Осколки в зеркалах

- Где это мы? – Гермиона озадаченно посмотрел вокруг себя.       Они оказались на берегу реки, вокруг был лишь густой непроходимый лес. Ветви деревьев, переплетаясь в верхушках крон, отбрасывали тени, не давая солнцу пробиться к земле. Май в этом году был холодным, природа будто не желала приносить хоть капельку тепла в их унылые будни. Они аппарировали сюда с лужайки перед секретным домом в Честере. Кингсли не объяснил, куда они направляются и зачем. Да и в целом они с Тонкс сохраняли такое странно-отчужденное выражение на лице, будто место назначения было сюрпризом только для Гермионы. Они стояли в тишине, Гермиона нервно наворачивала круги, ее бесила неизвестность. Тонкс прислонилась к ближайшему дереву и со скучающим видом кидала нож в землю. Гермиона честно старалась ждать. В первую очередь она была солдатом и умение ждать - было одним из важнейших качеств для неё. Ни раз они сидели в засаде по несколько часов, поэтому она хорошо научилась убивать время. Однако бесцельно ожидание выводило её из себя. Она искала, чем себя занять, повторяла в уме формулы, разбирала зелья на ингредиенты, но час спустя терпение лопнуло. - Может, кто-то все же объяснит, чего мы ждем? У моря – погоды? – Раздраженно спросила она. - Я даже слегка разочарован тем фактом, что вы не в силах отличить море от обычной реки, мисс Грейнджер – раздался знакомый голос позади.       Девушка ошарашенно повернулась, одна секунда ей понадобилась на осознание, вторая на то, чтобы выхватить палочку, и еще одна, чтобы направить ее на своего бывшего преподавателя по зельеварению – Северуса Снейпа. Он ни чуть не изменился за прошедшие годы, все тот же крючковатый нос, бледная кожа и сальные черные волосы, разве что в уголках глаз добавилось морщин. Она не успела даже рта раскрыть, как палочка из ее руки вырвалась и приземлилась прямо в руки Кингсли, а руки Тонкс ловко обернулись вокруг Гермионы, блокируя выпады. Северус сморщил нос, уставившись ей в глаза, её висок слегка кольнуло и воздух пошел рябью, затем  это прекратилось так же быстро, как и началось, и Снейп отвернулся, проходя мимо бывшей студентки, взметнув полы своей мантии. - Ты трус! – крикнула Гермиона, пытаясь вырваться из хватки. - Гермиона, прекрати – низко проговорила Тонкс своим, как она его называла, «командным» голосом. -  Он не враг, он наш шпион! - Шпи… кто?! – Гермиона повернула голову, удивленно посмотрев на Тонкс и дернувшись сказала – отпусти меня! - Обещай без глупостей – строго сказала она, выпуская девушку из захвата – пойдем.       Поляна у реки преобразилась. Теперь тут стояла небольшая каменная хижина, во внутреннем дворике, огороженном низким деревянным забором, было много грядок, очевидно с ингредиентами для растений. Над входной дверью висел красивый фонарь. Оглянувшись, скорее по привычке, она нажала на ручку и дверь отворилась. Внутри была совсем небольшая, Гермиона сказала бы даже аскетичная комната. Узкая кровать у дальней стены, небольшое окошко с пожелтевшей шторкой, все остальное место занимал широкий стол с тремя котлами, в которых бурлили и шипели зелья. Она мгновенно узнала напиток живой смерти и настойку бадьяна, однако в третьем котелке было что-то, что она не могла распознать. Гермиона не могла понять, какого цвета было зелья, оно словно менялось, то синее, вот она немного сдвинет голову, уже оранжевое, моргнет – белое. Пахло оно одновременно ничем и всем сразу. Она озадаченно остановилась у котла. Девушка не могла вспомнить ни одного зелья из всех известных ей, у которого были бы хотя бы отдаленно похожие характеристики. - Что это за зелье? – автоматически спросила она, взглянув на Северуса. - Возможно,  вы узнаете это, если, конечно, окажетесь полезны – на поворачиваясь ответил Снейп и Гермиона зло выдохнула. Он раздражал ее, был слишком высокомерным, напыщенным и самовлюбленным. В груди все еще горела злость за убийство Дамблдора, она точно знала, что это сделал он, поэтому лично для нее Северус был предателем. - Северус? – Кингсли повернулся к нему, вопросительно выгнув бровь. – Что скажете? - Да, она определенно самый лучший кандидат из тех, кого ты приводил ко мне – поджав губы он повернулся к Гермионе, разглядывая ее с ног до головы – Мисс Грейнджер удивительно сильный природный окклюмент. Если бы я вас не знал, Кингсли, я бы подумал, что перед нашей встречей, вы наложили на ее сознание блок. - Окклюмент? – Ошарашенно спросила Гермиона. – Стоп, вы хотите сказать, что только что рылись в моей голове? - Это было около десяти минут назад, Мисс Грейнджер– усмехнулся Снейп, затем помедлив он сообщил – однако я бы назвал это лишь попыткой, как вы выразились, порыться в вашей голове. Я даже не смог погрузиться в ваше подсознание. - Что? – непонимающе спросила она. - Подсознание - это та часть, которой невозможно управлять, однако и здесь мне не удалось пробиться, - он взглянул в все еще непонимающие глаза Гермионы, и закатив глаза сказал - грубо говоря, вы меня даже на порог не пустили. - А вы думали, что мы будем с вами собираться по субботам и устраивать чаепития друг у друга на кухне?- Не сдержалась от сарказма Гермиона. - Буду честен, это не очень хорошо. – Северус проигнорировал выпад девушки и повернулся к Кингсли и Тонкс, стоящим у окна. - Почему? Нам нужен был окклюмент- вот он. В чем проблема? – Брови Тонкс взлетели в непонимании. - Если они захотят посмотреть воспоминания, а они точно захотят, и наткнутся на блок, тогда возникнут вопросы, что она скрывает. Нам же необходимо, чтобы она им показала то, что нужно, выдала ложь за правду – Северус  замолчал, что-то обдумывая. – Думаю, я смогу проконсультироваться по этому вопросу кое с кем. Я дам знать, когда что-то узнаю. - Хорошо – кивнул Кингсли и направился к двери.       Очевидно, разговор был закончены. Гермиона на мгновение застыла на месте, пытаясь осознать, что сейчас произошло, однако пазл совсем не хотел складываться в ее голове.  Северус открыл дверь, смотря на неё, вполне прозрачно намекая, что ей пора. Она почувствовала, как в ней растет ярость. Гермиона с трудом заставила себя пройти мимо бывшего преподавателя и не обронить по пути какое-то оскорбление.  Задержавшись на пороге, она все же повернулась к нему лицом. - Что это было за зелье? – спросила она на выдохе. -Вы же умнейшая ведьма столетия, я думаю, вам по силам самостоятельно найти ответ на этот вопрос – ухмыльнувшись он захлопнул дверь прямо перед ее носом. - Вот козел! – все же выругалась она шепотом.       На поляне ее дожидалась Тонкс, она смотрела на бурлящую реку. Гермиона взглянула в ее сторону. - Ты знала! – зло крикнула Гермиона, но девушка даже не повернулась на звук её голоса. – Не могу поверить, что ты ничего нам не сказала! Ты сама составляла кодекс Бестий, между нами не должно быть никаких секретов! - Гермиона, я не могла сказать об этом – она медленно повернулась, смотря в глаза подруге – ты скоро сама поймешь почему. Это очень важно для нашей победы, у вас с Гарри и Роном тоже есть секрет, о котором вы молчите. - Ты хотя бы знаешь о его существовании, а об этом – Гермиона обвела рукой вокруг себя – мы ничего не знали! Сколько еще ты скрываешь от нас, на самом деле? - Гермиона… - Тонкс хотела еще что-то сказать, но гермиона аппарировала, ей нужно было побыть одной.       Она перенеслась в дом в Честере. Быстро проскользнув мимо гостиной, она поднялась в свою комнату. Гермиона понимала мотивы Тонкс, существовали тайны, о существовании которых не должна была знать ни одна живая душа, но Снейп был предателем! Ей нужно было выпустить пар, она подумывала о том, чтобы отправиться на пробежку, проветрить голову, но все же опустилась на кровать, вытаскивая из тумбы свой ежедневник. Выписав на чистую страницу все, что узнала сегодня, она постаралась структурировать всю информацию, которая у нее была. Снейп шпион, значит его простили за убийство Дамблдора или он таким образом пытается искупить свою вину? Почему он вообще шпионил для них? Ей всегда казалось, что он верный пес своего хозяина, такой же скользкий и жестокий. Зачем Ордену нужен окклюмент? Она помнила, что в школе Гарри брал у Снейпа несколько уроков по легилименции, однако овладеть ей у него так и не вышло. Помимо прочего, её ум мучило неизвестное зелье, она его точно никогда ранее не видела, зачем оно нужно и почему Снейп варил его? Вопросов было больше, чем ответов. Она потянулась за расширенным курсом зельеварения, что пылился на полке над кроватью. Гермиона знала, что этого зелья нет в этом учебнике, но решила еще раз перепроверить. Она подумала о том, что могла бы обратиться к Полумне, но её не было в городе. Полумна была талантливым зельеваром, Гермионе нравилось проводить с ней время, помогая в приготовлении зелий в промежутках между сражениями. Неожиданно дверь комнаты отворилась и в неё заглянула Мэри. - Гермиона, спускайся в гостиную, мы собираемся играть в карты! – На лице девушки сияла улыбка, ее черные, словно смоль волосы были убраны наверх, а у лица игриво свисало две пряди. - Я сегодня пас – Гермиона нежно улыбнулась ей. Мэри была такой юной, с огромным добрым сердцем, в котором, казалось, есть место для каждого. – Голова что-то разболелась… - Что-то случилось? – Мэри прошла в комнату и присела на край кровати – хочешь я останусь с тобой? - Нет, со мной все нормально, правда – она положила руку поверх руки Мэри и слегка сжала ее – я немного полежу и все пройдет, а ты иди повеселись, тем более я слышала голос Дина – Гермиона игриво подмигнула ей, щеки девушки вмиг вспыхнули. - Ладно…- она легко поднялась и направилась к двери – если что-то нужно будет, я внизу, только позови. - Спасибо – Гермиона кивнула ей и девушка вышла из комнаты, бесшумно закрыв за собой дверь.       Откинувшись на подушку, Гермиона уставилась в окно, был только полдень. Ей не верилось, что Тонкс скрыла от них Снейпа. Она не могла простить ему убийства Дамблдора, даже если бы он самолично уничтожил Волан-де-Морта. Это было слишком. Она ему не доверяла. Ей нужны были объяснения, ответы на вопросы. Гермиона поднялась и вышла в коридор, проскользнув мимо гостиной, она на секунду задержалась на пороге. Играла музыка. В доме редко включали что-то громче новостной волны по радио на кухне, да и на вечеринки не хватало ни времени, ни настроения, если уж быть честными. Возле дивана на полу сидели ребята, они громко смеялись, передавая друг другу бутылку с каким-то, Гермиона могла поспорить, дешевым пойлом. Между Дином и Мэри разгоралась нешуточная битва в карточном сражении и Гермиона улыбнулась, наблюдая за этой картиной. Щеки Мэри раскраснелись, она упорно доказывала парню, что имеет право отбиться той картой, которую выкинула. Парвати и Лаванда танцевали, недалеко от них, Симус изображал певца, подпевая песне в швабру. Гермиона прислонилась к дверному косяку, в груди разлилось тепло, ей на мгновение, на меленькую, почти невозможную, секунду показалось, что они вновь оказались в гостинной Гриффиндора, а вся это война – лишь дурной сон, что развеется с рассветом.  Она почувствовала, как ей на плечо легла чья-то рука. - Джордж сегодня сделал Анжелине предложение – сказал Гарри, улыбаясь Гермионе, и второй рукой с зажатой банкой сливочного пива указал на парочку, что сидели на диване. Джордж нежно обнимал девушку, поглаживая по волосам. Губы Анжелины шептали что-то в такт песне. -Я соскучилась по этому – Гермиона придвинулась к Гарри, кладя голову ему на плечо. - Я тоже - отозвался он, чуть сильнее стискивая ее в объятия – мы не хотели начинать без тебя, но тебя нигде не было – чуть виновато сказал он. - Ничего страшного – ответила она – Я… я помогала Полумне на складе, она попросила еще вчера, поэтому я отправилась туда с самого утра – на ходу выдумала она. - А.. понятно – пробормотал он, и взяв за руку, потянул ее вглубь комнаты - давай выпьем! - Гарри… - Гермиона аккуратно вырвала руку из его хватки и посмотрела на парня извиняющимся взглядом. – Прости, но я не могу… У меня еще есть дела. - Но… - Гарри растерянно посмотрел на девушку. - Прости – она положила руку на его плечо, ей бы хотелось его обнять, но казалось, что пропасть между ними уже давно не подлежала восстановлению, поэтому она лишь неловко сжала плечо – выпьем немного позже, ладно? Передай мои поздравления ребятам!       Гарри не ответил, молча провожая ее взглядом, когда она развернулась и пошла дальше по коридору. Она вышла на улицу, обдумывая, где ей искать Кингсли. Крутанувшись на месте, девушка аппарировала на площадь Гриммо. Дом медленно появился перед незваной гостьей. Вбежав на крыльцо, она толкнула дверь. Коридоры встретили её прохладой и звенящей тишиной. Она медленно направилась вперед, проходя мимо закрытых дверей, она игнорировала портреты и головы домовых, что в очередной раз щедро сыпали проклятиями в ее адрес. Гермиона с удивлением обнаружила, что в доме никого не было. Почему здесь никого не было? На площади Гриммо всегда кто-то был. Этот дом стал одним из главных, тут всегда были люди. Она сделала мысленную заметку узнать позже, почему дом сейчас пустовал. Оглянувшись, она заметила слой пыли, лежавший на обеденном столе в столовой. - Кикимер? – громко позвала она. Ответа не последовало – Еще бы… - Этот паршивец никогда её не любил, можно было догадаться, что он не явится.              Спешным шагом, она выбежала на улицу, аппарируя. В этот день она побывала в пяти домах, где думала, что могла бы встретить Кингсли. Но его и след простыл. Она села на ступеньки крыльца дома, что находился недалеко от Калстона. Гермиона тяжело вздохнула, устремляя взгляд далеко за горизонт. Солнце уже клонилось к закату, она вспомнила, что обещала Гарри выпить с ним, и на сердце упал еще один груз. Она не хотела возвращаться в Честер, не хотела омрачать один из немногих спокойных вечеров, что удалось вырвать ребятам, своим настроением. Гермиона больше не знала, как общаться с мальчиками легко и беззаботно, как это было прежде. Теперь это было неловко, ей приходилось подбирать слова, она подолгу молчала, словно никогда их не знала. Что-то внутри нее необратимо сломалось в этой войне, посыпалось, словно карточный домик. В их дружбе с Гарри и Роном она теперь была лишней деталью конструктора, которая ни к чему не подходил. Сначала ее жгла обида от того, что они бросили её в поисках крестражей, выкинули на помойку все их труды. Было больно осознавать, что они все еще были вдвоем, когда Гермиона продолжала в одиночестве искать. Потом она злилась на их инфантилизм и безответственность из-за участия в военных операциях. По долгу грустила от того, что они совсем не видятся, но, в конце концов, пришло принятие. Она смирилась с мыслью, что они отдалились. Гермиона все больше времени проводила с Бестиями, находя в девушках силу и опору. Они стали для неё той частью, что всегда поддерживала. Она вспомнила, когда к ней пришло осознание того, что их дружба больше никогда не будет прежней. - Привет … - неловко зависнув на пороге кухни, она посмотрела на Рона, который спешно собирал бумаги, разбросанные на столе – есть минутка? - Гермиона, поговорим потом? - Мои родители…– начала она шепотом. – Мне нужно уходить, Гарри в Солтейре, он ждет меня – Рон бросил на нее слегка раздраженный взгляд, совершенно не слушая, что она говорит. - Да, да, конечно – она посмотрела на него, когда он выходил в коридор – поговорим потом, ничего страшного. - Гермиона знала, что они не поговорят, она стояла, будто её оглушили, стараясь сдержать слезы.       В тот день она стрела память своим родителям. На негнущихся ногах она возвращалась в Честер, осознавая, что у нее больше не осталась никого. Ей хотелось, чтобы её друзья были рядом, чтобы они помогли ей справиться с этим. Услышать от них хотя бы короткое слово поддержки. Но тогда, стоя на кухне, смотря в дверной проем, через который Рон покинул помещение, она осознала, что нить, все школьные годы соединявшая их сердца, лопнула. Разорвалась и не подлежит восстановлению. Возможно, в другой жизни они победили Волан-де-Морта, закончили школу, и их дружба осталась так же нерушима, протянувшись до самой смерти. Возможно, в той жизни они завели семьи, и Гермиона была счастлива с Роном, а у Гарри и Джинни родились прекрасные детишки. Возможно. Но реальность больно била в глаза – все её мечты – иллюзия. Была ли она сама виновата в том, что с ними стало? В этих чувствах, на полу кухни ее нашла Мэри. Она своими миниатюрными руками утирала слезы, лившиеся из глаз, обнимала, позволяя Гермионе пережить потерю всего, что было дорого ей на протяжении всей ее недолгой жизни.       Из воспоминаний ее вырвал взрыв, раздавшийся где-то справа. Гермиона вскочила на ноги, оценивая обстановку. Ничего не было видно, дым и огонь отсутствовал. Она знала, что этот дом был под защитным куполом, поэтому бросившись внутрь, она застала переполох. Здесь, в Калстоне, был организован приют для сирот, родителей которых убили Пожиратели. Дети бегали по коридорам в панике. Отовсюду доносился плач и крики, испуганных взрывом малышей. Гермиона двинулась вперед по коридору к отряду, что должен был дежурить здесь. - Гермиона! – обернувшись, она увидела Тонкс. - Сколько? – она пошла к девушке ближе, выходя вслед за ней на улицу, куда уже из дома выбегали члены Ордена. - Около дюжины с востока – она указала пальцем в том направлении – и несколько с севера. - Дмитрий? – Тонкс отрицательно покачала головой и Гермиона выдохнула с облегчением. Они стояли, ожидая прямой атаки, готовые защитить дом в любую секунду. Послышался еще один взрыв с другой стороны и Гермиона рефлекторно повернула туда голову. - Купол еще стоит, нужно эвакуировать детей – она хищно смотрела в сторону леса, окружавшего дом. - Эвакуация началась, но детей слишком много, нужно задержать время. – К ним подбежал Фред. С разных сторон раздались взрывы, сотрясая воздух. Казалось, что затряслась сама земля. Пожиратели действовали сплоченно, нанося удары. - Протего максима! – выкрикнула Гермиона, направляя палочку вверх.       Со всех сторон послышались заклинания защиты, створяемые Членами Ордена. Они продолжали укреплять купол, однако их силы были неравными. Пожирателей было больше. Подкрепление не смогло бы им помочь, из-за антиаппарационных чар, наложенных вокруг дома. - Мы долго не протянем – крикнула Ханна Аббот. - Всем стоять до последнего – приказала Тонкс.       Они наблюдали за трещинами, что упорно ползли по куполу и когда защита пала, Гермиона надеялась лишь на то, что всех успели эвакуировать. Однако из дома все еще доносился детский плач и у нее от страха защемило в груди. Неожиданно среди стволов деревьев мелькнула черная фигура и Гермиона выстрелила туда. Сорвавшись с места, она с головой бросилась в гущу событий. Выкрикивая заклинания, она уворачивалась от тех, что летели прямо в нее. Краем глаза заметила Лаванду, которая умело подожгла одного из Пожирателей, что сейчас катался по траве, пытаясь скинуть с себя пламя. Гермиона ловко перемещалась, обезвреживая одного за другим. Из ее палочки потоком лилась магия, непременно находя адресата.       Она отбила заклинание, летевшее в крышу дома, когда с ней в схватку вступил высокий Пожиратель. Гермиона парировала его выпады, он ловко уворачивался, растягивая угол рта, что был виден из-под маски, в мерзкой ухмылке. Он сражался иначе, она сразу это поняла. Не делал глупых ошибок, которые обычно совершали Пожиратели. Он грозно надвигался на неё, будто уже осознавал свою победу. Улыбнувшись, Гермиона отправила в него серию режущих заклинаний. Однако он с легкостью их отбил. Он приближался, сокращая расстояние между ними. Она отступала, продолжая атаковать. Пожиратель запустил в нее огненный шар. Гермиона отпрыгнула в сторону, чувствуя, как ткань ее куртки расплавилась, где снаряд все же задел её по касательной. Он был все ближе. Она прыгнула в сторону, посылая в него поток горячей воды, чтобы дезориентировать,  когда он вдруг оказался в паре метров от нее.       Он резким движением вскинул руку к небу, и на них опустилась тьма. Гермиона ничего не видела, словно солнце вмиг погасло. Она обернулась, слыша тихие шаги где-то за спиной, и наугад запустила в ту сторону Петрификусом. Было опасно использовать что-то мощное, ведь она могла ранить кого-то из своих. Смех раздался справа, она вновь выстрелила. Гермиона кружила, всматриваясь в темноту, прислушиваясь. Все звуки исчезли. Её сердце забилось быстрее, она не знала, что делать. Мелкими шагами она двинулась вперед, стараясь не споткнуться. Вмиг тьма исчезла, а мир вокруг вновь зашумел. Оглянувшись, она увидела лежащего на земле Пожирателя, в шею которого был воткнут, сверкающий в закатных лучах, нож. Он подняла взгляд и увидела улыбающееся лицо Мэри, поднимающую большой палец вверх.       Гермиона двинулась с места, посылая заклинания в противников. Где-то сбоку раздался взрыв и ее отбросило назад. Она отлетела на несколько метров, больно ударяясь виском об камень. В глазах заплясали звезды, она почувствовала, как из ушей потекло что-то горячее. Глухой, неприятный шум словно проник в каждую клетку ее тела, заливая собой сознание. Весь мир исказился, словно в глазах была пелена. Гермиона силилась сосредоточиться на чем-то, но все размывалось. В груди поднялась паника, она не чувствовала собственное тело, все движения были заторможенными, словно в замедленной съемке. Ей казалось, что она встала на ноги, но на деле она продолжала лежать на траве безвольным мешком. Ощущение времени её подводило, она не знала прошло несколько минут или часов. Когда она попыталась нащупать свою палочку, мир вокруг исчез.