Подводное царство: история любви амфибии

Волны вздымались к небу, обрушиваясь вниз с яростным грохотом, словно разгневанные боги бросали каменные глыбы. Ветер, достигший силы шторма, гнал по океану многометровые седые валы. Горизонт, затянутый пеленой брызг, исчез в бушующей стихии, а ветер, словно дикий зверь, выл в снастях корабля. В этой бездне кромешной тьмы, вдали от спасительного берега, разыгрывалась трагедия шторма. Края волн, словно разъярённые псы, с шипением и пеной вгрызались в борт рыбацкого судна. Казалось, ни одна живая душа не посмела бы бросить вызов этой ярости стихии. — Внимание! Сеть над палубой! — отчаянно пытался перекричать рыбак штормовой ветер и хлещущий дождь. На палубе царил хаос, волны обрушивались с неистовой силой, ливень слепил глаза, но ничто, казалось, не могло остановить рыбаков в их стремлении к добыче. Когда сеть, набитая до отказа крупной рыбой, опустилась на палубу, облачённые в непромокаемые дождевики и высокие сапоги рыбаки под командованием старшего принялись её раскрывать. Из сети высыпалась серебристая лавина. Но в самом центре этой блестящей кучи вдруг возникло движение – что-то огромное и живое заворочалось. Рыбаки замерли, настороженные. — Что за чёрт? — Это что ещё такое? — в недоумении бормотали мужики, направляя лучи фонарей на странную находку, пытаясь разглядеть её в полумраке. — Что-то живое… и огромное! — прошептал один из рыбаков, отступая назад. В самом сердце копошащейся кучи движение усилилось, и, словно взрывом, разметало рыб в стороны. Рыбаки, охваченные паникой, с криками шарахались прочь: кто рухнул на землю, кто бросился врассыпную. Из рыбьей массы, как из преисподней, вырвалось нечто – длинное, змееподобное, почти двухметровое. Мгновенным ударом острого хвоста оно распороло живот одному из рыбаков. С такой же стремительностью, с какой появилось, чудовище скрылось за громадой баков. Товарищ раненого, прижимая окровавленные руки к зияющей ране, лихорадочно пытался вызывать подмогу по рации. — Осторожно, зашибёт! – неслись встревоженные крики тех, кто пытался поразить неизвестного зверя, молнией мелькавшего меж баков. — Говорит Северная Звезда, номер 5432Н! Одному из матросов срочно требуется медицинская помощь, приём! – хрипло выкрикивал в рацию мужчина, удерживая кровь. – Ранение в живот, большая кровопотеря, приём! — Что случилось? – проскрежетал в ответ голос из рации, едва различимый сквозь шум дождя и рёв шторма. — Без понятия… Неизвестное двухметровое существо… *** Шторм утих, и зеркальная гладь воды отразила ночное небо. На палубе царила звенящая тишина, нарушаемая лишь жалобным скрипом старого судна, едва заметно покачивающегося на волнах. Рыбаки, словно тени, затаились, ожидая избавления. В трюме, словно в пасти чудовища, томилось двухметровое нечто. В миг, когда тварь попыталась ускользнуть в бушующее море, она, не заметив зияющей дыры, угодила в ловушку. Теперь, обезумев от ярости, нечто обрушивало всю свою мощь на железную дверь. Глухие удары сотрясали судно, но старая крышка с замком, казалось, насмехалась над тщетными попытками. Рыбаки, притихнув, ловили странные, мелодичные звуки, доносившиеся из трюма. Казалось, то были отголоски волшебных песен сирен, зов о помощи, исторгнутый из глубин отчаяния. Наконец, назойливую мелодию происходящего заглушил зловещий, приближающийся рокот вертолета. Он навис стальной хищной птицей над палубой, из его брюха, словно щупальца, поползли вниз верёвки. Но спускавшиеся по ним фигуры не походили на спасителей или медиков, коих ждали с лодки. Это были воины, облаченные в броню, с черными змеями автоматов в руках. Трое, коснувшись палубы, озарили все вокруг беспощадным светом фонарей, и двое тут же направили оружие на ошеломленных рыбаков. — Ни с места! — рявкнул тот, что стоял посередине, без автомата. — Посмотрим на ваш улов, капитан! — Мой улов — не вашего ума дело! Вас вызвали раненому помочь! — капитан отчаянно пытался перекричать вой вертолета. — Не волнуйтесь, о раненом мы позаботимся. Раненного рыбака бережно уложили на носилки, обхватили их цепкими крюками, готовя к подъёму на борт вертолёта. — Открыть трюм, капитан! — прозвучал жесткий приказ главного солдата. — У меня права на этот улов! — прорычал капитан корабля. Один солдат, преграждал капитану путь дулом автомата. Второй, тем временем, торопливо распахнул люк трюма, повинуясь негласному приказу. Луч фонарика пронзил кромешную тьму, и два взгляда военных, полных немого изумления, встретились. Без лишних слов, словно повинуясь единому импульсу, они всадили шприц со снотворным в невидимую тварь, сокрытую в глубине ямы. Тяжёлый, окованный тьмой ящик был извлечён на палубу, так и не раскрыв свою тайну посторонним. — Возвращаемся на базу, приём, — голос командира прорезал эфир. Лебёдка взвизгнула, поднимая ящик и его охрану в чрево вертолёта. Винты взметнули в воздух солёную пыль, и машина, унося секрет, растворилась в ночи. В то же мгновение, в тёмных водах, омывающих рыбацкую яхту, лунный свет на мгновение озарил мелькнувший над поверхностью хвост – призрачное видение, тут же поглощённое пучиной.

***

Джуно… Крохотный городок, затерянный где-то на бескрайних просторах Аляски. Едва перевалив за тридцать тысяч жителей, он утопает в вечных дождях и холоде, окутан плотной пеленой туманов. Рай для тех, кто боготворит горы, поросшие дремучими лесами, вечно скрывающиеся за дымкой облаков. Но только не для Чонгука, родившегося и выросшего здесь. Он чувствует, как жизнь ускользает сквозь пальцы, осознает, что дышит не своим воздухом, грезит о чем-то большем, о чем-то ином. Единственное, что скрашивало монотонность его дней, был Чимин – друг, с которым они росли, с самого детства. И не только друг… Их первая робкая попытка выйти за рамки привычного случилась в нежном возрасте семнадцати лет. В то время, когда одноклассники вовсю познавали взрослую жизнь, меняя партнёров, как перчатки, они ходили в девственниках, не тронутыми даже легким поцелуем. И дело было вовсе не в отсутствии внимания или непопулярности – просто провинциальный городок не баловал красотой местных дев. Однажды, когда Чимин остался у Чонгука на ночь, в сумраке комнаты, глубоко за полночь, пока родители погрузились в объятия Морфея, они смотрели фильм. На экране развернулась откровенная сцена. Гормоны взыграли, пубертат дал о себе знать. Кровь бросилась в голову… и не только. У неопытных юношей, когда прилив крови достигает сокровенного места, разум словно затуманивается. Они и не заметили, как ноутбук оказался на полу, а Чонгук уже навис над Чимином, который, казалось, заранее распахнул ноги в приглашении. В ту ночь они лишь безмолвно целовались и тёрлись друг о друга, пока не достигли разрядки, как несмышлёные мальчишки, от простого петтинга. Впрочем, кем они и были? Малолетними девственниками, чего уж греха таить. Сейчас им девятнадцать. Студенты Юго-Восточного университета Аляски, они, наконец, вкусили сладость свободы, покинув родительский кров и поселившись в общаге, что стоит всего в паре минут от университетских стен. — Эй, Чимин, подъём. Опоздаем, — спокойно произнес Чонгук, возвышаясь над кроватью Пака. После душа его волосы еще хранили влажный блеск, черные джинсы и простая футболка облегали подтянутую фигуру. Как всегда, Чимин, ночная птица, проводил пол ночи в бодрствовании, чтобы затем с трудом разлепить глаза перед утренними занятиями. — Еще минутку… — пробормотал он в подушку. — Вставай, иначе я сотру твою презентацию, над которой ты корпел целую неделю, — Чонгук знал, как разбудить соню. Пак подскочил, словно ужаленный, и, полусидя, посмотрел на Чонгука снизу вверх, сон еще застилал один глаз. — Встал уже, — прохрипел он сонным голосом. Внезапно на его лице промелькнула хитрая улыбка, глаза сузились до опасных щёлочек. Он приблизился к краю кровати и принялся расстёгивать ширинку брюк Чонгука. — Ты что творишь? — Чонгук, смеясь, отстранил проворные руки Чимина и, отступив, направился к шкафу. Достав чёрную куртку, он накинул её и принялся за ботинки. Взяв рюкзак, он бросил взгляд на Чимина, всё ещё недовольно восседавшего на постели: — Давай живее, жду на улице. От входа в университет их отделяло совсем небольшое расстояние. На территории кампуса, в ожидании занятий, наблюдалось оживлённое скопление студентов, разбившихся на группы по интересам. Встречались пары, увлечённо целовавшиеся, не стесняясь окружающих, а также лесбиянки, спокойно сидевшие на скамейках и нежно обнимавшиеся. Отдельные индивидуумы привлекали к себе внимание неадекватным поведением, создавая атмосферу хаоса. В общем, обычная студенческая суета. — Сегодня туса у Джулии Робертс, — непринуждённо обронил Чимин, идя справа от Чонгука, спрятав руки в карманы куртки-бомбера. — И? — И? В прошлый раз Том умудрился выпить четырнадцать шотов за раз и чуть не утонул в бассейне, — Чимин внезапно преградил Чонгуку путь, встав перед ним. — Давай сходим, а? Чонгук, не вынимая рук из карманов, смотрел на Пака сверху вниз, хотя их рост был почти одинаковым. Он пристально смотрел ему в глаза и задумчиво провёл языком за щекой. Чимину оставалось лишь наблюдать за этим и невольно сглотнуть слюну. — Хорошо, давай сходим, — ответил Чонгук и, развернув Чимина, обнял его за плечи, подталкивая к входу в здание. Пока они шли к нужному кабинету, их чуть не сбили с ног два крупных парня, мчавшихся по коридору на огромной скорости. Едва они вошли в класс, прозвенел звонок. Учительница что-то записывала на доске, пока ученики рассаживались. – Прошу всех занять свои места, начинаем урок, – объявила учительница, повернувшись к студентам. Однако ее слова словно не были услышаны: ученики, подобно стае гиен, начали кидаться бумажками, кто-то выхватил тетрадь, и началась борьба за нее. Чонгук, усевшись за парту, достал из рюкзака потрёпанную тетрадь, небрежно открыл её для вида и, откинувшись на спинку стула, широко расставил ноги. Учёба не вызывала у него энтузиазма, он посещал занятия лишь для того, чтобы избежать отчисления и получить шанс уехать из этого города. – Сегодня мы погрузимся в романтический мир бессмертного Уильяма Шекспира… – не успела договорить учительница, как обернулась к опоздавшему и произнесла: – Как хорошо, что ты к нам присоединился, Адам, – указав ему на свободное место. Женщина продолжила свой рассказ о Шекспире, а Адам, которого Чон терпеть не мог, сел на два ряда впереди. Повернувшись, Адам злобно посмотрел на Чонгука, а тот, продолжая сидеть в расслабленной позе, продемонстрировал ему средний палец. За окнами университетской столовой только что прошумел дождь, оставив после себя лишь угрюмую пасмурность и влажную тоску. "Погода под стать настроению", – подумал Чонгук, мрачно глядя на серые разводы на стекле. Они сидели за столом, поглощая свой незамысловатый обед – сэндвичи и колу. — Что бы сегодня надеть… — протянул Чимин, задумчиво откинувшись на спинку стула и закинув ногу на ногу. Он неспешно жевал сэндвич, словно обдумывая вопрос вселенской важности. — Я уж думал, ты забыл, – усмехнулся Чонгук. — У тебя память, как у золотой рыбки. — У мегаоптимистичной золотой рыбки, — подмигнул Чимин, лукаво взглянув на Чонгука. После пар они направились в общагу. Вечеринка начиналась в восемь, а значит, впереди была целая пропасть времени – можно было и вздремнуть, и, если повезёт, осилить домашку, которую Чонгук хронически игнорировал. Едва переступив порог комнаты, Чонгук врубил музыку на колонках и рухнул на свою кровать. Чимина, впрочем, музыка нисколько не смущала. Ближе к восьми они по очереди приняли душ, успев в процессе немного подурачиться, и приступили к сборам. Чонгук остался верен себе: чёрные джинсы, чёрная худи – классика. А Чимин решил блистать: надел кричаще-оранжевую шёлковую рубашку, своим фасоном подозрительно напоминавшую женскую, чёрные обтягивающие джинсы с рваными коленями. Волосы у него слегка отросли, и он решил не мудрить с укладкой, оставив их как есть, дополнив образ серьгами в ушах и, конечно же, россыпью колец на пальцах. Легкий макияж глаз завершал преображение. Чонгук невольно залюбовался другом, признавая его сногсшибательность, но вслух, разумеется, ничего не сказал. Обойдется. — Ну как я? — спросил Пак, когда они вместе уставились в зеркало на дверце шкафа, оценивая свои наряды. — Ты похож на мандарин, — буркнул Чонгук. — А я нормально выгляжу? — Ну… ты выглядишь как Чонгук, — ответил Чимин, смерив друга взглядом с головы до ног, отражаясь в зеркале. Чонгук закатил глаза, резко развернулся и вышел из комнаты, бросив напоследок: — Давай быстрее, мандарин. Состояние семьи Джулии Робертс было весьма внушительным. Её отец, занимавший пост мэра, был известен своим крутым нравом и внушительной комплекцией. Внешностью Джулия явно не пошла в отца: она обладала прекрасной фигурой и привлекательной внешностью, и всегда добивалась желаемого. Избалованная, но уверенная в себе, она жила в роскошном особняке, расположенном за пределами города, у самого леса, и окружённом коваными воротами. Чонгук и Чимин прибыли на стареньком автомобиле Чонгука, подарке родителей на совершеннолетие и получение водительских прав. Пусть и старая, но все же машина. Они нажали на кнопку звонка и стали ждать, пока кто-нибудь ответит и откроет высокие ворота. —Боже мой, наверняка, там у них куча туалетов, — пробормотал Чимин. Железные ворота со скрипом начали медленно открываться. Вскоре к особняку стали подъезжать машины, слышалась громкая музыка, кто-то шел пешком, а кто-то приехал на велосипеде. Оригинальные ребята… Джулия, с бокалом вина, приветствовала их у входа в свой роскошный дом. После обычных приветствий с Чонгуком и Чимином, остальные гости стали проходить внутрь. Когда подошла очередь Чонгука и Чимина, Джулия неожиданно выделила Чона своим вниманием. В то время как остальным доставались лишь улыбки, к Чонгуку она подошла ближе, обвила его шею тонкими руками и, поздоровавшись, коснулась его щеки поцелуем. Чонгук слегка нахмурился, не понимая такого поведения. Ответив на приветствие, он отстранился и вошел в дом. Чимин же смотрел на Джулию с неприкрытой злостью, словно она отобрала у него что-то очень ценное. На вечеринке становилось всё люднее, казалось, все местные подростки мечтали попасть на тусовку к самой Джулии Робертс. Чимин, стоя у самодельного бара, уже опрокидывал шестой шот, угощаясь алкоголем из отцовской коллекции. Чонгук, лавируя сквозь толпу, оглядывался, держа в руке стакан колы – ему нельзя пить, он за рулём. Особняк в три этажа был заполнен гостями, казалось, они заняли сразу два этажа. Чонгук подошел к камину и, облокотившись на него, наблюдал за танцующей, уже изрядно захмелевшей толпой. – Скучаешь? – прошептала Джулия прямо в ухо Чонгуку. Когда она успела подойти? Она стояла очень близко, сбоку, держа в руках прозрачный бокал с янтарной жидкостью. Миниатюрная и хрупкая, она смотрела на Чонгука своими огромными голубыми глазами. Казалось, она явно рассчитывала на большее этим вечером и выбрала себе новую жертву в лице Чонгука. Остальные, видимо, уже не интересовали её – со всеми, с кем могла, она уже переспала. А Чонгук был очень красив, подтянут. Девчонки по нему с ума сходят, только вот Чонгуку не нужны отношения. Да и секса ему от них не нужно, для этого есть Чимин, своей сексуальностью и красотой затмевающий любую девушку. Джулия встала напротив Чонгука и, сделав последний глоток своего виски, потянула бокал к камину, стоявшему позади Чона. Получилось так, что она вплотную приблизилась к его телу. Немного отстранив голову, она посмотрела в глаза напротив и прильнула к губам Чонгука, обхватив его шею руками. Ну а Чон что? Чонгук ответил, притянув её за талию, при этом ничего не чувствуя. С Чимином он чувствует необъяснимое желание, в котором есть и похоть, и какая-то радость. Сердце бьётся как сумасшедшее, и оргазм с ним особенно яркий. Он думал, может, и с девушками будет так же, но нет. С Джулией он не почувствовал ничего, разве что член в штанах слегка шевельнулся, когда он подумал о губах Чимина. Неожиданно поцелуй оборвался. Взгляд Чимина, уже опьянённого алкоголем, был безумным. Схватив Джулию за руку, он резко отстранил её от Чонгука, затем, не встречая сопротивления со стороны Чона, взял его за руку. Показав Джулии средний палец, Чимин развернулся и потащил Чонгука к выходу. Оказавшись в машине, Чонгук завёл двигатель и выехал на дорогу. Прямая трасса тянулась вдоль елового леса. Чимин, явно выпивший лишнего, повернулся к сосредоточенному Чонгуку и, хитро улыбаясь, начал медленно водить рукой от колена к его интимной зоне. Чонгук напрягся, слегка раздвинув ноги, словно давая недвусмысленный сигнал, но ведь он за рулём, поэтому напряжение вполне объяснимо. Ну к тому же, у них не было секса уже месяц, и сегодня был прекрасный шанс, который Чимин сорвал. Теперь пусть отдувается. Приблизившись, Чимин коснулся кончиком своего носа подбородка Чонгука, еле ощутимо целуя. Его рука, полная проворства, ласкала уже возбуждённый член Чонгука, отчего у того голова шла кругом. Чимин всё настойчивее осыпал поцелуями шею, и дыхание обоих участилось. Дорога перед ними была ровной и свободной, за городом машин почти не было, да и Чонгук не превышал скорость. Рука Чимина потянулась к ширинке, намереваясь расстегнуть пуговицу, но вдруг машина резко затормозила, раздался визг шин и сильный удар. Чимина слегка отбросило вперед, и он ударился боком о приборную панель. – Что случилось? – спросил Чимин, выпрямляясь и осматривая испуганного Чонгука, который смотрел на пустую дорогу. Перед машиной возникла фигура. Судя по всему, это был молодой мужчина, немного моложе их. Он был совершенно обнажён, обхватил себя руками и, бросив испуганный взгляд на автомобиль, резко развернулся и, едва переставляя ноги, попытался убежать. Его ноги дрожали и заплетались, словно он был не в состоянии идти. Чонгук и Чимин вышли из машины. – Эй! – позвал Чонгук парня. Тот обернулся и, испугавшись, ускорил шаг. – Прости за случившееся, ладно? Тебе нужна помощь? Они быстро пошли за ним, но парень, всё так же испуганно оглядываясь, пытался убежать. Однако дрожащие ноги его подвели, и он, споткнувшись, упал на асфальт и потерял сознание от слабости. Чимин и Чон подошли к лежащему без сознания парню и обменялись взглядами. Чонгук снял свою куртку и, накинув ее на худое голое тело, поднял парня, словно тот ничего не весил. Поместив бесчувственного парня на заднее сиденье, они, не сговариваясь, словно понимая друг друга без слов, направились к общежитию.