Weird Can Be Good... right?

      — Отец… Можно тебя кое о чём спросить?       Отец хмыкнул, сосредоточенный на движении вдоль скалы. Они поднимались по склону водопада. Вода выглядела кристально чистой на фоне песчаного утёса. Атрей никак не мог привыкнуть к таким ярким цветам после лет унылой белизны Мидгарда во время Фимбулвинтера. Он никогда не устанет от таких исследований. Сегодня они искали животное, о котором он говорил отцу ранее, так что юноша находился в приподнятом настроении, хоть сейчас они и отвлеклись ради чего-то, что хотел найти отец. Его шестое чувство на поиск разных сокровищ и материалов было поразительным, пусть иногда и утомляло. Но сейчас Атрей не возражал, потому что это было подходящим моментом поговорить на отвлечённую тему, не связанную с приключением.       Он решил, что это короткое ворчание означало «да».       — Я странно выгляжу?       Повисла неловкая тишина. Может, и не такая неловкая, учитывая, что они достигли цели и приземлились на выступ с сундуком. Атрей принялся осматривать виды, повернувшись к отцу спиной. Бесчисленные густые леса и влажный воздух, будто сам просящий вдохнуть его полной грудью. Звук откинутой крышки сундука выдернул Атрея из его мыслей, но ответил ему Мимир:       — Нет, маленький брат. С чего ты взял?       Он не мог им сказать… по крайней мере, не прямо. Ярнвид должен оставаться секретом, пока им угрожает Один.       — Да так. Просто спросил.       — Ты ещё растёшь, все подростки выглядят слегка нелепо, — задумчиво проговорил Мимир.       — Наверное… Погоди, что? — Атрей резко развернулся, встретившись со стариком взглядом. — Нелепо?       Тут развернулся отец и Атрей почувствовал себя загнанным в угол. Отец был высоким. Мускулистым. И борода ему шла. Разве не должен он выглядеть так же?       После минуты тяжёлого молчания, во время которого отец просто смотрел на него, мужчина начал карабкаться по скале обратно вниз. Недоумевающий Атрей последовал за ним. Даже Мимир считал, что он выглядит странно. А Мимир, при всём уважении, – отрубленная голова. Первое впечатления это важно, а Ангрбода при первой встрече посчитала его… странным.       — Мимир прав. Ты ещё растёшь, но уже выглядишь лучше, чем я в твои годы. Я выглядел более… неряшливо.       — Правда? — Атрей не смог сдержать удивление.       — Да.       — Ого. Я почему-то думал, что ты всегда был таким.       Кратос опять хмыкнул.       — Ха! Забавно, брат. Но и Кратос когда-то был подростком.       — Знаю, знаю, мне просто… тяжело представить.       Они наконец-то спустились. Отец использовал Клинки Хаоса, чтобы преодолеть последний прыжок. Атрей поступил так же со своим луком. Приземлившись, он побежал впереди, ведя отца к животному и стараясь не наступать на ядовитые растения и не убегать слишком далеко.       — Не сравнивай себя с другими, даже со мной. Ты – отдельная личность. Этого не изменит ни пророчество, ни гены.       — Да, я знаю.       Лучше не спорить из-за каждого пустяка.       Следующие несколько минут раздавался только звук их шагов по мягкой почве. Ветерок приятно одувал лицо, а высокие деревья скрывали их от палящего солнца. Сложно сказать, что ему в Ванахейме нравилось больше – красота или климат.       — Подожди, парень… Это как-то связано с девочкой, о которой ты говорил ранее?       — Какой девочкой? Я никогда не разговаривал с девочкой.       Атрей поёжился. Ну конечно, очень естественно прозвучало.       — Ты не упоминал её имени, но говорил, что кое с кем встретился на одной из своих самостоятельных вылазок. И она назвала тебя странным, не так ли?       — Не назвала!       — Ага, значит, девочка! Брат, ставлю свою лучшую ложку для чтения, он рассказал Синдри.       — Да что с того, что девочка! Она просто друг!       — Конечно просто друг, если с ней ты столь же обходителен, как с нами.       — Я спрошу гнома, когда увижу.       Атрей застонал от смущения и безысходности.       — Синдри ничего не знает! Давайте уже сменим тему.       Мимир хохотнул. Отец хмыкнул.       Они продолжили идти молча, пока не оказались в нескольких шагах от того места, куда, по мнению Атрея, нужно было идти.       — Скажи… Кратос уже говорил с тобой об этом?       — Мимир!!       — Прости, маленький брат. Больше ни слова с моей стороны, обещаю.       Они добрались до пещеры. Наконец-то появился весомый повод сменить тему.       — Звук стал громче. Должно быть здесь.       Отец без слов вошёл в пещеру, жестом приказав Атрею держаться сзади. Атрей избегал смотреть в глаза Мимиру до конца экспедиции.              

***

             Дома у Синдри Атрей сидел в своей спальне и рисовал в журнале существо, которое они сегодня освободили. Всегда было приятно вспомнить, сколько всего они с отцом сделали на их многочисленных приключениях. А ещё было приятно отвлечься от сегодняшнего разговора. Тюр и Брок мыли посуду, отец занимался проверкой снаряжения, а Фрейя отлучилась куда-то по своим делам. Атрей обязательно пристанет к ней с расспросами попозже, но сейчас можно просто порисовать.       Но, как и везде, даже в мире между мирами нельзя было долго сидеть в тишине. Синдри заглянул в комнату как раз когда Атрей наносил последние штрихи. Через плечо гнома была перекинула чистая тряпка. Атрей улыбнулся другу.       — Привет, Син. Как дела?       — А, да отлично. Твой отец только что улучшил всё своё оружие и доспехи. Если вы, ребята, нашли какой-то скрытый кладезь ресурсов, то обязательно расскажите мне! Налог кузнеца, знаешь ли.       — Ты узнаешь первым, если такое случится.       — Хорошо бы.       Синдри оставался в проёме. Атрея это не напрягало, но озадачивало.       — Ты хотел ещё о чём-то поговорить?..       — Просто… наверное, с этого нужно было начать… — Синдри зашёл и неловко прикрыл дверь за собой. — Ну ладно. Нам надо поговорить.       Гном вытащил из-под кровати бочку, протёр её тряпкой и сел. Выглядел он серьёзным.       — Что-то случилось?       — Нет-нет, ничего! Всё в порядке, за исключением одной ма-аленькой вещицы.       — Итааак?..       — Ты бы сказал мне, если бы у тебя появилась девушка, ведь так?       Атрей застонал.       — Если это Мимир надоумил тебя спро…       — Нет! — Синдри замахал руками. — Хуже! Твой отец спросил, знаю ли я что-нибудь! Я сказал «нет» и он смотрел на меня так, будто я солгал, всё время, пока я улучшал его снаряжение! Ну, лицо у него было такое же, как всегда, но ты знаешь, что я имею в виду! Он думает, что я опять тебя прикрываю!       Было очевидно, что гном паниковал не без причины. Отец был… суров с большинством окружающих. Даже если он не собирался причинить кому-то вред из-за чего-то настолько безобидного, его лицо просто пугало людей. Его брови всегда были нахмурены, а взгляд непреклонен, как будто он злился. А Синдри и без этого легко напугать. Атрей давно привык к тому, что у отца просто такое лицо.       Он положил руку на плечо Синдри, но тот только сильнее забеспокоился. Атрей понизил голос и постарался успокоить друга без лишних движений.       — Спокойно, я клянусь, что у меня нет никакой девушки.       — Тогда почему он меня спросил?       — Я…       Ярнвид – это секрет. Это тяжёлое бремя, которым он просто не может ни с кем поделиться. Пророчество и всё, что касается Локи, касается его, это его божественная проблема. Ангрбода была частью пророчества, но… Атрей всего лишь мальчик. Может же он поделиться своими мальчишескими проблемами с другом?       Атрей глубоко вдохнул и снова заговорил. Говорить с Синдри просто так, в этой комнате, ощущалось чем-то простым и правильным.       — За те два дня пока меня не было, я встретил девочку. И пока ты не спросил – она просто друг. Мне кажется, она мне нравится, но она считает… что я выгляжу странно.       — «Странно» ведь не значит «плохо»?       Атрей спрятал лицо в руках, журнал упал с коленей на кровать.       — Она сказала то же самое! Видишь, это безнадёжно!       — Да ладно тебе. Ты правда хочешь быть с девушкой, которой нравишься только за внешность?       — Нет, но… чем я ещё могу быть хорош?       Тишина. Потом Синдри разразился смехом.       — Да что смешного?! — гневно воскликнул Атрей.       — Ничего, просто… — гном честно старался унять смех. — Тебе суждено быть причастным к Рагнарёку. Ты отлично стреляешь из лука. Ты знаешь разные языки, разговариваешь с животными, можешь превратиться в медведя. У тебя доброе сердце и ты один из самых чистоплотных богов, которых я знаю. И ты всё ещё считаешь, что ничем больше не хорош?       Синдри всё ещё хихикал и вряд ли всерьёз обдумывал слова, но Атрей смотрел на него с приятным удивлением. Синдри был прав даже больше, чем считал сам. Ангрбода верила в него, потому что знала пророчество. Она знала, какими качествами должен обладать Герой Йотунхейма, и рядом с ней было так легко. И ей, как ему показалось, тоже понравилось проводить с ним время.       Отец с Мимиром тоже были правы. Внешность не имела значения. Они оба всё ещё дети. Да, Ангрбода красивая, но Атрею она понравилась не из-за этого. Он надеялся, что и с ним было так же.       — Спасибо, Син.       — Не за что, — Синдри наконец смог успокоиться. — Просто замолви за меня словечко перед отцом, ладно?       — Я попытаюсь.       — Спокойной ночи.       — Ночи.       Атрей подобрал свой журнал, а когда опять посмотрел туда, где сидел гном, его уже не было. Эта их гномья телепортация всегда заставала его врасплох, но он тут же об этом забыл. Атрей лёг, натянул на себя одеяло и закрыл глаза, чувствуя себя гораздо лучше, чем с утра.              

***

             — Говорил же, что он расскажет Синдри.       Кратос выпрямился и отошёл от двери. Ухо немного занемело, будучи столько времени прижатым к гладкому дереву. Он никогда не думал, что ему придётся вот так подслушивать, но воспитание ребёнка каждый раз преподносило новые сюрпризы, к которым спартанец не был готов. Предположение Мимира помогло доказать его правоту. Даже если в этот раз Синдри ничего от него не скрывал, вопросы оказались не бесполезны, ведь гном пошёл прямо к Атрею. Как бы то ни было, Синдри действительно ни о чём не подозревал, поэтому завтра Кратос постарается быть с ним менее грубым.       Он утвердительно хмыкнул.       — Спокойной ночи, брат, — сказал Мимир, когда Кратос оставил его на столе с ложкой и книгой.