Custos cordis mei

2 года спустя. «Неправильно набран номер» Третий день я не мог дозвониться до Дазая. Мои пальцы судорожно набирали и набирали его номер, пока Рюноске и Ацуши сидели на соседних стульях у барной стойки. - Кому ты все названиваешь? - послышался голос Акутагавы. - Я не могу дозвонится до Осаму уже несколько дней. - Осаму? Кто это? - Всмысле? Он наш друг, - мой голос захрипел. Он смотрел на меня, и я понял, он не шутит, он действительно не понимает о ком я говорю. - Чуя, мы дружим уже несколько лет и не знаем никакого Осаму. Мы всегда общались втроём. Я замер. В голове и ушах зазвенело. - Эй, Чуя! Чуя! В глазах потемнело, и я почувствовал как начинаю падать. Темнота. Тишина. Где-то в далеке знакомый белый силуэт. Я сел на колени, а моя рука непроизвольно потянулась вперёд. - Дазай! - крикнул я куда-то вперед, а звук эхом распространился в пространстве. - Очнись. Тебе ещё рано. Картавый голос послышался где-то за спиной, где-то над ухом, и я открыл глаза. Я сидел на диванчике в том же баре, а Ацуши пытался привести меня в чувства, протирая щеки холодной водой. - Всё, хватит, хватит.. - прошептал я Накаджиме. - Ты перепил, поехали домой, Чуя. Я послушно встал и поплелся за парнями, которые заранее оплатили счет за себя и меня. Выйдя на улицу, нас застала поздняя ночь и проливающийся ливень. При таком сильном дожде мы бы насквозь промокли, даже не дойдя до такси. Где-то вдалеке мне показалось, словно я увидел Осаму. Это свело меня с ума, и я ринулся к дороге. Лужи под моими ногами разбрызгивались в разные стороны, рубашка и волосы были насквозь мокрые. Я выбежал на дорогу, а моя рука тянулась за плащем друга. Я остановился, когда увидел свет фар и услышал резкий скрип тормозов. - Чуя! - крикнул Акутагава, как только я оказался на пешеходе. Я слышал приглушённые сирены скорой помощи и полиции, слышал знакомые голоса друзей. Звуки пропали, наступила гробовая тишина. Я понял, что тону, но не задыхаюсь. Я не захлебываюсь водой. Да и не было в ней ничего, никакой жизни. Это был словно бесконечно широкий глубокий сосуд наполненый тяжелой водой. Это было словно пространство, из которого я не мог выбраться. Я тонул, как вдруг увидел перед собой чьи-то руки, тянущиеся за мной. Снова темнота. Я открываю глаза и вновь вижу свет. Лечу с какой-то высокой точки. Внизу нет земли. Это было лишь бесконечное воздушное пространство, вокруг такая же пустота, отсутвие хоть чего-то живого. Снова я вижу чьи-то появившиеся из пространства руки, тянущиеся за мной. Снова темнота. Я открываю глаза. Вижу бесконечно темное пространство в котором нет абсолютно ничего. Я иду вперёд к белому силуэту, стоящему ко мне спиной где-то очень далеко. Он не приближается, но и не двигается вперед вместе со мной. Я слышу треск, словно иду по битому стеклу. Опустив взгляд на свои босые ноги, я увидел лишь кровь и треснувший лёд. Казалось, словно я схожу с ума. Я нескончаемое количество раз перемещался в неизвестные мне пространства. Вновь какое-то темное пространство. В этот раз передо мной стоял стул, а на нем лежал конверт. Я открыл его, там были фотографии. Это были люди без лиц, словно их специально размазали при обработке, но я всё равно узнал их. Это были мы. То были фотографии, сделанные во время совместных прогулок. Там были все, кроме Дазая. На тех местах, где он должен быть, не было никого. Постепенно я начинал сходить с ума от этого бесконечного перемещения. И вот снова темнота. В этот раз я был словно с закрытыми глазами и слышал голоса своих друзей. - Кома? Вы шутите? - Примите мои сожаления... Есть большая вероятность, что он вообще не придет в себя. Кто-то взял меня за руку. Я почувствовал это и сразу узнал Ацуши. - Чуя, просыпайся.. - его голос был дрожащим. И вот снова я ничего не вижу. Снова темнота, тишина. Чувствую выстрел в сердце из арбалета. Мне не больно. Рубашка намокает от крови, быстро стекающей по моему телу. Я жив, почему? Сам не знаю. Открываю глаза и вижу лес... Знакомый лес, знакомое болото. Я вытащил стрелу из своей груди и отбросил куда-то в сторону, закрывая рану ладонью. Боковым зрением вижу кладбище. То самое кладбище, где я впервые увидел Дазая во сне. Понимаю, это было одно место только с разных сторон. Осаму стоял у чьей-то надгробной плиты с двумя кроваво-красными пионами. Опускаю взгляд на свою руку и замечаю в ней два таких же цветка. Я медленными небольшими шагами пошёл в сторону о ком-то скорбящего Дазая. Мне показалось словно сердце пропустило удар, когда я увидел две находящиеся рядом могилы, одна из которых принадлежала мне, а вторая ему. Я сел на колени перед надгробием моего друга и положил на него цветы перевязанные черной лентой. Мне не хочется верить в наши смерти, а повернувшись в сторону где должно быть болото, я ничего не увидел, его не было. - Пойдешь за мной? - послышался картавый голос Осаму. Он положил свою руку на мою макушку и взъерошил рыжие волосы. - Пойду, - сказал я и увидел на его лице усталую улыбку. Все резко исчезло. Была только темнота в которой я видел себя где-то в далеке, идущего за спиной друга.

***

- Поймите.. вероятность того, что он вообще очнётся чертовски мала. Он в критическом состоянии. - Да к херам эту вероятность! Сделайте хоть что-нибудь! Я сидел около кровати Чуи и сжимал его ладонь, пока слезы невольно стекали по моим щекам. Акутагава ругался с врачом, который уже несколько месяцев не даёт нам надежд на то, что наш рыжий друг выживет. Они вышли в коридор и продолжили свою ругань там. Я лишь слышал нецензурные выражения своего парня, отчаяно пытавшегося уговорить врача на продолжение поддержки жизни Накахары. Я успокоился, когда Акутагава зашёл назад в палату. - Я договорился ещё на неделю, если в течение этого времени он не проснется, они отключат его от аппарата. К сожалению, на большее его не убедить.. - голос и лицо Рю потускнели за эти несколько месяцев, что Чуя находился в коме. Я заметил, как он буквально страдает от потери друга. Страдает так же как и я. - Извини, Чуя, - прошептал я, прижимая его ладонь к губам. - Просыпайся, - послышался слишком знакомый картавый голос за моей спиной. Я не мог вспомнить, кому он принадлежал. Чье-то лицо размыто всплывало в памяти, но я не мог собрать полностью картину. Я обернулся, но понял, что кроме меня, Рю и Чуи здесь больше никого нет. Что это было? Мне померещилось? - Я не один это слышал? - С языка снял... - сказал я в ответ на вопрос Рю. - Что за чертовщина здесь происходит? - послышался тихий шёпот моего парня. - Просыпайся, - снова этот шепчуший голос из неоткуда. Громкое болезненное пищание и зигзагообразная линия, показывающаяся на аппарате, сразу стала прямой. Я подскочил со стула и отошёл в сторону, когда в палату забежал врач. Мы с Акутагавой вышли в коридор и просто ждали. Наши лица буквально опустели. Не знаю как он, но моё сердце ушло в пятки, стоило мне услышать этот звук. Медсестра вышла из палаты снимая свои перчатки. - Я.. сожалею. Акутагава прижал меня к своей груди и заключил в крепкие объятия, когда слезы снова потекли по лицу.

***

Слова я открываю глаза. Что-то светлое, похожее на огромные врата, находилось за моей спиной. Я прошел вперед в туман и чуть было не свалился в чистейшую реку. Чьи-то руки схватили меня, зажав глаза, и затащили в высокую траву. - Эй! Отпусти меня! - А может не хочу? Я сидел на траве под ивой, когда руки наконец-то открыли мне глаза. Кофейные волосы рассыпались по моей белой свободной рубашке, когда щека Дазая оказалась на моем левом плече. Он сидел за моей спиной и прижимался ко мне грудью, пока его руки обвивали мою талию. Мое сердце сжалось, когда я увидел эти добрые и доверчивые карие глаза Осаму. Губы задрожали и сжались. - Дазай.. куда ты пропал? Почему все делают вид что не знают тебя? Почему твой номер является не существующим? Что произошло? Что это вообще за мес... - он закрыл мне рот рукой, потому что вопросы так и сыпались на него. - Ты умер, Чуя. Я тоже был мертв.. всё это время. В тот день, когда тебя чуть не сбила машина, я выпрыгнул на дорогу за место тебя и погиб. Всё то, что ты помнишь, это были лишь выдуманные твоим мозгом моменты. Такого никогда не было. - Но как? Почему? Если мы никогда не были знакомы, откуда я знаю твоё имя? Он коснулся пальцами моей груди, а затем приподнял рубашку. Я впервые за всё это время заметил шрам, которого никогда не было. - Вспоминай, Чуя. Вспоминай всё что можешь. Говори мне что помнишь ты, а я скажу тебе, как было всё на самом деле. Я знаю всю твою жизнь, Чуя. - Помню как шёл домой с библиотеки... Я задумался о своей семье. Помню как чуть не вышел на дорогу, а ты схватил меня за капюшон. - Ты вышел на дорогу, а я оттолкнул тебя. Ты отлетел вперёд, машина тебя задела, но ты практически не пострадал. В то время как моё уже практически бездыханно тело лежало на асфальте в луже крови. Ты был без сознания, как и я, но при этом я слышал и чувствовал абсолютно всё. Нас привезли в одну и ту же больницу. Я умер в машине, мы даже доехать не успели. Всё оставшееся время моя душа находилась вблизи тела, и вскоре я узнал, что тебе будут делать пересадку моего сердца. Я не знаю точной причины, что случилось с тобой, но... - Я вспомнил, у меня был порок сердца, - перебил я Дазая. В мою голову постепенно приходили настоящие воспоминания. Ребята никогда не реагировали на приход Дазая, на его подколы и шутки. Его никогда не было рядом, когда я курил на балконе. Это все было лишь в моей голове. Моменты, когда я не видел Осаму, были только из-за таблеток, которые мне прописал врач, о которых я часто благополучно забывал. Только сейчас я понял, что видел его только когда не выпил таблетку. А эти сны... Сны, когда близкие, которых давно не стало, звали меня за собой. Они действительно предупреждали меня о скорой смерти. Прямо сейчас белая змея проползла по моему спокойно сидящему телу, её глаза были жёлтыми, прямо как во сне. Вокруг была тишина, не было никого кроме нас и это было безумно приятно. Эта тишина не душила меня как в пространствах, она доставляла мне комфорт. Шум ветра и шелест листьев настраивали на хорошее, пока Дазай носом зарывался в мою шею и волосы. - Хочешь посмотреть на кого-то из близких? Я принаровился за это время и научился управлять способностью перемещения в пространствах. - Могу я увидеть своих родителей? Дазай немного нахмурился, поскольку знал всю ситуацию с сестрой, но всё равно переместил нас туда. Я стоял напротив моей матери и отца, пока Дазай стоял за моей спиной. Я удивился от увиденной картины, оба родителя были в истерике, сестра сидела в пустым взглядом наполненым слезами. Она рассказала всё, рассказала что выдумала ту историю с домагательством. Если я правильно понял, отец избил её за это, поскольку все её лицо и видимые части рук и ног были в синяках. - Ненавижу тебя! - кричала моя мать на Лину. - Если бы я только знала, что ты окажешься такой сволочью, я бы непременно поверила Чуе! - Вы сами виноваты в том, что я соврала всем. Ты хоть помнишь как вы относились к нему? Помнишь как отвергала все его достижения и сюсюкалась со мной? Меня вы через чур опекали, в то время как про Чую совершенно забыли! А его друзья? Знаете почему я им соврала? Да потому что эти ублюдки обсуждали его за спиной! Мне бы он ни за что не поверил, именно поэтому я пришла к такому ужасному методу, но я не думала, что это вранье зайдёт вплоть до слухов и полного отвержения Чуи другими. Не успел я моргнуть, как туман рассеялся, и мы вновь оказались под ивой. Руки самопроизвольно потянулись к лицу, закрывая его от слёз. Я упал на землю коленями и рыдал. Единственным человеком, который действительно обо мне помнил и хоть как то пытался помочь, была Лина. Дазай прижал меня к своей груди, а я уткнулся носом в его шею, сжимая его белую рубашку в своих трясущихся руках. Когда я успокоился, он сел к иве, касаясь спиной её ствола, а я лег головой на его бедра. Пальцы перебирали мои волосы. Я чувствовал полное умиротворение, после того, как за долгое время дал волю эмоциям. - Знаешь, Дазай, я ведь всегда видел тебя рядом. Когда ты пропал, я понял, что чувствую пустоту на своей душе. Я старался найти тебя и гнался за всеми, кто хоть немного был на тебя похож. - На что ты намекаешь? - Я полюбил тебя. Как только я вспомнил все до единого, я полюбил даже твоё сердце в своей груди. - Чуя.. я тебе вот что скажу, - прошептал он, поднимая свою рубашку. Не смотря на то, что мы оба мертвы, я чувствовал как кровь движется по венам. Иначе говоря все органы так же функционировали. Его грудная клетка двигалась так же как и моя, он так же дышал и так же был еле видны сердечные удары. Но как такое получилось, если сейчас его сердце находится в моей груди? Такое возможно только, если в его груди моё сердце. Я думаю, что врачи, вероятнее всего, просто переложили орган без каких-либо других действий и просто зашили его грудную клетку, поскольку тело Дазая, было просто телом, тихим и бездыханным. Но сейчас мы не в том мире, где жили изначально, возможно, что сердце "прижилось" в нём и сраслось с нужными частями, снова придя в работу. - Сейчас мою кровь по венам разносит именно твой орган. Я был привязан к тебе с той самой встречи, точно так же как и ты ко мне. Наши судьбы связала красная нить и именно поэтому сейчас ты лежишь на моих ногах в другом мире. Он приподнял меня, а затем подтянул к себе, усаживая на свои бедра так, чтобы он мог видеть моё лицо. Это было неловко, но как-то приятно и мне это нравилось. Мне нравились его кофейные глаза, его густые волнистые волосы, его нежная кожа. Мне нравилось в нём всё. И сейчас я понимаю... Если бы в тот день мы не пересеклись, если бы наши судьбы не связала красная нить, если бы только не было этой пересадки, то сейчас мы скорее всего были бы живы, но так же одиноки. Для меня не имеет значения, где мне быть с ним. Будь то мир убийств и корупции, или же свободы и стабильности. Сейчас для меня нет никого важнее Дазая. Притягивая ближе к себе и сжимая мою талию в руках, он то покусывал, то оттягивал мою нижнюю губу, а вконце концов впился в них своими. Медленными поцелуями он покрывал мои щеки, линию челюсти, шею и ключицы, торчащие из под полурасстегнутой рубашки. - Ты - хранитель моего сердца, Чуя. И я тоже люблю тебя. Мне нравится в тебе всё до мелочей.