Детские руки – взрослые ошибки

Тело болело — мерзко, затяжно, так, что хотелось либо свернуться в тугой узел и не двигаться вообще, либо — наоборот — растянуться во всю длину, чтобы хоть как-то распределить этот липкий, глубоко засевший дискомфорт. Но оба варианта казались одинаково паршивыми, потому что каждый вдох отдавался эхом где-то в рёбрах, задевая больные точки, заставляя морщиться. Черт. Лишь бы ничего не сломал. Он открыл глаза. Темно, пахнет пылью, ржавчиной и чем-то сладковато-медным, металлическим — тошнотворно знакомым. Кровь? Склад? Старый гараж? Судя по давящей, промозглой тишине и холоду, отопления тут не было давно. Здорово. В голове мутно крутилась последовательность из разрозненных картинок: Туалетная кабинка, уличный свет, сквозняк в боковом окне машины. Он помнил, как в последний момент прыгнул в тачку незнакомца, чтобы оставить в себе хоть что-то живое — какой-то нелепый инстинкт самосохранения, выкрученный наизнанку. А потом.. потом он оказался дома у железного человека. — Не двигайся. Голос хриплый, будто прогоревший на сигаретах и виски. Низкий. Тони. Питер скосил глаза. Старк сидел рядом, опершись спиной о стену, и выглядел не лучше. Силуэт напряжённый, в полумраке — смазанная тень. Он дышал с усилием, чуть шумнее обычного, но пытался этого не показывать. — Как себя чувствуете? — Сипло выдавил Питер, пробуя пошевелить пальцами. Ну, хотя бы руки не отказали. — Бывало и хуже, но не настолько. Младший выдавил нервный смешок — тот тут же отозвался тупой болью где-то под ребрами, заставляя его втянуть воздух. — Что-то.. произошло? — Ну, как сказать. Тони пошевелился, едва заметно изменяя позу, и Паркер вдруг увидел, как на его боку темнеет ткань. Черное пятно — расплывающееся, медленное, как масло, — и даже если Старк всё ещё отыгрывал легкомысленность, Питер видел. Видел, как неровно он дышит, как напрягается рука на бедре, как чуть менее уверенно звучит голос. Он стиснул зубы. — Вы ранены. — Да ладно? — сарказм у Старка всегда был ядовитым, но сейчас в нём не был сил. Мальчик шумно выдохнул, пытаясь отогнать нарастающее раздражение. — У вас есть что-то вроде аптечки? — А у тебя есть лицензия? — Давайте я сначала не дам вам сдохнуть, а потом уже будем говорить о лицензиях. Мужчина дёрнул уголком рта, отстранённо, без эмоций. Кивнул на что-то в стороне. Питер нащупал рюкзак, подтащил ближе и, затаив дыхание, принялся перебирать содержимое. Чёрт, он правда не знал, что делает, но выбора особо не было. Руки дрожали, сердце колотилось где-то в горле. Кровь на боку Старка расползалась тёмным пятном, и ему не нужно было медицинское образование, чтобы понять — времени у них не так уж много. — Не люблю разочаровывать, — процедил Тони, когда Питер, наконец, нашел бинты и подозрительно выглядевший хирургический клей, — Но если ты решил сыграть в доктора, то, во-первых, тебе не хватает трости, а во-вторых, лучше не ковыряйся во мне без крайней необходимости. Паркер прищурился, резко распечатывая упаковку. — Ещё скажите, что я должен оставить вас истекать кровью. — Как вариант. Он сжал ладони в кулак, так, что побелели костяшки. Злость сейчас была неуместной, но она помогала держаться, пока в груди копилось что-то неровное, липкое. Почему именно он? Питер не понимал, почему из всех возможных сценариев, он оказался в ловушке пытаясь спасти миллиардера, гения, филантропа, который к тому же вёл себя как последнее мудачьё. Он грубо сорвал край его рубашки, нахмурившись от вида раны. Неглубокая, но рваная. Кровь текла лениво, но слишком уверенно, чтобы это игнорировать. — Будет больно. — Я надеялся, что ты сдуешь и поцелуешь. Питер прикрыл глаза. Господи. — Можете хотя бы на секунду перестать быть таким невыносимым? — Только если ты пообещаешь, что сделаешь это быстрее, чем я. Он стиснул зубы, заставляя себя не реагировать. Прижал бинт к ране, сильно, чтобы кровь хоть немного замедлилась. Тони вздрогнул, выдохнув сквозь зубы. — Какого чёрта мы здесь вообще делаем? — пробормотал Паркер, потому что молчание липло к горлу, делало ситуацию ещё более грёбанной. — Вроде.. умираем. Но ты, кажется, слишком занят, чтобы это заметить. — Ну уж нет. Он резко затянул бинт, может, чуть туже, чем требовалось. Тони вскинул брови, шумно втянув воздух. И в этот момент дверь распахнулась с таким размахом, что едва не влетела в стену. На пороге стояла Вирджиния Поттс. Идеальная, холодная, несгибаемая. На её лице не было ни удивления, ни шока, только её вечная, тяжёлая усталость. Усталость от того, что ее любимый человек вечно что-то делает с собой, что он вечно балансирует на краю, а ей приходится его оттуда вытаскивать. Её цепкий взгляд скользнул по комнате, оценивая обстановку, но когда он задержался на Питере, парень почувствовал, будто его разобрали на детали. Тони тоже заметил это и, не удосужившись даже пошевелиться, выдал с фирменной усмешкой: — Что-то не так, дорогая? Пеппер продолжала смотреть. Сначала на него, потом на мальчишку. В её глазах читалась безмолвная проверка: Насколько он цел? Насколько жив? Насколько вменяем, чтобы находиться здесь? — Ты истекаешь кровью, — сказала она наконец. Тихо, спокойно, но не было даже малейшего намека на удивление. От этого Питер невольно подумал: она, наверное, устала переживать за этого человека. Старк закатил глаза. — Я как-то не заметил. Можно было бы назвать это новомодной техникой справиться со стрессом. Девушка не отреагировала. Видно было – привыкла. — А парень кто? Питер открыл рот, но прежде чем ответить, Тони, не моргнув и глазом, абсолютно без зазрения совести, выдал: — Он мой любовник. Тишина. Поттс замерла, а у младшего невольно открылся рот от удивления. — Вы что, опять? — Что опять? у нас тут впервые. — Тони, — она сделала шаг вперёд, упёршись руками в бока, — Ты истекаешь кровью. Снова. — Есть такое. — И ребёнок тебя перевязывает. Питер сглотнул. — Здравствуйте, мисс Поттс.. — Теперь по-настоящему. — тон стал жёстче, но не резче. Мальчишка попытался взять себя в руки, но слова застряли где-то в глубине горла, как плохо прожёванное яблоко. — Я.. я Питер Паркер. Вирджиния выдохнула, чуть прищурилась, будто размышляя, не спросить ли ещё что-то, но просто кивнула. — И как давно ты спишь со школьниками? Питер захлебнулся воздухом так резко, что всерьёз задумался, не задохнётся ли он прямо сейчас: насмерть. Пока Тони, чёртов гад, ухмылялся своей самой невинной, а значит, самой виноватой из возможных улыбок. — Официально — сегодня. — Удивительно видеть тебя не с очередной героиней сопливого романа, Тони. Я уже начала волноваться. — Волноваться.. — переспросил Паркер, ощущая, как у него внутри медленно разгорается паника. — О чём? — Мало ли. Ты симпатичный, умный, очевидно, с потенциалом. Будто специально создан, чтобы за тобой таскались. — Мисс Поттс! — Вот именно, Пеппс, теперь ты понимаешь, как тяжело мне держать себя в руках? Пеппер устало прикрыла глаза. — Тони, если ты когда-нибудь решишь признаться, что гей — скажи мне заранее, чтобы я была морально готова. — Если это случится, я первым делом брошу в тебя кольцо. — У нас свадьба через месяц. — Я в курсе. Питер чувствовал, как уходит из-под ног земля. Вся эта сцена казалась настолько абсурдной, что он почти не верил, что участвует в ней. Тони Старк, человек, который неизменно оказывался в центре любой бури, внезапно выглядел проще, чем всегда, а Пеппер — как та усталая забота, после которой любое дерьмо кажется не таким уж невыносимым. Старк потеряет золото, если упустит её. Бриллиант. Что-то гораздо ценнее, чем все его миллиарды, машины и амбиции, которые Питер считал незыблемыми. Он наблюдал за их семейной перепалкой, за этой изящной хореографией подколов и сарказма, пока Вирджиния снова не метнула в Старка взгляд — таким, каким бросают последний шанс перед тем, как закинуть в кого-то что-нибудь тяжёлое. Но вместо этого она просто закатила глаза и тяжело вздохнула. «Почему мне это так знакомо?» — промелькнуло у него в голове. Что-то такое.. родное, раздражающее и уютное одновременно. Бля, точно. Мишель. Резко вскочив, словно его ударило током, Питер задергался, безуспешно пытаясь собрать себя в кучу. — Мистер Старк! Мне срочно нужна зарядка для телефона! — «Мистер»? Так официально. Ещё вчера ночью ты был готов разорвать меня. — Тони, — обречённо вздохнула Пеппер. Её голос звучал так, будто за последние десять минут она постарела лет на пять, — Ты серьёзно? — Нет. Но мне было интересно, как ты отреагируешь. — Мистер Старк! — На втором этаже, прямо по коридору. Питер выудил телефон из кармана так, будто это была последняя надежда на спасение всей вселенной, и с внезапной неловкостью рванул к выходу. — Эй, а как же я? — донёсся за ним обиженный голос. — У вас ваша жена рядом! — бросил он на бегу. Старк что-то пробормотал, но слов было уже не разобрать. Коридоры. Тьма их, одинаковых, стерильно-чистых, сбивающих с толку. У Паркера снова возникло ощущение, что он попал в лабиринт, который кто-то создал специально для него — с бесконечными поворотами и бесполезными дверями, ведущими в никуда. Он шагал быстро, дышал тяжело. В голове путались мысли, суставы ныли, эмоции плавились во что-то вязкое, тяжёлое, слишком насыщенное, чтобы его можно было разобрать на части. Старк мог бы с этим легко разобраться, правда? Ему не нужно было бы думать, а просто сделать всё то, что было в его стиле, но нет, всё снова стало каким-то фальшивым фарсом. Тони с его сарказмом и Поттс со своей стойкостью. он уже не знал, что хуже: Давление постоянных ожиданий или та ирония, которая пропитывала всё, что они делали. Он дошёл до небольшой комнаты с белыми стенами, слишком пустыми, слишком стерильными. Зарядка лежала на столе. Спасение. И тут, будто выстрел, голос Старка; — Ну что, герой, спас свою вселенную? Питер вздохнул, глядя на экран, который начал оживать. — Да, только я всё ещё тут. — Ничего, привыкнешь, — ответил Тони, и в этом голосе было всё: Насмешка, спокойствие, забота, которой он, конечно, не признает. Питер почти не услышал, как дверь снова открылась и Пеппер вошла в комнату. она посмотрела на него с таким выражением, что ему пришлось исправить осанку, чтобы не выглядеть бестолковым, но девушка сразу же сняла с себя это слишком видное напряжение. — Как ты? — спросила тихо. Он не смог ответить сразу. Не потому что не хотел, а потому что в его голосе не было места для других слов. — Не жалуюсь, — произнёс после паузы. Она продолжала изучать его, чуть дольше, чем было бы принято. Казалось, Вирджиния в очередной раз пыталась разгадать, что же скрывается под этой слишком молодой, слишком взволнованной внешностью? В какой-то момент, будто удовлетворившись собственным выводом, она тихо улыбнулась, а её глаза стали мягче, как если мороз, что укрывал его плечи, наконец-то начал таять. И, странно, но с этим чуть расставленным барьером на плечах он вдруг почувствовал облегчение. – Ты мог бы иногда попросить о помощи, а не пытаться всё тянуть на себе, – произнесла она с лёгким укором, но всё же с ноткой сочувствия. Питер виновато потянулся взглядом вниз, глядя в пол, как будто там, среди серых плит, был его шанс найти выход. Он был не готов к тому, чтобы кто-то ещё сунул нос в его личное пространство, а они, эти взрослые, что приблизились слишком близко, словно сами себе решили роль наставников. Что они вообще понимают в его жизни? Где они были, когда всё пошло наперекосяк? И вот теперь, все эти герои, с их большими идеями и ещё более великими поступками, суются и пытаются разобраться, что с ним не так. – Слушай, Пит.. Не успел закончить кто-то из них как зазвонил телефон. Если честно, Паркер даже не различил, кто из них снова попытался разобраться что с парнем такое, да и не сказать, что он сильно горел желанием быть в курсе об этом. Мальчишка преподнес мобильник к ушам и на том конце линии раздавались медленные гудки, на четвертом раздались голоса. – Алло.. – Ты понимаешь, что ты творишь? – начала ЭмДжей с беспокойством, почти с отчаянием, – Мы с ночи не можем тебя найти. Что происходит? За её словами эхом звучал голос тетушки Мэй, которая пыталась через шум наладить связь с ним. А на стороне звучит такое родное: «Эй, это Пит? Дай мне трубку!» от Неда. «Ну вот, снова это чувство», – подумал он, глядя на экран, но чувства были противоречивыми. – Я понимаю, Джей, просто вчера на экскурсии.. – он не успел договорить, как руку его перехватил Старк и моментально забрал телефон из его ладони. – Алло, – сказал он, не меняя интонации. – Здравствуйте, это Тони Старк. с Мистером Паркером всё в порядке, можете не переживать. Я лично гарантирую, что он вернётся целым и невредимым. Отклоняюсь. Пеппер, наблюдавшая за этим цирком, выглядела не то чтобы довольной, но, похоже, решила, что не хочет вмешиваться, поэтому не давая знать вышла из комнаты. Питер же.. — Какого хрена? – Как грубо. – Это мой телефон и, мне кажется, я имею полное право дать знать своим родным, что я в безопасности. – Паркер, ты, походу, совсем не понимаешь, в какой ситуации находишься? Тебя укусил радиоактивный паук, что высосал бы все жизненные силы из любого нормального человека. Теперь задай себе вопрос: Какого хрена? – Я.. – не успел он продолжить, так как Тони приподнял свою футболку, подобным образом указывая на то кровотечение, что видел Пит этим утром. – Твоих рук дело. – Что? – всё, что выдавил он, ощущая, как этот короткий вопрос звучит глупо даже в его голове. – Это твоих рук дело, Паркер. Питер замер. Его взгляд скользнул с тела Тони на свои собственные руки, а потом снова на кровь на футболке. Всё это вдруг стало настолько.. нелепым. Он даже почувствовал, как в груди что-то неприятно ёкнуло, словно к его голове прилетела невесть откуда мысль, которая казалась совершенно абсурдной. Он оглянулся на Старка, пытаясь понять, как именно он мог попасть в такую ситуацию. Кровь на его одежде? Серьёзно? Нет, он точно ничего не помнил. Возможно, ему просто привиделось, что он не совсем человек, а всё это — кошмар наяву. – Вы уверены? – сказал он, пытаясь взять себя в руки, но этот вопрос вырвался из него скорее как вопрос к самому себе. Питер не мог этого сделать, не в сознательном состоянии уж точно. Что-то здесь не сходилось и мальчишка чувствовал, как растерянность постепенно начинает уступать место всё более комичному ощущению, что сейчас он не совсем в теме происходящего. Что-то странное, по-настоящему странное — смешное даже. – Питер, слушай меня внимательно, – Старк сделал паузу, выжидая, пока Паркер соберётся с мыслями и только затем продолжил, его голос стал гораздо строже, – В моих целях не было нанести тебе вред и сейчас я не в желании тебя пугать, но ты должен понять, что ситуация гораздо сложнее, чем ты можешь сложить ее у себя в голове. Я решил что будет правильнее исследовать твою реакцию, пока ты находишься в сонном состоянии, но когда я подошёл – твое паучье чутье сработало. Ты не просто проснулся, ты напал, без раздумий. Парень замер, его взгляд тревожно метался по комнате, пытаясь осознать, что только что сказал мужчина. – Стойте, эт.. – нет, Питер, мне нужно договорить. Ты стал гораздо опаснее, чем осознаёшь. Понимаешь? Я хотел понять, как твой организм реагирует на стресс, как адаптируется к новым способностям, но вместо этого я стал свидетелем того, как ты срываешься даже не осознавая того, что делаешь. Ты бы не знал, как действовать, если бы в тот момент я не был готов. Что будет в следующий раз? Я не могу полагаться на удачу, парень. Старший остановился, чтобы Питер смог осознать ситуацию вглубь до корней, а затем продолжил, несколько мягче, но все в том же решительном тоне. – Тебе нужно понять, что твоё тело и твои способности не просто наделяют тебя силой. Они становятся угрозой как и для тебя, так и для тех, кто рядом. В момент, когда ты теряешь контроль – последствия могут быть катастрофическими. Ты не можешь позволить себе расслабиться. Мне нужно быть уверенным, что ты в силах взять на себя ответственность за это. Паркер почувствовал, как слова тони накрывают его тяжёлым грузом. Это не было просто наставлением — это было предупреждение, с которым ему предстояло жить. – Я – железный человек, даже будучи готовым на такой исход событий, пострадал от твоих рук. Что было бы, если бы ты вернулся домой? Если бы тебя разбудила твоя тетя? Та же мисс Джонс-Уотсон? – Я.. не могу вернуться домой? – Это зависит сугубо от тебя. – В каком смысле? Тони посмотрел на Паркера, как будто пытался увидеть, сколько из сказанного парень действительно понял. Воздух в комнате словно стал тяжелым и Питер почувствовал, как каждый взгляд Старка давит на него, заставляя нервничать. – Я имею в виду то, что если ты освоишься с новыми способностями – быстрее вернёшься домой. Твоя безопасность и безопасность твоих близких — уже не шутки. – А кто шутит, мистер Старк? Парень не мог оторвать взгляда от старшего. Он пытался осмыслить то, что только что услышал, но слова, как огромные булыжники падали на его сознание, не давая возможности подняться на поверхность. Всё, что казалось обычным до этого момента, теперь стало невыносимо сложным и непонятным. – Почему все это звучит так, будто я угроза для своих близких?.. Тони усмехнулся, но в его улыбке не было ни малейшего следа юмора. – Питер, я говорю, что ты стал опасным для всех, в том числе для себя. Твои способности это не подарок, это бремя, которое ты должен научиться нести. Будешь делать вид, что ничего не было? Да пожалуйста, но кому от этого будет лучше? Он встал, почти инстинктивно отступая назад. Не хотел слушать, но не мог закрыть уши. – Я не могу это понять, как это все может быть таким опасным? Я ведь.. совершенно случайно получил это. Я могу от этого отказаться? Как это сделать? Что, если он не сможет справиться с этим? Что, если он никогда не будет готов? Младший снова оглянулся на Старка, пытаясь найти хоть какие-то ответы в его глазах, хоть что-то понимающее, но в нем не было ничего кроме строгих блесков. Тони, казалось, на мгновение застыл, его все еще требовательный взгляд в момент смягчился и он так отчаянно смотрел на стоящего перед ним Паркера. Мужчина сделал шаг вперед, чтобы оказаться чуть ближе к нему. Поднял руку, будто хотел коснуться его плеча, но вовремя остановился, понимая, что Питер все еще слишком напряжен, чтобы это было воспринято правильно. – Пит, ты стоишь на пороге изменений, которые невозможно откатить. Всё, что ты привык считать нормой теперь за пределами обычного. Не строй себе иллюзию безопасности. Он стоял не зная, куда деваться. Его взгляд метался по комнате, словно в поисках выхода. Хотелось понять, что сейчас происходит, но слова Тони, его спокойный и одновременно строгий тон, будто отрезали мальчишку от всего привычного. Да, Старк говорил правильно, но слишком много. Слишком быстро. — Я не.. — он, если быть честным, сам не имел понятия, что имеет ввиду: Не могу это понять? не знаю, что делать? не справлюсь? не готов? это всё звучало жалко и неуместно. Питер замолчал. – Никто не требует от тебя сделать все сейчас и сразу, ты не должен становиться сейчас тем, кем не был никогда раньше. Тони вздохнул и, возможно, впервые за весь разговор, позволил себе отступить. Он пристально посмотрел на Паркера — не с раздражением, не с давлением, а с чем-то другим. С пониманием? Нет, это было бы слишком просто. Парнишка выглядел так, будто его мир трещал по швам, и мужчина это отчётливо видел. Этот мальчик цеплялся за свою прежнюю жизнь, за представления о нормальности, но разве у него был выбор? Теперь — нет. — Ладно, — тихо сказал Старк, не столько сдаваясь, сколько признавая, что сейчас от него больше не требуется слов. — Я оставлю тебя, Пит, но, пожалуйста, помни, что ты не один в этом. Он бросил последний взгляд на Паркера, а затем развернулся. В комнате повисла тишина, приглушённая лишь тяжёлым дыханием подростка. — Я не в желании держать тебя здесь против твоей воли, — добавил Тони уже у самой двери. — Но если ты думаешь, что можешь просто уйти и продолжать делать вид, что ничего не произошло – твой выбор, но будет ли он правильным? Решать тебе. Старк задержался на мгновение, но не стал ждать ответа. Дверь закрылась за ним без лишнего шума. Питер остался один. Воздух в комнате вдруг стал тяжёлым и гнетущим. Всё происходящее казалось настолько.. неправильным. Он пытался поймать хоть какую-то рациональную мысль, но всё, что приходило в голову – ощущение пустоты. Его собственное тело, его силы — теперь уже не просто новость, не просто что-то новое и захватывающее. Это стало чем-то пугающим, и Питер даже не был уверен, что контролирует себя по-настоящему. Что, если Тони прав? Он закрыл лицо руками, чувствуя, как в груди снова нарастает неприятная тяжесть. Хотелось сказать, что это несправедливо. Хотелось возразить, что он не какой-то монстр, не оружие, не угроза, но если бы это было правдой: Разве он сидел бы здесь, в полном одиночестве, боясь самого себя?

***

Тишина, повисшая в комнате, была сродни той неловкости, когда рассказываешь шутку, а смеёшься над ней только ты. Это давило на уши. Не та комфортная тишина, в которой можно залипнуть в телефон или просто помечтать, а неловкая, густая, словно запущенный вовремя разговор мог её разрезать, но разговаривать никто не спешил. Питер сидел на кровати, уставившись в точку на полу. В груди давило от гнева, от обиды, от осознания, что Тони Старк только что выдал ему воспитательную лекцию и, что хуже всего, был прав. Нет, его злило вовсе не то, что он выставил Питера монстром.. хотя, да, это тоже довольно дерьмовая деталь. Но если он останется здесь, то так и будет вечно слушать этот наставнический тон, эти бесконечные: «Ты же понимаешь, что это серьёзно, Питер.» , «Ты несёшь ответственность, Питер.» и «Ты только что случайно снёс мне селезёнку, Питер.» – Он точно не станет это терпеть. Мозг мгновенно подсказал ему тысяча способов, как сбежать. Паркер был мастером побега, ну, как и все подростки, которых по-настоящему никто не хотел в своё время держать. Мальчишка медленно поднялся с кровати, как если бы весь дом следил за его движениями. Все эти сверкающие плазменные экраны, высокотехнологичные игрушки Тони и эта невозможная тишина – будто знали, что он готов на что-то большее, чем просто сидеть и разглядывать свои пальцы. Сначала Паркер начал осматриваться и в моменте в его голове вспомнилась фраза: «Я не в желании держать тебя тут против твоей воли.» – Супер! Он направился к двери, уже потянулся к ручке и сжал ее. Не поддалась. Заперто. – Ну конечно, Старк. – мысленно выругался Питер, отступая назад. как вообще он мог подумать, что Тони даст ему выбор? Что он реально не захочет держать его здесь, а поэтому оставит настолько лёгкую лазейку для побега. это же Тони, чёртов, Старк. Он, наверное, и холодильник в доме на ночной режим блокирует. Парень начал осматриваться и, конечно, окно! Мгновенно в голове пронеслось тысяча планов побега, и девятьсот девяносто девять из них, конечно, заканчивались чем-то вроде: «А после меня хватает Старк со своим железным костюмом и держит в своем подвале.» Но один был рабочим. Он встал на подоконник и почувствовал, как воздух касается его лица. Это было похоже на момент из фильма. Стойка, как у супергероя. Питер уже начал представлять, как аккуратно скользит по поверхности стен особняка Старка, а затем срывающимся вниз, в свободное падение. Пусть все эти мысли были всё равно чем-то бессмысленным и на грани фантастики, в голове это выглядело очень даже хорошо. Тот все думал как бы это провернуть. Разглядывал всё, что есть, вплоть до своей кожи, ну, а в вдруг? А ведь реально, вдруг. Его внимание привлекли пальцы. В обычном свете они казались такими же, как всегда тонкие, чуть покрасневшие от того, что он бессознательно тёр ладонь, когда нервничал, но стоило наклонить руку под другим углом, как на коже становились заметны мельчайшие шипы. Они были невидимыми почти. Если бы он не знал, что искать, то, возможно, так бы и не заметил, но теперь он видел: Маленькие, еле ощутимые иголочки, словно крошечные крючки, выходили из-под кожи и снова втягивались. – Я что, реально паук?! а это ведь и вправду на грани фантастики! так, дело за малым. Второй этаж.. для обычного человека это значительная высота, но для него.. возможно, это будет просто прогулка. – Окей, это либо сработает, либо я разобьюсь. Он шагнул на подоконник и, прежде чем мозг начал паниковать, поставил руку на стену снаружи. Держится. блять, серьезно? Следующий в ход пойдут ноги. Паркер наконец нашел в себе силы и храбрость для того, чтобы высунуть ногу и хотя бы попробовать это. – Твою мать, это так клёво! у меня должно получиться. – говорил себе парень как бы утешая. Сделал второй шаг, потом третий, и тогда вдруг почувствовал, как напряжение нарастает. Но тут он услышал этот голос. голос, который так привык слышать и который в последнее время доставал его всё больше, чем обычно. Это был не просто голос. Это был Тони Старк. – Ты серьёзно, Питер? Парень застыл. Очень медленно, с той грацией, с какой кот поворачивает голову после того, как его заметили за кражей еды. Он поднял взгляд. Тони стоял сверху скрестив руки, неподалеку оттуда, где Питер собирался совершить свой мега побег. Лицо у него было такое, словно он только что увидел, как школьник пытался убежать с уроков через вентиляцию. – Ти севьезно, Питель. – с таким же невозмутимым тоном пробормотал в ответ подросток. – Собираешься в игры играть? – Вы водите! – позитивно прокричал Паркер и, уже уверенно начал ползать по этой поверхности. Все это ощущалось так, будто он был рожден для этого. Чувствовался лёгкий ветер, что откидывал его волосы назад, лучи солнца падали на его лицо и, тогда он подумал, разве пауком быть настолько плохо, как он представлял все в своей голове? Мужчина смотрел на это представление с таким выражением лица, будто не знал, смеяться ему или разочарованно вздыхать. Питер Паркер, гордый обладатель паучьих способностей, с восторгом ползал по стенам его чертового особняка, будто это была детская площадка. Да еще и с невероятно самодовольным видом. — Пятница, — произнес Старк, даже не отводя взгляда от мальчишки. — Дай мне костюм. — Конечно, босс, — проговорил голос искусственного интеллекта. Раздалось характерное металлическое жужжание, и спустя мгновение на Тони наложилась его броня, скрывая выражение лица за гладким красно-золотым шлемом. Он даже не пытался сделать это драматично — Питер был слишком увлечен собственными акробатическими трюками, чтобы оценить зрелище. — Ты понимаешь, насколько глупо это выглядит со стороны? — голос старшего теперь доносился с характерной электронной вибрацией. — Эй! — возмутился Паркер, не останавливаясь. Парень теперь почти уже горизонтально передвигался по стене, его движения становились все более увереннее. — Это потрясающе! Я буквально прилип к стене, как.. ну, как паук! Я же говорил, что это сработает! — Да-да, великие открытия двадцать первого века. Исторический момент. Питер не обращал на него внимания, слишком наслаждаясь ощущением свободы. Он уже подбирался к самому краю стены, готовый сделать свой первый прыжок на соседнее здание, конечно, это была глупая идея, конечно, он понятия не имел, как работает его тело, но адреналин бурлил в крови и он не мог устоять перед возможностью попробовать что-то новое. — Ладно, мне надоело на это смотреть. Тони нажал на кнопку что установлена в области запястья, а после наблюдал как одна из скрытых устройств в участке его особняка пускает электромагнитный импульс. Он понимал, что мальчик не сможет его заметить, пока не почувствует эффект. Паркер услышал звук раскалившегося репульсора, но осознать, что произошло, он успел только в тот момент, когда его тело вдруг стало слишком тяжёлым. — Хэй, что за черт?! – Попался. – сказал мужчина, сразу подхватив паучка как тот начал падать от резких упадков сил, – Пятница, можешь выключать. – Слушаюсь, сэр. — Нет, нет, нет!! — мальчишка замахал руками, пытаясь выбраться, — Я только начал привыкать! — Ой, ты хотел ещё побаловаться с тем, что тебе в целом запрещается использовать без моего просмотра? Извини, но ты сейчас явно не в том состоянии. Питер, конечно, попробовал сопротивляться. Его инстинкты сработали, и он попытался уцепиться за броню Старка своими паучьими шипами. На секунду показалось, что это сработает — кончики пальцев действительно сцепились с гладкой поверхностью костюма, но затем Тони просто сделал резкое движение рукой, заставляя парня потерять хватку и развернуться в воздухе так, что он теперь повис вниз головой, беспомощно болтая ногами. — Чувствуешь себя героем? — Выпустите меня! — Знаешь, мне, конечно, нравится наблюдать за подростками, которые находят свою внутреннюю силу, — задумчиво произнес Старк, медленно снижаясь обратно к земле, все еще держа Питера. — Но мне почему-то кажется, что ты еще не совсем разобрался, как это работает. Паук, наконец, ухватился за шанс. Он резко дернулся, используя все свои новые рефлексы, и, к своему удивлению, смог вывернуться из хватки мужчины, приземлившись на ноги. — Ха! — гордо воскликнул он. Тони молча смотрел на него несколько секунд. — Отлично, — наконец сказал, — Теперь попробуй сделать то же самое в воздухе, когда летишь вниз с небоскреба. Питер открыл рот, но не нашел, что сказать. — Вот и я о том же, — заключил старший, складывая руки на груди, — Поэтому, будь добр, больше никаких экспериментов без моего присутствия. – Ладно. — Ладно? — Ладно, мистер Старк, — скривился Паркер, подражая его тону. — Так-то правильнее, — усмехнулся Старк, — А теперь марш обратно в здание, пока я не закрыл тебя в каком-нибудь контейнере. Питер, бормоча что-то себе под нос, направился обратно в особняк, но, разумеется, на прощание не удержался и прокомментировал: – Вы просто завидуете, что у вас нет таких способностей. Тони остановился. — Повтори-ка? Питер сделал шаг назад. — Мм.. ничего. Старк молча наблюдал за тем, как Паркер, неразборчиво что-то говоря, направился к входу в особняк. Мальчишка шёл, нарочито волоча ноги, словно пытаясь показать всем своим видом, как несправедливо с ним обошлись. Старк закатил глаза. — Можешь не изображать жертву, Пит, — лениво проговорил он, следуя за парнем. — Если бы я действительно хотел, чтобы тебе было плохо, я бы оставил тебя болтаться вниз головой минут на десять. Питер сказал что-то непонятное, но спорить не стал. Дверь в особняк открылась автоматически, сканируя их личности, и они вошли внутрь. Привычный стерильный воздух, наполненный лёгким ароматом дорогого кофе и машинного масла, тут же окутал парня. Всё в этом месте буквально кричало: «Я – дом Тони Старка». Как только за ними плавно закрылась дверь, Старк небрежным движением снял шлем и бросил его на ближайший стол. Затем повернулся к Паркеру, скрестив руки. — Итак, паучок, пора перестать вести себя как ребёнок и заняться чем-то полезным. Паркер прищурился. — А что, можно было вести себя как ребёнок? Мне казалось, что я тут с первой минуты обязан быть сверхответственным, не совершать ошибок и лучше бы сразу сдал кровь на исследования. Тони усмехнулся. — Прекрасно, что ты сам заговорил об этом. Питер на секунду завис. — Подождите, что? Старк развернулся и, не удосужившись объяснять, направился вглубь особняка. Питер немного замешкался, но поспешил за ним. — Эй, мистер Старк, шутки шутками, но вы же не собираетесь реально брать у меня кровь, верно? — мальчик нервно усмехнулся, но что-то в холодном блеске глаз Тони заставило его чуть замедлить шаг. — Скажем так, сегодня у нас научный день. — голос его был предельно серьёзен, но губы дёрнулись в сдержанной усмешке. — Пора выяснить, насколько далеко зашли твои способности. Они подошли к скрытой двери в полу — той самой, которую Паркер прежде замечал только мельком. Старк провёл ладонью по сенсорной панели, и с тихим шипением металлическая плита сдвинулась, открывая проход вниз. Питер сглотнул. — Если бы я был персонажем хоррор-фильма, то сейчас самое время развернуться и убежать. — Внутрь. — бросил мужчина и первым спустился вниз. Паркер вздохнул и, мысленно простившись со своей спокойной жизнью, последовал за ним. Погружаться в подвал Тони Старка занятие не для слабонервных. Это не просто мрачное помещение, пропахшее пылью и маслом, где грустные лампы освещают полки с ненужным хламом, а вполне себе высокотехнологичный, стерильный, пугающе функциональный лабораторный комплекс, где, скорее всего, каждый шаг фиксируется сотнями датчиков, а любой чих уже внесён в базу данных искусственного интеллекта. Питер, едва войдя внутрь, почувствовал, как по его коже пробежались мурашки не от холода, нет, скорее от осознания, что он находится в месте, где создаются вещи, способные, как минимум, отправить его в стратосферу, а как максимум стереть с лица земли. Он нервно оглянулся на Тони, но тот был спокоен, как удав, и не торопился выдавать никаких объяснений. Вдруг старший вытянул руку, нажал несколько кнопок на небольшом пульте, и с тихим металлическим шипением панель в груди его костюма слегка раскрылась. Изнутри выскользнула пара тонких проводов, постепенно отсоединяясь от его тела. Костюм, словно живой, начал скользить вниз, обнажая его грудь и плечи, демонстрируя физическую силу, скрытую под тяжёлыми слоями брони. Каждый элемент, каждый болт и замок, которые он сам проектировал, сам адаптировал, теперь срабатывали, чтобы освободить его от его железной оболочки. Когда металлические части начали отставать от тела, Тони чувствовал почти физическое облегчение. Система анимации костюма отключалась, и в тишине подвала оставались лишь лёгкие звуки от его дыхания и шорох тяжелых пластин, оседавших на полу. Паркер смотря на это, чуть ли не открывая рот удивляется, делая осторожный шаг вперёд и наблюдая, как вокруг него оживают десятки сенсоров. Стены подвала вдруг становятся живыми они сканируют его с ног до головы, подсвечивая участки кожи, измеряя температуру, пульс, даже уровень адреналина. – Охренеть.. Лаборатория была тиха, за исключением мягкого жужжания приборов. Питер стоял перед Старком, чувствуя, как его взгляд весомо скользит по нему. Тони, сосредоточенно осматривая показатели на экране, неожиданно поднял взгляд и, не проронив ни слова, подошёл к Паркеру. – Не пугайся, Пит. – с довольно пугающим тоном произнес мужчина. Питер бросает на него возмущённый взгляд, который полон вопросов, но Тони уже не обращает на него внимание. Он переключает изображения, увеличивает, вчитывается в данные, пока наконец не хмыкает и оборачивается к парню. Старк начал двигаться вокруг, подготавливая оборудование, но когда мужчина подошёл ближе и взглянул на него с более пристальным интересом, парень ощутил, как его лицо вдруг стало горячим. Филантроп сделал шаг вперед, слегка приподнял края его футболки, чтобы рассмотреть живот. Паркер замер и его сердце пропустило несколько ударов. Прикосновение было удивительно легким, почти невесомым, но это ощущение казалось настолько близким и личным. Пальцы Тони, не спеша, скользнули по его коже, и кудрявый не мог не заметить, как это прикосновение было деликатным, даже нежным.. романтичным. — Питер, — обратился старший, проверяя на приборе несколько показателей. — Ты в порядке? Питер вздрогнул, не ожидая, что его снова будут так внимательно осматривать, но уже не тем взглядом. Он кивнул, но этого было недостаточно, чтобы скрыть нервозность, которая сжимала его грудную клетку. Его ладони стали влажными, а сердце колотилось с такой силой, что казалось, оно сейчас вырвется из груди. Старк заметил его реакцию. Он был строг, его лицо не выражало ни малейшей мягкости. — Ты что, парень? Дыхание сбивается, температура не та, а твоя кожа словно горит. он вернул свои руки на футболку Паркера, чтобы слегка приподнять её, делая это медленно, почти как бы проверяя, что скрывает его тело. Прикосновения крепких рук Старка, что будто скользят по телу младшего – начинают обретать совсем другой смысл. Тони аккуратно проводит кистью руку Питера, а после так же плавно спускается к уже слегка оголённому животу. – Сними футболку. – Что? – Сними футболку, пит. Он снова приближает одну из голограмм, и Питер видит перед собой собственное тело, точнее, его внутренности скан в режиме реального времени показывает систему кровообращения, мускулатуру, даже нервные импульсы, пробегающие вдоль позвоночника. Мужчина делает вид, будто это все ничего не значит. Питер почувствовал, как в его груди зарождается странное беспокойство, это было не просто исследование. Он не мог объяснить почему, даже найти нужные слова, но в тот момент, при этом нежном и осторожном прикосновении, его память неожиданно вернулась к чему-то давно забытом. Сгусток тягучего страха, в его голове вспыхнули образы, давно похороненные воспоминания его когда-то дяди, который когда-то тоже подходил так близко, с этим взглядом и холодной рукой. Он вспомнил, как тот поднимал его футболку, как всегда прикосновения становились всё более настойчивыми и жесткими, как они не оставляли места для выбора. – Сними одежду, не заставляй меня ждать. Все началось с того, как однажды Квентин, ещё в детстве, был небрежно ласков с ним, но в этих касаниях скрывалась угроза, с каждым разом она становилась сильнее. Дядя иногда держал его так, как будто он был игрушкой. Иногда Квентин звал его в комнату, чтобы "поговорить", но Питер знал, что эти разговоры всегда заканчивались чем-то другим. Ощущение рук, которые касались его кожи, терзали его, всплывая в памяти, и Паркер не мог сдержать сильное беспокойство, которое накатывало на него с новой силой. – Ты что.. – Вдруг Старк понял, – Твою мать, я не это имел ввиду. Мне нужно посмотреть в какой форме твои мышцы! – произносит Тони и, как-то небрежно начинает все больше подходить к мальчику, думая, что это смягчит ситуацию, – Если ты позволишь? «Мистер Старк другой.» – повторял себе Питер снова и снова, но перед своими глазами он увидел лишь того, кто испортил ему жизнь. Пьяного, похотливого, влюбленного и агрессивного. Бэка. Который хотел только одного. Не свою жену, не желание попытаться быть хорошим отцом, не жалость к маленькому ребенку перед собой. – Сними ради папы. Паркер инстинктивно дернулся, отстранившись от Тони, когда тот приподнял его верхнюю одежду чуть выше, оставляя его тело полностью под его контролем. — Перестаньте! — резко сказал он. Его голос был пронзительным и наполнен тревогой. Тело было напряжено, он пытался отойти, но ноги словно не слушались. «Перестаньте.» – обращался он к мистеру Бэку так же. Но его не слышали. Его сопротивление только больше провоцировало Квентина взять Паркера силой, ведь дядя никогда не терпел отказов. – Паркер, кто главный в этом гребанном доме? Вопрос висел в воздухе, как тяжёлое облако, затмевшее всё остальное. Ответ был очевиден, но от этого не становилось легче. Он знал, кто в действительности был главой этого дома — тётя Мэй, его мертвые родители, его мертвый дядя Бен. В конце концов, он сам бы стал главным, когда достигнет совершеннолетия. Но все эти мысли — ложь и неверные ответы. Истинный ответ был проще. Питер знал, как правильно отвечать. – Вы, – его голос звучал глухо, с каким-то обескровленным отчаянием, – Вы главный. – Так почему ты, чёртов ублюдок, меня, блять, не слушаешь? – его слова разрывали тишину, как остриё ножа, и Питер на мгновение почувствовал, как в его груди что-то обрывается. – Простите, – выдавил мальчик, голос был едва заметен, будто все силы, которые были, ушли с последними словами. Он искренне надеялся, что этим всё закончится, что это худшее, что с ним случится сегодня. – Ты знаешь, как нужно просить прощение, – Бэк дал паузу, как если бы собирался насладиться своим превосходством, прежде чем выплюнуть следующее. Питер знал, что это только начало, с ним всегда было так. Мальчик всегда предпочитал чтобы его избили, засунули в рот бутылку с алкоголем, тушили об него сигареты, но лишь бы не это. – Паркер, блять, что случилось? – громко спрашивает Старк. Питер не мог ответить. Не хотел. Он чувствовал, как его тело снова напрягается, пытаясь убежать от того, что происходило. Дыхание становилось всё более прерывистым, а мысли метались в панике. Он не знал, как вернуть себя обратно в реальность, как вернуть уверенность в своем теле, когда оно словно перестало ему подчиняться. – Пожалуйста, спокойнее. — уже шепчет мужчина, пытаясь взять контроль под себя. Его голос был настойчивым, но в нем чувствовалась растерянность. – Это не ваше дело. – хотел бы Питер звучать уверенно, но из уверенности у него не осталось ничего. Голос предательски дрожал. «Мистер Старк тоже такой же?» – «Ему нужно одно.» Когда Паркер отстранился, его ноги начали подкашиваться, а реакция была настолько явной и болезненной, что Тони понял: Что-то не так. Он всегда был человеком, который чувствует, когда что-то выходит из-под контроля, но даже для него это было нечто неожиданное. Он заметил, как Питер словно потерял связь с реальностью, как его дыхание сбивалось, а глаза становились пустыми. Это был не просто панический страх, это было что-то гораздо глубже. Очень хрупкое. Старший сделал шаг назад, чтобы дать парню пространство. Он попытался собраться с мыслями, но его собственная растерянность была очевидной. Тони мгновенно понял, что причинил Паркеру боль, которую не имел намерения нанести. Конечно, он был сосредоточен на его теле, но не знал, что именно могло вызвать такую реакцию. «Что я сделал?» Это не было связано с его привычным научным любопытством. Все теоретические выкладки, в которых он чувствовал себя мастером, тут же обрушились, как карточный домик. С этим не было никакой науки, ни приборов, ни логики. В этих мгновениях Тони почувствовал себя абсолютно беспомощным. «Черт возьми, Старк, ты что, совсем с ума сошел?» – разумеется, вслух этого говорить не стал. Нервничать перед подростком, который и так пребывал на грани чего-то ужасающего, было не лучшей идеей. – Питер, – сказал он и сделал шаг назад, пытаясь сохранить хотя бы видимость контроля. Рука, что раньше стремилась изучить мускулатуру, теперь опустилась, чтобы не нарушать этот хрупкий момент. «Прекрати быть кретином. Ты что, хочешь, чтобы он ушел от тебя?» – мысль пронеслась в голове, и Тони поспешил сменить тактику. – Пит, послушай меня. Я не собирался вредить. Он посмотрел на руки Питера и то, как сильно он сжимает кулаки, как его дыхание сбивается. Старк аккуратно притронулся плеча мальчика, всем своим видом пытаясь доказать то, что не собирается продолжать в этом духе. Мужчина понимал, что извинения это не просто слова. Старк должен был вернуть Питера обратно в реальность. Не словом, а делом. Но с каждой секундой ему становилось всё сложнее оставаться спокойным. – Со мной ты в безопасности. Питер сглотнул. Он слышал Тони, понимал смысл его слов, но тело словно не желало подчиняться. Мышцы застыли в напряжённой готовности либо броситься вперёд, либо убежать. Он не мог заставить себя сделать нормальный вдох и не понимал, когда всё зашло так далеко. Старк что-то говорил. Голос у него был приглушённый, но слова Питер улавливал — отдельные фрагменты фраз прорывались сквозь гул крови в висках. Но смысл.. смысл не доходил сразу. Старк наблюдал за ним, и впервые за долгое время почувствовал что-то похожее на страх. Не за себя, разумеется. За него. — Пит, — голос прозвучал мягко, но без излишней нежности. Это было бы неправильно. Паркер резко вдохнул, грудь вздыбилась, словно он только что вынырнул из-под воды. Взгляд дёрнулся в сторону Старка — настороженный, сбитый, совершенно потерянный. Тони сделал шаг назад. Поднял руки ладонями вверх, показывая, что не будет ничего делать, не будет приближаться, не будет давить. — Я идиот, — ровно сказал он, будто просто констатировал факт. — И, кажется, официально получил премию за худшую идею в этом месяце. А учитывая, что в понедельник я чуть не взорвал лабораторию, ты представляешь, какой это уровень? Питер не ответил. Но он моргнул. И тони почувствовал, как едва заметно ослабло напряжение в его плечах. Он посмотрел на него, затем на свои дрожащие руки и тут же спрятал их в карманы. Старк не спешил. Не давил. Просто ждал. — Вы.. — голос его был тихий, хриплый. Тони вскинул бровь, выжидая. Подросток шумно выдохнул сквозь нос, тряхнул головой, будто пытаясь прогнать навязчивые мысли. — Я мудак? Да, не смогу отрицать. Паркер в ответ коротко, беззвучно рассмеялся, но глаза остались напряжёнными. — Вы не знаете. — Теперь знаю. Спустя минуту, когда дыхание парня немного выровнялось, Тони осторожно спросил: — Хочешь поговорить? Питер хмыкнул — сухо, без эмоций: — А вы хотите получить в лицо? Старк вздохнул. — Нет. Хотя это было бы честно. — Мне нужно.. — он осёкся, не зная, как закончить. – Выйти? Подышать? Продолжить сидеть тут, будто ничего из произошедшего не было? — Третий вариант звучит особенно заманчиво. — Давай так, — Старк качнул головой в сторону выхода, — Ты идёшь наверх. Пьёшь воду, ешь что-нибудь сладкое и валяешься на диване. Не потому, что я тебе это приказываю, а потому что ты выглядишь так, будто тебя ударило током. — А вы? — А я пока попробую не чувствовать себя ублюдком. Старк дождался, пока Питер отведет свой взгляд, и только после этого позволил себе закрыть глаза и провести ладонями по лицу. Чёрт. Он только что едва не разрушил то немногое доверие, которое у них было. И не был уверен, что вообще имеет право пытаться это исправить. – Я не согласен. Тяжёлое молчание повисло в лаборатории, будто пространство сжалось, оставляя их наедине с разорванными мыслями Питера. Он стоял, опустив голову, тяжело дыша, а Старк наблюдал, давая ему время. В конце концов Паркер заговорил вновь. — Не говорите никому. Тони слегка качнул головой, не отрывая взгляда. — Разумеется. Парень кивнул, будто подтверждая сделку, но его губы всё ещё были плотно сжаты. Он не знал, почему сказал это именно мистеру Старку. Почему позволил себе сломаться перед ним. Почему тот не стал отмахиваться, переводя всё в шутку, а вместо этого просто остался рядом. Но, возможно, так было правильно. — Это было глупо, — тихо пробормотал он. — Скажем так, не самая удачная реакция на предложение снять футболку. Паркер фыркнул, но даже ему было ясно, что шутка не зашла. Старк потер шею, затем хмыкнул и прислонился к ближайшему столу. В его глазах не было привычной насмешки или самодовольного блеска — только оценивающий, слишком внимательный взгляд. — Пит, — осторожно начал он, будто пробовал почву. — Я не собираюсь лезть в твои дела. Я не твой психотерапевт. Не твой отец и точно не тот человек, который будет за тобой бегать с вопросами: «Ну давай, расскажи, что тебя так долбануло». Питер затаил дыхание. — Но если ты когда-нибудь захочешь поговорить об этом — я здесь. Мальчик прикусил внутреннюю сторону щеки. Не хотел, чтобы эта слабость осталась на его лице, но что-то в голосе Старка заставляло его стискивать зубы ещё сильнее. Паркер вспомнил те слова в машине от Тони: «Думаешь, я стану помогать тебе просто так?» – чёрт. — Это не так просто. — Серьёзно? Я, блять, гений, миллиардер, плейбой, филантроп. Давай, удиви меня сложностью. Ре начал неловко мять края своей футболки, а после медленно выдохнул, провёл рукой по лицу и устало посмотрел на Тони. — Вам правда не стоило это видеть. — Ну, я не выбирал, но раз уж увидел, то не стану делать вид, будто ничего не произошло. — Мне нужно немного времени. — Сколько хочешь.