнится новыми людьми. − Люблю тебя, − с яркой улыбкой говорит Юнхо, целуя Минги после завтрака. Эти слова оказывается очень легко ложатся на язык. − Ты безнадежный романтик, − закатывает глаза Минги и легко чмокает Юнхо в губы, разбавляя кофе сливками. − Разве это плохо? К тому же, я как и обещал, не рвусь за тобой ухаживать, − Юнхо строит глазки. − Хотя в кино бы я тебя позвал. На самую банальную драму. − Я бы сказал, что это хорошо. Мне нравится, − улыбается Минги, − Но ухаживать правда не стоит. А драме я предпочту какой-нибудь гонконгский боевик. Пока они завтракают, Юнхо много смотрит. Он видел это всё уже, но кажется сейчас всё немного по-другому, да и обстановка совсем не та, что была прежде. Это не кафе, не забегаловка у дороги и даже не привычный им уже мотель. Это почти дом. Юнхо смотрит на Минги по-новому в этом антураже. − Ты очень красивый и домашний, − Юнхо посмеивается, не сводя глаз с Минги. − Такими темпами в следующий раз мы поедем в Европу. − Ты смущаешь, − Минги опускает глаза, − Говоришь так красиво, а я не умею. Но…это приятно. Просто надо привыкнуть. И Европа звучит классно. Там вроде все очень прогрессивные. − Я смущаю? − Юнхо сегодня определённо в приподнятом настроении. Он цедит шёпотом, сильно понижая голос. − Ты описываешь наш секс, а смущаю тебя я? − Секс − это проще и не так интимно, как твои признания, − у Минги краснеют уши, чувствуется, как сильно они горят, − Юнхо, ты творишь со мной очень странные вещи. Но не останавливайся. − Мои слова про то, какой ты милый, как очаровательно мнешь в руках карандаш, про то, что твой голос мне очень приятен, а от стонов я готов кончить, волнуют тебя больше самого процесса? − Юнхо продолжает не сводить с Минги взгляда. − А ещё по твоим ушам сейчас ужасно хочется провести языком. Минги чувствует очень сильное возбуждение. Член напрягается, твердеет, а красными пятнами теперь покрывают еще и скулы. − Так проведи, − тяжело выдыхает Минги. − Как пожелаешь, − говорит Юнхо, прежде чем поднявшись с места, положить ладонь Минги на щеку и нежно поглаживать, провести языком от мочки уха вверх, по его границе. Он замирает в верхней точке, берёт край в рот и, немного подержав его так, отпускает. Минги хватается за футболку Юнхо на спине, сжимает ее, прикрыв глаза от удовольствия. − С тобой я чувствую возбуждение двадцать пять часов в сутки, кажется. Это невозможно, − кусает губы Минги. − Они такие горячие, − Юнхо снова играет языком с одним ухом, по второму при этом водя пальцами. − Хочешь вернуться в номер? − У нас нет выбора, − Минги опускает взгляд на свой стояк, − Так что возвращаемся. Напоследок Юнхо делает глоток кофе и идёт вслед за Минги в номер. Не прошло и часа, как они его покинули. Юнхо закрывает дверь, и развернувшись на сто восемьдесят градусов, тянет к себе Минги для поцелуя. − Юнхо, − хрипит Минги, − Я так хочу тебя. Воздух в комнате кажется сразу как-то плотнее и жарче. Минги чувствует, как по вискам тонкими струйками стекает пот. − Про что мне ещё тебе сказать, − Юнхо прикусывает и тянет нижнюю губу Минги. − Про губы? Они такие мягкие, что от них невозможно оторваться. Углубляя поцелуй, Юнхо прижимает Минги к стене, где без всякого стеснения, сразу расстегивает его джинсы и просовывает руку под бельё. − Здесь ты тоже горячий. Минги и не знал, что у него фетиш на подобные разговоры. Но теперь определенно будет иметь это в виду. − Продолжай, − тянет Минги, хитро улыбаясь и утягивая Юнхо в поцелуй. − Мне нравится целовать твою шею, пытаясь губами почувствовать биение пульса, или как ты сглатываешь, − Юнхо вторит своим словам, спускаясь поцелуями не шею. Минги издает тихий стон, приоткрывая рот. Языком он быстро проходится по пересохшим губам. Чуть двигает бедрами, помогая Юнхо. А руки беспорядочно скользят по чужой спине, плечам, груди − куда успевают дотянуться. − Эти звуки… − Юнхо сильнее вжимает Минги в стену, на секунду словно теряя контроль над собой в попытке поглотить человека перед собой. − Они пробирают, черт, даже не знаю как сказать. У меня от них ноги подкашиваются. Хочется пальцы тебе в рот засунуть, чтобы их схватить. − Любой каприз. Минги берет руку Юнхо в свою, усмехается как-то почти по-блядски и кладет его в пальцы в рот. Облизывает языком, посасывает, кусает не больно, но ощутимо. Юнхо рычит, дышит через раз. Воздух из легких выталкивается кусками, неравными порциями, царапающими горло. Юнхо определенно нравится то, что он видит и чувствует. Дрочить тоже не получается ровно и ритмично. Юнхо зависает, сжимает член Минги сильнее чем хотелось бы. − Твой рот… − Что мой рот? − хитро прищуривается Минги, вытащив пальцы, но продолжая сжимать их в своей руке. Юнхо пользуется моментом, чтобы поцеловать сразу глубоко и влажно, с языком и неприличными звуками в комплекте. − Твой рот сводит меня с ума. Как ты целуешь, как ласкаешь им. Я бы хотел почувствовать это снова, − Юнхо снова ныряет в поцелуй, продолжая дрочить свободной рукой. − Если поторопишься и дашь мне кончить, то обещаю тебе головокружительный минет, − Минги одной рукой хватает Юнхо за шею, чуть сжимает напряженные мышцы и заставляет придвинуться для очередного поцелуя. Земля действительно уходит из под ног. От одного только обещания Юнхо стонет в поцелуй, и с трудом удерживает равновесие. Придя немного в себя, старается держать темп. Подключая вторую руку ласкает вокруг, поглаживает. Не забывает про поцелуи, спускаясь иногда на шею или прикусывает подбородок. Минги кончает, и ему едва удается устоять на ногах. Оргазм приятной, жаркой волной разливается по телу. − Секундочку, − просит Минги, пытаясь отдышаться, хватаясь за футболку Юнхо на спине, чтобы не упасть. − Интересно, − шепчет Юнхо с улыбкой на губах. − Ты такой красивый в этот момент, потому что я тебя люблю или сам по себе? После оргазма Минги действительно красив. Взгляд с поволокой, приоткрытый рот, капельки пота на висках − это всё создаёт образ невероятно нежный, уютный, похожий на раннее летнее утро вдали от шумного города. Юнхо придерживает Минги за талию, совершенно не заботясь об одежде, потом постирает. Он с улыбкой смотрит, касается губ, когда та самая нежность в нём самом стремится к проявлению. − Такими темпами у меня сейчас снова встанет, − смеется Минги. Чмокнув Юнхо в губы он, наконец-то, находит силы опуститься перед ним на колени. Приподнимает футболку, чтобы покрыть поцелуями низ живота, прикусывает кожу над кромкой джинс. Поглаживает крепкие бедра сквозь плотный слой ткани. Сжимает, массирует немного, пытаясь расслабить. − Нравится смотреть на меня в таком положении? Юнхо опускает руку на голову Минги, пропускает волосы сквозь пальцы, скользит на щеку. − Это волнует и все еще немного смущает, − Юнхо покусывает нижнюю губу изнутри. − Хочется опуститься к тебе, но воспоминания о том, как это было… Он поднимает взгляд вверх, потому что щеки и уши теперь горят и краснеют у него. А у Минги опухшие от поцелуев губы, и взгляд этот после оргазма дурной совершенно. − Смущаться нам уже точно ни к чему, − почти шепотом произносит Минги, расстегивая пуговицы и опуская вниз язычок молнии. Он стягивает джинсы вместе с бельем к щиколоткам Юнхо и берет в руку его твердый, уже чуть влажный член. Проводит несколько раз по длине, оставляет ладонь у основания и берет в рот головку, прикрывая глаза. Посасывает, облизывает языком. Свободной рукой придерживает Юнхо за бедро, удерживая на месте. Прикосновения Минги ощущаются словно лучи солнца по коже. Горячо. И хочется зажмуриться. Юнхо прикрывает от удовольствия глаза, чтобы сконцентрироваться на этих ощущениях, потом открывает их снова, чтобы смотреть. У Минги влажные губы, эти губы не дают покоя и возможности забыть о них хоть на секунду. Юнхо не жадничает со стонами и вздохами. Они тяжёлые, негромкие, но не смолкают. Минги нравится реакция Юнхо. Как поднимается и опускается его грудь − тяжело, с надрывом. А эти абсолютно неприличные стоны… Минги берет член глубже. Втягивает щеки, максимально пытаясь спрятать зубы, чтобы не сделать больно. Проталкивает за щеку, играется и поднимает свой взгляд на Юнхо − растрепанного и возбужденного. Юнхо, который пытаясь найти в себе слова похвалы или благодарности обнаруживает только ругательства. Он раньше не представлял, насколько подобное может быть приятно, что чей-то рот способен вытворять такое. Юнхо опускает руку на свой член, кладёт поверх руки Минги, а затем движется до его губ. Нажимает на них. Так мягко и так хорошо. Юнхо хочется сказать Минги что-то, но слов просто не находится. − Черт… − только и может выдавить из себя Юнхо, в очередной раз прикусывая изнутри губы, чтобы держаться на ногах. Минги хочется снова взять пальцы Юнхо в свой рот, но боится поранить зубами чувствительную кожу. Поэтому просто продолжает с наслаждением сосать. Он не старается пропихнуть в себя всю длину − не в этом же самый кайф. Минги облизывает языком каждую венку, вытаскивает изо рта почти полностью, оставляя губы только на головке, затем снова проглатывает до середины. Челюсть немного затекает, да и по подбородку уже стекает слюна, но это такие мелочи. Одновременно хочется смеяться и почему-то плакать, а ещё чтобы это не заканчивалось, чтобы эти ощущения длились ещё какое-то время, пока сознание просто не отключится. Юнхо кажется, что он на пике, но потом чувствительность немного спадает и за этим следует новый пик. Раз за разом. Пока в какой-то момент Юнхо не теряет контроль над происходящим. Эта карусель из ощущений так сильно закручивает, что он успевает лишь положить руку на голову Минги. Юнхо хотел бы предупредить или отодвинуть, но не выходит. Из горла вырывается лишь протяжный стон, а рука сжимает в кулаке чужие волосы, пока член пульсирует у Минги во рту. − Как тебе? − Минги облизывается, пытаясь отдышаться. Он послушно глотает все до последней капли и даже показывает язык в качестве доказательства. − Круто, − Юнхо садится на пол и опирается на стену, чтобы прийти в себя. − У тебя дар, или как это ещё можно назвать. − Кто-то умеет умножать тысячи в голове, кто-то рисует, поет. А я вот, видимо, неплохо делаю минет. Это даже приятно, но только от тебя, − Минги целует Юнхо в губы − сладко и долго, закрепляя эффект. − Неплохо − это не совсем то слово, − обнимая Минги, Юнхо упирается затылком в стену и прикрывает глаза, пытаясь отдышаться. − Совсем не то. У меня небольшой опыт, но всё же это круто. Нужно идти завтракать и выполнять поручения, но у Юнхо сейчас нет желания даже шевелиться. Сил на это нет тем более. − А чем ты меня тогда за это наградишь? − Минги поводит бровями игриво, − Раз я так хорош. Юнхо отрывается от стены, садится выпрямляя спину и задумывается. − Исполнение желания подойдёт? − Подойдет, только мне надо подумать, − Минги улыбается, − Приготовь мне что–нибудь вкусное. Сам. − Ну хорошо, тогда с меня сегодняшний ужин, − Юнхо тянет руку и поглаживает щеку Минги тыльной стороной ладони. − Только ты не будешь мешать и посидишь в номере. − Я уже в предвкушении, − Минги потягивается, − Сегодня работаем? Или поваляемся еще в кровати? − Работаем, поэтому сейчас лезем в душ и за дело. Нам даже завтрак сегодня приготовили, так что постараемся. Минги лениво и долго принимает душ, отмокает. Приходится сделать воду прохладней, чтобы совсем не уснуть − после утреннего секса ужасно хочется обратно в кровать. Но работа есть работа, им еще и платят вполне себе нормально − на пожрать хватает. Минги одевается в ванной, чтобы больше не смущать Юнхо и случайно не уйти на второй заход и спускается вниз получить задания на сегодня от хозяйки. Работа на этот раз довольна интересная. Нужно разобрать одну из комнат, в которую некоторое время стаскивали всякий хлам. Подобные есть в каждом доме, а в отеле найдется минимум парочка. Они словно размножаются, распространяют вокруг себя завалы и множатся практически бесконечно. Возможно, хлам просто мигрирует. Юнхо находит здесь какие-то старые книги и журналы, пару подушек, части мебели, больше похожей на пазл, и ещё множество занятных вещей. Минги стирает пыль со старого проигрывателя для пластинок. Такой раритет. Говорят, звук в таких гораздо лучше, чем на всех современных носителях, будь то плеер или магнитофон. Он проверяет иголку, саму пластинку, тщательно осматривает. И, − о чудо! − проигрыватель оказывается рабочим. Минги включает и с первых секунд узнает голос Нины Саймон, прикрывает глаза и начинает пританцовывать под приятную джазовую мелодию. Юнхо смотрит на него, сидя на полу. Движения Минги приятные и плавные, можно наблюдать за этим бесконечно и жаль, что поблизости нет камеры, хочется сделать фото. − Потанцуем? − предлагает Минги, протягивая руку Юнхо. У них еще довольно много работы, но почему бы не сделать перерыв в такой приятной атмосфере. Юнхо теряется и не сразу подаёт руку. Оглядывается по сторонам, словно предложение могло быть адресовано кому-то ещё. Он с легкостью танцует в клубах, и там не задумался бы ни на секунду. Но среди всех этих вещей предложение от Минги звучит особенно. Похоже на то, как вам вдруг в темной комнате шепчут на ухо секрет. Юнхо поднимается с пола и вкладывает свою ладонь в руку Минги. − Хорошо. Минги одной рукой держит Юнхо за талию, второй касается плеча. Пододвигается ближе, сокращая между ними расстояние и медленно раскачивается в подобии танца. На самом деле, они почти топчутся на месте, но это не кажется сейчас важным или значимым. Юнхо странно и немного неловко. Он никогда не танцевал с парнем подобное, только с девушками. И там было просто и понятно. Сейчас непонятно, кто должен вести, хотя музыка сама направляет и через некоторое время становится проще. − Ты хорошо двигаешься, − Юнхо буквально чувствует потребность продолжить диалог. − Хотя, в постели я это уже заметил. − Когда был мелким еще занимался танцами. Две темнокожие женщины бесплатно обучали хип-хопу детишек. А возвращаться домой, как ты понимаешь, мне никогда особо не хотелось. Поэтому ходил на всевозможные благотворительные кружки, лишь бы мать не видеть, − Минги говорит тихо, почти шепчет Юнхо на ухо свою историю. Не хочет разрушать момент. − Ты мог бы заниматься этим и дальше, − Юнхо от разговоров расслабляется, движения становятся мягче. − Наверное, − соглашается Минги, − Я пару раз участвовал во всяких уличных баттлах, не выигрывал, конечно, но отрывался неплохо. Надо повторить. Ты же будешь за меня болеть? − Я буду в первых рядах, − Юнхо улыбается и продолжает шептать, потому что по-другому говорить у них не получается. − И буду всем рассказывать, что мой парень самый лучший. − Парень, − Минги перекатывает это слово на языке, пробует на вкус. Оно кажется чужеродным, но очень приятным − как экзотический фрукт, недоступный и запредельно дорогой, − Не верю до сих пор. − Я люблю тебя, − Юнхо невесомо касается губами шеи. − Мой Минги. − А ты только мой, Юнхо, − Минги подставляет свою шею под поцелуи, прикрывает глаза. − Мне нравится, как это звучит, − Юнхо продолжает целовать шею совсем легко и почти невинно, ни на что не намекая. − Такими темпами моя книга из роад стори превратиться в любовный роман, − посмеивается Минги, опуская руки Юнхо на спину. − Они популярны. Перепишешь меня в девушку, какую-нибудь оторву на мотоцикле, хотя нет, Додж оставь, − Юнхо на секунду прикрывает глаза, ощущая чужие прикосновения. − Боюсь, тебе платье точно не пойдет. И Додж я так никогда не смогу предать. Уже прикипел к нему, − улыбается Минги. − Это почему? − Юнхо даже обижается, совсем немного. − У меня хорошая задница и ноги неплохие. Можно даже мини юбку, а сверху рубашку, хотя джинсы, например, тоже вполне, не обязательно платье. И волнистый блонд хочу, а лучше хвостики! − Не так выразился, − защищается Минги, − Ты мне нравишься парнем, и я не собираюсь это скрывать, тем более в своей книге. − Такое никто не будет читать, − Юнхо обнимает Минги покрепче и укладывает подбородок на плечо. − Пиши лучше просто про отель, про хлам в комнате и пластинки. − Ну и пусть. Я уже говорил, что эта история без тебя не обойдется. Причем во всех подробностях, − серьезно говорит Минги. Юнхо ничего не отвечает. Ему это, конечно, ужасно льстит и приятно, но в то же время не по себе. Слишком уж много у них откровенных подробностей. Он пытается вспомнить все те книги, где было написано “основано на реальных событиях” или что-то из автобиографий. Читать их было интереснее, потому что они оказывались как-то ближе. Но Юнхо не припомнит в них сцен секса. − Это значит, все смогут прочитать про меня, даже мама? − спрашивает он чуть позже, когда мелодия уже закончилась. − Если ей так захочется, − Минги подмигивает игриво, − Я, конечно, думаю о том, чтобы поменять имена. Но пока не уверен. − Надеюсь, не захочется, − Юнхо от смущения краснеет. − Давай уже дальше разбирать, а то так до ночи не управимся. Минги потягивается, делает музыку немного громче и продолжает уборку, периодически пританцовывая и подпевая. Несмотря на свою любовь к хип-хопу, джаз всегда занимал в его сердце отдельное место. Юнхо наблюдает за ним украдкой, иногда присоединяясь, но большую часть времени все же оставаясь в стороне. Разбор комнаты они заканчивают уже ночью. В маленькой комнате оказывается какая-то черная дыра из вещей − за одной малюсенькой коробочкой оказывается другая, где-то прячется третья. Ребята подолгу зависают над чем−то интересным, вроде тех же пластинок или книг, но большая часть мусор, который оставляли “на всякий случай”. На кухне их ждет скромный ужин, приготовленный хозяйкой, и билеты в кино на завтра с запиской. Юнхо крутит их в руках, отдает Минги, пока читает текст сопровождение. Им дают небольшой отдых, что-то вроде мини отпуска на один день, возможность выспаться и погулять по городу. − Нас здесь явно любят, − довольно говорит Минги, перебирая в руках билеты, − Сегодня остаемся дома? А то уже поздно. − Сегодня мой максимум− это душ и кровать, так что да, остаёмся дома, − Юнхо на секунду задумывается. − Но если ты куда-то хочешь, можем попытаться. − Нет, нет, у меня уже спина и ноги отваливаются. Так что в душ и в постель. Можно кофе еще выпить с печеньками. − Печеньки, − мечтательно произносит Юнхо. − И молоко. Сразу Рождеством повеяло. − Никогда его не отмечал, − пожимает плечами Минги, − Даже имбирные пряники не пробовал. Притворно хватаясь за сердце, Юнхо ищет рукой стену. − Ты серьёзно? Даже когда совсем мелким был? И дурацкие свитера не дарили? Не заставляли учить песенки? − Так, пока я вижу одни плюсы в том, что не праздновал Рождество, − усмехается Минги, − Нет, конечно. Матери было не до меня, а как сбежал − думал в декабре только о том, чтобы пережить зиму. − И как ты жил в это время? Знаешь, во всех сказках для детей ты был бы тем, кто ненавидит Рождество и хочет его уничтожить, ведь вокруг все счастливы, − за разговором они заходят в комнату, Юнхо закрывает дверь, трет глаза, минуя расстояние до кровати. − Как обычно? Все-таки Рождество – это семейный праздник, а у меня никогда не было семьи. Так что и отмечать не особенно хотелось. − Куплю тебе подарок в этом году, − спокойно и очень уверенно говорит Юнхо, прежде чем скрыться в душе. Осталось только придумать, какой именно. Минги усаживается на край кровати и прокручивает в голове мысль о совместном Рождестве. Он представляет себя и Юнхо в красных свитерах с оленями, обмотанными мишурой и немного пьяными. Вокруг гирлянды, тепло пахнет запеченной индейкой и имбирными пряниками. А под елкой их уже ждут разноцветные коробки с подарками. Картинка живая, объемная. Но Минги не может отделаться от мыслей о том, что любовь к Юнхо − взята взаймы. И держится только на призрачных мечтах и образах. − Давай в душ, иначе уснешь прямо так, − Юнхо целует Минги в щеку, треплет волосы и улыбается самой тёплой улыбкой. От него пахнет чистотой и мылом. Он забирается под одеяло, садится, показывая всем видом, что будет ждать. Минги кивает и уходит в душ. От теплой воды начинает еще сильнее клонить в сон, и он не задерживается. Хочется просто закрыть глаза и уснуть − как минимум для того, чтобы не думать ни о чем. Минги надевает чистое белье, свежую футболку и ныряет в объятия Юнхо. − Я куплю тебе свитер, раз у тебя их никогда не было, − приговаривает Юнхо, поглаживая Минги по волосам, убаюкивая. − Или шарик со снегом, что-нибудь самое банальное. Наверное, лучше свитер, шарик обязательно разобьется, и ты не сможешь носить его с собой. А свитер сможешь, или даже шарф. Минги улыбается куда-то в шею Юнхо. Хочется, чтобы это все сбылось. Хочется провести Рождество вдвоем. Но в реальности, возможно ли такое? − Только я хочу поехать туда, где есть снег. В Сан-Франциско его почти никогда не бывает. Придется что-то придумать. − На Аляску? − Юнхо посмеивается и прижимается щекой к макушке Минги. − Это будет как минимум весело. − Интересное предложение. Но я бы хотел в Европу. Да и Ньй−Йорк тоже пойдет, там порядок со снегом. − Пусть будет Европа. Поедем в Прагу, я слышал, там любят Рождество, или куда ты захочешь. Только надо будет подработку найти, не хочу у Донована брать. − Ты же еще учишься. Тяжело будет совмещать. Так что, пока Нью-Йорк, пройдемся по местам из “Один дома”. А там уже посмотрим. − Согласен, − Юнхо кивает и закрывает глаза. Он засыпает через пару минут, оказываясь в мире, где на его родной пляж в Сан-Франциско падает снег. Минги еще ворочается недолго, пытаясь найти удобное положение, но, в итоге, тоже быстро засыпает. Ему ничего не снится. И, наверное, это даже к лучшему. Просыпаются они позже обычного, виной тому облака, что стройным рядом плывут по небу, скрывая солнце. Юнхо потягивается, осторожно дергает за плечо Минги и идет чистить зубы. На завтрак хлопья, на вкус вполне привычные, возиться с чем-то другим нет никакого желания. Билеты в кино у них на дневной сеанс, до которого ещё есть пару часов. Юнхо в это время проводит ревизию своей одежды, смотрит, что нужно постирать, а что пойдет лишь на тряпки − вытирать грязь в кузове Доджа. Минги, иногда бросая на него взгляд, сидит на кровати с блокнотом. Юнхо это видится почти идиллической картиной. После фильма у них нет особых планов − погулять, может, зайти в бар или кафе. Кинотеатр находится в паре кварталов от их отеля. Небольшой, обветшалый и готов принять любого, кто захочет провести в его стенах пару часов. Днем здесь довольно пусто, людей в зале можно пересчитать по пальцам на одной руке. По мнению Юнхо − это, скорее, плюс. Можно негромко переговариваться, обсуждать, не слыша недовольные вздохи в свою сторону. Минги нравится думать об этом походе в кино, как о свидании. Звучит немного странно, но однозначно приятно и интересно. Будто картинка, вырванная из чьей-то другой жизни или взятая со страниц женского романа. Они даже покупают большое ведро попокрна и колу − все по законам жанра. Минги усаживается рядом с Юнхо на места в предпоследнем ряду и откидывается на мягкую спинку кресла. В зале темно. Юнхо окидывает взглядом сидящих − парочка на пятом ряду, явно пришла сюда приятно провести время, ещё трое, расположившихся на разных креслах, − просто скучающие, и один, судя по всему, фанат фильма, глаз с экрана он не сводит ни на секунду. Когда из колонок начинает звучать тревожная и даже зловещая музыка, Юнхо пытается воспроизвести в памяти название фильма, кажется, там не было ничего про мертвецов, зомби или ведьм из параллельного мира. − Похоже, фильм ужасов, − говорит он, обращаясь к Минги. − Кажется, да, − отвечает Минги, медленно поедая соленый, суховатый попкорн. − Я, конечно, рассчитывал на какие-нибудь приключения, боевик, детектив. Название у фильма совершенно бесцветное, могло быть что угодно. Слушай, Минги, а ты поклонник зомби-апокалипсиса или какого-либо катаклизма, вроде, наводнения. А может пришельцы? − Если выбирать из всего перечисленного, то наверное, зомби-апокалипсис. Это по-крайней мере, интересно. А то ураганы, астероиды − совсем скучно и заезженно. Юнхо хрипит, изображая зомби, пока на экране показывают обычную американскую семью, которая в очередной раз приехала не в тот дом, не в том районе. − Я думаю, что выжил бы. − Ты точно. Хотя считаю, что у меня тоже шансы неплохие, − Минги шутливо защищается и сгибает руку, чтобы показать свой скромный бицепс. − В их случае полезнее бегать и прицельно стрелять в голову, − на экране кто-то кричит, и Юнхо поворачивает голову, посмотреть, что случилось. Всё довольно стандартно. Пропажа, кровь и посторонние шумы по ночам. − Мне даже один раз довелось стрелять из пистолета, − как бы между прочим говорит Минги, − Попал в неприятную заварушку. Никого не убил, не переживай. Но припугнуть надо было. − Тогда, считай, выживание тебе обеспечено, − Юнхо улыбается и вновь переводит взгляд на экран. Сюжет хоть и читается на пару шагов вперёд, всё равно, интересно. − Стоит ли говорить, что отдача от выстрела так напугала меня, что я выронил в итоге пистолет? − смеется Минги. − Нет, − Юнхо от смеха утыкается лбом в сиденье перед ним. − Ты должен был сохранить образ крутого парня. − А мне перед тобой не стыдно. Я первый раз в руках пистолет держал! Ты знаешь какая там отдача? У меня правда потом рука даже болела. − Я оружие никогда в руках не держал, даже охотничье. Интереса не было, да и надобности тоже. − Надеюсь, и не понадобится. Хотя, мне кажется, из тебя бы вышел классный босс мафии. Такой расчетливый, сильный…и очень сексуальный. − Спасибо, − Юнхо улыбается, поглядывая иногда на экран. Там девушка, прижимая телефонную трубку к уху, оглядывается по сторонам, дергаясь от любого шороха. − Ты бы предпочел полицейским, в таком случае, или личным помощником? − Легавый из меня точно так себе, − задумывается Минги, − Поэтому правой рукой. Киллером или информатором. Или всем вместе. − Принимаю тебя на работу, − Юнхо одобрительно кивает своим же мыслям и на какое-то время замолкает, погружаясь в сюжет фильма. Происходящее на экране по-прежнему нельзя назвать чем-то остросюжетным, но финал узнать хочется все равно. Однако к разочарованию Юнхо, где-то в середине фильма события начинают разворачиваться слишком уж неожиданно. Сюжет превращается в кровавый фарс, и с трудом можно сказать, что объединяет всех героев, кроме безумной задумки сценариста. Юнхо начинает скучать, фильм слишком затягивается. В очередной раз на экране мелькает телефон, и мысли, свободно плывущие по волнам памят,и цепляют там довольно интересный факт. − Слушай, Минги, ты когда-нибудь звонил в секс по телефону? Минги, тоже уже заметно заскучавший от весьма третьесортного кино, резко разворачивает голову, роняет из рук горсть попкорна от удивления: − Нет, даже не думал о таком. Ты это к чему? − Просто подумал, что ты вполне бы мог, − Юнхо разворачивается к Минги, теряя интерес к фильму. − Хотя, на самом деле, у меня просто есть друг, который пару раз названивал, у отца нашел телефон. Реально друг, не подумай. Так вот, он говорил, что правда встает. Но я считаю это чушью. Как какие-то непонятные вздохи и “я снимаю трусы” может возбуждать. Меня бы скорее ржать тянуло. Вот и подумал, тебе вроде как было приятно от моего голоса, может, ты и такое пробовал. − Звучит интересно, − соглашается Минги, − Но я бы предпочел слушать твой голос вживую. Хотя, если моя книга станет хитом, придется часто ездить в пресс-туры. Вот тогда попробовать можно. Минги подмигивает Юнхо и шутливо шлепает его по крепкому бедру. − Давай сейчас попробуем? − жест Юнхо игнорирует, слишком увлечен возникшей в голове идеей. − Все равно заняться нечем. К тому же, я хочу узнать, в чем суть фильма, но думаю, ещё полчаса нас точно будут морозить. − Секс по телефону, но без телефона? − усмехается Минги, − Ну, давай, начинай. − Глаза закрой, − Юнхо рад, что в зале не очень хорошая видимость. Минги послушно закрывает глаза и сильнее вжимается в спинку кресла от волнения. Да, людей на сеанс пришло немного, но они все равно есть. Юнхо собирается с мыслями, облизывает губы и ерзает на месте. Он несколько раз сжимает спинку сидения перед собой, прежде чем подвинуться к Минги поближе. − Только не смейся, − Юнхо оставляет быстрый поцелуй около уха Минги. Он не знает с чего начать, потому что про одежду глупо как-то, а сразу со стонов не начнешь. − Я захожу в твою спальню в черном строгом костюме и белой рубашке, ослабляю галстук на шее, кладу на столик пистолет и подхожу к кровати. Не стоило так много говорить про боссов мафии. Хорошо, что в голове возник этот образ, а не какого-нибудь зомби. Поначалу Минги становится немного смешно. Юнхо говорит слишком пафосно, будто репетирует сцену для школьного спектакля. Но подыграть кажется весьма неплохой идеей. Из этого может даже что-то получится. − Я медленно разбираю свою снайперскую винтовку. Из одежды на мне только халат − успел принять душ после успешной миссии, − тихо-тихо отвечает Минги. Юнхо и сам с трудом сдерживает смех, особенно после слов про винтовку. Но он решил, что дойдет хотя бы до стонов, там должно быть поинтереснее. − Я подхожу к тебе ближе, медленно провожу рукой по бедру, немного распахнув халат, − Юнхо сопровождает свои слова реальным движением, хотя это и не совсем честно, но помогает расслабиться. − Под ним у меня ничего нет, − Минги шумно выдыхает и облизывает резко пересохшие губы, − Я откладываю свою винтовку и прошу тебя продолжить. Говорю, что очень скучал. − Делаю несколько шагов вперёд, заставляя тебя отступить к кровати, − Юнхо шепчет, почти касаясь губами уха. − Я тоже скучал. − Я сажусь на кровать, ослабляю пояс и одним только взглядом приглашаю присоединиться, − отвечает Минги, прикрывая глаза. − Медленно вытаскиваю пояс, чтобы он больше не мешал, спускаю халат с твоего плеча, − Юнхо говорит это куда-то в шею, надеясь, что Минги почувствует дыхание. − Касаюсь губами кожи. Мне оставить галстук? Или ты хочешь, чтобы я снял всё? − Снимай все, − уверенно говорит Минги, − Я отклоняюсь назад, тяну тебя за собой. Хочу сегодня все сделать сам, ведь ты наверняка устал. Юнхо прикусывает губу. Это становится интересно, и даже тревожная музыка на фоне не отвлекает. Юнхо ерзает на месте, обдумывая идею пару секунд. − Я останавливаю твои руки и не иду на кровать. Отхожу немного и медленно расстегиваю рубашку, снимаю её, затем брюки. Галстук идёт следом за бельём, − Юнхо снова понижает слышимость своего голоса почти до нуля. − Не хочешь побыть сверху? − Хочу, − с придыханием и почти стоном выдавливает Минги, − Сделаю тебе приятно. Расслабишься, отдохнешь, − Минги зажмуривается, представляя все это, − Я встаю с кровати только для того, чтобы опрокинуть тебя на застеленную постель. Нависаю сверху, целую − везде. − Да, вот здесь, − тянет Юнхо и кладёт руку Минги к себе на колено. − Я обнимаю тебя, трогаю волосы. − Провожу рукой по твоему бедру, по внутренней стороне, − Минги дублирует свои действия в реальности, − Выше − чувствую, что у тебя уже стоит. Нравится? − Нравится, − сглатывает Юнхо и бегло осматривается. Они никому не интересны. − Мне нравится. Юнхо не выдерживает и касается губами шеи Минги. Это почти не чувствуется, но до дрожи необходимо. Рука на бедре горячая, или так только кажется, понять сложно. Юнхо радуется темноте, потому что, собравшись с силами, он все-таки таки стонет Минги на ухо. − Так хочешь, чтобы я тебя трахнул? − Минги с силой сжимает бедро Юнхо и усмехнувшись кладет руку на его член, скрытый под джинсами и бельем. − Да, не тяни с этим, − положив свою ладонь поверх руки Минги, Юнхо немного давит вниз. − Ты же хочешь, чтобы я стонал громче и говорил, какой большой у тебя член? − Ты меня с ума сводишь, − рычит Минги, тяжело выдыхая, сжимает член Юнхо, − Наверное, весь день думал об этом? Как я возьму тебя − грубо с силой. − Мечтал, как твой член окажется во мне, как я буду просить тебя ещё и ещё. Быстрее, Минги, быстрее, − Юнхо улыбается и снова стонет. − Я развожу ноги сильнее и жду, когда ты уже решишься. − Какой нетерпеливый, − Минги продолжает неспешно поглаживать член Юнхо, − Сначала я трахаю тебя пальцами. Двумя, потом добавляю третий. Ты так хорошо принимаешь меня. − Я прикрываю глаза, полностью отдаваясь во власть твои рукам, − Юнхо касается поцелуем шеи Минги, уже не церемонясь, проводит языком и снова стонет. Делает это протяжно и с чувством, дышит тяжело, стараясь отыгрывать как можно лучше. − Я вхожу в тебя − сразу почти на всю длину, заполняю, − Минги кусает губы, втягивает носом горячий воздух, − Несмотря на подготовку, ты очень узкий. Увеличив расстояние между ними на десяток сантиметров, чтобы было больше воздуха, Юнхо матерится. Больше про себя, чем вслух. Он не думал, что этот прикол зайдёт так далеко и не закончится просто их смехом на весь зал. Оказывается, подобные слова действительно волнуют, возбуждают и в данный момент заставляют сжать ягодицы и ерзать на месте. Минги в реальности не делает ничего из сказанного, но фантомные ощущения всё равно есть. Юнхо вспоминает их секс, и в своих мыслях переворачивает то, что происходило. Нужно что-то ответить. Юнхо кусает губы, бросает на Минги короткие взгляды. − Я замираю, тяжело дышу и смотрю на тебя, − получается больше описание самого себя в этот момент, чем в том процессе. − Прошу тебя двигаться и поцеловать меня. − Не могу не выполнить твою просьбу. Целует Минги в реальности, а из движений − его рука на члене Юнхо. Они не одни, кто-то в любой момент может оглянуться на шумные вздохи. И это возбуждает лишь сильнее. Минги представляет как сладко было бы в действительности трахнуть Юнхо. Мысль настолько дикая и возбуждающая, что его собственный член напрягается и твердеет. Поцелуй делает всё гораздо лучше и хуже одновременно. Юнхо кусает губы и прикрывает глаза. − Твой член такой большой, мне очень хорошо. Я чувствую его так глубоко, − как выглядит член Минги, Юнхо помнит. Правда, с описанием ощущений, когда не испытывал этого в реальности, сложнее. Поэтому приходится опираться на то, что есть сейчас и свою фантазию. − Твои руки гладят меня, и я благодарю тебя стонами. − Я уже на грани, хочу кончить тебе на спину, разрешишь? − ухмыляется Минги, целуя открытую шею Юнхо. − Да, − Юнхо облизывает губы. Он стонет в реальности, не в фантазиях. Негромко, но сладко, чуть запрокидывая голову назад, подставляясь под чужие поцелуи и руки. Ладонь Минги на члене всё ещё ужасно горячая, внутри тоже всё горит, просит ещё. И плевать на стыд, людей в зале. Юнхо открывает глаза, чтобы следить за фильмом. Пока не идут титры, есть время. − Вытаскиваю свой член, шлепаю тебя по заднице и кончаю на нее, на спину. Тебе это очень идет, − Минги аккуратно ловит стоны с чужих губ − не целует, лишь дышит тяжело. − Ты хочешь, чтобы я кончил прямо сейчас? − шепчет Юнхо, проводя рукой по шее Минги. − Или оставим это на вечер? − На вечер, − улыбается Минги, − Как минимум, мне жалко твои джинсы. Опять. − Но совсем не жалко меня, − Юнхо сжимает ладонь Минги в своей, и клюнув носом в щеку, быстрым поцелуем касается губ. − Пойдём. Плевать уже на сюжет. И мне надо умыться. − Не жалко, − хихикает Минги и встает с кресла, едва не роняя ведро с попкорном,− Тогда сначала в туалет, а потом предлагаю прогуляться. Или сразу домой? − Давай все же прогуляемся, − Юнхо улыбается, сжимает чужую руку. − У нас сегодня выходной. − Полностью тебя поддерживаю, − Минги ведет Юнхо в сторону туалета. Фильм еще идет, поэтому внутри никого. И пользуясь случаем, Минги целует Юнхо в губы, прижав его к столешнице с раковинами. Юнхо судорожно выдыхает в губы Минги. Возбуждение ещё не отпустило, и его немного потряхивает от их разговоров. Юнхо проводит по руке Минги, придерживает его, не давая отодвинуться. − Ты правда готов был бы со мной заняться сексом в…такой позиции? − спрашивает Минги, пытаясь отдышаться после поцелуя. − А ты этого действительно хочешь? − Юнхо заглядывает в глаза Минги, пытаясь найти ответ там. − Не буду врать, что да, хочу. Но если тебе некомфортно − ничего страшного. Мне и снизу очень даже хорошо, − улыбается Минги, поглаживая Юнхо по плечу. Юнхо не уверен, что может согласится вот так сразу. Он, на самом деле, до этого момента и не думал о таком положении вещей. − Минги, дашь мне время подумать? − Юнхо проводит ладонью по шее Минги, прячет взгляд. − Я даже не настаиваю, − успокаивает Минги, − Просто мысль кажется мне очень горячей. С твоей-то задницей. − Спасибо, − Юнхо смущается и прикусывает мочку уха Минги. − Дашь мне все-таки умыться? − Так уж быть, − разрешает Минги, отлепляясь от Юнхо, и давая ему доступ к раковине. Умываясь, Юнхо набирает полные ладони воды, задерживает их на лице, чтобы охладиться. Сердце по-прежнему колотится и нужно пару минут на подышать. − Идём, − Юнхо берет Минги за руку и тянет в сторону выхода. − Мне понравился наш импровизированный секс по телефону, − смеется Минги, − Но в жизни все же лучше. − Как-нибудь обязательно повторим, − урчит Юнхо, касаясь поцелуем шеи Минги. − Куда мы пойдём теперь? − Может, в парк? Погода отличная. Возьмем мороженое. Чур, мне фисташковое! − Хорошо, тогда я тебя угощаю, − Юнхо выходит из кинотеатра, продолжая держать Минги за руку. − Это что, свидание? − Минги смешно двигает вверх бровям, будто заигрывая. − Да, считай это свиданием, − Юнхо сильнее сжимает руку Минги и подмигивает. − Хочешь ещё и букетик подарю? − Сто одну розу и не меньше, − прыскает Минги от смеха, − И колечко с бриллиантом. − На колено тоже вставать? Могу прямо сейчас, − Юнхо опускается на колено и протягивает Минги руку. − Эй, ты чего, − Минги слегка паникует и оглядывается, опускаясь к Юнхо, − Это слишком ответственный шаг, оставим его на потом. − А ты хотел бы? − Юнхо и сам не знает, шутит ли он все ещё, или спрашивает уже серьезно. − Глупый вопрос, − пытается отмахнуться Минги, − Это же, как минимум, невозможно, ни в одной стране мира. Даже в Нидерландах. − Ну хорошо. Тогда мы подождём, когда это станет возможно, − Юнхо поднимается с колен. Он делает вид, что для него это все было лишь смешной шуткой, но уши предательски краснеют. − Подожди, − Минги хватает Юнхо за запястье, − Ты серьезно сейчас? − Про свидание? Про колечко? Кстати, это было твое предложение. Или про предложение? − Юнхо останавливается и делает шаг к Минги, чтобы их разговор остался приватным. − Про все сразу. Ну, наверное, кроме колечка. Если честно, я в целом не большой фанат украшений, − Минги переминается с ноги на ногу, не решаясь посмотреть Юнхо в глаза. − Я действительно хочу пригласить тебя на свидание и вести себя, как на свидании, а не на простой прогулке в приятной компании, − Юнхо берет ладонь Минги в свою, поглаживает пальцы, перебирает. − А про предложение… Все как-то слишком быстро, но мысль об этом меня не пугает. − Ты не боишься осуждения? Чужих взглядов? Мне-то терять нечего − я привык. А за тебя я очень переживаю. − Минги, тормози. Я пока не знаю. И не могу тебе сказать, боюсь подобного или нет. До этого момента ещё есть время, возможность решить нам двоим. Я хочу быть с тобой, да, это так. Я бы хотел с тобой нормальные отношения, познакомить с родителями и друзьями, жить вместе, − Юнхо отводит взгляд куда-то в сторону, на проезжающие мимо машины, на людей, спешащих по своим делам. − Но я не могу тебе сейчас этого обещать. Я не уверен даже, что ты останешься со мной к концу этого лета. − Извини, я правда, наверное, несу какие-то глупости. Просто меня периодически накрывает разными мыслями, совсем не радужными. Что я тебе не подхожу или лишаю чего-то важного. Я сам прекрасно понимаю − загадывать нет смысла. Прости, как обычно все испортил, − Минги вздыхает и усаживается на ближайшую лавочку. − Ты поедешь со мной в Сан-Франциско? − Юнхо садится рядом, продолжая все так же рассматривать прохожих. − Или хочешь, чтобы я остался с тобой в Нью-Йорке? − Никак у нас не получается “не загадывать”, − грустно усмехается Минги, − Не знаю, не думал. После того, как я сбежал из дома, нигде надолго не задерживался. По сути, мне все равно, где жить. Я к одному конкретному месту не привязан. А книги писать можно из любой точки мира. − Это не ответ, Минги. Я не имею права требовать от тебя чего-то и прекрасно это понимаю. И не могу тебе дать уверенности в завтра, − Юнхо встает со скамьи и тянет Минги за собой. − Поэтому идем, мы не должны просрать этот выходный. Нас ждет парк и мороженое. − Кажется, мы стали слишком много думать в последнее время. Надо расслабиться. Поэтому с тебя мороженное и кола, − Минги надувает шутливо губы, словно обиженный ребенок. − Хорошо, идем, − Юнхо укладывает руку Минги на плечо и слегка бодает его головой.