Мы в ответе за тех, кого откопали

Окраина Сеула. Старое заброшенное кладбище, недалеко от входа. 4 Июня, суббота, 00.15 ночи. Хан (запинается за что-то в темноте): Твою мать! Сынмин: Тихо, мы на кладбище. Хан: Ну не в библиотеке ж! Сынмин: Это не повод быть таким шумным. Хан: Кому мы тут можем помешать? Тут только покойники, причём старые, давно сгнившие до скелетов. Им слушать нечем, ушей-то нет. Сынмин (замогильным глухим голосом): Мёртвые слышат всё, видят всё и помнят всё. Хан: Ой, всё! (натыкается на замершего в ступоре Хёнджина) Ой! Хёнджин: Кажется, мы пришли. Сынмин: Ты уверен? Хёнджин: Судя по письму твоего дедушки, да. (светит в нужную сторону фонариком) Вон дерево. Вон статуя китайца на коне. А вот большая белая надгробная плита. Хан: А на коне точно китаец? Хёнджин: Да кто эти статуи разберёт? Они все на одно лицо. Но иероглифы на постаменте вроде китайские. Хан (Сынмину): А что статуя китайца делает на старом корейском кладбище? Сынмин: А я откуда знаю? Хёнджин: Ты умный. Ты всё знаешь. Хан: Хватит флиртовать посреди кладбища! Лучше напомните мне, что там в письме сказано? Сынмин: “Дорогой внук! Оставляю тебе в наследство древние реликвии нашей семьи! Всё спрятано в северной стороне Старого кладбища в трёх шагах от белого надгробия, что между трёхсотлетней сосной и статуей китайского конного воина”. Хан: А слева или справа? Сынмин: Слева. Хан: Почему? Хёнджин: Потому что Сынмин так сказал. Хан: Ну ок. Окраина Сеула. Северная (возможно) часть Старого кладбища. 4 Июня, суббота, 03.28 ночи. Хёнджин: Хани, быстрее копай, рассвет близко! Хан (кидает в сторону Хёнджина землю с лопаты): Хочешь быстрее – сам бери лопату и копай. Хёнджин: Я не могу, у меня лапки! Хан: Чего, блин? Хёнджин: Я художник, мне нельзя руки перетруждать. Хан: Я музыкант! Мне тоже нельзя! Сынмин: Давай я? Хан: А ты со своим вывихом запястья сиди и не отсвечивай! То есть свети… держи фонарь ровнее, короче! (В ночной кладбищенской тишине раздаётся звук удара лопаты о что-то металлическое). Хан: Нашёл! Хёнджин: Ура! Клад! Сынмин (тихонечко): А я уж было подумал, что придётся справа копать. Хёнджин: Так что там такое? Хан: Пока не знаю… Подождите… ЭТО ГРОБ!!! Хёнджин: Сынмин-а, твой дедушка завещал тебе покойника? Хан: Это реально гроб! Здоровый такой, цепями обвит, и замок висит такой огроменный! Хёнджин: А вдруг там запечатано древнее зло? Зомби? Демон? Вампир? Сынмин: Вампиров не существует. Хёнджин: Всё равно это слишком подозрительно, давайте зароем его обратно. Сынмин: Да нет там ничего такого, это просто сундук с сокровищами. Хан: Гроб с сокровищами. Или место заточения Ктулху. Хёнджин: Хани, выбирайся оттуда. Хан: О, тут какая-то табличка! Сейчас очищу от земли и прочитаем, что тут… Ой! Сынмин: Что случилось? Хан: Порезался о что-то острое. Упс… Хёнджин: Какой такой “упс”? Хан (с воплями вылезает из начавшей светиться ямы): Он открылся! Сам! А там, там… Некто в длинном плаще и с красными глазами: Ха-ха-ха-кхххх-эхх-х… Хёнджин (стоит перед Сынмином, выставив перед собой лопату): А я говорил, я предупреждал! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Я жив! Я снова жив! Кто тот отважный герой, что освободил меня от оков? Кому я обязан этим свежим ночным кладбищенским воздухом? Этим чарующим лунным светом? Сынмин: Небо облаками затянуто, какой лунный свет? Хёнджин (легонечко пинает Сынмина): Тише ты, не зли его. Может, он нас не заметит… Некто в длинном плаще и с красными глазами: О, смертные. Так это вы меня освободили? А я думал, что это кто-то из моих людей… Хан: Мы не хотели. Сынмин: Извините. Хёнджин: Не ешьте нас! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Не понял… Зачем мне вас есть? Хёнджин: Судя по злобному смеху, красным глазам и клыкам, вы вампир. Вампиры едят людей. Сынмин: Они кровь пьют. Хёнджин: Неважно. В Скайриме они их ещё и ели. Сынмин: Это не Скайрим! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Что такое Скайрим? Хёнджин: Компьютерная игра. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Что такое компьютерная игра? Хёнджин: Неважно. Главное, не ешьте нас. Мы невкусные. И мы вас спасли. И вообще, я буду защищаться! (размахивает перед собой лопатой) Некто в длинном плаще и с красными глазами (смотрит на лопату): Этим? Хёнджин: Да. Лопата стальная. Сталь – лучшее оружие против нечисти. Некто в длинном плаще и с красными глазами (умилившись): Очаровательно! И, как ты верно заметил, я сейчас не очень чистый, но горячая ванна и кусок мыла справятся с этим лучше лопаты. Но вы так и не сказали, кто снял заклятье с моей темницы. Хотя не надо. Я понял. (направляется к Хану) Это был ты. Хан: Нет, не я! Некто в длинном плаще и с красными глазами (берёт Хана за раненую руку): О, я чувствую! Именно эта кровь освободила меня! Как приятно пахнет! (начинает слизывать кровь с руки Хана) Хан: А-А-А-А-А! Не надо! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Что “не надо”? Хан: Кусать меня! Некто в длинном плаще и с красными глазами (мурлыкая): Разве я тебя кусаю? М-м-м, вкусно! Хёнджин (бьёт вампира лопатой по голове): Отойди от него, извращенец! Сынмин (бьёт вампира битой по спине): Не трогай моего друга! Хан (пытается пнуть вампира между ног): Не смей облизывать мою руку! Некто в длинном плаще и с красными глазами (восхищённо смотрит в глаза Хану): Какой у меня вкусный и красивый спаситель! Хан (выдёргивает, наконец, руку): Я невкусный! У меня анемия! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Что такое анемия? Сынмин: Малокровие. Некто в длинном плаще и с красными глазами: А, понятно. Вылечим. Хан: Не хочу! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Тогда не будем лечить. Не больно? Хан: Чего? Некто в длинном плаще и с красными глазами: Рука, спрашиваю, больше не болит? Я очень постарался хорошенько зализать рану. Хан (удивлённо смотрит на зажившую руку): Не болит. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Вот и хорошо, вот и славненько! Хан: У Сынмина тоже рука болит. Он вчера на бейсболе её вывихнул. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Что такое бейсбол? Сынмин: Игра спортивная. В ней используются вот такие биты и… Некто в длинном плаще и с красными глазами (прерывает Сынмина на полуслове): Отрубленные головы поверженных врагов? Сынмин: Нет. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Жаль. А что тогда используют? Сынмин: Мячи. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Мечи? Сынмин: Не мечи, а мячи. Маленькие круглые шары. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Как интересно! Научишь? Сынмин: Да? Хёнджин: Хватит разговаривать с тем, кто хочет нас убить! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Я не хочу вас убивать. Хан: Правда? Некто в длинном плаще и с красными глазами: Конечно! Мамой клянусь! Хан: У тебя есть мама? Некто в длинном плаще и с красными глазами: Да. Но я её давно не видел. Хан: Прости. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Не извиняйся, я нормально. А вообще нам пора. Хан: Куда? Некто в длинном плаще и с красными глазами: Домой. Хан: К кому? Некто в длинном плаще и с красными глазами: К тебе, конечно. У меня же нет дома. Пока. Хёнджин: Мы всяких опасных незнакомцев в дом не водим. Некто в длинном плаще и с красными глазами: Я безопасный! Я ни за что не трону своего спасителя и его слуг! Хан: Друзей! Некто в длинном плаще и с красными глазами: Тем более. Интересно, а где мои друзья? Хёнджин: Назови нам своё имя! Или вампирам нельзя этого делать? Некто в длинном плаще и с красными глазами: Вампирам можно всё. А имя мне… Бан Кристофер Чан, но вы (указывает пальцем на Хёнджина и Сынмина) можете звать меня хён, а ты (снова берёт Хана за руку) волен называть меня как душе твоей будет угодно. Сынмин: Солнце встаёт, и смерть тебя ждёт! Некто в длинном плаще и с красными глазами Бан Чан: Какой красивый рассвет! Какие хорошие стихи! Кто автор? Сынмин (с досадой): Профессор Толкиен. Бан Чан: Запомнил. А теперь нам пора. Закройте глаза, с непривычки Теневые тропы могут укачивать. Хан: Я тебе адрес не сказал. Бан Чан: Ты мне его подумал, Хани. Хёнджин: Он умеет читать мысли? Бан Чан: Держитесь! Хан: Лопаты не забудь! Три человека и вампир (и лопаты с рюкзаками): (исчезают). Сеул, съёмная квартира недалеко от университета Хонгик. 4 июня, суббота, 06.40 утра. Сынмин: Хван Хёнджин! Это была южная часть кладбища! Ты всё это время карту вверх ногами держал!