Хозяйка

«Никакая победа не принесет столько, сколько может отнять одно поражение.» — ©Гай Юлий Цезарь

Когда Ифакат спустилась вниз, Халис уже ждал её в холле. Он выпрямился, как только услышал шаги по лестнице, и, заметив её, без лишних слов подал руку. К его удивлению, Ифакат жест приняла. Более того — позволила ему провести себя до выхода, не вырывая ладонь, не бросая язвительных комментариев. Это само по себе было подозрительно. Халис молчал, но уголки его губ едва заметно дрогнули. Ифакат шла рядом, с высоко поднятой головой, словно делала ему одолжение. Когда они вышли во двор, её удивление стало уже явным. У машины не было водителя. А через секунду Халис открыл дверь и… сел за руль сам. Ифакат на мгновение замерла, затем медленно повернулась к нему. — Ты сегодня решил вспомнить молодость? — сухо спросила она, устраиваясь на пассажирском сиденье. Халис завёл двигатель и лишь после этого посмотрел на неё. — Сегодня без свидетелей, — коротко ответил он. Ифакат приподняла бровь и усмехнулась. — Значит, всё действительно серьёзно. Машина тронулась. В салоне повисла тишина — не неловкая, а тяжёлая, напряжённая, как перед бурей. Ифакат смотрела в окно, но мысли её были далеко не за пределами виллы. Если Халис сел за руль сам — разговор будет не из приятных. — Куда мы едем? — наконец спросила она. — Туда, где ты не сможешь уйти посреди разговора, — спокойно сказал он. Ифакат коротко рассмеялась. — Ты всегда знал, как мотивировать. Она откинулась на спинку сиденья, скрестив руки на груди. Что бы Халис ни задумал, ясно было одно — этот вечер точно не закончится спокойно. *** Ехали они действительно долго. Город остался далеко позади, фонари сменились темнотой, а дорога всё уже и тише. Когда машина наконец остановилась, вокруг был лес — глухой, почти пугающе спокойный. Где-то внизу угадывался обрыв. Халис первым вышел из машины и, обойдя её, открыл дверь со стороны Ифакат. Она медленно вышла, оглядываясь по сторонам. — Решил эффектно закончить жизнь? — язвительно бросила она. — Или меня прихватить с собой? Халис лишь усмехнулся, словно ожидал именно этого. — Если бы хотел убить — сделал бы это иначе, — спокойно ответил он. Он взял её за руку и повёл в сторону обрыва. Ифакат не вырывалась, но шла напряжённо, готовая в любой момент остановиться. Когда они подошли к самому краю, Халис остановился и мягко развернул её лицом к себе, а затем поставил так, чтобы она смотрела вперёд. Он мельком взглянул на часы на запястье. — Посмотри на небо, — тихо сказал он. — Халис, если это очередной твой театр, я… — начала она, но не успела договорить. Громкий хлопок разрезал тишину. Затем ещё один. И вдруг небо вспыхнуло. Салют. Яркий, дерзкий, невозможный. А через секунду огненные буквы сложились в слова: «Я тебя люблю, Ифакат» Казалось, половина Стамбула могла это увидеть. Ифакат замерла. Губы её приоткрылись сами собой, дыхание сбилось. Она смотрела на небо, не моргая, словно боялась, что это исчезнет, если она отведёт взгляд. Халис медленно развернул её к себе. — Я тебя люблю, — повторил он уже глядя ей в глаза. Без пафоса. Без крика. Слишком честно. Она не успела ничего сказать. Он просто наклонился и поцеловал её. Ифакат растерялась. На долю секунды — всего одну — она замерла, будто не веря в происходящее. А потом… ответила. Сдержанно, но искренне. Для Халиса этого было достаточно, чтобы понять — он не зря рискнул всем. Когда он отстранился, то заметил, как по щеке Ифакат скользнула слеза. — Не смей, — тихо сказала она, тут же отвернувшись. — Не смей так смотреть на меня. Она быстро направилась к машине. — Я хочу домой, — бросила она через плечо, будто ничего не произошло. Халис остался стоять на месте ещё несколько секунд, глядя ей вслед. Затем обречённо кивнул пустоте, словно принимая её решение, и пошёл за ней. Обратно они ехали молча. Каждый думал о своём. И оба понимали — после этого вечера всё уже никогда не будет по-прежнему. *** У Зехры была проблема. Причём серьёзная. И имя у неё было — Кадир. Который уже битый день жил в её доме и, казалось, вознамерился довести её до убийства. Даже сейчас, глубокой ночью, этот прохвост умудрялся выводить её из себя. Зехра спокойно сидела за ноутбуком, работала, никого не трогала — ну не успела она днём посмотреть контракты, бывает. Но какое ему до этого дело? Нет же. Он каждые десять минут подходил и напоминал, что ей пора спать. А теперь и вовсе стоял рядом и читал лекцию, скрестив руки на груди. Зехра не выдержала. — Кадир, — повышенным тоном сказала она, — будь добр, иди в сторону кровати и перестань мне мешать. Мужчина хитро улыбнулся. — К тебе в кровать? — уточнил он. — Ты пошляк, — фыркнула Зехра. — В СВОЮ кровать. В СВОЮ комнату. Марш. Кадир усмехнулся и развернулся к двери. Почти закрыл её… И в этот же момент в дверь прилетел журнал. Дверь тут же снова распахнулась. — Ах так? — тихо произнёс он и в два шага оказался рядом. Через минуту Зехра уже была у него на руках. Она, конечно, сопротивлялась — возмущалась, била его кулаками по плечам. — Поставь меня! Немедленно! — Мне всё равно на твои контракты, — спокойно сказал Кадир. — Твоё здоровье важнее. Мне нужна здоровая жена. — Какая ещё жена?! — взорвалась она и со всей силы влепила ему пощёчину. Кадир лишь усмехнулся. В следующую секунду он поцеловал её — резко, уверенно, не оставляя времени на возражения — и, не выпуская из рук, направился в сторону спальни. *** Утро в доме Корханов, как обычно, выдалось шумным. В последние дни это уже стало нормой — особняк жил, дышал, гудел разговорами и спорами. Лейла и Кемаль с самого утра уехали к себе, не задерживаясь ни на минуту. Нур тоже собралась и уехала, демонстративно не обращая внимания на просьбы Серкана остаться. Тот, впрочем, и не думал отступать. — Нур станет моей женой, — заявил он твёрдо. — И она, и Мехмед будут жить в этом особняке. Нур лишь холодно посмотрела на него и вышла, оставив Серкана вариться в собственной решимости. Ифакат, наблюдая за всем этим со стороны, подошла к Гюльгюн. — Будь пожёстче с Орханом, — сказала она негромко. — А если он не бросит ту длинноногую дуру, я не поленюсь и пожалуюсь на него Халису. Гюльгюн хмыкнула, явно находя эту идею весьма заманчивой. После всех утренних событий Ифакат уже была в офисе Корханов. Да, давненько она здесь не появлялась. Кабинет встретил её привычной тишиной. Всё было на своих местах, ничего не тронуто. Но Ифакат сразу заметила — пару раз в месяц здесь всё-таки убирались. Значит, о ней не забывали. Она только села за стол, как зазвонил телефон. — Я проспала, — без предисловий сказала Зехра. — Но не переживай, афера удалась. Сегодня у меня встреча с Халисом в офисе Корханов. Ифакат позволила себе лёгкую улыбку. — Отлично, — ответила она. — Спасибо. Я тоже приеду. Она положила телефон, откинулась на спинку кресла и сложила руки. Теперь оставалось только ждать. *** Спустя час Ифакат доложили, что встреча Халиса и Зехры началась. Она лишь коротко кивнула секретарю и осталась на месте, внутренне собираясь. Всему своё время. Её выход должен быть точным, выверенным, эффектным. Тем временем в переговорной Зехра чувствовала себя более чем уверенно. С первых же минут она говорила спокойно, без нажима, но так, что Халис прекрасно понимал — перед ним не просто родственница, а хищник с идеальным расчетом. — Я хочу выкупить часть акций, — сказала она, глядя прямо ему в глаза. — Ты знаешь, Халис, я никогда не бросаю слов на ветер. — Знаю, — усмехнулся он. — Родственная помощь? — Можно и так сказать. Несколько минут обсуждений, пара уточняющих вопросов — и Халис всё-таки кивнул. — Хорошо. Я согласен. Договор лег на стол. Подписи были поставлены. Зехра, не меняя выражения лица, кивнула одному из своих людей. Тот молча вышел из переговорной. Прошло всего пару минут, когда дверь снова открылась, и в комнату, как ни в чём не бывало, вошла Ифакат. На этот раз удивление Халиса скрыть не удалось. — Ты?.. — он приподнял бровь. Ифакат спокойно подошла к столу и села рядом с Зехрой. — Добрый день, — бросила она холодно. Зехра повернулась к Халису и совершенно будничным тоном сказала: — Акциями, которые я только что приобрела, будет распоряжаться госпожа Чакыр. Ифакат склонила голову набок. — Сюрприз. Зехра подписала ещё несколько бумаг, аккуратно сложила их и передала Ифакат. — Доверенность, — пояснила она. — Полная. Ифакат мельком пробежалась глазами по документам. Теперь всё было официально. Халис откинулся на спинку кресла, скрестив руки. — Поздравляю, — сухо произнёс он. — Благодарю, — Ифакат усмехнулась. — Осталось только подписать бумаги о передаче мне должности генерального директора. Несколько секунд тишины. Халис смотрел на неё долго, пристально, будто впервые видел. Затем медленно кивнул. — Подпишем. И в этот момент стало окончательно ясно: у империи Корхан появилась полноправная хозяйка.