Шепот богов

      *Данная глава повествует о воспоминаниях из детства Нулы.

Воспоминания Нулы.

      Я помню тот день, когда всё изменилось. Я была ещё маленькой девочкой, еле понимающей, что происходит вокруг. В тот момент , играя подле дома, тени еле видимых охотников начали сгущаться над нашим домом. Солнце всё ещё светило ярко, но его свет казался мрачным, когда мой детский взгляд застыл на том моменте, как мои родители, полные любви и тепла, обсуждают что-то на входе в наш дом, совершенно не подозревая об опасности.       Послышался треск – дверь выломали, и в наш дом ворвались мужчины с холодными глазами и острыми мечами. Их крики гремели в моих ушах, и я почувствовала, как страх сжал моё сердце. Я спряталась под столом, дрожа от ужаса. В тот момент еще не понимала, что произошло снаружи, но звуки неистовства заполнили воздух — мой мир рушился.       Я помню, как кричали мои родители, их голоса были полны боли и страха. Эти звуки никогда не покинут меня. Сама не могла сделать в тот момент ничего, кроме как ждать, когда же это закончится. Вдруг, в самый критический момент, мне показалось, что за окном вспыхнуло яркое свечение. Подняв полные слезами глаза увидела, как необъяснимое сияние постепенно пробирается ко мне. Мгновение, и меня окутала теплая дымка, напоминающая объятия моей матери.       Проходили годы, события тех дней начали стираться, но до сих пор в моей памяти сохранился тот свет, что спас меня. Слова, которые шептались в моём сердце, когда мне было страшно, или когда тьма пыталась поглотить меня. "Нула, ты не одна," – говорил этот голос мне. "Я с тобой, и ты сильнее, чем ты думаешь."

321 год. Фивы.

      Открыв слипшиеся от ночных слез глаза, я похлопала себя по плечам, сгоняя старые болезненные воспоминания. Эти шрамы никогда не зарастут, потеря родителей глубоко дала корни, очерняя всё светлое во мне. У маленькой девочки отняли родителей, но за что? Что такого сделал мой любящий отец, который приходя домой со службы, всегда приносил вкусности и покупал лучшие наряды для своей единственной дочки? А мать? Та, которая лелеяла, оберегала и поощряла детские шалости? В момент убийства семьи, как я спаслась? Была ли это Великая Сехмет? Этот свет, что приласкал меня в самый худший момент моей жизни, уберег и перенес на другой конец Египта.       В тот момент я сидела в темном углу, зарывшись руками и ногами в песок, который поглощал меня, как будто хотел стереть с лица земли. Мои глаза были полны слёз, но больше я не могла плакать. Моим единственным желанием было то, чтобы этот ужас наконец закончился. Я помнила, как всё изменилось в тот день: когда ярость охотников разрушила мой дом, когда я потеряла своих родителей. Вместо их тепла осталась только холодная пустота.       Я не знала, как долго оставалась одна. Время растянулось, как тень под палящим солнцем. Вокруг меня не было ничего, кроме беспокойных звуков пустыни. В тот момент понимая, что осталась одна на этом свете, и, возможно, так было бы лучше. Но вдруг услышала шёпот голосов, которые становились всё громче. Они приближались.       Я прижалась к земле, надеясь, что меня не заметят. Но вскоре почувствовала легкое прикосновение. Это были теплые руки. Подняв голову увидела силуэты. Неподалеку стояли несколько человек – торговцы, с их яркими одеждами и окутанными в платок головами, которые защищали от солнца. Их лица казались добрыми, но в моих глазах они казались странными и непонятными.       — Что здесь делает эта девочка? – задавался вопросом один из них, наклонившись ко мне. От страха мой рот онемел. Это чувство сковывало меня, и одна только мысль о том, что кто-то может причинить мне вред, заставляла меня дрожать.Но один из торговцев, с длинной бородой и тёплыми глазами, протянул мне руки.       — Мы не причиним тебе вреда, малышка. Ты в безопасности, – сказал он, и в его голосе почувствовала что-то знакомое. Как будто кто-то издалека шептал мне, что ему можно доверять. Я отпустила свои страхи на мгновение и позволила им помочь мне встать. Когда подняла голову, то увидела, как они смотрят на меня с заботой.       —Ты одна? – спросил другой торговец, его голос был полон сострадания. Я кивнула, и в тот миг, когда произнесла это простое слово, в моем сердце что-то сломалось. Я осознала, что не только потеряла своих родителей, но и что теперь была одна в этом большом, жестоком мире.       Торговцы обменялись взглядами.       — Мы заберем тебя с собой. Ты будешь в безопасности, – произнес бородатый торговец, его слова звучали как обещание. Я не знала, куда они меня поведут, но, возможно, это была моя единственная надежда. Прижав к себе свои маленькие, запачканные руки, и, следуя за ними, сделала шаг в новую жизнь. Я знала, что впереди меня ждут трудные дни, но, казалось, каждый шаг придавал мне силы. Вместе с тем, как уходила от своей печальной судьбы, в глубине души я потихоньку начинала надеяться, что всё еще может измениться.

От лица одного из торговцев, что спас Нулу.

      Меня зовут Хадид, и я – торговец специй и масел, путешествующий по негостеприимным рынкам Египта. Я видел много чего на своем веку, но тот день, когда мы наткнулись на маленькую девочку, навсегда запечатлелся в моем сердце.       После получения новости о том, что по стране идет охота на некромантов, я опасался, что нам придется столкнуться с чем-то ужасным. Мы с напарником, Амином и торговкой тканей Зарой, шли по песчаным шляхам, когда услышали слабый детский голос вдалеке. Мы обнаружили девочку, сидящей в углу, ослабленную и испуганную. Я никогда не забуду её глаза. Они были полны страха и потери, но в них также читалась искорка надежды.       Как только мы вернулись к каравану, разговор завёлся сам собой.       — Кто мог причинить ей такую боль? – произнёс Амин, растирая руки от горячего солнца.              — В городе ходят слухи об охоте на некромантов. Возможно, её родители были одними из них, - произнесла Зара. Я кивнул, ощущая тяжесть её слов.              — Это ужасно. Она такая маленькая. За что такие страдания? — я задумался о том, как, возможно, эта девочка могла быть частью той семьи, которая просто хотела жить в мире, пока их не настигли охотники.       — Это не только интриги или зависть, это борьба за власть, – произнесла Зара, её голос дрожал от негодования, — Некроманты – это не просто опасные маги; они – жертвы тех, кто боится их силы. Эта девочка – воплощение боли. Она потеряла всё, - мы замерли на мгновение, чувства угнетали. Я посмотрел на Нулу, которая тихо сидела рядом, её глаза искали утешение.       — Мы не можем оставить её. Она должна знать, что не одна, что её не забудут, – сказал я решительно, — Ей нужно место, где её будут защищать. Мы не можем просто отвернуться и оставить её на произвол судьбы. Мы должны сделать все возможное, чтобы она снова почувствовала себя в безопасности, ведь когда-то мы пережили подобное, потеряли родителей, это нас и объединяет.       — Согласен, но нам надо быть осторожными, – произнёс Амин, смотря вдаль, — Хорошо, что сейчас мы вместе, но опасности все еще рядом. Люди на охоте, и мы должны двигаться быстро. Но мы будем защищать её, как сможем, - Зара с угрозой кивнула:              — Если мы сможем спрятать её среди наших товаров на время, возможно, это обеспечит ей безопасность. Мы отправим её к месту, где не станут искать магов, при этом оберегая от опасностей, которые могут ее преследовать.       Мы обсуждали различные идеи о том, как уберечь её, когда Нула подошла ближе, с любопытством и страхом глядя на нас, я заметил в её взгляде не только сомнение, но и всплеск надежды. Вместе мы решили, что сделаем всё возможное, чтобы защитить её от этого жестокого мира. Мы стали не только её спасителями, но и теми, кто сможет дать ей шанс на новую жизнь, полную любви и уважения.

Юность Нулы.

      Я всегда думала, что в нашем мире для меня не останется места, но жизнь удивительна – она подарила мне семью там, где не ожидала. После того, как была спасена торговцами, которые принесли меня в свой караван, всё стало для меня новым.       Я помню, как с тревогой покидала тот темный угол, в котором пряталась.       Та забитая маленькая девочка росла среди добрых людей, Амина, Зары и Хадида, которые относились ко мне как к своей родной дочери. Я помогала им в их торговле — расставляла специи, помогала выбирать ароматные масла и училась обходиться с клиентами. Я чувствовала, как с каждым днем всё больше вживаюсь в их жизнь, наполняясь теплом и заботой. Их смех и дружба были для меня важнее всех сокровищ этого мира.       В то время как помогала в торговле, моя жажда знаний оставалась непогашенной. Хадид и Зара понимали это и нашли мне учителей, которые обучали меня письму и чтению. Помню, как были уставлены все полки различными книгами, когда свет горел ярко, и я с трепетом училась читать знаки, словно они были ключами к тайнам мира.       Учителя были терпеливыми и мудрыми, их любовь к знаниям передавалась мне, и я с радостью впитывала каждое слово. Однако в один прекрасный день подруга моей новой семьи, известная своим художественным искусством, посоветовала Хадиду учиться у Реммао различным искусствам. Он был таинственным человеком, и одним вечером его пригласили в наш дом, чтобы меня обучать. У него была прекрасная репутация, и я была в восторге от возможности учиться у него. Но о его прошлом говорили шёпотом – ходили слухи, что он некромант.       Когда я впервые пришла в его пертенха (школа жизни), я была восхищена. Стены покрыты яркими цветами, рисованными сценами божеств и величественными изображениями жизни — всё это наполняло меня вдохновением и мечтами. Реммао не только обучал меня искусству, но и рассказывал истории о величии фараонов и богов. Его голос звучал как музыка; он открывал передо мной мир, о котором я могла только мечтать.       «Искусство — это язык, Нула,» – говорил он. – «С помощью него ты сможешь передать свои чувства и мысли. И ты найди свой собственный путь в этом мире.»       Обучение давалось легко, ведь искусство было для меня не просто занятием, а способом выразить свои переживания. Но в глубине моей души присутствовала тень сомнения в Реммао. Как-то раз я увидела в его глазах глубину, скрытую от постороннего взгляда. Словно он знал больше, чем хотел сказать.       Обучение и жизнь под крылом Реммао наполнялась опасностью, когда я прознала о том, что он некромант. Хадид никогда не разговаривал со мной о причинах убийства моих родителей, но чем больше я росла, тем больше начала понимать, что больший шанс того злосчастного дня являлось причастие моих родителей к кругу онейромантов и некромантов. Реммао говорил о будущем, о судьбах некромантов, о потерянных душах. Это позднее открытие было, возможно, моим первым столкновением с темной стороной жизни. Я поняла, что его искусство состоит не только из красоты, но и из тени, которую он скрывал за своими уроками.       Тем не менее, я не могла отвернуться от него. Я была благодарна Амину, Заре и Хадиду. Я нашла своё место в этом мире среди тех, кто приютил меня. Я продолжала учиться, расти и открывать для себя свое предназначение — и хотя моя жизнь была полна испытаний, я понимала, что каждый момент был частью моего путешествия.

День, когда Нула впервые услышала неизвестный голос.

      Когда я впервые услышала шепот, это было в один из тех дней, когда солнечный свет пробивался сквозь окна храма Тота, где я работала под испытующим взглядом божества. Я стояла на лестнице, бережно наносила пигменты на свежую штукатурку, и в воздухе витали ароматы масла и трав. Моё сердце билось в унисон с ритмом жизни этого священного места, однако в тот день произошло нечто необычное.       Я была погружена в работу, когда вдруг ощутила, как пространство вокруг меня словно затянулось. Внезапно тонкий, но величественный шепот пронзил мою душу, будто небесный голос, рождающийся из самой глубины храмовых стен. Он был мягким и нежным, но в тоже время полным силы. "Н..у..л..а..." – обрывисто послышались слова, и в этом шепоте я узнала нечто большее, чем просто звук.       Я остановилась, заставив свою кисть замереть в воздухе.       — Кто это? – подумала я, напряженно прислушиваясь. Мой взгляд скользнул по рисунку, и в этот момент я почувствовала, как незримые силы наполняют пространство вокруг меня. Я пыталась понять, откуда раздаётся этот голос. Я была одна, Реммао ушел, оставив меня творить под его мудрым руководством.       — Ты... выб..ра..на, – шептал голос, и его тембр будто резонировал с каждым камнем храма. Я не знала, что делать. Слова были словно мантра, наполняя накатывающейся волной чувств.       — Выбрана для чего? – спросила мысленно, в поисках ответа. Я подняла глаза к стенам храма, которые были полны историй и тайн. Чувство, будто боги смотрят на меня с любопытством, охватило меня. Я испытывала страх.       — Т..ы.. нес..ё..шь свет... – продолжал шептать голос, как будто он был отражением моих собственных мечтаний и надежд. Я не могла поверить в то, что слышу. Внутри меня встали на уши все тревоги, но это было нечто иное, чем простая паника.       Поднимая кисть, я снова начала рисовать. Каждый штрих, каждый цвет приносил мне спокойствие. С каждым мазком я ощущала, как страх уходит, и на его месте расцветает смелость. Я смогла услышать свой собственный внутренний голос, смешивающийся с тем небесным шёпотом, что даровал мне уверенность. Я была не одна.