Особая привилегия

— Новый сотрудник нашей компании очень красивый. — Не понимаю, как председатель Ян смог так точно выбрать себе секретаря. Говорят, он даже остальных слушать не стал, сразу его принял. — Секретарь Пак потрясающий. Он отлично выполняет свою работу. За эту неделю председатель ни разу ни на кого не накричал. — Как думаешь, у него есть кто-то? Стоит ли спросить? — Не могу даже предположить, чего он не умеет или не знает. Он настолько совершенен, что обалдеть можно! И много других фраз, которые слышал в свой адрес Сонхун, прогуливаясь в своё свободное время по коридорам компании. Пак Сонхун работает в этой компании уже около двух недель. Он наизусть выучил расписание председателя, все важные мероприятия на весь следующий месяц, а то и больше, запомнил каждого сотрудника поимённо и уже знал некоторые факты о директоре. Например, он не любит горячий кофе, только тёплый или холодный. Ян всегда приходит на работу чётко по времени, каждое его действие соответствует точному времени, включая минуты. Он любит порядок везде, поэтому никогда не пройдёт мимо валяющегося фантика на полу в коридоре, и прочее. Он уважает труд каждого сотрудника, по его мнению должность каждого очень ценна и важна для компании. Чонвон всегда выглядит превосходно. На работе он редко улыбается, сохраняя серьёзность, но бывают моменты, когда он смотрит что-то в телефоне и улыбается этому. Сонхун посмел предположить, что это связано с его дочерью, ведь кроме неё у него никого нет. Однажды он даже спросил, на что тот ему счастливо ответил: «Моя дочь, Совон, иногда присылает мне милые фотографии, совершенно любые. Меня это радует. Она каждый день так делает, когда меня нет рядом. Как-нибудь я вас познакомлю, ты должен знать мою дочь. Она у меня одна, поэтому я хочу, чтобы ты знал что-то о моей семье. Совон — моя семья». Внутри Сонхуна тогда что-то перевернулось. Он не мог подобрать правильных слов, ведь и разговаривали они на такие темы крайне редко. За неделю они не особо привыкли друг к другу, но работа Чонвона стала легче в разы. Секретарь отлично выполнял свою работу, заканчивал всё вовремя. Но несмотря на это Чонвон, сказав тогда про свою дочь, увидел в глазах Пака безысходность и отчаяние. Он бегал взглядом повсюду, нервно заламывая пальцы. И просто молчал, ведь «лучше промолчать, чем сказать что-то неправильное и обидное». Чонвон увидел в нём тогда всё то понимание и уважение к нему. Несмотря на такие моменты он уверен, что вскоре их отношения как директора и секретаря нормализуются. Они привыкнут и смогут полностью друг другу доверять.

•••

— Секретарь Пак, на каком этапе у нас находится подготовка к прибытию бизнес-партнёров из Японии? — интересуется Чонвон, серьёзным взглядом вглядываясь в экран компьютера. — Мероприятие состоится через неделю, поэтому мы планируем начать подготовку сегодня, начиная с планирования мероприятия и рассылки приглашений для гостей, — чётко отвечает Хун, беглым взглядом проходясь по плану предстоящего вечера. Это было первое мероприятие, находящееся под его контролем, которое он полностью спланировал. Это большая ответственность, поэтому он расписал пошагово каждое действие, которое должен был сделать. — Можешь не начинать подготовку, — говорит тот, отрывая взгляд от компьютера. Эти слова выбивают воздух из груди Сонхуна, который, казалось, сейчас упадёт прямо здесь. Он так старался... — Извините? — подняв взгляд с планшета, он удивлённо смотрит на него в ответ, искренне недоумевая. — Тебя это удивило? Я сам не в восторге. Наши партнёры по бизнесу не могут приехать и посетить наше мероприятие из-за срочных неотложных дел. А мы не можем им перечить. Поэтому мы вынуждены сами отправиться в Японию и провести конференцию там, — едва заметно ухмыляясь, произносит Ян. — Когда Вы планируете отправиться туда? — вздыхая, спрашивает он. Сонхун прекрасно понимает, что дел у него станет в два раза больше. — Сегодня пятница? В понедельник, двадцать третьего числа. И, секретарь Пак, ты едешь со мной, — уже не скрывая хитрую улыбку, объявляет он. Ох, нет, дел станет в три раза больше. Он вновь думает, что готов упасть. — Вы уверены в этом? Я ещё недостаточно хорошо знаю все тонкости своей работы. Не поймите неправильно, я просто боюсь разочаровать Вас или сделать что-то не так, — виновато опуская голову, неуверенно говорит Пак. — Секретарь Пак, ты для того и секретарь, чтобы всегда быть рядом со мной. Никто не может знать меня лучше, чем мой секретарь. Да, в частности это будет некой проверкой. Я должен убедиться лично в том, что ты хорошо знаешь и выполняешь свою работу. Хорошая возможность проявить себя, — подмигнув, он возвращает взгляд на экран компьютера. — А ещё я не могу взять своего заместителя, так как из-за моей внезапной командировки вся работа будет передана ему. А я больше не доверяю никому, кроме тебя. Да, ещё с тобой комфортно работать, ты знаешь своё дело. Поэтому используй эту возможность по максимуму. Едем мы на неделю, прекрасная возможность осмотреть Токио. Едешь ты бесплатно, за мой счёт, поэтому тебе просто нужно собрать вещи и принести себя в понедельник в шесть тридцать утра к зданию компании, — говоря это, он протягивает ему его билет в Японию, смотря в обеспокоенный взгляд младшего. Сонхун тихо вздыхает, принимая билет из его рук. «Уже даже билет купил. Боже, если я облажаюсь, настанет конец моей карьеры. Я же новичок, прошло только две недели, и уже вынужден отправиться в командировку на конференцию. Переговоры с японскими партнёрами... Ладно, японский я знаю, так что проблем не будет. Верно?» — его мысли двигались со скоростью света, заставляя эмоции на лице постоянно меняться. — Не волнуйся ты так. Я практически слышу твои мысли, успокойся. Это ведь даже не Америка, а там люди куда серьёзнее. Поэтому не беспокойся, ты просто едешь для того, чтобы информировать меня. У меня там будет ну очень много дел. Я буду рядом. И если он воспринимал это, как поддержку, то последнее предложение показалось ему очень... откровенным? Он третий раз думает, что упадёт. — Конечно, председатель. — Составь расписание, я вышлю на почту тебе всё, что должен буду сделать в Японии. Распредели так, чтобы у меня было время на отдых не только поздно вечером. И, спасибо, можешь идти. — Я Вас понял, — коротко поклонившись, Сонхун практически вылетает из его кабинета, хватаясь рукой за сердце. — Господи, я еду в Японию, — шепчет он, медленно проходя до своего рабочего стола. Он сразу пишет об этом Сону, улыбаясь «громким» ответам друга и его большим буквам в диалоге, чувствуя, как тот за него рад. Ох, а как же Сонхун рад.

•••

23 июня. Понедельник.

Часы показывают ровно пять, когда звенит громкий и надоедливый будильник. Утро понедельника встречает сонного Сонхуна едва вставшим из-за горизонта солнцем, что лениво поднималось всё выше и выше из-за крыш многоэтажек. Он тихо вздыхает, стараясь хоть немного пригладить непослушные волосы, что торчали в разные стороны. Откинув одеяло в сторону, он ленивой походкой плетётся в сторону ванной, шаркая тапочками с котиками. Спустя некоторое время он выходит оттуда в пушистом халате, вытирая мокрые волосы небольшим полотенцем. С громким вздохом он садится на край кровати и падает спиной на одеяло, смотря в потолок. Он до сих пор не может осознать, что так скоро отправляется в Японию — страну, в которую он всегда мечтал попасть. А здесь подвернулась такая великолепная возможность. И если забыть про работу, то он безумно рад внезапной командировке. Сонхун смотрит в потолок ещё несколько минут, а потом встаёт, начиная собираться. Вещи уже лежали в чемодане, поэтому ему осталось только надеть заранее подготовленный костюм и высушить волосы. Руки слегка дрожат, когда он выходит из такси и направляется в здание компании. Он не знает, от волнения это или от прохладной погоды на улице. Сонхун коротко приветствует охранника на входе, нервно сжимая ручку чемодана, и идёт к лифту. Тревожное чувство зарождается у него в груди, пока он поднимается на нужный этаж в кабинет председателя. Он похлопывает по груди в районе сердца, пытаясь так успокоить бешеное сердцебиение и потоком льющиеся мысли. Сонхун правда пытается не думать об этом, но это тревожное чувство никогда не подводило его прежде. Что-то должно будет случиться. Он мотает головой в стороны, пытаясь не зацикливаться на этом слишком сильно, ведь с этого момента он должен думать только о работе. Постучав три раза в кабинет председателя, он слышит громкое «войдите» и сразу открывает дверь, всё так же сжимая ручку чемодана в правой руке. — Здравствуйте, председатель, — поклонившись, Сонхун смотрит ему в глаза, замечая в них едва уловимую усталость. Как долго он уже находится на работе? — Здравствуй, секретарь Пак. Готов отправиться в командировку? — отрывая взгляд от экрана компьютера, интересуется Ян. — Я составил расписание на всю неделю. Чтобы не сильно загружать Вас делами, мы будем вынуждены покидать номер отеля каждый день, но максимум на шесть часов. Сегодня состоится конференция в главном здании с нашими партнёрами, а уже завтра нужно будет посетить мероприятие, посвящённое выходу новой косметики. Можете ознакомиться с подробностями, я скинул Вам на почту отредактированное расписание. Чонвон хмыкает себе под нос, удивляясь его собранности. Буквально два дня назад он заторможенно смотрел на него оленьими глазами, сомневаясь, что сможет качественно выполнить свою работу. Сонхун его приятного удивил. — Молодец, выглядит прекрасно, — задумчиво листая своё расписание, хвалит его Чонвон. — Видишь? Ты отлично справляешься с работой. Даже я бы не смог так идеально продумать свой план действий. Так что ты справишься, я уверен в этом, — улыбается он, смотря на нервного секретаря. — Не беспокойся так сильно, всё бывает в первый раз. Пойдём, нужно уже выезжать в аэропорт. Всё происходит так быстро. Обсуждение предстоящей конференции заставляет подумать, что прошло всего пять минут, но вот машина останавливается напротив аэропорта. Вот они проходят контроль и следуют в самолёт. Сонхун сидит в кресле, нервно поглядывая то на рабочий планшет, то в окошко, когда они уже находятся в воздухе. Теперь кажется, что время бежит слишком медленно, практически ползёт. — Сколько наших моделей будут представлять новую косметику? — непрерывно печатая что-то в своём телефоне, спрашивает рядом сидящий Чонвон. — Трое, — коротко отвечает тот, мысленно самого себя проверяя, не ошибся ли он. — Кто именно? — Чон Уён, Пак Джихун и Хан Джисон, — открыв нужную папку с именами моделей, говорит Пак. Достойная тройка, учитывая их популярность и авторитет. Некоторая часть косметики распродаётся только лишь благодаря лицам этих троих. — Включи в список Кан Тэхёна. Он будет присутствовать на мероприятии завтра. — Хорошо. Но а как же сама реклама, фотосессия? Его нет в ведомости, с которой меня ознакомил отдел маркетинга, — записывая новое имя в список, интересуется Хун. — Отдел маркетинга совсем не слушает меня на собраниях, — едва скрывая раздражение, Чонвон мотает головой. А ведь раньше они его так не разочаровывали. — Я чётко сказал внести его в ведомость, но меня просто проигнорировали. Кан Тэхён будет размещён в рекламе позже остальных, поэтому обязательно займись тем, чтобы всё прошло отлично и без казусов. Я рассчитываю на тебя. Сонхун кивает, мысленно задавая себе вопрос: «Почему этот Кан Тэхён, кумир его лучшего друга, обязан участвовать в рекламировании новой продукции? У них в компании столько моделей, не считая тех же актёров и айдолов, которые регулярно сотрудничают с ними. Это странно». Он слегка хмурится, записывая в заметки не забыть проконтролировать процесс внесения новой модели в рекламу. — Он мой друг, — внезапно заявляет Чонвон, откладывая наконец телефон. Хун тихо выдыхает. Он мысли читать умеет, что ли? — Не думай, что Тэхён проходит только из-за этого. Он самый ценный работник из всех. Приносит бо́льшую часть дохода в компанию, отлично выполняет работу, имеет влияние среди коллег и большой стаж работы. Да, ещё он сын моего заместителя. — Он действительно давно в этой сфере, — кивает самому себе Пак, листая информацию о нём. Со вздохом он тоже откладывает гаджет. — Как давно вы дружите? — Знакомы мы давно, так как наши отцы хорошо общались, их объединял не только бизнес, но и крепкая дружба. Сблизились мы с Тэхёном в конце двадцать второго года, когда я унаследовал компанию и стал её председателем. Долгое время я не хотел ни с кем контактировать, поэтому друзей у меня не было. А сейчас... Он мой единственный и самый верный друг. — Мой лучший друг фанатеет по Кан Тэхёну, — Сонхун тихо усмехается, вспоминая то, как он периодически достаёт его своими восхищенными комментариями всякий раз, как модель появляется на обложке журнала или в рекламе. Сону буквально показывал все эмоции на лице, громко визжал и долго-долго бормотал, когда осознал, что у Сонхуна выпадет возможность встретиться и даже пообщаться с ним. — О, хочешь я их познакомлю? Или передам автограф от него твоему другу? — воодушевлённо предлагает тот. — Не думаю, что мы с Вами настолько близки для этого. Я же просто Ваш секретарь... — неуверенно говорит он, заламывая пальцы на руках. Появляется мысль, что происходит всё слишком быстро. Недавно он устроился секретарём в компанию мечты, а сегодня директор этой же компании любезно беседует с ним, предлагая то, от чего его друг тут же повалился бы на пол. Для Сону это было бы обычным делом, он легко заводит друзей и начинает общаться с кем-то, но Сонхун так не может. Всего за пару недель он смог добиться такого отношения к себе? На несколько секунд повисает неловкая тишина. Чонвон не знает, почему ему так важно поддерживать общение с его новым секретарём, почему он хочет знать о нём больше, чем написано в его резюме. Вокруг него крутится столько людей, но дружит он только с одним из них. А тут вдруг появляется ещё один человек, у которого почти нет слабых мест, у которого получается всё, за что бы он ни взялся. Идеальный. С ним комфортно. И с ним хочется дружить. Но Чонвон не может объяснить внезапное влечение к этому человеку. — Я понимаю, что, возможно, многого прошу, но... — он задерживает паузу, медленно поднимая голову и смотря на нервно заламывающего пальцы Сонхуна. Даже его статус не мешает ему сейчас нервничать перед его же подчинённым, — я хочу с тобой подружиться, — младший удивлённо вскидывает брови, переставая терроризировать свои пальцы. — Хочу, чтобы ты перестал обращаться ко мне на «Вы», хочу общаться с тобой не только в рабочее время и хочу узнать тебя ближе. Не знаю, я не могу объяснить это, просто хочу и всё. Возможно, это звучит как-то странно, ведь у меня всего один друг, а тут я вдруг предлагаю тебе дружить, но... я говорю то, что чувствую. Меня напрягает наше официальное общение. И вот снова наступает тишина, которая давит на Сонхуна. Председатель крупной косметической компании хочет с ним дружить. Тут бы каждый затормозил, пытаясь понять, а правда ли то, что он услышал сейчас. Но то, как Чонвон это сказал... Сонхун ему верит. Молодой директор пережил десять кругов ада, потерял почти всю свою семью, у него всего один друг, при этом он остаётся сильным и управляет крупной компанией. Сонхун восхищается им. — Что же я такого сделал, что Вы хотите со мной дружить? Вокруг Вас столько людей, а я работаю в компании меньше месяца. Это очень... удивительно, как по мне. — Знаю. Я сам себя не понимаю. Но тебе хочется доверять. Ты понимаешь меня, ты добрый и хороший человек. Я бы хотел, чтобы у меня был такой друг, как ты. — Вот как, — Сонхун неуверенно поднимает взгляд на старшего, заглядывая в глаза напротив — он не видит в них ничего, кроме искреннего интереса и надежды. Хун медленно кивает, протягивая свою руку. — Тогда давайте дружить. — Правда? — Чонвон смотрит на протянутую руку, не веря своим глазам. Это оказалось легче, чем он думал (учитывая то, что заводить друзей он не умеет). Сонхун кивает, ярко улыбаясь, чтобы тот точно ему поверил. Он тоже улыбается, но не протягивает свою руку в ответ. — Обращайся ко мне на «ты». — Давай дружить, — поправляет себя Пак, усмехаясь. — Пожми мне уже руку, она сейчас отпадёт, — Сонхун хихикает, призывно покачивая рукой. Чонвон протягивает свою ладонь, закрепляя их дружбу крепким рукопожатием. Он завороженно смотрит на их скреплённые руки, радуясь новому другу. — Спасибо тебе, — на грани шёпота произносит Ян, отпуская чужую руку. — Не стоит, для этого ведь и нужны друзья, — подмигивает тот, улыбаясь ещё ярче. Чувство тревоги уходит так легко и быстро. Теперь посещение предстоящей конференции и других мероприятий не кажется таким волнующим. Ведь рядом с ним будет его новый друг, который пообещал ему быть рядом, обещал, что всё будет в порядке. Ему хочется верить. И Сонхун верит, прокручивая в голове уверенные слова Чонвона о том, что всё пройдёт хорошо. Друзья никогда не подводят. И даже если они стали ими буквально пару секунд назад, Сонхун облегчённо выдыхает и позволяет себе довериться своему другу. И даже если он где-то совершит ошибку — Чонвон поддержит его, Сонхун в этом уверен. Ведь он ему доверяет. Доверяет так, словно они знакомы всю жизнь, а не пару недель, словно он знает его наизусть. — После заселения в отель у тебя будет несколько часов перед конференцией. Хорошо отдохни и сильно не думай о ней, как о чём-то волнующем. Она быстро пройдёт. Обычно я посещаю такие мероприятия один или с заместителем, впервые я появляюсь там с секретарём. Ты просто должен записывать ключевые моменты, связанные с сотрудничеством наших иностранных спонсоров и магазинов. Японский ты хорошо знаешь, поэтому с этим проблем не будет. Это твоя первая конференция, поэтому если ты вдруг что-то упустишь — не зацикливайся на этом сильно, в любом случае я стараюсь запоминать все важные моменты. Чонвон улыбается, кивая головой. Эта его улыбка выглядит так убедительно и утешающе, что он не замечает, как сам начинает улыбаться, уже меньше думая о своём провале. Каждый может совершать ошибки. На начальном этапе каждый может упасть. Чонвон говорит о возможных ошибках Сонхуна так, словно это полный пустяк, нестоящий его переживаний и внимания. Именно эта непринуждённость в голосе и нежная улыбка на губах заставляет Сонхуна отбросить неприятные мысли, оставляя лишь хорошие, стоящие его внимания. Мысли о том, что даже самая огромная неудача на начальном этапе не сможет Чонвона заставить разочароваться в нём. Ян вспоминает себя в те годы, когда впервые начинал работать с компанией. Его первые подписанные документы, встречи с важными людьми и крупные договоры. Его первая конференция в Японии прошла хуже, чем он ожидал, но иностранные сотрудники его же компании отнеслись к встрече с ним так, словно рассказали ребёнку, что если сложить два и два, то получится четыре. Направили, научили, не стали упрекать. Так же произошло и в Америке. С каждым посещением таких мероприятий Чонвон становился всё мудрее. Сам открыл магазин в Китае, организовал набор сотрудников и повысил продажи. Сейчас компания процветает. И сколько бы падений ни было, о каждом из них он вспоминает как о продвижении вверх, а не вниз, как о набравшемся опыте. — Я постараюсь не подвести тебя, — уверенно кивая, Сонхун слегка улыбается ему. Кажется, теперь он намного меньше боится этой конференции.

•••

Видеть Японию впервые для Сонхуна было чем-то удивительным и прекрасным. Токио — большой и красивый город. Для человека, который прибыл сюда впервые каждое здание казалось необычайно красивым. Сонхун практически прилип в окну такси, с удивлённым видом рассматривая город. Он не пытался скрыть свои истинные чувства, ведь всегда мечтал побывать в Японии. Поэтому без стеснения восхищённо вздыхает, не отрываясь от вида за окном. — Ты впервые здесь? — Сонхун вдруг вспоминает про Чонвона и неловко убирает руки со стекла, сжимая их на коленях. Он поднимает взгляд на старшего, который тихо усмехается (и мысленно умиляется) поведению своего секретаря. Пак кивает, возвращая своё внимание на город. — Ты напоминаешь мне мою дочь. Она точно также реагировала на Японию, когда мы с ней первый раз сюда приехали. Ничего не могла сказать, только смотрела и восхищалась. — Сколько ей? — аккуратно интересуется тот, немного смущаясь своего детского поведения. Неловко было услышать то, что его сравнили с маленькой девочкой. — Шесть лет. Только готовимся к школе. Но порой мне кажется, что она намного старше своего возраста. В свои шесть довольно самостоятельная, умная, уже умеет постоять за себя, может и послать иной раз прямым текстом. Мы с ней немного разные, но я делаю всё, чтобы понимать её и быть рядом. Может, я не лучший отец в её жизни, но я очень стараюсь для того, чтобы она чувствовала себя счастливой. — Может быть, я и не знаю всего, но у меня есть все основания верить, что она Вас любит. Извини, тебя, — морщится Пак, ещё не совсем привыкший к такому общению в неформальной обстановке. — Я не буду перечислять ряд комплиментов и фактов о тебе, которые ты и так знаешь, просто скажу, что лично я сам не смог бы справиться с тем, что происходит у тебя в жизни. Сильный человек заслуживает того, чтобы его уважали и любили. Твоей дочери повезло с папой. Чонвон отворачивается к окну, прежде чем Сонхун увидит его стеклянные глаза. Иногда его чрезмерная эмоциональность показывала себя очень не вовремя, но сейчас сдержаться было почти невозможно. Таких слов ему ещё никогда не говорили. Сонхун не жалел его, не говорил что-то по типу: «всё будет в порядке, ты добрый и хороший человек». Сонхун заставил его расчувствоваться, позволить себе заплакать. Он не жалеет, что стал его другом. — Иногда я думаю, что ей было бы лучше с мамой. Ей не хватает материнской любви, она тоже хочет, чтобы у неё была мама, но она её даже не помнит. Иногда Совон устраивает истерики, когда я делаю что-то не так, кричит и говорит, что лучше бы у неё была мама, а не я. Может быть, так и правда было бы лучше, просто... — тут его голос вдруг дрожит, заставляя поджать губы. — Я понимаю её обиды на меня, на весь мир, но всё равно это заставляет задуматься. Я недостаточно хорош, какой из меня отец и ещё много других мыслей. Тяжело слышать такое от неё, хоть и справедливо, — слышится первый всхлип, который заставляет Сонхуна резко повернуть голову в его сторону. — Прости. — Я понимаю, — тихо произносит он. — Нет. Правда прости. Я редко позволяю себе такое, а сегодня ещё день такой важный, я на работе и... Я обсуждаю эту тему только с Тэхёном. Мне стыдно, что я легко могу позволить себе заплакать. Обычно я разговариваю с Тэхёном, выговариваю всё и обнимаюсь с ним, чтобы чувствовать себя лучше, но сейчас... — Сонхун не даёт ему договорить, поддаваясь вперёд к нему и притягивая к себе, неуверенно обнимая и укладывая руки на чужую спину. Он не знает, как утешать людей словами, поэтому всегда делает это с помощью прикосновений. — Т-ты чего? — Извини, мне не стоит, да? — виновато спрашивает Сонхун, но не отстраняется. Чонвон быстро мотает головой, обнимая крепче. — Просто ты сказал, что это заставляет чувствовать тебя лучше. Я не знаю, как вести себя с людьми, которые плачут. А так ты почувствуешь себя не таким одиноким. Я себе многое позволяю, но ты сам решил стать моим другом, а друзья ведь обнимаются иногда, поэтому вот. Плакать нормально, особенно когда в жизни не всё стабильно и просто. Нельзя держать всё в себе. — Мне стыдно. Я теряю свою репутацию, — шепчет Ян, роняя слёзы на плечо младшего. — Ты не перестанешь быть серьёзным и успешным директором огромной компании в моих глазах. Бывают личные моменты, которые ранят людей. А ты молодец, что умеешь говорить о таких вещах. Я думал, что сказал что-то не так, что стоило молчать, но ты расплакался и даже не заткнул меня, не оттолкнул. Поэтому тебе нечего стыдиться. Ты молодец, — Чонвон лишь сильнее плачет, зажмуривая глаза. Младший успокаивающе поглаживает его спину. Такая атмосфера — последнее, о чём вообще мог бы подумать Сонхун, когда размышлял про то, о чём мог бы поговорить с ним. А ещё он никогда бы не подумал, что будет обниматься с директором компании, в которой работает всего лишь его секретарём. Обстоятельства? К чему может привести эта внезапная и ни чем неоправданная привязанность?

•••

Оказавшись в конференц-зале, Сонхун не думал, что атмосфера настолько сильно будет на него давить. Было ощущение, что вот-вот эти взгляды не оставят от него ничего. А ведь он просто сидел на стуле за огромным столом, нервно поправляя положение ручки с блокнотом рядом с собой. Чонвон, заметив копошение справа от себя, осторожно пододвинул к секретарю бутылку воды, кивая головой. Младший благодарно улыбается, делая несколько больших глотков воды. Он заламывает пальцы на руках, слегка вздрагивая, когда дверь помещения внезапно открывается. Входит высокий чёрноволосый парень. Сонхун хмурится. По данным, которые он изучил перед посещением этого места, это должен был быть взрослый мужчина, тот самый директор дочерней компании в Японии. Чонвон тоже удивляется, вставая из-за стола. Парень коротко и вежливо просит всех присаживаться, занимая место напротив Чонвона с другого конца длинного стола. — Рад Вас приветствовать, председатель Ян Чонвон, — улыбается парень, игриво махая рукой. Сонхун ещё больше хмурится, но, быстро взяв себя в руки, хватает ручку со стола, готовясь записывать всё важное, что будет сказано на собрании. — Рики, не ожидал тебя здесь увидеть. Где твой отец? — интересуется Ян, складывая руки перед собой в замок. — Кое-что произошло в одном из магазинов, а мне он побоялся поручать разобраться с этим. Ну, сами понимаете, после чего он не подпускает меня туда, — виновато опустив голову, Рики усмехается. — Что-то серьёзное? Мне стоит волноваться? — Нет, директор. Отец всё исправит. Так что, мы можем начать собрание, верно? — повернув голову в одну сторону, потом в другую, вопросительным взглядом спрашивая своих коллег. Те лишь кивают, удивлённые такой любезностью. Конечно, ведь сегодня здесь сидит Ян Чонвон. Всё должно быть идеально. — Хорошо. До меня дошла новость, что вы работаете над проектом, посвящённым разработке нового продукта нашего бренда. Собственно, из-за этого мы здесь и собрались. Я готов услышать подробности и обсудить реализацию запуска изготовления этого продукта, — Чонвон кивает Сонхуну, который тут жу фокусирует всё своё внимание на представлении проекта. Один из сотрудников встаёт около экрана с воспроизведённым планом проекта. Обсуждение начинается.

•••

— Всем спасибо. Собрание окончено, — Чонвон встаёт из-за стола, с улыбкой кивая иностранным коллегам. На удивление Сонхуна, его первая конференция прошла довольно хорошо, он понял всё, что было сказано, а главное — запомнил и записал. Ведь ему ещё потом нужно будет составить отчёт по новому проекту и передать в отдел маркетинга. И всё же он больше волновался. Когда он выходит из помещения, удивлённо вскидывает брови. Чонвон крепко обнимает того самого Рики, дружески похлопывая его по спине. — Я тебя так давно не видел. Почему ты так мало приезжаешь? — возмущается тот на корейском, отстраняясь от объятий. — Работа. Причём очень много работы. Но здесь я на неделю, будет свободное время и мы обязательно сходим куда-нибудь потусить. Мой секретарь составил прекрасное расписание. Кстати о нём, — Ян оборачивается, подзывая к себе рукой переминающегося с ноги на ногу Сонхуна. — Знакомься, это мой секретарь и с недавнего времени друг — Пак Сонхун. Он не так давно работает у меня, это его первая командировка. Сонхун пожимает руку Рики, улыбаясь. У Чонвона и такие друзья есть? Он удивлён, ибо где он находит таких красивых друзей? — Приятно познакомиться. Я Нишимура Рики, но ты можешь звать меня просто Ники, — представляется тот, поправляя волосы на голове. — Вау, хён, где ты его нашёл? Он точно твой секретарь? Не новая модель? Чонвон смеётся, похлопывая его по предплечью. Ники никогда не скупился на комплименты. Они с ним не так сильно близки, общаются только онлайн, видятся только тогда, когда Чонвон посещает японскую компанию или же наоборот — Ники приезжает в Сеул. Но даже такие короткие встречи для него стали чем-то тёплым. С Рики приятно общаться, в бизнесе он недавно, но хорошо помогает своему отцу с управлением компанией в Японии. Хороший друг и коллега. — Спасибо. Вы тоже очень красивый, — неловко улыбается Пак, пытаясь унять свою чрезмерную застенчивость. — Ты чего? Обращайся ко мне на «ты». Мне неловко, мы с тобой почти одного возраста, — Ники чувствует себя на пару лет старше, когда с ним разговаривают так официально. Где-то он стирает границы, если позволяет ситуация и люди, а где-то придерживается их. Но сейчас он общается с другом своего друга... Странно звучит. Всё же может ли он считать теперь его своим другом тоже? Но в первую очередь его интересует вопрос: как Чонвон смог так быстро сблизиться с кем-то? — Он со мной тоже ещё не привык общаться так. Не переживай, мы же ещё увидимся, верно? Вот тогда мы и сможем в неофициальной обстановке нормально поболтать. Будет здорово. Ты же пойдёшь со мной, да? — Чонвон переводит взгляд на младшего, не скрывая искренней надежды на положительный ответ. — Ну, если можно... — Конечно, можно, о чём ты вообще? — по-доброму смеётся Ян, поглаживая его по плечу. Сонхун тихо выдыхает. — Вот и решили. Ну ты мне напиши, когда будешь свободен, встретимся. Лично я свободен для тебя каждый день, двадцать четыре на семь, — Ники подмигивает, щёлкая пальцами. — Хорошо-хорошо, — это заставляет Чонвона рассмеяться и ещё раз обнять его. — Ну, мы пойдём. Это собрание меня вымотало слегка. — Конечно. До встречи! Ян машет ему рукой, направляясь вместе с Сонхуном в сторону лифта. — Как тебе Ники? Да, он очень болтливый, но хороший друг, правда, — Чонвон нажимает на кнопку вызова лифта, поворачиваясь к секретарю. — Да, напоминает моего друга. Разбрасывается комплементами направо и налево, но очень даже очаровательный и интересный человек. Буду рад ещё с ним поболтать, — отвечает тот, заходя в кабинку лифта. — Вы говорили, что Тэхён Ваш единственный друг. — Переключись. Ты снова разговариваешь формально, — нажимая на кнопку первого этажа, отчитывает его он. Сонхун едва заметно морщится. — С Ники мы общаемся только тогда, когда я приезжаю в Японию. Иногда переписываемся. Хороший приятель. Но если вдруг он выберется из опеки родителей и сможет работать в Сеуле, о чём он очень сильно мечтает, то мы сможем видеться чаще и уже тогда он станет моим настоящим другом. — Мне интересно, а кто из нас двоих у тебя выше по рангу? Я или Ники? Странно звучит, но мне интересно узнать. — Конечно, ты. Я мало чего о нём знаю, хоть и знакомы мы больше года. А ты уже хорошо себя показал, я во многом рассчитываю на тебя, ты хороший человек, как я считаю. Я думаю, мы сможем быть хорошими друзьями ещё не один год, верно? С тобой приятно общаться и ты понимаешь меня, поэтому я только рад с тобой дружить. Повисает короткая тишина. Сонхун обдумывает слова старшего, слегка улыбаясь. Прокручивает его слова, которым невозможно не поверить. Его правда считают хорошим другом. И тут он вспоминает Сону, который практически силой заставил его дружить с собой. Не спрашивал, просто стал общаться, не отставал до последнего. Пока Сонхун не записал его контакт в телефон как «Надоедливый, но любимый дружочек Сону-я». Так они и стали друзьями. — Я тоже очень рад иметь такого друга. Вчера босс на работе, сегодня друг. Быстро я прокачался, — усмехается он, слыша справа от себя смех старшего. Подумать только, как человек может так красиво смеяться... — Считай это своей особой привилегией за отличные успехи в работе, — подмигивая, Чонвон выходит и лифта. И уже только оказавшись в номере отеля Сонхун возвращается к этой фразе снова. Не прошло и месяца, как он дружит с директором компании. Состоятельный одинокий мужчина с дочерью и длинной историей. И ему настолько становится плевать на то, что они слишком рано стали друзьями, что ещё должным образом не знают друг друга, что у них разный социальный статус. Ведь это одиночество хочется заполнить собой. Хочется хоть как-то помочь этому человеку, который не зависим от денег и власти, который справедлив ко всем людям, заслуживающим этого. Который просто хочет счастья. И он постарается воспользоваться этой особой привилегией правильно.