Путь в счастье и дорога домой

Шерлок осторожно приоткрыл дверь комнаты, что находилась рядом сним. За дверью сразу в глаза бросались голые стены, но не обычного серого цвета, а больше лазурного. Из окна в комнату лился приглушённый жёлтый свет, освещая пока пустую комнату. В углу комнаты стояло разобранное кресло, на котором мирно спал новый друг Шерлока. Лицо Джона во сне было настороженным, беспокойным, но иногда сменялось на умиротворённое. Шерлока терзали мысли о нём. Как он жил раньше? Где? Жил только с родителями и сестрой? Со всеми ли знакомыми ладит или с кем-то нет? Ну, судя по тому, как вчера они убегали от двух детдомовцев, не со всеми. Хотя, может, до гибели его родителей он был с такими идиотами не знаком, а узнал только тогда, когда судьба его уберегла от жизни в детском доме. Шерлок строил теорию о том, что какие-то дома сирот Джон уже посещал, общался с ребятами в том месте, а сотрудники, вероятно, полиции, или медики, или психологи, ходившие с ним, общались с персоналом. И Джон — такой добрый, открытый, доверчивый, — рассказывал про себя, а вскоре и о том, что по решению взрослых он жить в детском доме не останется. Тогда-то, вероятно, и появились враги Джона. Идиоты. Как можно быть ему врагом? Как можно говорить что-то плохое в его сторону? Шерлок так же тихо закрыл дверь и направился вниз, к своей маме. Она, наверное, думает, что Джон некоторое время (хотя бы Рождественские каникулы) поживёт у них, а потом будет разбираться с его дальнейшим проживанием. Возможно найдёт родственников или близких друзей родителей, которые лучше сгодятся Джону в качестве опекунов или новых родителей. Завидев сына, спускающегося по лестнице, миссис Холмс подняла голову от плиты: — Доброе утро, Шерли. Как Джон? — Доброе. Джон спит. — в этот раз Шерлок решил не отнекиваться от приторного «Шерли». — Спит? Странно… — она вновь опустила взгляд на сковороду, в которой жарился омлет с гренками. — Почему странно? — Ну как: он ведь из бедной семьи, значит работали в семье все, включая детей, просто основное их внимание родители заостряли на учёбе. Тем не менее, чтобы успеть и на работу, и в школу, вставать нужно часов в пять-шесть точно. А ради работы, я уверена, он и время сна укоротил. — в который раз Вайолет подтвердила мысли Шерлока о том, что дедукцией он пошёл в мать. — Но мам, ему девять. На его плечи взвалилась ответственность за своё жильё, лечение сестры, своё пропитание, своё здоровье, своё образование и в принципе своё выживание. Он сильно вымотался за этот время и спал не пойми где, поэтому не удивительно, что на нормальном месте для сна и в комфортных условиях он уснёт надолго. — Ладно, ладно, убедил. — с довольной ухмылкой протянула миссис Холмс, — Но ты не за этим пришёл, ведь так? — Да. — Шерлок подошёл, чтобы быть ближе к матери, и пальцами взялся за столешницу, а потом осторожно спросил, — Мы ведь разрешим Джону жить с нами? — Шерлок, — та вздохнула, наполовину поворачиваясь к сыну, — у него могут быть родственники. Если не в Лондоне, то в другом городе, вдруг он захочет вернуться к ним? Или они сами уже знают и едут за Джоном? Милый, ты же этого не знаешь… — У Джона абсолютно точно нет других родственников. — он нахмурился, напрягая пальцы, —Мам, его чуть не сдали в сиротский приют, ты знаешь вообще, как там ужасно? — Шерли, ну почему сразу «приют»? Просто детский дом… — Давай будем называть вещи своими именами. — строго и раздражённо заявил Шерлок,— И вообще, не меняй тему! Джон жил в каком-то прилавке, и я искренне удивлён, что он выживает так, что с бездомным сиротой и близко не стоит. Сейчас этот прилавок закрыт в принципе, ему идти некуда, на рождественские каникулы он точно будет жить у нас — это не обсуждается. — одну руку он сжал в кулак и почти бесшумно опустилна столешницу, —За это время он тут адаптируется, привыкнет, а потом что? — мне ему сказать: «Всё, Джон, пожил и хватит» и на улицу выставлять?! Да не в жизни! — Я всё понимаю. — спокойно но с нотками суровости прервала сына Вайолет, — Ты хочешь помочь. Он твой друг. Но ты не видишь обратную сторону этой жизни. Будут ссоры, будут конфликты, будут перерывы в общении. Будет сложно, Шерлок. — она запнулась, будто хотела добавить что-то ещё, но осеклась. — Мам, пожалуйста. — вновь смягчился Холмс-младший, — Я узнал, что Джон ходит в ту же школу, в которую ты меня переводишь после каникул, и мы будем ездить вдвоём. А с конфликтами мы сами справимся как-нибудь, ладно? Ну, постараемся, хотя бы. Если вдруг что, то придём к тебе за советом. Пожалуйста, мам. Миссис Холмс обернулась в сторону мальчика. Тот стоял с умоляющим видом, детскими просящими глазами, которые могли спровоцировать на что угодно. Но сам факт, что такой взгляд у Шерлока мать видела первый раз в жизни — сейчас, когда он просил разрешить Джону жить с их семьёй, останется фактом. Вайолет вздохнула: — Ты же понимаешь, что мы не сможем сделать его полноценным членом нашей семьи? — лопаткой она перевернула омлет и несколько гренок на сковороде, — Ты вполне способен здраво мыслить как взрослый и понимаешь, что я не буду отпираться, придумывать оправдания для тебя, как для маленького ребёнка, и скажу всё прямо, да? — за её спиной послышалось согласное мычание, —Гордыня — знаешь такое понятие? Из-за гордости мы не сможем его оформить как нашего сына. Он из бедной семьи. Не из знатного рода. И каким бы хорошим, милым, обаятельным он не был — не отрицаю, он действительно такой, — мы его не усыновим. Если для тебя так важна судьба Джона, то мы с твоим отцом подпишемся, как его опекуны. — она повернулась к сыну, который начал сиять глазами и благодарной улыбкой,— Вы с Майкрофтом, по документам, будете ему никем. И он будет вам никто. — Да, да, конечно, я согласен! — Шерлок оборвал мать на слове «никто», — Спасибо большое, мам! — Беги за Джономи идите есть! — с улыбкой сказала та, выключая плиту. Шерлок метнулся к лестницеи поднялся по ней, перепрыгивая каждую вторую ступеньку. Он постарался как можно бесшумнее подойти к двери, сделал вдох-выдох и осторожно постучал костяшками в дверь. Не дожидаясь ответа, он не спеша открыл дверь и заглянул в комнату. Джон принял сидячее положение на кровати и потирал сонные глаза. Волосы были взъерошены и забавно пушились, освещаемые тёплым жёлтым светом. Младший зевнул, распрямляя плечи и вытягивая руки в стороны, потягиваясь, а потом бросил их в расслабленном виде на кровать и стал сонно моргать, разглядывая Шерлока. — Доброе утро. —заспанным голосом отозвался он, улыбаясь. —Доброе утро. — веселее сказал Шерлок, улыбнувшись в ответ, затем стеснительно прошёл в его комнату, — Я зайду? — Да, да, конечно. —Джон подвинулся на временной кровати чуть назад, приглашая этим жестом Шерлока сесть. Тот принял немое приглашение. — Мы можем обустроить комнату, как ты захочешь. — тут же начал Холмс, —Просто надо будет съездить и выбрать или планировку, или отдельную мебель. — Правда?— в солнечном свете глаза Джона блестели небом и лесной рекой, — Я правда буду жить с вами? —Да, мы с мамулей это даже уже обсудили. Она даже согласилась занять статус твоего опекуна. Джон восторженно ахнул, протягивая этот звук. —Спасибо огромное! — младший быстро обнял Шерлока, счастливо хихикая. Шерлок от этих объятий почувствовал нужду заботиться и оберегать мальчишку, чью судьбу он добровольно вызвался охранять. Он думал, что, возможно, так и ощущается нежность. — Всё для тебя. — старший продолжал так же улыбаться, даже когда Джон отстранился, — Я тебе сегодня покажу наш дом. — О, здорово! А сколько комнат на каждом этаже? — На двух минусовых по две, на первом этаже — семь, на втором и третьем— по пять и ещё трёхкомнатный чердак —Двадцать четыре комнаты — ничего себе! — Ты так быстро считаешь. — старший удивлённо и впечатлённо ухмыльнулся. — Обычные цифры, ничего сложного. — тот хмыкнул и наигранно закатил глаза. — А сосчитай: семь умножить на восемь и разделить на шесть минус четыре. — Двадцать восемь! — помедлив ровно секунду отозвался Джон. — А двенадцать в квадрате минус десять в квадрате? —Мм, сорок четыре! —Откуда ты знаешь квадраты? — приятно удивлённый спросил Шерлок. — Заходил в кабинет старших классов, запомнил несколько квадратов. —задумчиво и весело сказал тот. —А знаешь число Пи? —Шерлок заинтересованно сощурил глаза. — Число Пи? Нет. А что это? — Иррациональное число, математическая константа. Она используется для нахождения длины окружности —число Пи умножить на диаметр. — А что значит «иррациональное» и «константа»? — Иррациональные числа — не целые сложные числа. Вот есть дроби, самые простые для тебя — полтора, четыре с половиной и тому подобное. Это рациональные числа потому, что они точные, хотя и не целые. А иррациональные — неопределённые числа с очень длинным числом после запятой, либо оно вообще бесконечное, и неизвлекаемые корни чисел так же к ним относятся. Джон задумчиво хмыкнул, слегка нахмурился и отвёл задумчивый взгляд в сторону, переваривая информацию. Заспанный и пытающийся думать он выглядел так забавно и мило, что Шерлок позволил себе добрую усмешку. — Пойдём, мамуля звала завтракать.— он поднялся и тоже потянулся руками в стороны, — А остальное потом тебе объясню. Ну, постараюсь. — А что на завтрак? — Джон спрыгнул с кровати и надел мягкие тапочки в виде овечек, которые отдал ему Шерлок, ходивший в таких же овечках, но на два размера больше. — Омлет с гренками. — Шерлок первый вышел из комнаты и неспеша зашагал на кухню, а Джон пристроился сбоку от него, — Любишь такое? — Очень! Гренки— шикарная штука! Всегда любил их готовить… — Ты себе сам готовил?— изумлённо спросил старший. —Да. Довольно часто. Мама с папой много работали, времени у них не было, сестра зависалана учёбе, а я чаще всех бывал дома. Вот мне и приходилось готовить. — рассказывал тот с улыбкой, пока они вдвоём спускались по лестнице, — В основном кашу, так как крупа дешевле и её всегда было больше, а вот омлет, гренки, йогурты — уже редкость. В последний месяц мало чего изменилось, разве что я готовил на себя одного. —А что ещё ты готовить умеешь? — Хм, ну, было пару раз, что меня приглашали в ресторан, в качестве помощника шеф-повара, и я с шефом готовили огромные торты. Первый раз на юбилей одного художника, второй раз — в честь выпуска десятой книги какого-то писателя. Не помню, кто конкретно. Шерлок поражённо уставился на Джона. — А ты? Ты готовил когда-нибудь? —спросил Джон, посмеиваясь с его выражения лица. — Меня боятся подпускать к плите после того, как я прожог дырку в вытяжке. — Шерлок опустил взгляд, беззвучно хихикая. Джон рассмеялся и качнулся в сторону старшего. — Как это произошло? — Я позже тебе расскажу, если, конечно, Майкрофт или мама не опередят меня. На кухне на столе уже были поставлены тарелки с поджаристым золотистым омлетом, поверх которого лежали масляные ржаные гренки. Миссис Холмс вытирала руки полотенцем, когда мальчики, смеясь, заходили на кухню. — Доброе утро! — первым быстро сказал Джон, очаровательными глазами смотря на Вайолет. — Доброе утро, Джон. — ответила та с улыбкой, — Как тебе спалось? — Хорошо, миссис Холмс. Спасибо большое, что разрешили мне остаться. — поблагодарил тот и почувствовал, как Шерлок положил руку на его плечо и подталкивал к столу. — Не меня благодари, а Шерлока. — она кивнула в сторону Шерлока и повесила полотенце на крючок у столешницы, —Я пойду, не буду мешать. Если что, я буду у себя в кабинете или в кабинете отца. Завтра мы с вами едем на предрождественское мероприятие, подробности расскажу вечером, сейчас работа. Шерлок, покажешь Джону дом, двор?... — Само собой. — ответил Шерлок, садясь на стул рядом с Джоном. — Отлично. — кивнула та на последок и с лёгким вздохом покинула кухню. Джон левой рукой взял вилку и прямо ей стал разделять омлет на треугольники, квадраты, прямоугольники и другие фигуры. Нож перед собой он легко игнорировал и той единственной вилкой отделял гренки от омлета. — Ты ножом не пользуешься? — поинтересовался Шерлок и, ради эксперимента, так же решил ограничиться только вилкой. — Не-а, мы им только мясо разделывали. — ответил тот и отправил в рот первый треугольник омлета. — И ты левша. — проконстатировал Шерлок и последовал примеру младшего. — Угу. Шерлок так же, как делал потом Джон, отделил гренку от омлета. Он никогда так не делал, так как считал бездумным и глупым. С Джоном об этом задумываться не хотелось. — Ты хочешь учиться на врача. —снова определил тот. — Ага. — младший кивнул, весело ухмыляясь, — А ты переходишь в мою школу для углублённого изучения физики и химии. Шерлок тоже, в качестве согласия, широко ухмыльнулся, закидывая в рот одну гренку. — Кстати, почему ты переводишься? Прожевав, старший ответил: — Это, так скажем, своего рода эксперимент. Я не в первый раз перевожусь, знаешь… — Почему? — Джон с любопытством наклонил голову чуть вбок. — По разным причинам. — попытался уклониться от ответа тот. С другой стороны, Джону предстоит жить с Шерлоком, возможно, не мало лет (Шерлок надеется), и обо всём он рано или поздно узнает сам. Он, наверное, разочаруется в Шерлоке, если узнает что-то о нём, о чём сам он не говорил или специально умалчивал, от кого-то другого. Наверное, лучше действительно сказать сейчас, чего уж бояться? — У меня проблемы с одноклассниками. — начал с поддельной лёгкостью он, — И не только. Со старшеклассниками, с ребятами из параллели, даже с других школ остались неприятели…— он взглянул на Джона, но тот внимательно слушал, не собираясь перебивать и задавать вопросов раньше времени. Маленькое чудо. — Проще говоря, я занял позицию изгоя ещё с первого класса. По-другому они называют меня «фрик», видимо, им это нравится больше. А началось всё с того, что в первом классе я не захотел перед своим коллективом рассказывать о себе под предлогом того, что их ум не догонит до моих слов. А потом, на перемене, я сделал несколько умозаключений своим одноклассникам, исходя из их вида, поведения, характера: они посчитали это оскорбительным. Началось всё, конечно, не прямо в тот день, конкретно тогда я стал просто самым отдалённым от всех, а вот позже…— он вздохнул, глядя в стол, но не показывал этим видом огорчение или тоску. — Ужасно! Это же ненормально! — нахмурился Джон, — Они вели себя крайне глупо, даже их возраст не сможет их оправдать! Шерлок смотрел на Ватсона с полными благодарностью глазами. — Если что, позови меня, я им всё выскажу. Прямо всё: в лицо, на прямую, без нежностей! — строго сказал тот и взял один из последних кусков омлета. — Ты же младше их. Мало ли, что они могу сделать, да и, по правде говоря, мне всё равно на их слова… — Когда посчитаешь нужным — зови. — настоял младший, — А на силу — плевать. Главное, чтобы ты не чувствовал, что ты один. Шерлок отвёл счастливые взгляд и улыбку к оставшимся двум гренкам в тарелке. У Джона оставалось столько же. Он уже было открыл рот, чтобы сказать младшему что-то, как попытку прервал внезапный посторонний голос: — Доброе утро, Джон Ватсон. — выглянул с лестницы Майкрофт в чрезвычайно официальном костюме. — Доброе утро, Майкрофт. — сияя улыбкой, повернулся Джон к старшему Холмсу, когда дожевал последнюю гренку. — Майкрофт. — негромко лишь прошипел Шерлок со вздохом. — Рад, что Шерлок смог с кем-то наладить общий язык. — он высокомерно, но с лёгкой улыбкой, бросил взгляд на младшего брата. — Можно же общатьсяна «ты»? Мы, всё-таки, в одном доме будем жить, как семья. — неуверенно и с нотками вопросительности сказал Джон, глядя на Шерлока. Тот утвердительно, в качестве поддержки, кивнул, и младший ощутил лёгкость и уверенность. — Безусловно. И, как понимаю, мамочка и папа согласны на твоё проживание с нами? — Шерлок и Джон вдвоём одновременно кивнули, — Что ж, поздравляю, Джон. Заранее пожелаю удачи и терпения… —Да ну хватит. — Шерлок слегка нахмурился. Майкрофт, остановившись перед тем, как пройти в прихожую, посмотрел чуть удивлённо на Шерлока. Оглядел Джона с ног до головы, как бы, пытаясь сделать этот взгляд осуждающим. Однако, Ватсон и бровью не повёл, и выражение лица не изменил. Не поколебим, как солдат. Интересно… — Джон, мы можем поговорить обо всём с тобой позже. Сейчас у меня встреча в университете, возможно, после поедем с преподавателями в офис, но это не точно. — А зачем тебе в университет? Я думал, ты классе в десятом, разве нет? — любопытствовал блондин. — Это, считай, практика. Перед поступлением. Ты прав, я в десятом классе, но готовлюсь к поступлению уже сейчас. По мимо этого, меня оформили как представителя одного общества, но это испытательный срок. Чтобы стать его полноценным членом, мне надо посещать каждую встречу и активно участвовать во всех мероприятиях. Шерлок, передай мамуле, если спросит, что я позавтракаю в их местном кафетерии. — не дожидаясь ответа, он покинул поле зрения обоих младших и поспешил собираться в прихожей. Шерлок и Джон продолжали смотреть на то место, где недавно стоял Майкрофт. Они слушали, как он быстро собирает свой портфель и надевает пальто с ботинками. Раздался щелчок входной двери, оповещая о том, что Холмс-старший ушёл. На шерлоково счастье. Но Джон и Шерлок продолжали сидеть молча, размышляя, не знамо о чём, сверля взглядом всё то же место. — Он странный. — отозвался Джон, нарушая молчание. — Странно, что ты заметил это в Майкрофте, а не во мне. — ухмыльнулся Шерлок. — Ты вовсе не странный.Ты особенный. И интересный. С тобой интересно. И ты хороший и добрый.— Джон вновь развернулся к другу и вновь улыбался. Детское признание — самое милое, что есть на свете. Теперь Шерлок в этом убедился. — Пойдём, дом покажу? — перевёл тему Шерлок, не совсем готовый к таким откровениям. Он попросту не умел говорить так же, как Джон. Он первый, кто говорит Шерлоку такое. И Шерлок рад. — Пойдём. — тут же оживлённо подскакивает младший, готовый следовать заХолмсом. <><><><><><><><><> — … и значит в жидкостях расстояние между молекулами больше, чем в твёрдых предметах! — Молодец, Джон! — похвалил радостно кудрявый, довольный выводом друга, — Я горжусь тобой! Шерлок показывал Джону последнюю комнату чердака со старым хламом. Буквально барахолка: всякие пластинки, наушники, книги, химические наборы, магниты, яхтенные снасти, запчасти от автомобилей, древняя канцелярия, картины, керамические изделия и много-много-много всего. У девятилетнего глаза разбегались от обилия разных безделушек и неизведанных штук. Он с широко открытыми удивлёнными и восхищёнными глазами несколько секунд стоял, оглядывая всё с места, а потом рванул вглубь комнаты, подбегая к новым и новым коробкам, полкам, шкафам, тумбочкам, доставая с них всякие замысловатые интересные предметы и попутно расспрашивал обо всём Шерлока: — Шерлок, что это? Для чего это колесо? — Ого, Шерлок, это что настоящий браунинг?! — Смотри, Шерлок, мишени! А чем они пробиты? — Чья это голова? О, Шерлок, это северный олень, да? —Почему эти цветы не завяли, Шерлок? — Шерлок, смотри, сколько картин! А здесь что? Здесь что, те самые функции и графики, о которых ты рассказывал? —Шерлок, смотри, сколько джутовой нити! Из неё можно сплести клён, хочешь покажу? —Вот это свечи! Как ты их там называл? Для каких ритуалов?... Унять его детское любопытство было невозможно. Интереса во всём и сразу у этого мальчишки было, хоть отбавляй, но Шерлок был рад каждому вопросу, пусть некоторые и лились без перебоя. Он очень хотел, чтобы кто-нибудь забрался на его чердак и порасспрашивал его об «антиквариатах» здесь. От скуки он тщательно здесь всё изучал, почти каждый камушек (коллекция камней тут тоже была, разве не очевидно?) и был чрезмерно рад отвечать на все заданные Джоном вопросы. Хотя таланта в монологах у Шерлока не было, он старался рассказывать всё самое важное и по порядку. К слову, он считал каждую тонкость важной и заслуживающей внимания. Джон внимательно слушал, глядя прямо в глаза или рассматривая предмет своего бескрайнего интереса в своих руках, но чем больше он узнавал что-либо от Шерлока, тем больше задавал вопросов. —А зачем шлифовали?— спросил Джон, вертя в руках деревянную дверную ручку, на котором была превосходно вырезана голова ястреба. — Любое деревянное изделие требует шлифовки, потому что на коре может оказаться зараза или, как минимум, грязь. А ещё, чтобы избавиться от заноз, которые можно получить, просто проведя рукой по дереву. — А как шлифуют? — Шлиф-машинкой или простым лоскутком со шлифовальным покрытием. — О, Шерлок! Это та самая шлиф-машинка? — воскликнул младший, роясь в очередном ящике комода, и достал оттуда тяжёлый строительный инструмент. — Ну, конечно, не прямо «та самая», но да, это шлиф-машинка. — Крутая вещь! А зачем...? И вновь поток вопрос. И каждый был искренне волнующим. Ватсон словно уже ходил по этому чердаку и просто вызубрил все вопросы для вида заинтересованности, но нет — его вопросы все были придуманы тут же и озвучены буквально на лету. Хоть он и тараторил их, а Шерлок в том же быстром (иногда не очень, что означало, что он раздумывает над верностью ответа) темпе отвечал, на чердаке они провели пол дня, до самого позднего вечера. День для обоих пролетел совершенно незаметно. И если для Джона это чувство было сродни, знакомым, то для Шерлока оно определённо было чуждо. Он никогда не забывал про время, порой, по нескольку раз на дню считал минуты, когда закончится час и день станет на шестьдесят минут короче, считал время, чтобы не уделять его слишком много людям, которые ему не интересны и которые очевидные идиоты. А вот Джон стал исключением. С ним Шерлок совершенно забыл про счёт времени, утопая в приятном времяпровождении. И когда (уже изведанные и расспрошенные) часы с кукушкой пробили десять ночи, он удивился, но жаловаться не стал. — О, Шерлок! — воскликнул вновь Джон, пока рылся в коробке мягких игрушек, — Иди сюда! Смотри, что я нашёл! Старший, в то время засмотревшийся на часы, отошёл от них, направляясь к Ватсону. Тот в руках держал две игрушки — выдру и ёжика от производителя «Hansa». В своё время были до невозможного дорогие и пользовались огромной популярностью. Впрочем, сейчас всё, практически, так же. — О, да. Это одни из моих самых любимых игрушек. — с улыбкой ответил Холмс, мягко забирая выдру. — А почему они тогда здесь? — недоумённо и с нескрываемым интересом спросил Джон. — Я думал, что уже маленький для них и убрал их в коробку к другим старым игрушкам. Но конкретно эти две мне до сих пор очень нравятся. — Шерлок довольно пригладил мягкую и приятную на ощупь шёрстку своего зверька. — А у них есть имена? — Есть. Ёжик — Мартин, а выдра — Бен. — Как здорово! А можно мне Мартина взять себе? — его детские умоляющие глаза были само очарование, — Пожалуйста? — Конечно, да. — мягко ответил тот, — Когда я буду уезжать на олимпиады, я всегда буду брать Бена с собой, чтобы вспоминать о тебе и знать, что ты и Мартин меня ждёте. — Ты ездишь на олимпиады? — Джон, не сбрасывая улыбки, поднялся на ноги и отодвинул коробку на место, — Какие? — Химия, физика, биология, математика… Честно, биология у меня удаётся хуже: ни разу не интересуюсь в растениях. — А физика и химия? Её ведь нет в четвёртом классе, как ты пишешь олимпиады? И почему тебя к ним допускают? — Ну смотри… Оба спускались с чердака, увлечённо обсуждая всё подряд. Оба прижимали к себе один — ёжика, другой — выдру, и Холмс чувствовал, что их это сближает. Они проболтали про совершенно незначительные вещи, находясь в комнате Шерлока, пока внезапное появление миссис Холмс не прервало их увлечённый диалог тем, что та подозвала Шерлока к себе на пару (на самом деле чуть ли не пятнадцать) минут. Вернувшись в свою комнату, Джон не смог дождаться друга и уснул на его кровати, крепко обнимая ёжика. Разбудить это спящее чудо было бы преступлением. Поэтому кудрявый укрыл того нетолстым пледом, а сам улёгся на свой диван, стоящий напротив кровати. Он уснул, так же обнимая свою выдру, и наблюдая за мирным, спокойным сном Джона.