Одержимость

Я стоял в углу переполненного аукционного зала, бокал шампанского в руке был лишь реквизитом, чтобы мои пальцы не дрожали от напряжения. Свет хрустальных люстр отражался от полированных поверхностей, заливая комнату мягким золотистым сиянием, но мои глаза видели только её. Санса Старк. Она была словно видение, сотканное из света и воздуха, её рыжие волосы струились по плечам, как расплавленная медь, а глаза, голубые, как северное небо, казались такими невинными, такими… уязвимыми. Я чувствовал, как моё сердце бьётся в груди, не в ритме привычной скуки, а в каком-то первобытном, почти болезненном темпе. Она была не просто женщиной. Она была вызовом, загадкой, трофеем, который я должен был заполучить. Я наблюдал, как она двигалась рядом с Джоффри, этим самодовольным мальчишкой, который не заслуживал даже касаться её руки. Его улыбка была слишком широкой, слишком фальшивой, а его жесты — слишком театральными. Он представлял её своей семье, словно она была очередным украшением в его коллекции. Моя сестра Серсея, как всегда, играла роль идеальной матери, её слова были пропитаны медовой сладостью, но я знал, что под этой маской скрывается холодный расчёт. Тирион, как обычно, отпускал свои остроумные колкости, а Мирцелла и Томмен добавляли в сцену немного тепла, которого так не хватало нашей семье. Но всё это было лишь фоном. Моё внимание было приковано к ней. Когда Джоффри назвал её «кровь с молоком», я едва сдержал презрительную усмешку. Какой идиот. Он не видел в ней ничего, кроме красивой куклы, которую можно выставить напоказ. Но я видел больше. Я видел, как она слегка вздрогнула от его слов, как её пальцы нервно сжали край платья. Она была не просто красива — она была хрупкой, но в этой хрупкости таилась сила, которую она сама, возможно, ещё не осознавала. Я хотел разгадать её. Хотел узнать, что заставляет её сердце биться быстрее, что заставляет её улыбаться, а что — бояться. Когда я наконец заговорил, мой голос прозвучал спокойнее, чем я ожидал. «Добро пожаловать, леди Старк», — сказал я, и её глаза на мгновение встретились с моими. В этот момент я почувствовал, как что-то внутри меня щёлкнуло, словно ключ повернулся в замке. Её взгляд был коротким, но он прожёг меня насквозь. Она быстро отвела глаза, но я заметил, как её плечи напряглись, как она чуть отступила назад, словно инстинктивно почувствовала угрозу. И это только разожгло огонь во мне. Она чувствовала меня. Она знала, что я смотрю. И это знание делало её ещё более желанной. Я сделал глоток шампанского, но вкус его был пресным, почти отвратительным. Всё вокруг казалось серым и незначительным, пока она была в комнате. Я следил за каждым её движением: за тем, как она наклоняла голову, слушая Джоффри, как её губы изгибались в вежливой улыбке, как её пальцы теребили край бокала. Она была так близко, но всё ещё так далека. Я хотел подойти к ней, взять её за руку, увести её от этого сборища лицемеров и показать ей, что значит быть по-настоящему желанной. Но я знал, что должен быть терпелив. Одержимость — это игра, в которой нельзя торопиться. Аукцион начался, и зал наполнился гулом голосов, выкрикивающих ставки. Я не обращал внимания на лоты — картины, драгоценности, антиквариат. Всё это было пустым. Единственным, что имело значение, была она. Я заметил, как Джоффри увлёк её к одному из экспонатов — старинному ожерелью с сапфирами, которые, по его словам, «идеально подошли бы к её глазам». Он был таким предсказуемым. Думал, что может купить её расположение побрякушками. Я сжал кулак, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. Он не понимал, что она — не просто украшение. Она была чем-то большим, чем он мог себе представить. Я отошёл в сторону, чтобы лучше видеть её. Она стояла у витрины, её лицо освещалось мягким светом, и я не мог отвести взгляд. В этот момент я представил, как она смотрит на меня, как её глаза наполняются чем-то, кроме страха или вежливости. Я представил, как она становится моей, как её тело поддаётся моим рукам, как её голос шепчет моё имя. Эта мысль была такой яркой, такой осязаемой, что я почти почувствовал её тепло рядом с собой. Но затем Джоффри положил руку ей на талию, и я почувствовал, как во мне закипает ярость. Он не имел права прикасаться к ней. Никто не имел права. Я отвернулся, чтобы скрыть своё лицо. Серсея заметила мой взгляд и подошла ближе, её каблуки цокали по мраморному полу, как метроном. «Ты выглядишь… напряжённым, Джейме», — сказала она, её голос был низким, почти интимным. Она всегда умела читать меня, как открытую книгу, но я не собирался делиться с ней этим. Не сейчас. «Просто скучно», — солгал я, пожав плечами. Но её глаза сузились, и я знал, что она не поверила. Серсея всегда была слишком проницательной, особенно когда дело касалось меня. Она проследила за моим взглядом, и её губы изогнулись в лёгкой, почти хищной улыбке. «Она красива, не правда ли?» — сказала она, и в её голосе я уловил намёк на угрозу. — «Но будь осторожен, брат. Некоторые игрушки слишком хрупкие, чтобы с ними играть». Я стиснул зубы, но не ответил. Серсея знала, как задеть за живое, но я не собирался давать ей повод копать глубже. Она отошла, оставив за собой шлейф духов и предупреждение, которое я проигнорировал. Никто, даже Серсея, не мог остановить меня. Не теперь, когда я нашёл её. Я снова повернулся к Сансе. Она смеялась над чем-то, что сказал Джоффри, но её смех был натянутым, словно она старалась угодить. Я знал этот взгляд. Она была птичкой в золотой клетке, и я хотел освободить её… или, может быть, посадить в свою собственную. Мысли путались, и я чувствовал, как теряю контроль. Это было опасно, но в то же время так чертовски захватывающе. Когда аукцион подошёл к кульминации, я заметил, как Санса отошла от Джоффри, чтобы взять бокал воды. Это был мой шанс. Я двинулся к ней, стараясь выглядеть непринуждённо, но каждый шаг казался мне шагом в пропасть. Когда я оказался рядом, она подняла глаза, и на мгновение время замерло. Её взгляд был настороженным, но в нём была искра любопытства. Она знала, кто я. Она чувствовала, что я не просто ещё один гость на этом вечере. «Леди Старк», — сказал я, и мой голос был ниже, чем обычно, с лёгкой хрипотцой, которую я не смог скрыть. — «Вы выглядите… восхитительно. Джоффри — счастливчик». Она слегка покраснела, и это было как удар под дых. «Спасибо, мистер Ланнистер», — ответила она, её голос был мягким, но в нём чувствовалась осторожность. Она не доверяла мне. И это только подогревало моё желание. «Зови меня Джейме», — сказал я, наклоняясь чуть ближе, чем следовало. Я заметил, как её дыхание сбилось, как её пальцы сжали бокал чуть сильнее. — «Надеюсь, мы ещё увидимся. Мир тесен, знаешь ли». Она кивнула, но её глаза метнулись в сторону, ища Джоффри. Это разозлило меня, но я подавил это чувство. Я не собирался пугать её. Пока. Я улыбнулся, отступил назад и дал ей пространство, но мой взгляд остался на ней. Она была моей целью, моей одержимостью, и я знал, что сделаю всё, чтобы она стала моей. Когда она вернулась к Джоффри, я почувствовал, как во мне закипает решимость. Это была не просто игра. Это была война. И я был готов сражаться за неё, даже если это означало разрушить всё вокруг. Санса Старк была моим призом, и я не собирался проигрывать.