Embargo

┈───ᗊ───┈

Едва вставшее солнце приятно грело через окна спальни. По оголённым плечам прошлось тепло, а в закрытые глаза начали бесцеремонно светить яркие лучи, заставляя альфу невольно поморщиться. Он повернулся на другой бок и по обыкновению увидел возле себя мирно спящего омегу. Вчера Тэмин вновь отказался уходить к себе, упрашивая разрешить ему остаться. Его светлые пряди были разбросаны по подушке, а тёмные ресницы едва заметно подрагивали от тревожных снов. Тэхён смотрел на него пару минут, пытаясь отыскать в этих чертах хоть что-то, что вызывало бы в нём чувства большие, чем есть. Он уважал его и ценил его преданность, ведь за пять лет их «отношений» Тэмин ни разу не дал повода усомниться в нем. Он бежал на помощь к своему альфе по первому зову, терпеливо ждал его со всех опасных вылазок, ночами не смыкая глаз, ложился под него по щелчку пальцев и делал в постели всё, чего пожелает его душа. Тэхёну было стыдно не любить Тэмина. Он бы хотел дарить ему искреннее тепло и заботу, хотел бы с интересом слушать о его проблемах и мыслях, хотел бы сам просить его остаться на ночь, а не соглашаться на его просьбы. Хотел бы, но не мог. Размышления прервал громкий хлопок входной двери и звук топота по всему его небольшому, но уютному дому. — Тэхён! Это я! Мы идём стрелять? — Чонгук ворвался в его спальню, как ураган, желая как можно скорее отыскать альфу. В свои одиннадцать он был уже достаточно рослым и талантливым в боевых искусствах юным альфой. Намджун серьёзно обеспокоился рвением сына к владению оружием и разного вида боям, но Тэхён успокоил его, сказав, что всему научит мальчика так, чтобы тот из любой схватки выходил без единой царапины. Только после этого отец позволил Чонгуку заняться стрельбой, взяв с Тэхёна обещание подойти к обучению серьёзно. К тому же он надеялся, что за пару лет до взросления Чонгук перегорит и не захочет принимать участие в опасных вылазках наружу. Намджун ему и не позволил бы. — Ой, простите, я думал… ты один, — Чонгук с порозовевшими от стыда щеками смотрел на полуобнажённого Тэмина, которого разбудили его крики. — Стучаться не пробовал? — омега задал вопрос так ядовито, что ребёнок, судя по виду, желал сгореть со стыда. Он поспешил выйти, но Тэхён остановил его. — Стой, кролик. Дай мне двадцать минут, разомнись пока на улице, как я учил. Чонгук быстро закивал и вышел из комнаты, округлив свои огромные чёрные глаза от навалившейся печали и позора. Тэмин же развалился на подушке, сонно потягиваясь, будто ничего не произошло. — Помягче нельзя с ним было? — Тэхён был зол, но старался говорить спокойно. Он реагировал чрезвычайно болезненно, когда кто-то обижал кролика. Тэмин позволил себе подобное высказывание впервые. — Только потому, что он сын главнокомандующего? Почему он решил, что может врываться в наш дом, когда… — Мой дом. Это мой дом, Тэмин. И нет, не потому, что он сын Намджуна, а потому, что он, блять, ребёнок! Тэмин округлил глаза от испуга, когда Тэхён повысил голос. Он никогда так не делал. Был отстранённым, холодным, молчаливым, но не агрессивным.  — Тэхён, я не… — Уходи. — Да что с тобой такое?  — Уходи, Тэмин. Я не шучу. Омега с оскорблённым видом подскочил с кровати и начал одеваться, пока Тэхён незаинтересованно смотрел на него. В какой-то момент Тэмин швырнул одежду, сполз на пол и заплакал, прижимая ладони к лицу. — Пять лет. Пять лет я жду, чтобы ты хоть раз посмотрел на меня другими глазами. Чтобы хоть раз спросил, как у меня дела, как я себя чувствую. Все в поселении давно нашли себе пары, живут, строят семьи, рожают детей. А ты мне ночевать у себя позволяешь раз в неделю — после того как полночи трахаешь без единого нежного поцелуя. Чем я это заслужил? Он был близок к истерике, когда высказывал всё, что так долго копилось внутри. Подняв покрасневшие глаза на альфу, он не встретил ничего, кроме отстранённого взгляда куда-то в стену. Он встал с кровати и прошёл мимо омеги, задержавшись лишь на секунду в проёме входной двери. — Значит, тебе стоит создать семью и родить детей с кем-то другим, Тэмин.

┈───ᗊ───┈

Спустя некоторое время Тэхён вышел на поляну, которую они с Чонгуком выбрали для ежедневных тренировок. Это было отдалённое место, откуда звуки тренировочных выстрелов не будут пугать людей. Чонгук учился стрелять холостыми патронами, так как настоящие в лагере были на вес золота, к тому же давать их в руки ребёнку было бы полным сумасшествием. На вылазках удавалось отыскать чуть больше, но везло не всегда. Порой они тратили гораздо больше на отстрел тварей, чем в итоге находили. Альфа увидел Чонгука, внимательно рассматривающего что-то в траве. Главной проблемой кролика была его чрезвычайная невнимательность, его могли отвлечь самые незначительные вещи. Тэхён учитывал юный возраст своего подопечного, но тем не менее был довольно строг с ним, как с ним был когда-то строг его отец, обучивший его всему, что тот передавал сейчас Чонгуку. — Ким Чонгук! Почему не на разминке? Мальчик дёрнулся от испуга, резко развернувшись к пришедшему наставнику. Тэхён заметил в глазах того слёзы, он заметался, что-то усиленно пряча. — Прости, прости… Я сейчас… — Чонгук аккуратно держал что-то в руках, поднимаясь с колен, с ужасом хлопая бегающими глазами. — Ты чего? Что там у тебя? — Тэхён подошёл к нему, положив руку на худое плечо в успокаивающем жесте, обеспокоенно заглядывая в побледневшее лицо. — Я разминался, бегал и… Вот, — он приоткрыл ладошку, и альфа увидел в ней еле живую бабочку с поломанными крыльями. — Я наступил на неё, Тэхён. Чонгук разрыдался, со стыдом пряча лицо и всё ещё трепетно держа в ладошке живое существо, которое погибнет по его вине.  Тэхёну было знакомо это чувство. Пусть у Чонгука это — всего лишь бабочка, у Тэхёна же это был человек, но пронзающее до боли чувство вины ему знакомо как никому другому. Сердце разрывалось при виде такого Чонгука, но жизненный урок преподать было необходимо. Он присел перед ребёнком, выдыхая и пытаясь подобрать слова. — Кролик, помнишь, что ты пообещал мне когда-то давно? Быть сильным. Ты сильный? Мальчик закивал, пытаясь проглотить рыдания, так и рвущиеся наружу. — Сильным людям иногда приходится принимать тяжёлые решения. Ты понимаешь, о чём я говорю? Чонгук обречённо кивнул, не в силах взглянуть на умиравшее создание. — Ты так делал, да, Тэхён? Ты принимал решения? «Впервые я принял решение для того, чтобы спасти тебя, кролик. И я поступил бы так ещё тысячу раз.» — Да, малыш. К сожалению, мне пришлось этому научиться. А теперь я должен научить этому тебя. Но если ты пока не готов, я могу… — Нет. Я должен помочь ей. Я не хочу, чтобы она страдала. Тэхён смотрел в эти большие глаза. Такого юного и ранимого мальчика, но такого невероятно сильного. Спустя пару секунд и несколько глубоких выдохов Чонгук сжал кулак, избавляя существо от мучений. Этот урок был довольно жестоким для светлого и добродушного ребёнка, но в суровой реальности Тэхён просто не мог позволить ему оставаться таковым. Однажды ему придётся убить. Однажды ему придётся быть безжалостным и жестоким. И он должен быть к этому готов. Чонгук опустился на траву, чтобы спрятать бабочку под камень. Тэхён видел, в каком разбитом состоянии пребывал ребёнок, но никак не мог придумать, чем его порадовать. Кажется, эту маленькую потерю нужно было просто пережить. — Ты как? — он присел около него, стараясь не мучить лишними расспросами, но давая понять, что он рядом. — Хорошо. Всё хорошо. — Чонгук даже улыбнулся в ответ, вновь удивляя своей стойкостью. — У меня пропало настроение тренироваться сегодня, — Тэхён, разумеется, соврал, зная, что упрямый Чонгук не посмеет и заикнуться об отмене занятия. — Пойдём, покажу тебе классное место. Ребёнок заметно воодушевился: — То самое, куда ты вечно уходишь один, когда тебе грустно? Тэхён приподнял одну бровь с нескрываемым удивлением и немым вопросом. — Я не следил за тобой. — Чонгук захихикал и побежал в сторону, чтобы избежать лишних вопросов о такой осведомлённости. — Ну-ка, стой, — старший альфа подскочил и помчался за маленьким шпионом, пока тот с криками и смехом убегал, громко призывая все высшие силы спасти его. К берегу реки они пришли уже медленным шагом, тяжело дыша и всё ещё посмеиваясь. Несколько омег склонились над течением и стирали вещи, приветственно помахав лидеру разведки и сыну главнокомандующего. — Присядем здесь? — альфа указал Чонгуку на излюбленный большой камень прямо у берега. Мальчик плюхнулся рядом с Тэхёном, начав болтать ногами и всматриваться в достаточно быстрое течение. Альфа не отвлекал его, решив подождать, пока тот сам захочет поговорить. Ждать не пришлось слишком долго, и уже через пару минут кролик тихо спросил: — Каким был мир раньше, Тэ? Ты помнишь его? Он поднял глаза на Тэхёна, и альфа вновь не смог сдержать улыбки: эти искренние большие глаза, полные интереса ко всему в мире, никого не могли оставить равнодушным. Тэхён посмотрел на него в ответ, мягко улыбаясь, грустно задумавшись над ответом. — Он был большим и очень ярким. Было много стран, городов, невероятных мест в каждом уголке планеты. Людей была просто куча, в самых популярных точках планеты порой было негде яблоку упасть. Я не любил быть среди людей. Сидел дома, читал книги, мало с кем общался. Теперь многое бы отдал за то, чтобы оказаться в толпе счастливой молодёжи, среди новых лиц. — Я совсем не помню тот мир. Помню только лагерь. — Чонгук грустно выдохнул и вновь начал перебирать пальцами, эта привычка у него была с самого детства. Тэхён вдруг понял, что Чонгук ни разу не покидал лагерь в осознанном возрасте. Поселение всё больше разрасталось и уже походило на целый город, но это всё ещё была клетка, из которой никак не получалось выбраться. — Лучше не помнить его, кролик. Потому что я очень сильно по нему скучаю. Давай просто… постараемся искать плюсы в том, что у нас есть сейчас. Чонгук задумчиво кивнул, по-взрослому переосмысляя сказанное Тэхёном. — Тэмин злится на меня? Альфа положил руку ему на плечо, ладонью потрепав чёрные волосы  на макушке. — Не бери в голову, ладно? — Вы с ним поженитесь? Папа говорит, что тебе пора жениться. Тэхён рассмеялся, давно смирившись с давлением их маленького общества на тех, кто не хотел связывать себя условными брачными узами или заводить детей. — А стоит? Как думаешь? — Тэхён прищурился, ожидая ответ. — Нет. Он не будет тебя отпускать со мной гулять. Не хочу, чтобы ты женился. — Значит, решено! Никакой женитьбы, будем гулять! — они засмеялись, собираясь обратно к поселению, так как уже слишком долго отсутствовали, родители Чонгука могли начать беспокоиться, к тому же у Тэхёна всё ещё были военные обязанности. До поселения шли, обсуждая повседневные темы. Кролик рассказывал о том, как много заданий заставляет делать папа на их импровизированном домашнем обучении, как часто отец приходит домой уставший, но всё равно помогает ему с математикой, как много книжек он прочитал и как он боится, что они скоро закончатся. — Найду тебе много других и принесу, не волнуйся. Книжки не портятся, только от влажности могут. Не успел Чонгук радостно поблагодарить альфу, как они услышали окрик откуда-то сбоку. — Чонгук! Тэхён! Где вы были? — Намджун шёл к ним километровыми шагами, притаптывая траву под собой от усердия, и Тэхён сразу понял: что-то не так. Подойдя, альфа едва взглянул на сына, напряжённо ожидавшего выговора. Но его не произошло. — Чонгук, домой. Тэхён, за мной. Тэхён лишь согласно кивнул в ответ и последовал за лидером, мимолётно подмигнув кролику, чтобы тот не переживал. Альфа не решался задавать вопросы лидеру, пока они не вошли в большое помещение с каменными оголёнными стенами — до ремонта ни у кого сейчас не доходят руки.  — У нас собрание? — Тэхён задал вопрос спокойно, внутренне нервничая, но не желая это показывать. — Да, — короткий ответ на короткий вопрос. Без эмоций. Без объяснений. В стиле этих двоих. За круглым самодельным столом для совещаний сидели по меньшей мере десять человек. Все разом повернули головы с хмурыми лицами, когда вошли два лидера. Опомнившись, быстро встали, приветствуя альф и сохраняя субординацию даже в явно трудный момент. Тэхён оглядел присутствующих. Его отряд в почти полном составе, ответственный за хранение запасов альфа и Чон Хосок, семнадцатилетний сын-омега единственного в поселении врача Чон Хонджуна. Юный и талантливый помощник своего папы. Самого Хонджуна за столом не было, хотя ранее он никогда не посылал на собрания сына. — Теперь, когда все в сборе, можем начать. — Намджун усаживался за стол с видом мрачнее тучи.  Тэхён не общался с Хосоком, всего пару раз обменялся с ним несколькими фразами по поводу пополнения запасов медикаментов, когда не заставал Хонджуна на рабочем месте. Хосок был приятным улыбчивым омегой с ненавязчивым запахом чего-то карамельного, но дружбы Тэхён не заводил даже с самыми милыми людьми. Сейчас Хосок выглядел не так, как всегда. Плечи опущены, от знакомой улыбки на лице ни следа. Глаза бегали из стороны в сторону, будто ведя внутренний спор о чём-то важном. — Как вы знаете, в нашем поселении острая нехватка врачей. В целом, в числе выживших остался только Чон Хонджун, который обучает своего сына всему, чтобы тот смог занять его место. К сожалению, судьба не всегда распоряжается так, как нам хотелось бы, и вчера ночью Хонджуну стало плохо. Хосок сделал вывод, что у него острая почечная недостаточность. Требуется оперативное вмешательство. Тэхён побледнел. Единственный омега в поселении, способный оперировать, сейчас сам остро нуждался в операции. Несправедливая и злая шутка судьбы.  — Но… Как мы это сделаем? — голос подал кто-то из отряда Тэхёна. — Попрошу дослушать меня до конца, — Намджун буквально шипел от раздражения, сжимая кулаки. — Его будет оперировать Хосок. Все в помещении, кажется, на секунду перестали дышать. Тэхён упёрся взглядом в младшего Чона, который выглядел так, будто с минуты на минуту потеряет сознание, но стойко держался. Все понимали — выбора действительно не было. Либо Хосок попробует, либо Хонджун умрёт без шанса на спасение, и поселение останется без врача. — Мы здесь для чего? — Тэхён, наконец, подал голос первым — после того как все погрузились в раздумья. — Разрешение нужно? — Не до смеха, Тэхён, — Намджун бросил на него предостерегающий взгляд. — У нас нет некоторых необходимых медикаментов и инструментов. Операцию не сделать без них. Тэхён усмехнулся, встретив ещё пару неодобрительных взглядов. Плевать. — Напомнить тебе, как я говорил, что медикаментов нужно больше, и как ты утверждал, что всё идеально рассчитано? Кажется, Хонджун теперь так не считает. Тэхён видел, как у Хосока задрожала нижняя губа от этих слов, но он сразу прикусил её, чтобы никто не заметил. Он почувствовал себя виноватым перед омегой, но не мог промолчать. — Смени тон, Тэхён. Не забывай, с кем ты разговариваешь, — Намджун говорил скорее устало, чем агрессивно. — Вылазка была запланирована только через четыре дня, маршрут не предусматривал посещение ни одной больницы. Отправлять вас сегодня без маршрута и подготовки — это… — Верная смерть. И ты это знаешь, — альфа смотрел на него с непроницаемым лицом, кожей ощущая взгляд Хосока на себе. — Я рассмотрел все возможные варианты, Тэхён. Их нет. — Намджун сменил гнев на милость, так надеясь найти поддержку в своём лучшем бойце. — Во-первых, они никуда не пойдут, — Тэхён указал ладонью в сторону своего отряда. — Во-вторых, через пять минут у меня на столе должен лежать список необходимого и примерный маршрут до больницы. Из ближайшей мы всё уже вынесли, поэтому делаем до следующей. Время пошло.  Он встал из-за стола и направился к выходу, не дожидаясь ответа. — Это исключено, Тэхён, ты не пойдёшь туда один. — Пять минут, Намджун. Учись принимать решения.  Массивные армейские ботинки шагнули за дверь, оставив присутствующих в полном недоумении. Намджун запустил пятерню в коротко стриженые волосы, шумно выдыхая, а затем звучно ударил кулаком по столу, заставив всех вздрогнуть. — Работаем. Делайте, что он сказал. Он справится.

┈───ᗊ───┈

Массивная чёрная маска из прочного материала не прикрывала только глаза, устремлённые вперед в молчаливой решимости. Он шёл быстро, за годы вылазок научившись двигаться максимально бесшумно. На широком поясе закреплена кобура с пистолетом, который используется лишь в крайних случаях, чтобы на шум от выстрелов не сбежалось ещё больше тварей. Пистолет был с глушителем, но в полной тишине безлюдной вселенной он всё равно звучал как гром среди ясного неба. За спиной виднелась крепкая рукоять длинной катаны, которая в бою оказывалась гораздо полезнее, так как действовала бесшумно, но наверняка. За годы тренировок Тэхён безупречно овладел всеми имеющимися видами оружия. Забавы ради они иногда устраивали в лагере сражения на мечах, кулачные бои или же бои без всяких правил. Никто и никогда не смог одолеть его. Если, конечно, рисковал поучаствовать, зная, что без пары чернеющих гематом из боя не выберется. Тэхён был безжалостным. Выходя за ворота лагеря, он терял всякий страх, без разбора снося головы монстрам, если те смели подобраться слишком близко. Твари были безобразного, пугающего вида. Густая шерсть, комьями сбившаяся от липкой крови и грязи, торчащие клыки, которые так легко могли разорвать человеческую плоть за считанные секунды, крепкие лапы, одним ударом дробившие рёбра на тысячу мелких кусочков. Никто не знал, откуда они появились. Через пару недель после того, как вся земля выгорела, они начали выходить из леса один за другим. Они нападали резко и безжалостно, быстро уничтожая тех немногих людей, что выжили после катастрофы. Альфа никогда не оставлял попыток выяснить, что тогда произошло. Десятки раз он заводил этот разговор с Намджуном, указывая на то, что прямо перед гибелью отец дал ему понять, что что-то знал, но каждый раз тщетно. Намджун лишь разводил руками, говоря, что был бы рад знать причину или пути спасения, но их не было. «— Оно убило моих родителей, Намджун.» «— И моих. А ещё моего лучшего друга и миллиарды других людей.» Погрузившись в раздумья, альфа не заметил, как вышел к улице с разрушенными зданиями бывшего городка. Невооружённым глазом были видны твари, разгуливающие по руинам как хозяева. Порой рука так и тянулась перерезать их всех, но это было бы равносильно самоубийству, к тому же количество их было бесчисленным. Он двинулся по забору вдоль переулка, ступая тихо, едва слышно. Идти так было дольше и неудобнее, но другой путь мог быть опаснее. Тэхён не любил глупо и неоправданно рисковать. Он шёл той дорогой, что наметил сразу, и если уж точно не было возможности обойти, как сейчас, только тогда выбирал другой путь. Альфа не мог сказать точно, как долго он был в пути, но солнце неизбежно начало клониться к горизонту, это означало, что нужно было торопиться. Слабо верилось, что Хонджун был всё ещё жив после стольких часов промедления, но Тэхён не простил бы себе, если позволил бы тому умереть, даже не попытавшись ему помочь. Бывшая больница показалась уже буквально через несколько сотен метров, и Тэхён неосознанно ускорился, стараясь не задеть ни одной металлической конструкции, оставшейся после разрушений. Ему приходилось рисковать, заходя в прежде неизведанное место. Оставалось лишь надеяться, что один он останется незамеченным ни одной тварью, так как целый отряд без должной подготовки к новой местности был бы обречён. В округе было тихо. Оглушающе тихо и подозрительно. Тишина тоже не была хорошим признаком. Она могла быть зловещей. Но Тэхён привык полагаться не столько на интуицию, сколько на трезвый рассудок. Он прекрасно понимал, что в любом месте его могут ждать твари. У входа в больницу Тэхён тоже не заметил ни одного лишнего движения. В воздухе буквально висело физически ощутимое напряжение, когда он прошёл внутрь здания, которое прежде было больницей, полной пациентов и снующего туда-сюда медперсонала с дежурными улыбками на лицах. Теперь там была лишь пустота, нарушаемая едва заметными звуками падающих на кафельный пол капель с протекающей крыши. Подойдя к схеме здания, Тэхён обнаружил, по крайней мере, три помещения, где должны были храниться медикаменты. Символами отметив их на своей импровизированной карте, он двинулся в сторону лестниц, от плохого предчувствия достав из-за спины катану. Тишина угнетала, дышать становилось будто тяжелее с каждой секундой. На втором этаже не было слышно ни единого звука, так же, как и на всех последующих. Добравшись до первого кабинета из списка, он слегка толкнул дверь вперёд, готовясь застать там пару разложившихся трупов или притаившееся существо, что при худшем раскладе могло сидеть буквально в каждом углу здания. Катана блеснула в свете закатного солнца, заглядывая в помещение раньше самого альфы. Не застав опасностей в комнате для хранения медикаментов, он принялся открывать все шкафчики и ящики в поисках необходимых наименований, надеясь найти в первом же помещении достаточно, чтобы можно было сразу покинуть здание и успеть вернуться до темноты. К сожалению, некоторых инструментов в комнате не оказалось, хотя их и было довольно много, к удивлению альфы. Было трудно представить, как они будут справляться с разного рода заболеваниями, когда абсолютно у всех лекарств выйдет срок годности, а элементарные антисептические средства потеряют свои свойства. Но об этом он подумает позже.  Быстро сложив всё необходимое в рюкзак за спиной, он вновь крепко взял катану в руки и вышел из кабинета, аккуратно прикрыв дверь, чтобы та не хлопнула. Идя по коридору, краем глаза он заметил движение. Оно было настолько мимолётным и едва заметным, что Тэхён бы списал это на усталость и обман зрения, если бы не раздавшийся откуда-то сверху странный стук.  — Что за… Для монстров подобный шум был бы слишком слабым: в силу своих размеров и нерасторопности они гремели гораздо громче. Альфа предположил, что наверху может быть кошка или крыса, чудом выжившая после стольких лет. Аккуратно приподняв оружие перед собой, он двинулся вверх по лестнице, понимая, что столкновения с источником звука было не избежать. На первый взгляд коридор был пуст и ничем не отличался от того, что был этажом ниже. Те же редкие пятна крови и грязи на полу, те же разбросанные повсюду и сгнившие от влаги бумаги, тот же запах затхлой многолетней сырости. Тэхён двигался медленно, каждая мышца в теле была напряжена до предела. Хотелось закричать, призывая притаившееся нечто выйти наружу. Но там было пусто. Он прошёл вдоль коридора и остановился возле нужной двери, вновь аккуратно заглядывая туда. Никого по-прежнему не было, лишь свет, сочившийся сквозь мутные окна, становился краснее и вскоре грозил совсем исчезнуть. Следующее, что он помнит — его лицо ударилось об стоящую у стены кушетку, а тело рухнуло на пол, создав непозволительно громкий грохот. На спину навалилось что-то тяжелое, прижимая огромными лапами к полу. Катана откатилась на полметра вперёд, рука никак не могла дотянуться до неё. Макушкой Тэхён почувствовал горячее зловонное дыхание монстра. Он потянулся за пистолетом, надеясь за несколько мгновений достать его из кобуры, пытаясь сохранять спокойствие. Но внезапно огромная туша на его спине обмякла и завалилась на бок, залив кровью весь пол и Тэхёна в том числе. — Ну поднимайтесь же, командир, у вас сегодня второй день рождения. Неверяще уставившись на пол с расползающимся кровавым пятном перед ним, Тэхён медленно повернул голову в сторону голоса.  Человеческого голоса.

┈───ᗊ───┈

Сердце колотилось так бешено, что, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Тэхён развернулся и увидел перед собой альфу с длинным мачете в руке. С лезвия всё ещё капала чёрная густая кровь, на лице была маска, похожая на тэхёнову, но даже под ней ощущалось, как спокойно и расслабленно себя чувствовал незнакомец. Он подал руку лишившемуся дара речи альфе, и тот смотрел на неё несколько долгих секунд, решая, мираж это был или реальный человек. Они никогда не встречали людей прежде. Казалось, что в этих условиях вне лагеря выжить было просто невозможно. Ни о каких других поселениях они не знали, хотя вполне вероятно, что они были. Это радовало и огорчало одновременно. Больше людей — больше шансов выжить, уничтожить всех тварей и выстроить совместными усилиями новое счастливое будущее. Но в то же время иллюзий никто не строил, понимая, что в нынешних реалиях человек воспринимает действительность искажённо. Древние инстинкты проснулись, основной целью каждого на планете стало одно — выжить. Пусть даже и ценой жизни других. — Ты кто такой? — Тэхён так и не вложил ладонь в чужую, встав с пола самостоятельно. Никому нельзя доверять. Альфа хмыкнул и опустил руку, устремив взгляд тёмных глаз на собеседника. — Мин Юнги, приятно познакомиться. За спасение поблагодарить не хочешь? Тэхён помолчал ещё минуту, осознавая абсурдность ситуации. Может, он сошёл с ума или отравился испарениями ядов? Этот альфа стоял перед ним в полной экипировке, явно не так давно побывавший в душе и явно не скитавшийся по улицам, как бездомный. — Спасибо. Ким Тэхён. — Откуда ты, Ким Тэхён? — Юнги облокотился плечом о дверь, наблюдая за тем, как альфа начал спешно собирать медикаменты по помещению, переступая через труп существа, пару минут назад напавшего на него. Тэхён промолчал, не зная, как поступить. Он ожидал от Юнги удара в спину, угроз, шантажа, грабежа — чего угодно. Он ни за что не доверился бы незнакомцу и прежде, а в таких обстоятельствах — тем более. — С радостью поболтал бы с тобой, но вынужден попрощаться — кое-кто очень нуждается в этих штуках, — он приподнял рюкзак, забитый доверху разными склянками, и попытался выйти, но Юнги перегородил ему путь. — Помоги мне, Тэхён. Наш лагерь разрушен, все до одного погибли. Кроме нас. Нас? После этой фразы из-за угла шагнул ещё один человек. Омега, чей сладкий цветочный запах ударил в нос даже сквозь плотную маску. Его лицо было закрыто, но догадаться было нетрудно — омега наверняка был несказанно красив. Светлые пряди не были прикрыты головным убором и выглядели так, будто он только что вышел из салона красоты. Он вежливо протянул изящную руку Тэхёну для рукопожатия, и в этот раз он не стал отказывать. Юнги усмехнулся. — Это мой брат. Чимин. Мы единственные, кому удалось спастись, но долго не протянем без лагеря, ты… Сам понимаешь. Увидели тебя и решили рискнуть попросить о помощи, а тут ещё и шанс спасти тебе жизнь удачно подвернулся. По поднявшимся уголкам глаз Мина было ясно, что он улыбался. Невероятная циничность, что посоревнуется даже с холодным безразличием Тэхёна. — Пожалуйста, помоги нам.  Чимин заговорил. Так красиво. Будто пел. Голос высокий и негромкий, во взгляде ни намёка на смех. Только страх. Он был таким худым, что массивная экипировка буквально висела. В руках был боевой керамбит, но Тэхён очень сомневался в том, что омега умел им пользоваться. Тэхён задумался на пару мгновений. — Показывайте содержимое сумок и раздевайтесь до белья, проверю вас на наличие укусов или других следов воздействия. Пойдёте спереди и в лагере отправитесь под стражу до полного допроса и осмотра. Это ясно? Глаза омеги испуганно забегали от одного альфы к другому, пока они смотрели друг на друга в тяжёлом молчании пару долгих секунд. Юнги будто взвешивал все «за» и «против», понимая, насколько непреклонен был Тэхён. — Либо так, либо я ухожу. И не советую выслеживать меня, снесу светлые головы одним махом, — на этих словах Тэхён повернулся к Чимину, отчего тот нервно сглотнул. — Ладно, — отрезал Юнги, начав снимать с себя экипировку и бросив к ногам альфы массивную сумку с вещами. — Раздевайся, Чимин, не бойся.  Омега весь сжался и всё медлил, не решаясь выполнить приказ, чем только раздражал альфу. — Мне ждать до утра? Там человек умирает без этих лекарств, а ты тут будешь девственницу из себя строить? — Эй, — Юнги выставил вперёд руку в предостерегающем жесте. — Полегче. Ему страшно. Он повернулся к Чимину, заботливо положив руки ему на плечи, и сказал что-то едва слышно, отчего тот согласно кивнул головой и принялся стягивать с себя одежду. Чимину на вид было примерно пятнадцать или шестнадцать лет, Юнги был явно старше, примерно одного возраста с Тэхёном. Альфа понимал, какую глупость он, возможно, совершил, когда позволил этим двоим отправиться в лагерь вместе с ним, но он не мог оставить их там на верную погибель, вновь мучаясь от многолетних кошмаров. Он надеялся, что Намджун со всем разберётся и выяснит, кто они такие. В конце концов, он всё ещё был их лидером, а пара лишних рук в лагере явно не помешала бы. К тому же этот Юнги явно обладал неплохими боевыми качествами, что являлось его огромным преимуществом. Когда с досмотром было покончено, они отправились в лагерь, сохраняя молчание на протяжении всего пути. Тэхён повёл их по уже знакомому маршруту, внутренне надеясь, что при атаке тварей эти двое смогут выстоять и себя защитить, и он не погибнет из-за двух незнакомых ему людей. На удивление, альфа и омега оказались опытными бойцами и за всё время пути ни разу не совершили фатальных ошибок. Одно существо попыталось наброситься на них посреди леса, но Юнги снёс ему голову прежде, чем Тэхён успел достать катану. Впечатляет. — Выходим на открытую каменистую местность, двигаемся быстро, обходим валуны. Два согласных кивка. Поняли.  Уже давно стемнело, и добираться приходилось почти на ощупь. В лагере горел слабый свет, чтобы не привлекать существ, которые могли окружить ворота и не дать возможности пройти внутрь. За сотню метров Тэхён увидел, как начали открываться ворота, поэтому жестом махнул спутникам, призывая двигаться быстрее. Они почти перешли на бег, врываясь в лагерь до того, как твари обгонят их и проникнут внутрь безопасной территории. Внутри их ожидаемо встречал Намджун и пара бойцов с наставленными на нежданных гостей дулами. Тэхён поднял руки в оборонительном жесте, снимая с плеча рюкзак и подталкивая его в сторону лидера. — Я всё объясню, но сначала возьми это. Хонджун ещё жив? Можно оперировать, я всё принёс. Намджун кивнул одному из бойцов, тот подхватил рюкзак с медикаментами и побежал в сторону лечебного пункта к Хосоку. Напряжённое молчание воцарилось слишком надолго, прежде чем, к всеобщему удивлению, его не прервал Чимин. — Я могу помочь с операцией.

┈───ᗊ───┈

Все разом повернули головы на слабый тихий голос. — Что, прости? — Намджун задавал вопрос с усмешкой в голосе, так и не опустив дуло ружья. — Он был лекарем в нашем поселении, — голос Юнги звучал более уверенно, он едва ли опасался пули, что могла настичь его в любой момент. — Знает всю базу медицины, с детства увлекался. Может помочь провести операцию в качестве ассистента. Намджун смотрел на них так, будто ему показывали абсурдную театральную пьесу. Три пары глаз не моргали, ожидая вердикта. — Тэхён, веди его в медпункт под свою ответственность. На операции присутствуешь сам. С оружием, — Тэхён в ответ на это лишь кивнул и махнул Чимину рукой, уводя за собой. — А ты за мной. Юнги послушно последовал за лидером, ожидая допросов с пристрастием, к которым он уже давно привык и был готов. Хосок выглядел плохо. Он уже переоделся для проведения операции, бойцы помогли ему перенести отца на операционный стол. Его нервозность и дикий страх витали в воздухе, когда Тэхён и Чимин вошли в помещение. — Хосок, это Чимин. Он может помочь, — омега стоял позади Тэхёна, напряжённо рассматривая помещение, начиная жалеть о том, что вызвался помочь. Боялся не справиться. Хосок бросил взгляд на вошедших, продолжив подготовку. — Группа поддержки мне не нужна. Тем более от… чужаков. — Одному тебе бороться за его жизнь будет тяжелее. Поступись своими принципами ради отца и выдай парню халат. Давай же. Омега поднял взгляд, полный слёз, раздражения и страха, но ничего не ответил. Лишь кивнул в сторону шкафа с халатами, негласно согласившись на предложенную помощь. Через десять минут они приступили к операции. Тэхён не хотел даже думать о том, в каких антисанитарных условиях приходилось проводить такие сложные оперативные вмешательства, но оставалось лишь надеяться. Оставалось надеяться на то, что чудеса случаются. Чимин послушно выполнял все просьбы Хосока, стойко выдерживая вид крови и внутренних органов. Абсурдно и странно было думать о том, что двое подростков самостоятельно ввели наркоз человеку и сейчас боролись за его жизнь без посторонней помощи. Всё в этом мире теперь было до невозможного странно. Пару раз Тэхён поймал на себе взгляд Чимина. Он смотрел не с интересом, не со страхом, не со злостью. Скорее, рассматривал. Узнавал его. Спустя время Тэхён вышел покурить, нарушив приказ Намджуна не спускать с Чимина глаз. Глупо было полагать, что омега с самыми наивными на свете чертами не сумеет причинить никому вреда, но организм требовал сигарету так сильно, что мутнело в глазах. Он устроился на крыльце шаткого здания, без остановки покручивая в пальцах зажигалку, подаренную Намджуном, делая одну затяжку за другой. Ночное небо было чернее обычного, непроглядная темнота давила сверху так сильно, что было трудно дышать. В голове вновь хором загудели голоса, ни на секунду не давая забыться, причиняя нестерпимую боль. Тэхён схватился за голову и зажмурил глаза, стараясь избавиться от навязчивых мыслей, терзавших разум.  Трудно сказать, сколько времени прошло до того, как в определённый момент рядом с ним кто-то сел. Подняв глаза, он увидел Чимина. По щекам омеги стекали две слезинки, а руки тряслись так сильно, что их почти не получалось вытереть. Тэхён всё понял ещё до того, как Чимин сказал что-либо, услышав громкие рыдания из здания. Потому что чудес не бывает. — Пойдём, отведу тебя к Намджуну. — Тэхён встал и подал руку Чимину, который тут же принял её и поднялся. — Я не… Я ничего не сделал… Я хотел помочь… — Знаю. Иначе уж точно не сел бы рядом со мной. Пойдём. В тяжёлом молчании они дошли до штаба, где их ожидал Намджун. Он старался спокойно отреагировать на известие о гибели Хонджуна, но подрагивающая нижняя губа выдавала шок. Поселение осталось без врача. Теперь их жизни будут зависеть от двух омег, которым в прежнем мире ещё не продавали бы алкоголь в магазинах. Оставив Чимина, Тэхён отправился домой на негнущихся ногах. Этот день необходимо было забыть. На пороге в полной темноте его ожидал задремавший Тэмин. Тэхён присел возле него, аккуратно тронув за плечо. Тот проснулся и настороженно посмотрел на альфу, не зная, что сказать. Новости разлетались по лагерю за считанные минуты. Без лишних слов Тэмин проводил альфу в дом и набрал тому горячую ванну, помогая раздеться и погрузиться в блаженное долгожданное тепло. Тэхён смотрел пустым взглядом куда-то перед собой, слабо реагируя на осторожные вопросы омеги. Когда тот в очередной раз хотел провести ладонью по мокрому торсу альфы, его поймали за руку. Тэхён впервые взглянул на него, потянув на себя. Прямо в ванну, прямо в одежде. Чтобы почувствовать близость и тепло другого человека, впившись в его губы, ворвавшись в его тело безо всякой нежности.  Как будто это могло помочь.