Одни [не]приятности

Само собой получилось так, что уже на следующий день они опять остались единственными бодрствующими, кроме, быть может, тех, кто оберегал покой деревни от возможной опасности. Снова погасли огни, а звёзды стали ярче, и Ген вопросительно взглянул на Сенку, не решаясь отчего-то спросить его прямо, будут ли они теперь проводить вместе каждую ночь. Сенку поймал его взгляд, глубоко вздохнул. — Ты… хочешь о чём-то спросить, да? — чуть хрипловато произнёс он. — Хочу, — кивнул Ген. — Мы могли бы… теперь спать рядом, что думаешь? — Спать… рядом, — повторил Сенку за ним так, точно пытался взвесить каждое из этих слов и разбить его на химические соединения или атомы, на какие-нибудь ещё очень научные составляющие, которые помогли бы ему понять, что за этим скрывается. Ген ждал, убеждённый, что его всё равно уже не отвергнут. Может быть, нужно просто набраться терпения, чтобы Сенку согласился перейти на следующую ступень отношений. — Ладно, мне… действительно очень тепло с тобой. Они, не сговариваясь, выбрали уединённое жилище Гена для этого. К Сенку с утра мог ввалиться кто угодно, ведь едва обнаруживалась какая-нибудь проблема, как все бежали именно к нему. *** Первые несколько ночей они действительно учились просто засыпать рядом друг с другом. Сенку часто отключался первым, а Ген аккуратно притягивал его к себе, откидываясь на подушку. Сенку же сонно поворачивался к нему, обнимал, укладывая голову на плечо. И им обоим это казалось настолько естественным и уютным, что удивляло, почему они раньше не почувствовали, как обоим это нужно. Прошло ещё несколько дней, и Сенку уже совершенно спокойно приходил к Гену ночью, даже укладывался спать первым, если того что-то задерживало, и погружался в сон так быстро и так спокойно, что Гену не требовалось спрашивать больше, насколько Сенку ему доверяет. *** В тот вечер Сенку тоже лёг первым. Устраиваясь рядом с ним, Ген прошептал: — Ещё не спишь? — Почти сплю, — отозвался Сенку, укладываясь на спину. — А что? Вместо ответа Ген нашёл его губы и поцеловал — довольно чувственно и долго, даже слишком долго — так, чтобы выразить без слов то, что созрело в сердце. Сенку не мог не ответить на это. Прижавшись сильнее, он скользнул пальцами по спине Гена, провёл даже по его ягодицам, и этот жест заставил Гена рвано выдохнуть ему в губы: — Сенку... В ответ Сенку снова втянул его в поцелуй. Им обоим нужно было отдохнуть и выспаться, но Ген чувствовал, что Сенку на что-то решился, хочет чего-то добиться, и поддаваться ему было невероятно приятно. Ген был уверен, что они хотят одного и того же. Он не стал раздумывать больше и практически сразу же скользнул ладонями по бокам и бёдрам Сенку, стягивая нижнее бельё. Они пока не успели обсудить, кому из них что нравится, но Ген отчего-то не сомневался, что они разберутся. Прямо сейчас разберутся. Вот только говорить о таком вслух почему-то было неловко, Гена охватывало смущение, точно это у него всё должно было произойти впервые. Или это потому, что с Сенку всё действительно ощущалось так свежо и необыкновенно? — Ты должен научить меня, — потребовал в этот момент Сенку. — Научить, как… сделать тебе так  же приятно, слышишь?.. — Научить… — уронил Ген, ощущая, что затрепетал всем телом. — Ох, Сенку… Конечно, он не мог теперь говорить вовсе. К счастью, слова и не требовались. На самом деле не требовались. Ген готовился к этому моменту, он держал рядом с постелью масло, он позволял себе в последнее время… помечтать о Сенку и представить их вместе. И теперь ему оставалось только открыть флакон и, перехватив запястье Сенку, вылить масло ему на пальцы. Несколько капель сорвалось на постель, но это было совершенно неважно. Ведя рукой Сенку, он коснулся собственных бёдер с внутренней стороны, прикусил нижнюю губу, сознавая вдруг, что по всему телу прошла дрожь даже от такого, лишь наполовину настоящего прикосновения. В следующий же момент Сенку всё понял, и уже через несколько вдохов Ген почувствовал, как скользкие от смазки пальцы проникли внутрь. Он попытался сдержать резко участившееся дыхание. Сенку ничего не спрашивал, лицо его было одновременно сосредоточенным и полным нежности, и, кажется, он прекрасно понимал, что нужно делать. Ген решил, что все эти ощущения можно всё-таки считать новыми. Последний раз он чувствовал что-то подобное до того, как окаменел, и теперь всё казалось совсем не таким, как он помнил — болезненнее и приятнее одновременно, ярким и резким до невозможности вдохнуть, до слёз на кончиках ресниц. Может, Сенку вёл инстинкт, может, он каким-то образом уже научился просчитывать реакции чужого тела, но только он вытащил пальцы как раз в нужный момент, а следом — подхватил Гена под ягодицы, притягивая к себе. Он теперь полулежал на их постели, и Ген нависал над ним, наблюдая то, с какой силой Сенку его хочет. — Тебе придётся… показать мне, что дальше, — добавил Сенку буквально через мгновение. И Ген кивнул. Он хотел бы выглядеть увереннее, но когда обхватил член Сенку и направил его в себя, ощутил невероятный трепет и, похоже, это не осталось тайной для его возлюбленного. — Двигайся, — опалило кожу словно приказом. Он ещё успел заметить, что Сенку улыбнулся, но потом поддался ему, насаживаясь и немедленно начиная поиск того ритма, который бы пришёлся им обоим по вкусу. Жаркие движения лишили его способности оценивать происходящее. В ощущениях хотелось утонуть, расслабиться, чувствуя Сенку в себе, и замереть, подтолкнув тем самым его к действиям, но Ген всё-таки не желал быть только лишь принимающим. Чуть подавшись вперёд и тем самым насадившись сильнее, он притянул Сенку к себе и жадно поцеловал в губы, скользнув языком в рот. Сенку на мгновение удивлённо замер, но затем ответил, обнимая крепче и даже застонав прямо в этот поцелуй. Опустив ладони ему на плечи, Ген двинулся ещё и ещё и увидел едва заметно прикушенную губу, услышал сбившееся дыхание. — Веди, — хрипло сказал Сенку, и Ген двинулся, сначала намного медленнее, но затем найдя наконец те движения, которые отзывались у них обоих внутри тягучей дрожью. Это было пленительное ощущение, он словно одновременно владел Сенку и отдавался ему. И мог наконец-то уловить, что сильнее цепляет его. Теперь пальцы Сенку у него на бёдрах подрагивали, а низ его живота — который Ген нежно поглаживал — сводило сладкой судорогой. — Ге-ен… — имя слилось со стоном, который Сенку не смог сдержать, и он обхватил член Гена ладонью — будто пытаясь таким образом выбрать ведущую роль. Шумно выдохнув, Ген двинулся чуть быстрее, одновременно вбиваясь в его ладонь, но потом поймал Сенку за запястье. — Подожди… — ему отчаянно не хотелось кончить прямо сейчас. Сенку снова поддался, но притянул его к себе, заставляя обнять за плечи. — Что ты делаешь? — шумно прошептал он и припал поцелуем к шее, наверняка оставляя засос. Ген только ускорил темп, в нём плавилось жаркое наслаждение, и он позволял собственным чувствам выйти из-под контроля и руководить каждым движением. Мыслей не осталось, только наитие, которое уничтожило любой страх. В какой-то момент Сенку прижался лбом к его плечу, тяжело и неровно дыша. — Не могу больше, — выдохнул он и, жёстко сжав бёдра Гена, несколько раз глубоко и ритмично подался в него, тут же застонав в голос и вздрагивая всем телом. То, как он сорвался, то, что он не выдержал и вот так перехватил инициативу, и Гена заставило глухо застонать, а потом — и кончить, задрожав от наслаждения. — Сенку, — выдохнул он, точно без имени никак нельзя было поставить точку. Голова кружилась, и счастье, которое он испытывал, было не похоже ни на что другое. — Сенку, я… люблю тебя. — М... — Сенку всё ещё удерживал его. — Я… не разочарован. — Признай, что когда в отношениях много приятного, они логичны, — выдохнул Ген ему на ухо, хотя теперь это не казалось так уж важно или остроумно. Вместо того Сенку вдруг повалил его на постель, перекатился, чтобы оказаться сверху. Глаза его сияли, и, кажется, он тоже нашёл способ рассказывать о своих чувствах без слов. *** — Наука всё равно утверждает, что чувства и эмоции — всего лишь биохимические процессы, — утром Сенку лежал головой у него на плече. Они сплели пальцы и, кажется, ни одному из них не хотелось вставать. — Но, похоже, не всё так просто. — Собираешься выяснить, что же в этом скрывается ещё? — усмехнулся Ген. — Непременно, — серьёзно ответил Сенку. — А ты мне в этом поможешь. — Да, Сенку-тян, я справлюсь, — он поцеловал Сенку в висок. Впереди их ждало большое путешествие и немало других приключений, в которые так приятно погружаться вместе.