Mercy Show to Me | Милосердие прояви ко мне

“I shouldn't say it, but I'm starting to think I care. I've had a drink, you probably think my judgement isn't clear. And it's getting late now, we're a long way from our homes.” - Tom Odell (Hold Me)

Грейнджер, Не хочешь заглянуть в библиотеку Дурмстранга? Я достал пропуск на день и могу взять с собой гостя. Если ты занята, я, конечно, справлюсь и в одиночку, хотя мой метод исследования более хаотичный, чем твой. Не всем же быть Самой Умной Ведьмой Нашего Поколения™. Д.М. Сова доставила приглашение в воскресенье вечером. Можно было и не спрашивать — конечно, она хотела бы посетить библиотеку Дурмстранга. Прежде чем ответить, она достала ежедневник, чтобы выяснить, когда лучше внезапно заболеть и прогулять работу. Всю субботу и воскресенье она провела в библиотеке Министерства, изучая Протеевы чары и их вариации. Она надеялась, что если потянуть за эту ниточку, то есть шанс найти что-то полезное — возможно, искаженную версию заклинания, которую Волдеморт мог доработать и взять за основу Темной Метки. В воскресенье днем она встретилась с Лизой Терпин, рейвенкловкой с их курса, на обеде в дорогом волшебном ресторане в Лондоне. Они не были подругами, но поддерживали приятельские отношения и восемь лет назад вместе работали над кампанией против законопроекта, обязывающего ведьм детородного возраста рожать детей. Это идиотское предложение увеличить таким образом численность магического населения с треском провалилось после жарких дебатов. Насколько знала Гермиона, Лиза не дружила с Малфоем. Но Гермиона хотела поговорить с ней о ее брате, Итане Терпине, который был на четыре года старше и принял Темную Метку сразу после выпуска из Хогвартса. Она надеялась, что Лиза присутствовала на церемонии или хотя бы слышала что-то об этом от брата. К сожалению, Лиза сказала, что никогда не обсуждала с ним его пребывание в рядах Пожирателей смерти, а сам он погиб в стычке с членами Ордена за два месяца до Битвы за Хогвартс. — Приношу извинения за бестактный вопрос, но... ты опознавала его тело? — спросила Гермиона. — Да. — Темная Метка была еще видна на его руке? Лиза замешкалась. — Кажется, да. Хотя я не уверена, что обратила на нее внимание. Мы были так убиты горем и полны стыда, все прошло как в тумане. Разочарованная отсутствием прогресса в своих исследованиях, Гермиона отправила Малфою ответ. Малфой, Чтобы предотвратить халатный подход к исследованиям в нашем совместном предприятии по спасению твоей жизни, мне придется принять твое предложение заглянуть в библиотеку Дурмстранга. Какая жертва с моей стороны. Когда мы едем? Думаю, я смогу прогулять работу в пятницу. Г. Грейнджер Грейнджер, Пятница мне подходит, но нужно вернуться в субботу — у меня матч. Некоторым из нас все-таки приходится зарабатывать на жизнь, как ты понимаешь. Д.М. Малфой, Некоторым действительно приходится зарабатывать на жизнь, и среди них – я, а не ты. Возможно, если я продам ту самую эксклюзивную ручку со змеей, то смогу позволить себе платить за наши совместные ужины, а не полагаться на то, что ты подкинешь мне галлеоны в сумку, когда я не смотрю. Г. Грейнджер Грейнджер, За кого ты меня принимаешь? Я бы никогда не позволил даме платить за собственный ужин. Меня с детства обучали хорошим манерам и правилам этикета. Конечно, мне понадобилась неделя, чтобы вспомнить об этом, поэтому и пришлось подкидывать галлеоны в твою сумку. Я закажу портключ и пришлю тебе сову. Д.М. — Я буду выглядеть недостаточно нарядно? Малфой медленно оглядел ее с головы до ног, и Гермиона едва удержалась от того, чтобы не поежиться, словно школьница. Ей ведь почти сорок, бога ради. Его взгляд не должен оказывать на нее такое влияние, заставляя чувствовать себя настолько не в своей тарелке. — Ты собиралась надеть вечернее платье? — спросил он. — Я только за, но в библиотеке это будет выглядеть странновато. Даже для тебя, Грейнджер. Она сощурилась. — Ты стоишь передо мной в костюме-тройке и шутишь про вечерние платья? Она думала, что выглядит элегантно, пока не увидела его под фонарем, у которого они договорились встретиться. Малфой был в угольно-сером костюме и белой рубашке с черным галстуком. Жилет придавал ему лоска и подчеркивал широкую грудь. Гермиона же предпочла кремовую блузку, аккуратно заправленную в коричневую юбку А-силуэта. Ее наряд дополняли удобные коричневые туфли. Учитывая низкую температуру на севере Норвегии, в качестве верхней одежды она выбрала клетчатое шерстяное пальто — самое теплое в ее гардеробе. Его же короткое двубортное пальто выглядело не слишком теплым. Малфой оглядел свой костюм, одергивая жилет. — Слишком нарядно для академической среды? — иронично улыбнулся он. Если Малфой что-то умел делать на отлично, так это одеваться. И он прекрасно знал, когда выглядел особенно хорошо. Вместо того чтобы потакать его самолюбию, она спросила: — Где портключ? Он посмотрел на облезлый еловый венок, который уже несколько недель как потерял свежесть. Тот болтался примерно в двух с половиной метрах над землей, пришпиленный к фонарному столбу. — Да ты шутишь. Он рассмеялся. — Как высоко ты можешь прыгнуть, Грейнджер? — Не настолько. Она посмотрела на венок, потом на Малфоя. Тот протянул ей правую руку. — Что? — спросила Гермиона. — Я пытаюсь быть галантным, — пояснил он, левой рукой указывая на фонарный столб. — Встань на бортик, а я тебя подстрахую, чтобы мы смогли схватиться за портключ вместе. Бортик, о котором он говорил, едва ли был шире носка ботинка, так как представлял собой всего лишь декоративное основание фонарного столба. Она, возможно, смогла бы удержаться на нем на мгновение, если бы обхватила столб руками. Гермиона поправила ремень на плече и позволила Малфою взять ее за руку. Его кожа была холодной от морозного воздуха, но она ощущала силу его пальцев, когда он сжал ее руку и притянул ближе. Она схватилась правой рукой за фонарный столб, поставила ногу на бортик и позволила Малфою слегка подтолкнуть ее вверх. Гермиона резко вдохнула, когда он шагнул ближе, положив свободную руку ей на бедро. На мгновение она ощутила тепло его тела всего в нескольких сантиметрах от себя. Затем он поднял их сцепленные руки к венку. — Готова? — прошептал он. — Ага, — ответила она, представляя, как его рука скользит с ее талии на живот, а затем опускается еще ниже, касаясь места, где соединяются ее бедра. Она давно не пользовалась портключами, поэтому резкий рывок оказался для нее неожиданным. Ее закрутило в воздухе, и она почувствовала, что ноги не касаются земли, единственной опорой в этом вихре движения оставались руки Малфоя — одна, сжимающая ее левую руку, и вторая, лежащая на ее бедре. Перемещение длилось всего пару секунд, но резкое приземление на булыжную мостовую заставило ее охнуть. Малфой же справился куда более грациозно, удержав ее в объятиях, чтобы она не растянулась лицом вниз. — Так, так, так, ты говорил, что приведешь гостя, но мы не ожидали ведьму. Гермиона отпрянула от Малфоя и обернулась, чтобы увидеть, как к ним приближаются двое мужчин в шерстяных костюмах и меховых шапках. Один из них, ухоженный бородач, выглядел лет на тридцать. Второй казался старше, очень высокий и нескладный, но с располагающим лицом и морщинками смеха в уголках глаз. Ветер закручивался вокруг здания, перед которым они стояли, заставляя ее задыхаться. Младший из мужчин, тот, что заговорил первым, походя хлопнул Малфоя по спине и подхватил Гермиону под локоть, увлекая ее к массивному трехэтажному зданию, которое, казалось, занимало целый квартал. — Я Алексий, — представился он, его заметный акцент напомнил ей Виктора Крама. Она оглянулась через плечо и увидела, что Малфой идет позади вместе с высоким мужчиной. Он выглядел раздраженным, но она не понимала почему. — Я — Гер… Гермиона. Куда мы идем? — спросила она. — Спасаем вас от холода, Гермиона. Интересная идея для свидания, не так ли? Портключ в библиотеку Института? — О, это не… — начала было она. — Наверное, поэтому у него столько лет не было ведьмы, — засмеялся Алексий. — Но вот вы здесь, с поистине ангельским терпением выносите его библиофильские замашки. Они быстро поднялись по трем широким мраморным ступеням, и массивные двери заскрипели, впуская их. Она снова оглянулась на Малфоя, взглядом умоляя его о помощи, потому что ее разум не поспевал за происходящим. Вот только она прижималась к фонарному столбу и запретному телу Драко Малфоя, а секунду спустя какой-то волшебник в меховой шапке по имени Алексий подшучивал над их свиданием и называл Малфоя библиофилом. — Боюсь, ты все неправильно понял, Попкорн, — сказал Драко, когда за ними закрылись двери. И вместо того чтобы сказать, что они не пара, он добавил: — Это она любительница книг. — Попкорн? — переспросила Гермиона. Алексий скривился. — Он меня так прозвал. Говорит, что это маггловский деликатес. Меня зовут Алексий Попович. — Попкорн — это деликатес? Алексий похлопал ее по руке и отпустил. — Она выглядит сбитой с толку, Малфой. Помоги своей девушке. — Я не… — начала было она. Драко занял место Алексия, притягивая ее ближе и устраивая ее руку на своем локте. — Просто подыграй. Так будет проще, чем объяснять, — прошептал он. Высокий мужчина склонил голову в знак приветствия. — Фредрик, — представился он. — Гермиона, — ответила она. — Фредрик — библиотекарь, — пояснил Малфой. — Как твой отец, Драко? — спросил Фредрик, жестом приглашая их пройти через холл в направлении деревянной двери, которая открылась сама. Подойдя ближе, Гермиона увидела бесконечные ряды книжных стеллажей, возвышающихся на три этажа вверх от пола до самого потолка. — Ох… — прошептала она, позволяя Малфою вести себя вперед. — То лучше, то хуже, — ответил Драко Фредрику. — Что ищет твоя Гермиона? Я к вашим услугам. Его Гермиона? Она всегда гордилась своим острым умом, но сейчас чувствовала себя совершенно потерянной. — Никто не знает это место лучше, чем Фредрик, — подтвердил Алексий, внимательно оглядывая Гермиону. Она улыбнулась ему нервно — не потому, что он ее пугал, а потому, что все еще пыталась понять, что происходит, а Малфой ничем не помогал. — Нам нужна отдельная комната для исследований. Мы ищем книги о чарах копирования. В частности, о Протеевых чарах, — сказал Драко, слегка сжав руку Гермионы, чтобы привлечь ее внимание. Она снова отвлеклась, завороженная внушительным собранием книг, и все еще пыталась понять, почему эти волшебники решили, что она и Малфой — пара. — Отдельная комната, значит? — поиграл бровями Алексий. — Отвали, — бросил Малфой. Когда они остались наедине в небольшой комнате с четырьмя стульями и столом, она осторожно сняла с плеча портфель. — Это было… — Да, — согласился Малфой. — Я не знал, что Попкорн здесь. Мы учились вместе, когда я получал лицензию целителя. Теперь он здесь преподает. Парень неплохой, но слишком уж любит бегать за ведьмами. Его жутко раздражало, что я не ходил с ним «на охоту». Голова Гермионы шла кругом от всех этих новых подробностей из жизни Драко. — Почему не ходил? Он выглянул за дверь, ожидая возвращения Фредрика. — Куда? Охмурять ведьм с Алексием? — Ну, да? Малфой фыркнул. — Мне в этом помощь не нужна. Она сразу же распознала блеф — неуклюжий и плохо продуманный. Он просто не хотел говорить на эту тему с ней. — Почему они думают, что я твоя, э… Он отвел взгляд от книжных стеллажей за дверью и снова посмотрел на нее. — Потому что, скорее всего, ждали Забини и удивились, увидев ведьму. Парочка зануд. Да и к тому же, почему бы им так не подумать? Предположение не безосновательное, разве нет? Гермиона лишилась дара речи. Из всех возможных способов ответить на этот вопрос, Драко Малфой выбрал тот, который ей бы ни за что в жизни в голову не пришел. И озвучил ответ, как что-то само собой разумеющееся. — Ну, думаю… Раз ты так это сформулировал, то да, у них есть все основания. Если не знать нашу… историю. — Ах да. Точно. Наша история.

***

Фредрик оказался милым, внимательным и невероятно легко ориентировался в огромной библиотеке Дурмстранга, но информация о Протеевых чарах и их вариациях оказалась скудной и бесполезной. Тем не менее, Гермиона не могла упустить шанс осмотреть библиотеку с Фредриком, пока Малфой куда-то ходил с Алексием, из-за чего осталась без обеда. Она удивилась, когда по возвращении Малфой протянул ей завернутый в вощеную бумагу сэндвич. — Не могу позволить тебе голодать, — сказал он, пожав плечами. Вся эта история открывала для нее совершенно новые грани Драко Малфоя. Она гадала, насколько это связано с его нынешним положением, а насколько — с тем, что он просто повзрослел и избавился от детских привычек. Она и сама повзрослела и больше не стремилась заслужить одобрение окружающих, имея готовые ответы на любые вопросы. Не то чтобы она разлюбила сложные задачи. Это качество все еще оставалось при ней, но, возможно, в меньшей степени после нескольких наиболее болезненных неудач. Как с родителями, например. Гермиона надеялась, что ее попытка помочь Малфою не обернется катастрофой. Одна только мысль о том, что он окажется прикованным к постели, как его отец, истощенным и страдающим… От такой перспективы ее мутило, и груз ответственности давил на плечи. Когда стало ясно, что поиски не увенчались успехом, она закрыла последнюю из запрошенных книг и посмотрела через стол на Малфоя. Он развалился на стуле, водрузив правую ногу на соседний, и лениво перелистывал одну из книг, которые Гермиона сочла бесполезными. — Мне нужно пересмотреть стратегию, — сказала она. — Здесь нет ничего полезного. Возможно, нужно снова расширить область поиска. Малфой захлопнул книгу и выпрямился. — Можешь вернуться сюда еще раз, если хочешь. Фредди от тебя без ума, так что он будет только рад. Она закатила глаза. — Не смеши меня, Малфой. — Единственная причина, по которой Алексий не пригласил тебя на ужин — он думает, будто ты со мной. Почему на тебя западают все дурмстрангские мужчины? На Святочный Бал в Хогвартсе тебя же пригласил Виктор Крам? — Пригласил, — ответила она, аккуратно складывая книги в стопку на краю стола. Малфой приподнял бровь. — И? — И что? — спросила она, стараясь говорить спокойно и невозмутимо. Он состроил ей гримасу — глаза широко распахнуты, а в уголках губ играла лукавая усмешка. Гермиона с трудом сдержала улыбку. — Виктор был очень милым. То есть… не очень… ну, он, он… — Она раздраженно вздохнула, недовольная своей неспособностью быть тактичной. — Слушай, его нельзя было назвать умнейшим из парней. Думаю, его покорил мой интеллект и то, что я не бегала за ним, как все остальные девочки в Хогвартсе. К тому же я немного помогала ему с учебой во время его пребывания у нас. Думаю, это была одна из причин, почему он хотел… — Она осеклась, увидев, как Малфой качает головой. — Что? — Думаешь, он смотрел на тебя щенячьими глазами, потому что ты помогала ему с учебой, да? — Цыц. — Гермиона начала перекладывать вещи в своей сумке. — Ему нужна была помощь с Арифмантикой и Чарами. И с Трансфигурацией. — Она сделала паузу и добавила: — И с Маггловедением. И с Зельями. И с Прорицаниями, но тут я ему помочь не могла, потому что все знают… — Прорицания — херня собачья, — закончил за нее Малфой. Гермиона хихикнула. — Именно. — Значит, ты хочешь сказать, что не стоит ждать от Виктора Крама академических исследований о преимуществах точных движений палочкой при попытке трансфигурировать свой Кубок Мира по квиддичу во что-нибудь полезное, например, в… — Хватит, — перебила она его. — Давай не будем смеяться над Виктором. Он был очень добр ко мне. — Он связывался с тобой после твоего развода с Уизелом? Вопрос прозвучал небрежно, но, когда она подняла на него взгляд, его глаза были серьезными. — Не то чтобы тебя это касалось, но да. — Ну надо же, какой сюрприз, — пробормотал Малфой, вставая и потягиваясь, закинув руки за голову. Ее взгляд невольно опустился к его талии — жилет слегка приподнялся, открывая белую рубашку, аккуратно заправленную в брюки. — Ты ходила с ним на свидание? Она тоже встала. — Нет. Он выглядел удивленным. — Почему? — Он не в моем вкусе, — ответила она, закидывая сумку на плечо. Драко теперь стоял в дверях, преграждая ей выход. — Забавно, а я думал, что вполне в твоем. Учитывая, что ты прожила с Уизелом в браке сколько, семь-восемь лет? — Не сказала бы, что они чем-то похожи. — Оба без ума от квиддича. Немного туповаты. Бегали за тобой, как привязанные. Позволяли тебе носить брюки, если ты понимаешь, о чем я… — Не будь гадким, Малфой. Ты едва начал мне нравиться. Он усмехнулся. — Это костюм подействовал, да? Изменил твое мнение обо мне. Она ткнула указательным пальцем ему в грудь. — Отойди, болван. Он повернулся боком, позволяя ей проскользнуть мимо. Она ощутила тепло его тела, когда подол ее юбки задел его брюки. Она бы никогда не подумала, что окажется так близко к Драко Малфою, и уж точно не ожидала, что это так ее смутит. Когда она направилась к выходу, то бросила взгляд через плечо и увидела, что он идет следом. — Дело не в костюме, а в твоем доме, — сказала она. Она отвернулась и улыбнулась, услышав, что его шаги на мгновение замедлились. Иногда было приятно выбить его из равновесия. — И еще — это не они позволяли мне носить брюки. Я просто их носила. Она уже вышла на холодный февральский воздух Норвегии, когда Малфой догнал ее, улыбаясь так, будто находил ее очаровательной. — Как насчет ужина, Грейнджер? Я знаю отличное место неподалеку. Он выглядел еще более довольным, когда она замялась, не зная, что ответить на неожиданный вопрос. — Я… ты… в смысле, хорошо… — Только если ты позволишь мне аппарировать нас туда. Не мне спорить с человеком, который носит брюки, — усмехнулся он с дьявольской улыбкой и озорным блеском в глазах. — Я плачу, — заявила она. Потому что должна была. Иначе все стало бы слишком похожим на свидание, а она точно не собиралась допускать таких мыслей о Малфое. Он шагнул ближе и обнял ее так, будто они собирались танцевать вальс. — Посмотрим, — пробормотал он. — Готова? Гермиона всегда ненавидела парную аппарацию. Ощущение, что она не может контролировать, куда перемещается, вызывало тревогу. Но за последние несколько недель она, кажется, начала доверять Малфою. Она вцепилась обеими руками в лацканы его пальто. Они никогда не были так близко, даже в тот короткий миг у фонаря в Лондоне. Она почувствовала его аромат — пряный и древесный — ладан, кардамон и ветивер. — Готова, — сказала она, выбрав смотреть ему на грудь, а не в лицо. Его руки сжали ее еще крепче, притягивая ближе на мгновение, прежде чем она ощутила знакомый рывок, словно ее тащило во все стороны одновременно, а затем снова почувствовала себя единым целым — уже твердо стоя на земле, но все еще в объятиях Малфоя. Они оказались в темном переулке, но совсем рядом светился огнями центр шумного городка. Она не была уверена, у кого реакция запоздала — у нее или у него, но несколько долгих секунд они так и стояли, обнимая друг друга. Затем она вдохнула, и он отпустил ее, отступая на пару шагов и опуская руки. Гермиона наложила на себя согревающие чары, прежде чем последовать за Малфоем из переулка. Они свернули за угол к небольшому ресторанчику с потускневшим голубым навесом. Как истинный джентльмен, он придержал перед ней дверь и снял ее согревающие чары, как только они оказались внутри. Открытая кухня была видна всем посетителям, жаровни и печи разгоняли тепло по всему залу. Драко попросил столик и, едва касаясь ее локтя, повел к небольшому уютному уголку с закругленной скамьей, позволяющей одновременно сидеть напротив и находиться рядом. Гермиона невольно задумалась, не отвисла ли у нее челюсть, когда он сразу же заказал бутылку вина и отпустил официантку. — Все в порядке, Грейнджер? — спросил он. — Пытаюсь прийти в себя, — ответила она, потянувшись за стаканом воды. — Это подозрительно похоже на свидание. — И речи нет о свидании — ты же настояла на том, чтобы заплатить. Она прищурилась. — Не имеет значения, кто платит за ужин. Он сделал вид, что ошеломлен. — Ты хочешь сказать, что это свидание? Гермиона фыркнула и отвлеклась на свои волосы, пытаясь убрать их от лица. — Это было бы странно. — Не говори, — легко согласился он. — Откуда ты знаешь об этом месте? — Она окинула взглядом полутемный зал, заполненный примерно наполовину. Минималистичный дизайн не делал атмосферу неуютной. — Я доучивался и сдавал Т.Р.И.Т.О.Н. в Дурмстранге через несколько лет после войны. Алексий тогда был на седьмом курсе. Он пожалел двадцатитрехлетнего английского изгоя, хотя его не раз предупреждали о моем... прошлом, связанном с Пожирателями и войной. Малфоя прервала официантка, подав им бутылку вина и разливая его по бокалам. Гермионе хотелось отослать ее куда подальше, лишь бы Малфой продолжил рассказывать о своей тайной жизни, о которой ей вдруг стало безумно интересно узнать. Когда официантка наконец ушла, Малфой поднял бокал. — За что выпьем? Она задумалась, заметив, как он наблюдает за ней с игривым выражением лица. Затем подняла свой бокал. — Как насчет... за то, чтобы оставить прошлое позади и найти лекарство от последней головной боли, которую нам обеспечил Лорд Гниломорд. — О, за это я выпью, — согласился он, легко чокаясь с ней бокалом.