последний звонок

      

23:59

             Смерть сама по себе не ощущается. Мы её раскрашиваем пустотой, обводим чернотой, посыпаем костным порошком. Она не страшная на деле.       Она даже не объект. Она не составляет живое. И тем более не остаëтся в неживом.       Она не часть мира, но она часть бытия. Вечно изменяющегося и движущегося.       Смерть амбивалентна. Она об инь и ян, о грехе и вере, о пространстве и тишине, о потоке и молчании.       Смерть не есть боль.       Боль тоже амбивалентна. Но она принадлежит бытию. Бытие рядом с верой. Рядом с осознанностью. Но надо же, самость и бессознательное — вне времени. Вне строения.       Зачем жить, если итог один?       Глупо, если честно. Зачем тогда дышать каждую минуту? Чтобы обновлять кислород, чтобы в каждой ячейке [клетке] оставалась жизнь.       Зачем дышать, если в итоге тело останется бездыханным грузом на земле?       Есть ли истина? Вообще. Апостериорное заключение. Какой-то закон и порядок.       Хаос есть порядок, но что им движет?       Логос? Бог? Вечная сила равновесия? Иной демиург?       Кто сидел за гончарным кругом? Кто искал умиротворения своей душе? Нашел ли?       Смерть ведь присуща всему сущему.       Но откуда она есть? Где её начало?       Человек живёт, чтобы в итоге умереть. Может такова его цель? Изначально. Существовать ради смерти. Отдать ей дань в виде памяти и продолжения рода.       Человек несёт в себе энергию, переставляет атомы, движет примитивной материей. Идеальный проводник. Но настолько натуральный, что пригоден всего столетие. В среднем конечно.       Порог смерти, на который натыкаешься нечаянно. Настолько, что даже не заметишь.       А ведь стоит ступить на какой-то путь. Шагнуть левой, а не правой. Вздохнуть особенно скучающе. Пересесть с места на место. Шевельнуть как-то не так шеей. Дернуть рукой. Оступиться. Поскользнуться. Выпасть. Пропасть…       

07:57

             Бомгю проснулся раньше будильника. Почистил зубы. Разбудил Ëнджуна. Поплёлся на кухню, чтобы приготовить им обоим завтрак.       Относительно спокойное утро. Ничего нового, всë как обычно.       В ланч-бокс укладываются брокколи и рис с кукурузой. Бомгю целует всё еще сонного парня в коридоре и выходит за дверь.       Погода мягкая. Теплая. Весенняя.       Ему к первой. Ëнджуну к третьей. У Ëнджуна одна пара. У Бомгю их пять.       На второй паре по универу проходится сирена. Она глушит голос преподавателя и оказывается не ложной.       — Хорошо хоть, что погода теплая, — мурчит одногруппница под боком. Она нос веснушчатый под солнечные лучи подставила и улыбается счастливо. Словно…       Словно само понятие смерти совсем её не пугает.       Словно сейчас в десятках метрах от неё не находятся несколько групп сапёров и других служащих.       Словно смерть совсем не рядом, не щекочет шею, не тычет костлявыми пальцами в рёбра, не лижет беснующееся сердце.       Подозрительные предметы оказываются вывезены с территории университета оперативно.       По его телу не бегут мурашки, когда все студенты идут обратно в университет. Отсиживать пары.       — Осторожно, двери закрываются.       Металлический голос подземного поезда звучит привычно. Бомгю лбом утыкается в стекло двери и смотрит на неизменную серость тоннеля.       По вагону пробегается волна шума.       Бомгю думает о том, что всë имеет определённую закономерность. Вообще всё. Весь мир построен на закономерности.       Женский крик-визг, плач ребенка, резкое торможение всего состава.       Бомгю выуживает телефон из кармана. Смотрит на время.       

20:49

             А ведь он обычно в это время дома. Если бы поехал на автобусе, был бы дома. Но он зашел за книгой, а от магазина было ближе уже и до метро.       Суматоха начинается настолько шумная, что Бомгю даже оборачивается, чтобы увидеть что всë же происходит.       — Состав заминирован, просим всех не поддаваться панике.       Тоннель — опасное место. Бомгю вдруг набирает Ëнджуна.       Связь не очень. Но сойдëт.       — Ало, я ногти крашу, так что поставил тебя на громкую, если что.       Губы дрогнули в улыбке. Глаза скрыли мир от мозга. Бомгю замкнул себя, оставил в моменте.       — Как думаешь, увеличивается ли вероятность случая, если предупреждение о нём было дано не раз за краткий промежуток времени?       — Плохо понял, но не думаю. Разве это логично? Случай на то и случай, что каждый раз значение на костях разное.       Бомгю в трубку мычит.       Если смерть преследует, можно ли от неё отвертеться? Можно ли прямо перед её лицом развернуться и сбежать? Можно ли-?       — Ëнджун-а, я тебя люблю.       — И я, Бо-       

20:53

             Взрыв. Ëнджун почти глохнет.       Сам номер становится недоступен.       

23:59

             Смерть зевает. Моргает пустыми глазницами.              Костлявая кисть кидает кости.             

08:00

             Бомгю просыпается вместе с будильником.