Осколки в зеркалах

      Тренировки были тяжелыми. Ей казалось, что Тонкс не щадит Бестий, но это было ни чем по сравнению с тем, как их тренировал Дмитрий. Мышцы нещадно ныли после утренних пробежек и дневных спаррингов, а после вечерних дуэлей - они и вовсе растекались в желе, становясь совсем неуправляемыми. Находясь в бешеном ритме, у Гермионы едва хватало времени на сон. Временно пришлось отложить все свои планы. За прошедшие три недели ей удалось всего пару раз выбраться на разведку, однако далеко она уйти все равно не смогла. Каждый раз ей на пути встречался либо Владислав, который выводил девушку на улицу, либо Келли, которая появлялась прямо перед ней и велела вернуться в свою спальню. Гермиона не была заложницей, но все чаще стала ощущать себя именно так. Казалось, что за каждым её шагом кто-то следил, контролировал её передвижения. С завидной частотой дверь её комнаты оказывалась запертой, что вызывало определенные вопросы, ответов на которые она пока не могла дать. Вчера у Гермионы был незапланированный выходной, отряд с самого утра был на задании, в которое её опять не посвятили, впрочем, это было не в первый раз. Дмитрий давал лишь короткие объяснения - она еще недостаточно готова. Он ей не доверял, сделала вывод Гермиона. Сражалась она отлично, выигрывала множество дуэлей на палочках, однако страдал рукопашный бой. Нет, она была хороша,  но она все еще оставалась девушкой и против крепких Пожирателей, ей не хватало физических сил.       В этот раз что-то было иначе. Дверь её комнаты с легкостью открылась, а Келли не появилась на пороге, сообщая ей о необходимости не выходить из своей спальни. Гермиона решила воспользоваться возможностью и выскользнула в знакомый коридор. Быстрым шагом, стараясь громко не топать, она направилась по лестнице вверх. На втором этаже располагались лишь спальни, насколько она могла судить из тех недолгих вылазок, что ей удалось совершить. Попав на третий этаж, она осмотрелась, в разные стороны уходили два длинных коридора. Гермиона повернула направо и медленно двинулась вдоль закрытых дверей. Она бросала обнаруживающие чары и с небольшим разочарованием осознавала, что практически на все были наложены защитные заклинания, а те, что остались открытыми были ничем иным, как коморками для швабр и хозяйственными помещениями. Она даже не стала тратить время на их обыск.       Коридор привел её к двум высоким дубовым дверям. Это точно была библиотека! Она взмахнула палочкой и озадаченно уставилась на переплетения магии. В основу явно была вложена магия крови, возможно, было что-то еще, что она не смогла идентифицировать. Вероятно, это была славянская магия. Она вновь удрученно вздохнула. Как же ей не хватало знаний в этой области. Это раздражало – чего-то не знать. Неожиданно она услышала чьи-то тихие шаги за спиной и одним жестом убрала диаграммы, поворачиваясь к незваному посетителю.       По коридору шагал Владислав, приветливо ей улыбаясь. Он действительно следил за ней? Внутри поднималось раздражение. За время, проведенное в Мэноре, они сблизились. Ленский был достаточно умен, чтобы дискутировать с Гермионой и вступать в словесные баталии. Он с легкостью разбавлял тяжелую атмосферу, царившую вокруг Дмитрия. Она удивлялась его оптимизму и тонкому чувству юмора, почти интуитивному. Было сложно это признавать, но одной её части Владислав нравился. Гермиона видела в нем любовь к миру и жизни, но другая часть постоянно напоминала, чей он друг и на какой стороне находится.        - Что-то ищешь, лягушонок? – Владислав растянул рот в улыбке, словно довольный кот. - Библиотеку – она поморщилась от прозвища, которое ей дал Владислав, когда увидел, как на очередной тренировке она упала в пруд, отражая атаку. – Я наслышана о коллекции книг, собранных в Малфой Мэноре, хотелось посмотреть на них воочию. - Понимаю – он слегка склонил голову набок, рассматривая девушку. – Но, боюсь, что тебе не удастся туда попасть. - Почему двери закрыты? – Она нехотя двинулась по коридору, когда Владислав жестом пригласил её пройтись. - Спроси у Дмитрия – пожал он плечами. – Когда мы сюда прибыли, он сказал, что библиотека закрыта навсегда. - Зачем ему было её закрывать? - Думаю, что её закрыли прошлые хозяева поместья – Владислав хитро прищурил глаза – Дмитрий просто не может признать, что ему не удалось снять защиту.       Малфои закрыли библиотеку? Это имело смысл. Это была не славянская магия, а родовая. Вероятно, лей-линии поместья переплелись с магией крови, что и создало настолько мощную защиту. - Жаль, что такое сокровище скрыто так надежно – удрученно вздохнула она. - Любишь читать? – Владислав взглянул на нее с интересом, пропуская её вперед, когда они выходили в сад. - Да, очень! Книги были огромной частью моей жизни, я постоянно читала, в школе меня дразнили заучкой и зубрилой. Мои друзья постоянно удивлялись количеству и объему изданий, которые я выбирала для чтения на досуге – она печально улыбнулась, смотря далеко за горизонт и вспоминая беззаботные деньки в Хогвартсе. - Я столько времени проводила в библиотеке. Учеба была моей страстью, а долгие вечера над книгой – отдушиной. - Ты скучаешь по этому, да? – Владислав смотрел на нее с жалостью в глазах. - Да… - она тряхнула головой и улыбнулась ему. – Но это было раньше, когда я была маленькой и глупой, когда еще не понимала всей прелести служения Темному Лорду! – От сказанных слов в горле запершило, Влад ничего не ответил.       Они молча прогуливались недалеко от живой изгороди, каждый в своих мыслях. С Владиславом было комфортно молчать, он имел чувство такта и давал возможность просто подумать о своем, молчаливо сопровождая девушку. - Говорят, что в лабиринте гуляет белый павлин – вдруг сказал он, и Гермиона заметила, как его глаза блеснули азартом. – Хочешь посмотреть? – его рука легко легла на её плечо. - Веришь в эти сказки? – прыснула она. - Это не сказки, а факт! – вдруг за их спинами раздался голос Дмитрия.       Они одновременно повернулись, словно нашкодившие школьники. Дмитрий возвышался над ними в полной боевой экипировке. В руках он держал маску. Он только что вернулся с очередного сражения, но его мантия даже не помялась. Гермионе вдруг стало интересно, его хоть раз ранили? Конечно, нет!  Он был до раздражения хорош. - Как прошло? – поинтересовалась она, а её сердце пропустило несколько ударов. Было страшно узнать, что Орден проиграл очередной бой, что погибло множество людей. Было невыносимо слушать его слова, внутренне вздрагивая, словно в ожидании приговора. - Маркус погиб – он произнес это почти безразличным тоном, словно эти слова ничего не значили, в его глазах читалась злость. – Сегодня был тяжелый бой.       Одного из членов отряда убили. Вопреки всем своим моральным принципам, Гермиона почувствовала волну гордости за Орден. Она не знала, что произошло на поле, но результат был на лицо. - Расскажешь? – поинтересовалась она. - Позже – его взгляд зацепился за руку Владислава, все еще лежащую на её плече. Он метнул взгляд ей в глаза и щелкнул пальцами, перед ними появилась Келли. – Отведи мисс Наоми в её спальни, сегодня нас посетят гости. -Почему ты запираешь меня в комнате? – не выдержала она. – Я тут не заложница, а член твоего отряда, я никуда не пойду! – почти крикнула она, когда Келли взяла её за руку и растерянно посмотрела на Дмитрия - Это приказ! – прорычал он, и их закрутило в вихрь аппарации.       Приземлившись на ноги, Гермиона в ярости стала расхаживать по спальне. Она опустилась на кровать, стараясь дышать медленно, но эмоции никак не желали подчиняться. Она схватила в руки вазу с прикроватного столика и швырнула в стену. Осколки разлетелись во все стороны, градом рассыпаясь на полу. Один из них задел нежную кожу щеки, оставляя на ней неглубокий порез. Гермиона бы залечила его, но сейчас ей было плевать. Она встала и зло уставилась на дверь. Первые два часа она безуспешно пыталась снять заклинания, затем её терпение лопнуло. Она посылала в ненавистный кусок дерева одно проклятие за другим. В этот момент она чувствовала лишь гнев от своего бессилия. Она без остановки использовала все знакомые ей заклинания, но все было тщетно. Дверь из темного дерева стояла целая и невредимая, будто её только привезли из магазина и установили. Почерневшие обои вокруг и запах гари в воздухе, разжигали её злость внутри. Гермиона не знала, сколько она провела времени в попытках уничтожить ненавистную дверь. Успокоиться удалось только к тому моменту, как солнце скрылось за горизонтом. Девушка обессиленно села на пол, зарываясь руками в волосы на макушке. Она поняла, что плачет, когда на колени закапали слезы. - Я схожу с ума – прошептала она темноту спальни.       Сидя на полу в темноте она думала о том, что изолированность, в которой она находилась последний месяц, плохо сказывалась на её психике. Отсутствие рядом друзей и людей, на которых ты можешь рассчитывать, с которыми можно просто поболтать и разгрузить голову, отсутствие тех, кто может поддержать и быть всегда рядом – ощущалось как дыра в сердце. Она была одинока, несмотря на обилие людей вокруг. Гермиона была одна среди врагов. Здесь она могла рассчитывать лишь на себя.       Когда она сюда отправлялась, главным страхом была возможность её раскрытия, но сейчас она осознавала, что еще хуже было то, что ей удалось сюда попасть, но она не смогла заполучить уважение. Она была никем. Лишь новобранцем. В Ордене её уважали, любили, иногда боялись и шептались за спиной, но им Гермиона могла доверять. А здесь ей приходилось все начинать сначала. Она понимала, что это было нормально, но нужны решительные меры, потому что она не была уверена сколько еще продержится Орден.       Прошел месяц с момента её прибытия в Малфой Мэнор, а она не смогла добыть ни-че-го. Чувство вины за то, что она не справляется, не оправдывает ожидания мертвым грузом давило на плечи. Скоро Снейп должен будет связаться с ней, она не знала когда и каким образом, но четко понимала, что у нее нет никакой информации. Возможно, ей следовало выбрать внешность мужчины, тогда бы её воспринимали серьезнее?       Утром она проснулась на холодном полу. Размяв затекшие мышцы, она быстро приняла душ и, натянув спортивную форму, которая ровными стопками лежала в шкафу, вышла в коридор, направляясь в сторону столовой, откуда уже были слышны громкие голоса. Чемодан с вещами оказался  на пороге её комнаты три недели назад. Открыв его, она обнаружила совершенно новую одежду: несколько платьев, две пары джинс, брюки, рубашки и обычные футболки, там же лежали водолазки и две новенькие дорожные мантии, одна из которых была плотно подбита мехом. Келли сказала, что это привез Снейп, когда накануне посещал поместье. Она бы не приняла эту одежде, только не от него, но выбора не было, ведь её дорожный рюкзак, с которым она прибыла, вместил в себя лишь пару сменного белья и брюки с водолазкой. - Доброе утро – закидывая руку ей на плечо, пропел Владислав. – Как спалось, лягушонок? - Доброе, отлично – она подмигнула ему. – Как у тебя дела? - Сегодня погода радует, поэтому замечательно.       Июнь подходил к концу, на улице светило солнце, даря природе каплю тепла. Этот год совсем не радовал солнцем и жарой. Часто погода была пасмурной, на небо набегали тяжелые тучи, а ветер пронизывал до самых костей сквозь легкую спортивную форму. Усевшись за длинный стол, за которым уже находился почти весь отряд, за исключением Дмитрия и пары Пожирателей, она набросилась на традиционный английский завтрак из яиц, фасоли и колбасок, который появился перед ней. Она поглощала пищу с особым наслаждением, аппетит разыгрался не на шутку. Тренировки отнимали уйму сил, а еды будто не хватало на их восполнение. Гермиона все чаще стала замечать, что её тело менялось. Мышцы еще сильнее окрепли, тело теряло излишнюю худобу, обретая женственные очертания. Цвет лица стал здоровее и на щеках даже появился легкий румянец. - Кто опоздает на тренировку - два штрафных круга – хмуро произнес Дмитрий, заглядывая в столовую. - Лягушонок, так и подавиться не долго – рассмеялся Владислав, наблюдая за тем, как Гермиона ускорилась, она глотала еду, забывая жевать.       Набив полный рот яичницей, она поднялась из-за стола и, махнув Владиславу на прощание рукой, направилась на улицу, где на просторном поле уже собралась добрая половина отряда. Холодный утренний ветер забирался сквозь одежду и пробирал до самых костей, солнце, что обманчиво светило на небе ничуть не скрашивало буйство природы. Подойдя ближе, Гермиона заметила хмурый взгляд Дмитрия, которым он провожал ее, пока она не встала в строй. Через пять минут ожидания остальных Пожирателей, они отправились трусцой вокруг огромного поля. Утренние тренировки всегда начинались с пяти кругов, и когда у них уже не оставалось сил, пробежав целый марафон, они переходили к полосам препятствий, что были возведены в центре поля, а затем их ждали парные дуэли.       Легкие горели и к четвертому кругу, мышцы уже отказывались сокращаться, но Гермиона упорно работала ногами, ускоряясь. Ей хотелось прибежать первой, внутренний перфекционист требовал от нее максимального результата. Сейчас она замыкала тройку лидеров, ей всегда нравился бег, в школе, она часто выходила на улицу, чтобы размять мышцы и очистить голову от мыслей, однажды обнаружила, что именно бег неплохо справляется с этой задачей. Развив выносливость, она показывала отличные результаты во время тренировок с Бестиями. Но тут, среди бойцов, из которых Дмитрий делал ни меньше, чем машин по уничтожению людей, она не была лучшей и это бесило. На финишной прямой ей все-таки удалось обогнать Рэма – темноволосого парня, который мало с кем контактировал.       Она пришла второй! Улыбаясь своей маленькой победе, Гермиона тяжело опустилась на траву, откидывая голову назад. Она заметила взгляд Дмитрия, но не увидела ни толику одобрения или похвалы. Его безразличное каменное лицо не выказывало ни одной эмоции. -Сухарь - пробормотала себе под нос Гермиона, отворачиваясь в другую сторону.                                    Полоса препятствий была не лучшей ее стороной. Слабые руки, не знавшие до войны подтягиваний, не позволяли ей показать хоть какой-то результат, который в теории мог бы её удовлетворить. Вот и сейчас, сорвавшись с перекладины, она приземлилась на ноги и зло пнула землю. Теперь ей нужно было возвращаться в начало этой горизонтальной лестницы и проходить ее заново. Приготовившись прыгать на первую перекладину, она замерла, краем глаза заметив движение сбоку. Пожиратели один за другим оборачивались черным вихрем и улетали прочь. Дмитрий нахмурил брови, смотря сквозь поле на Гермиону, поджав губы, он быстрым шагом двинулся в ее сторону. Девушка трусцой побежала к нему навстречу. - Нас вызвали - он с сомнением посмотрел на Гермиону и, вздохнув, продолжил - сегодня ты отправляешься с нами. - Сегодня? - на её лице должно быть промелькнула паника, потому что Дмитрий ещё сильнее нахмурил свои черные брови. - Уже передумала? Не ты ли вчера чуть не разрушила поместье за то, что я отправил тебя в комнату? – язвительно процедил он - Нет, не передумала. – Твердо ответила она, игнорируя его комментарий. - Пошли - коротко сказал он и двинулся к поместью, Гермиона тенью последовала за ним.       Они молча шли по коридорам Мэнора, проходя одну дверь за другой, пока Дмитрий не остановился около темной резной двери. Открыв ее настежь, он прошел внутрь. Гермиона хотела переступить порог, но ее отбросило на несколько шагов назад. Дмитрий, склонившийся над письменным столом, обернулся. - Меры предосторожности - просто объяснил он. - Не доверяешь своим бойцам? – хмыкнула она - Доверяй, но не теряй бдительности, Наоми - ее имя слетело с губ, словно насмешка.       Гермиона осмотрела комнату, точнее то, что открывалось ей с порога. Это была просторная спальня с широкой кроватью из черного дерева. Темные стены, деревянный пол из кедра, огромный письменный стол и плотные черные шторы на окнах. Ничего лишнего, пусто. Эта комната выглядела заброшенной, словно в ней никто не жил. Гермиона внутренне хмыкнула: такая же черствая и непривлекательная, как и её хозяин. Дмитрий подошёл к ней, протягивая свёрток. - Что это? - непонимающе спросила она. -Твоя форма - он закатил глаза, а затем пренебрежительно окинул её взглядом с ног до головы - или ты думаешь, что можешь явиться на поле боя в составе моего отряда вот в этом? - Всё-таки дресс-код присутствует - не сдержавшись, съязвила она.       Они молча дошли до её комнаты и гермиона с удивлением обнаружила, что она находится в каких-то двух десятках метров,от той, в которой жил Дмитрий. Она переоделась в черные штаны, которые со стороны казались совершенно обычными, но на деле были самыми удобными, что когда-либо она надевала. Они сидели словно вторая кожа, поддаваясь каждому ее движению. Тяжёлая куртка из драконьей кожи оказалась невесомой, стоило ее застегнуть. Длинная черная мантия не путалась между ног и не сковывала движений. Эта экипировка стоила целого состояния, она была уверена. Неудивительно, что Ордену за редким исключением удавалось одолеть кого-то из его отряда.  Собрав волосы в крепкий пучок на затылке, она уставилась на маску, из черного металла, что блестела от лучей солнца, она поморщилась. Ей было противно даже притрагиваться к ней, не то что надеть на своё лицо. Когда Дмитрий настойчиво постучал в дверь ее спальни, напоминая о том, что времени не осталось и им необходимо выдвигаться, она схватила маску в руки и вышла в коридор. - Я не возьму тебя больше на задание, если ты будешь собираться так долго - с раздражением прошипел он. - Я не умею облачаться в экипировку за секунду, как вы! - Дмитрий ничего не ответил, протягивая руку к её плечу. - Надень - холодно произнёс он, зацепившись взглядом за маску в ее руках.                                   Вдохнув, она приблизила ее к лицу. Ей казалось, что она сейчас выпрыгнет из рук, срастётся с ее кожей навеки и Гермиона никогда больше не сможет её снять. Она колебаясь, он это видел, но девушка ничего не могла с собой поделать. Пальцы мелко задрожали, поднося ее ближе. Дмитрий чертыхнулся и его теплая ладонь легла поверх её, аккуратно прислоняя маску к её лицу и не давая возможности передумать. Он никак не прокомментировал то, что произошло, лишь сказал держаться крепче и они сорвались в небо черным дымом.       Они неслись над землёй, быстрее пули. Гермиона от страха зажмурила глаза,  цепляясь руками за куртку Дмитрия. Неожиданно все прекратилось и она сначала почувствовала твердую землю под ногами, а затем услышала.       Шум битвы. Они оказались на краю обрыва, вдали виднелось каменное строение. Из стороны в сторону проносились вспышки заклинаний.  Сначала она не поняла, что происходит, кто враг, кто друг. И неожиданно осознала, что не знает, как сражаться против своих друзей. Она представляла себе этот момент тысячи раз. Как она оказывается на поле битвы, как старается не выдать себя, посылая ослабленные заклинания сопротивлению, но оказавшись здесь сейчас, она замерла, понимая, что палочка в руках дрожит. - Не стой столбом! - крикнул ей Дмитрий.       Вокруг его ног уже расползались клубы черного тумана. Одной рукой он умело вырисовывал заклинания палочкой, а второй творил другую, чужеродную русскую магию. На среднем пальце левой руки блестело кольцо - проводник магии, использующийся в России. Об этом ей рассказал Владислав.       Пробираясь сквозь поле боя, она заметила Мэри. Она ловко отбивала заклинания Пожирателя, который с каждым шагом отступал все ближе к обрыву. Гермиона улыбнулась под маской, продолжая свой путь дальше.       На ходу выстреливая заклинаниями мимо орденовцев, она создавала вид бурной деятельности. Блокировала их, посылала Петрификус им в ноги и бегала из стороны в сторону. Она справлялась хорошо, но ровно до того момента, как не заметила на поле боя Джинни. Рыжеволосая девушка вела жестокий бой против Грега -  опытного бойца отряда Дмитрия. Сердце Гермионы пропустило удар, Джинни теряла силы. Она делала слишком много ненужных движений. Прыгала в сторону, отбегала, делала кувырки. Грег подходил все ближе. Это был конец. Гермиона поняла это, как только увидела со стороны, как на самом деле бессильны члены Ордена против отряда. Грег наступал, загоняя Джинни в тупик, он играл с ней, как кот с мышью перед трапезой. Когда он поднял палочку, в направлении Джинни, видимо решив, что уже достаточно наигрался. Гермиона выстрелила ему в спину. Его палочка приземлилась прямо к ней в руки. Когда он повернулся к ней в недоумении, Джинни, воспользовавшись ситуацией, ускользнула прочь, теряясь в толпе. Умница! Гермиона была рада, что девушка не проигнорировала приказ Грюма бежать от отряда Дмитрия, если выпадает возможность.  - Прости, промахнулась - Гермиона кинула палочку обратно. - Научись меткости! - грозно прогремел он, проходя мимо девушки, намеренно задевая её плечо своим. -Придурок - пробормотала она, когда он скрылся.       Бой продолжался, и Гермиона не могла точно определить, на чьей стороне было преимущество. Она дважды тайком обезвредила пожирателей. Ей повезло, что никто не заметил в гуще битвы её атак.       Члены Ордена стали спешно трансгрессировать, забирая раненных, когда они появились на поле.  Это было правильно, они всегда так делали. Сражаться с Дмитрием было чистым самоубийством. Гермиона быстро передвигалась, продолжая создавать видимость боя. Большая часть Орденовцев уже исчезла, однако оставалось еще не мало членов, продолжающих свой бой.       Вспышка прилетела откуда-то справа и Гермиона успела отпрыгнуть в сторону, уворачиваясь от атаки. Она обернулась и увидела Кэтти Бэлл, которая отважно направляла свою палочку Гермионе в лицо. На мгновение она замерла, не зная, что ей делать. Она не хотела вступать в прямой бой с Орденом. Бросившись в сторону, Гермиона пыталась затеряться в толпе, желая, чтобы Кэтти ее потеряла из виду. Но бывшая охотница команды Гриффиндора по квиддичу ловко следовала за ней, посылая в спину заклинания. Гермиона ловко блокировала и отбивала их, судорожно соображая, что делать, пока их никто не заметил.       Они оказались на открытой местности недалеко от обрыва и игнорировать Кэтти было уже невозможно.  Она хорошо дралась, Гермиона искренне оценила технику девушки. Они сражались долго, Кэтти со всей яростью, а Гермиона, посылая ослабленные заклинания, чаще защищалась от её атак. Кружа вокруг друг друга, Гермиона вспомнила, как тренировала Кэтти, когда она только вступила в отряд Дамблдора, когда они еще учились в Хогвартсе. Нет, она бы никогда не смогла ей навредить.       Неожиданно её сбило с ног заклинание. Гермиона отлетела в сторону, к обрыву. Приземляясь на спину, она почувствовала, как из нее выбило весь дух. Было сложно дышать, она почувствовала металлический вкус на губах. С трудом приподнимаясь на локтях, она почувствовала резкую болезненность слева. Её ранили, из её бока текла кровь, пока она лежала, посреди дымящейся земли. Кое-где догорала трава, разнося по воздуху сизый дым. Повсюду лежали тела. Их было много, гораздо больше, чем она видела когда-либо.       Дмитрий шел сквозь все поле, оставляя за собой шлейф трупов, черные клубы дыма расползались щупальцами от его ног во все стороны. Он посылал вспышки направо и налево, ловко, даже с некой ленцой отбивая летевшие в него заклинания. Поднимаясь, Гермиона увидела, как он взмахом руки уничтожил того, кто её ранил. Симус Финниган поднялся над землей, и его отбросило назад. Он исчез в темноте расщелины с криком, который вскоре затих.       Прикрыв на мгновение глаза, она задержала дыхание, мысленно прощаясь с каждым членом Ордена, оставившим здесь сегодня свою жизнь во имя победы. Она вздрогнула, когда ей на плечо опустилась тяжёлая рука. Они аппарировали.

***

      Гермиона три дня провела в кровати, пила восстанавливающие зелья. Дважды её навешал целитель, а заботливые руки Келли умело меняли повязки. Дмитрий не навещал её. Она не знала, что он видел на поле боя и какие выводы сделал, но надеялась, что его отсутствие – хороший знак.       Симус был мертв, из-за нее. Она не могла не скорбеть по нему. Он защищал Кэтти, которая вступила в схватку с членом отряда Дмитрия и словил возможность нанести удар. Его не за что было винить, он все сделал правильно. И сейчас он лежит грудой костей далеко внизу ущелья, на холодных камнях. За его телом не вернуться, его не похоронят и друзья и близкие не смогут проститься с ним. По щекам Гермионы вновь потекли слезы.       Она направилась в ванну, которую заботливо наполнила Келли. Вбежав босыми ногами по холодному кафелю ванны, Гермиона склонилась над унитазом, возвращая наружу завтрак. На дрожащих ногах она подошла к большой чугунной ванне и опустилась в неё. Истерика накрыла ее неожиданно. Гермиона не помнила, когда последний раз сражения вызывали в ней такие эмоции. Она не плакала даже когда погибла Чжоу Чанг. Сейчас же ее трясло от горя, вины, потерь и лжы. Откинувшись на край ванны, она соскользнула под воду, из ее горла вырвался крик отчаяния, который заглушила толща воды. Когда весь воздух вышел из ее лёгких, он резко вынырнула на поверхность. Она чувствовала, как кровь стекла из порезов, открашивая воду. Но взглянув на неё, она заметила лишь прозрачную жидкость, пахнущую розами. Эти раны были не на теле - на сердце, они исполосовали его вдоль и поперек за время войны, не оставляя за собой ни одного целого местечка. Сегодня поверх старых ран лег новый кровоточащий порез. Гораздо глубже и больнее предыдущих.       Просидев в воде несколько часов, она вылезла, когда та стала совсем холодной. Вернувшись в комнату, в махровом халате с полотенцем на голове, она замерла на пороге. Обстановка изменилась. Рядом с письменным столом, что стоял около окна теперь находился высокий деревянный шкаф. Она подошла ближе и с удивлением обнаружила на полках многочисленное количество книг. Гермиона провела по ним рукой, слабо улыбнувшись. Вероятно, Владислав решил сделать ей подарок, решила она, вспоминая их недавний разговор. Она оглядела корешки, с удивлением обнаруживая здесь коллекцию книг зельевара Гловера Хипворта «Как приручить Мандрагору?», помимо этого, на полках была предоставлена серия «Тайны магических искусств» - это был сборник редчайших заклинаний. Её рука уже потянулась к «Основы обрядоведения» и «Избушки на курьих-ножках», когда взгляд неожиданно зацепился за «Историю Хогвартса» под авторством Батильды Бэгшот.       Она взяла экземпляр в руки, ласково проводя ладонью по обложке. Неимоверное количество раз она перечитывала эту книгу, находясь в Хогвартсе. Огонек любви зажегся где-то в глубине её души, когда она разглядывала потертые временем страницы. Прошлый владелец книги не раз её открывал. Она с теплотой прижала книгу к груди, смотря в окно. Свой экземпляр она потеряла во время нападения на их прошлый дом.  Сейчас ей показалось, что к ней вернулась частичка её души. Весь день и вечер она провела в кровати, вновь перечитывая любимую историю, проваливаясь в воспоминания и то самое чувство воодушевления, которое испытывала, когда впервые взяла в руки «Историю Хогвартса», когда ей было одиннадцать.       На тренировке следующим утром она была вялой. Было сложно сконцентрироваться, тело ломило, а перед глазами то и дело вспыхивало поле трупов. Руки не слушались и Ден – высокий светловолосый мужчина, раз за разом укладывал её на лопатки. Каждый раз она поднималась на ноги, не желая уступать этот бой, хоть и понимала, что сегодня ей его точно не одолеть. Очередной раз отлетев в сторону, Гермиона больно ударилась затылком об землю. Ей нужна была секунда, всего секунда, чтобы перевести дыхание и собраться с силами. Когда над ней нависла черная тень, она нехотя открыла глаза. Дмитрий нависал коршуном, внимательно разглядывая ее. - Что-то повредила? – его голос был ледяным. - Нет, все нормально. - Тогда вставай и дерись. – он сжал губы в тонкую линию – В реальном бою тебя бы уже давно убили, брать тебя с собой вчера – было ошибкой. - Но…- Гермиона увидела злой огонь в его глазах.       В её душе тут же вспыхнуло пламя ненависти. Брать ее было ошибкой? Она одна из лучших членов Бестий! Гермиона умела сражаться и делала это хорошо. Он хочет увидеть ее силу? Чтож, ладно. Девушка ловко поднялась на ноги и бросилась к Дену, парень уже ослабил бдительность, повернувшись к ней спиной, он разговаривал с другими Пожирателями. Она бросилась к нему, ударяя ногой в спину. Он покачнулся, сделав несколько шагов к нему. Ден повернулся к ней, удивленно смотря на девушку. То, что происходило дальше, Гермиона позже не могла объяснить. Между ними развернулся нешуточный бой, который собрался посмотреть абсолютно весь отряд, они встали в большой круг вокруг двух фигур танцующих в центре.       Она поняла, что все тренировки с Тонкс, бесчисленные часы отрабатывания техники с Мэри и каждодневные физические упражнения, которые она выполняла привели к этому моменту. Она, ведомая адреналином и яростью на всех Пожирателей, наносила удары, словно молот по наковальне. Она больше не медлила, не сомневалась. Глаза сами подмечали слабые места противника. Ноги работали быстро, уклоняясь от его ударов. У неё было преимущество – она миниатюрная и легкая. Ден – высокий двухметровый амбал, вел бой топорно и грубо. Она кружила вокруг него. Изматывала. Била. Рука, нога, кулак.        Она пропустила удар. Дэн ударил в плечо, резкая боль почти ослепила, пройдясь искрами в глазах. Кажется, у нее был вывих. Прийдя в себя и скинув пелену боли с глаз, она отпрыгнула в сторону. Толпа вокруг зашумела, одобрительно выкрикивая. «У него должно быть слабое место!». Она танцевала вокруг него, анализируя движения. Он был высокий и крупный, из-за этого был неповоротлив, однако это компенсировалось его физической силой. Гермиона заметила, что он стал двигаться медленнее и тяжело дышал. Выносливость его подводила. Что бы сказала Тонкс, если бы увидела их бой? «Гермиона, ты все время допускаешь одни и те же ошибки! Посмотри на картину целиком». Отбегая назад, она посмотрела на него будто со стороны.       Именно в этот момент она поняла то, о чем все время говорила ей Нимфадора. Ден медленно двигался к ней, слегка склонившись корпусом влево. Этого не было заметно вблизи, но его локоть прижимался к грудной клетки с левой стороны. Её озарило – он ранен!       Хищно улыбнувшись, Гермиона двинула к нему на встречу. Ден даже на мгновение замер, когда она пошла в открытую атаку. Правое плечо пульсировала болью, но она закрыла игнорировала ее, сосредоточившись на противнике.  Увернулась от удара слева, пригнулась, затем ударила ногой в его правое колено. Парень отшатнулся назад. А она все наступала. Быстрый удар кулаком слева пришелся ему прямо в челюсть. Его голова дернулась в сторону и из губы полилась кровь.  Еще один удар справа, пока он был дезориентирован. Крутанувшись на месте, она нанесла решающий, победный удар ногой в левую половину грудной клетки. Ден зашипел от боли, падая на колени и хватаясь за бок. Гермиона нависла над ним, занося ногу для удара по голове. - Хватит – громко сказа Дмитрий, наблюдавший за их боем, затем он развернулся и пошел в сторону поместья, бросая через плечо – тренировка окончена.       Гермиона посмотрела ему в след. Ей не нужно было его одобрение, она знала, что была хороша. Даже очень. Бестии гордились бы ею, и этого ей было достаточно. Но от чего-то в груди все равно вспыхнула обида.       Она ищет его одобрения? Похвалы? Ей было не ясно. Рациональная часть Гермионы подкидывала ей доводы, что она должна быть лучшей, ее должны ценить, чтобы допустить до операций. Ей нужно быть полезной Пожирателям. Но Дмитрий только критиковал и игнорировал ее существование. - Ты и правда богиня – восхищённо сказал Владислав, догоняя ее в коридоре по пути в комнату.  Гермиона с сомнением посмотрела на него – я видел из окна ваш бой, это было невероятно! - Спасибо – сухо ответила она и тяжело вздохнула – Влад, прости, я сейчас не в силах вести светские беседы - Конечно! – взгляд парня грустно скользнул по ее травмированному плечу, после чего на его губах вновь вспыхнула улыбка. - Я хотела поблагодарить тебя за книги - вдруг вспоминал она. - Какие книги? - он посмотрел на нее с неподдельным удивлением. - Которые ты оставил в моей комнате... - Гермиона вдруг замолчала, смотря на озадаченное лицо Владислава. Он не мог зайти в её комнату из-за заклятия, наложенного дмитрием. Это был не он. -А, книги! Конечно! Не за что, лягушонок! - Он явно не умел обманывать и Гермиона с сомнением посмотрела на него. - Ну... мне пора, увидимся позже! Гермиона проводила его долгим взглядом и направилась в комнату. Ей нужно было принять душ и смыть с себя это липкое чувство, которое поселилось в ней. С трудом стянув с себя одежду, стараясь не задевать плечо, она встала под струи горячей воды. Они приятно обжигали кожу, расслабляя напряженные мышцы плеча. Она выпустила вздох облегчения.       Ей не доверяли. Она это понимала, новый человек в отряде, который ни с кем не общается. Нужно было заводить знакомства, но ее выворачивало наизнанку от одной только мысли, что придется мило беседовать с Пожирателям и делать вид, что она им друг. С Дмитрием было легче, ему не нужна была лесть, слова были ему безразличны, он обращал внимание только на поступки и достижения.       Книги... Это мог быть только владислав, ведь она больше никому не говорила об этом. Гермиона не понимала, зачем он ломал комедию и просто не принял благодарность. Больше некому было ей что-то дарить. Она ни с кем не общалась, большую часть свободного времени проводила в спальне, на прогулках с Владиславом или в провальных попытках что-то разузнать и обыскать поместье.       Затянув потуже пояс махрового халата, она вышла в спальню и замерла на пороге. У стола стоял Дмитрий, смотря на горизонт. - Стучать не учили? – съязвила она. - Ты неплохо сражалась сегодня – он проигнорировал ее реплику, поворачиваясь к ней лицом.       Она стояла перед ним босая, в огромном махровом халате белого цвета. Мокрые волосы лежали на плечах, а с кончиков капала вода. - Ты зашел в комнату - внезапно сказал она -Зашел - Но как? – она осеклась, когда ее озарило – Владислав сказал, что ты наложил заклинание от незваных гостей. Видимо себя ты таковым не считаешь - Я могу зайти в любую комнату этого поместья – отозвался он. - Ну, конечно! – она зло поджала губы – Думаешь, что можешь являться ко мне вот так, пока я голая моюсь в душе? Ты извращенец? - Если бы я хотел увидеть тебя голой, мне не пришлось бы даже об этом просить – он  медленно двинулся к ней, Гермиона невольно сделала шаг назад - Какая самоуверенность! – злость и раздражение поднялись волной по ее телу. - Это констатация факта                       - Ты никогда не увидишь меня голой, даже не мечтай – он лишь ухмыльнулся на ее реплику, она яростно сложила руки на груди, не понимая, зачем они вообще обсуждают это. – Зачем ты пришел? - Сообщить, что завтра В мэноре будут празднования в честь Купальской ночи – Дмитрий поджал губы. – Можешь присоедениться. - Купальская ночь? – она с недоумением посмотрела на него. - Славянский праздник – нехотя объяснял она. – Он приходится на летнее солнцестояние и самую короткую ночь в году. В этот день вода и огонь способны очистить от болезней и бед. Считается, что в Купальскую ночь оживает нечисть, и выходит на охоту, поэтому необходимо стеречь свой дом от нежеланных гостей. Травы, собранные во время обрядовых песен, в эту ночь обладают особым магическим потенциалом. – Гермиона завороженно слушала его, слегка нахмурив брови, он произнес – Завтра сюда прибудут все высокопоставленные Пожиратели, чтобы развлечься. - Темный Лорд… - начала было она, но он ее перебил. - Нет, его не будет, у Повелителя есть дела важнее. – отрезал он. – Будь готова к вечеру, Келли тебе поможет собраться.       Дмитрий аппарировал прочь.  Она несколько секунд смотрела на место, где еще мгновение назад стоял он. Раньше её не допускали до обрядов. Дмитрий не желал объяснять почему, но Гермиона сделала вывод, что дело было опять в доверии. Мощь отряда сводилась к чужеродной магии, которой не владели волшебники Британии, поэтому так сложно было победить Дмитрия. Ей показалось, что по коже пробежался ток от предвкушения. Гермиона всегда любила знания, прочитала большую часть книг в библиотеке Хогвартса. Ей нравилось понимать механизмы жизни, знать историю мира, в который она попала, будучи еще маленькой девочкой, всю жизнь до этого считавшей, что магия – лишь вымысел. Она  чувствовала себя уверенно и безопасно, когда сталкивалась с чем-то, но в ее багаже знаний хранилась информация обо всем, что встречалось у них на пути. Однако исключение стала магия, которую так умело творил Дмитрий и в меньшей степени использовали некоторые члены отряда. Она не знала, что это и как работает. От этого, казалось, девушка испытывала физический дискомфорт. Она перерыла кучу справочников и пособий, однако ничего даже близко похожего не находилось. Внутри поднимался жар желания скорей приступить к обрядам. Хотелось окунуться в новое с головой.       Гермиона подошла к шкафу, чтобы достать одежду, когда периферическим зрением заметила баночку, лежащую на прикроватном столике. Она взяла ее в руки и поднесла к свету, на крышке была прикреплена маленькая бумажка, на которой тонким изящным почерком были выведены слова: «Заживляющая мазь. Наносить на места ранений, ушибов утром и вечером». Она удивленно уставилась на нее, а затем повернулась к месту, где ранее стоял Дмитрий. Это он ее принес? Гермионе будто ударили по голове кувалдой, она непонимающе уставилась на бумажку. Возможно, это передал Владислав? Она не верила в то, что Дмитрий был способен на сострадание. Да, он говорил, что своих не бросает, но ведь это был всего лишь вывих, у нее бывали травмы и хуже. Он даже не заглянул к ней, когда её ранили на поле боя, а тут решил оставить ей мазь? Нет, Дмитрий  бы не сделал этого, он ее игнорировал большую часть времени, с чего бы вдруг ему позаботиться о ком-то. Скорее всего, это действительно передал Владислав. Нужно выяснить, что это за благотворительные акции, в которых он не желает признаваться.