Сансара

***

— Не стоит сомневаться, этот шелк высшего сорта. Ни в одном пиратском городе ты не найдете лучше, чем у меня, — мягко говорил Пугод, будто пытаясь тоном своего голоса описать всю лёгкость и гладкость ткани в руках, и постарался улыбнуться как можно более заразительно и очаровывающе. — Фиолетовый краситель, как известно, редок и очень дорог. Будет высокий спрос, если возьмёшь. Ответом послужило лишь тяжёлое молчание. За отказ Пугод это не принял, только предусмотрительно отложил в сторону моток действительно ценной ткани, сгладив рукой все ненужные загибы, когда заметил лёгкий блеск в чужих глазах. Не все потеряно. Правда по прошествии часа этот «диалог» уже начинал раздражать. — Гроза морей, ты сегодня хоть что-то скажешь? ─ спросил Пугод сквозь дежурную улыбку. Из-под густой бороды раздался почти неслышный смех. — Модди! — Извини, но ты слишком забавно выглядишь, когда пытаешься втюхать мне товар в той же манере, что и другим, ─ ответил Модди беспечно, будто сейчас не обсуждался заработок как минимум дюжины людей. Пугод только зло, хоть и наигранно, нахохлился, откидываясь на стул на манер визави. Также вразвалку. Идеально выглаженный чистый наряд сбился в сторону и смялся, воротником закрывая будто позолоченный крават. Ну и как с ним работать? — Так будешь брать? — То есть, это не ты мне сейчас откладывал то, что я «буду брать» последний час? — Эм, да у тебя по завиткам на бороде можно понять, что ты купишь, а что нет. Мог бы и поблагодарить за то, что я анализирую за тебя рынок. После этой фразы грозный вид пирата напротив растаял окончательно. Оно и не мудрено надумать о нем чего плохого от одного взгляда. Модди, как и подобает пирату, был одет в грубые ткани и дубленую кожу, а это явно не сглаживало впечатлений о хорошо сложенном теле. За то время, что он провел в море, его лицо успело лишь сильнее обветриться и загореть. Хотя, если говорить откровенно, Пугод успел заскучать по изгибу чужих глаs, в которых будто всегда была насмешка надо всем вокруг. Хотя борода, конечно, была лишней. — Тебе бы побриться. — С чего бы? По-моему, она делает меня мудрее. — Мудрее бы тебя сделали мысли в голове, а это прямое объявление войны моему чувству прекрасного... Нет, Модди, молчи! Тебе стоит радоваться, что я вообще пустил тебя на порог в таком виде! Помнишь главное правило? Сюда заходят только вымытыми после плаваний и строго в чистой одежде, ─ тараторил Пугод, не давая вставить и слова. В данной ситуации было непонятно, кого сильнее хотели устыдить. Щеки перекупщика слегка покраснели от тирады, в то время как Модди все ещё продолжал беспечно сидеть в просоленной рубашке и пятнами на штанине, отдаленно напоминающими кровь. — Даже если я скажу, что бежал к тебе сразу, как причалил корабль? — Ты пришвартовался днем, а пришел ко мне вечером. — Немного заблудился. Это ли существенно? Пугод только фыркнул на это, не найдя, что сказать человеку без совести. Даже так он был рад, что Модди не пришлось ждать весь день. И по личным, и по денежным причинам. Было приятно иметь на своей стороне кого-то с такой репутацией грозного и безжалостного человека. Особенно быть его единственным доверенным перекупщиком. Не стоит смотреть на то, что этот статус Пугод присвоил себе самостоятельно. Кому важны такие мелочи? — Так ты берешь то, что я тебе отложил? — Да. А ты собираешься меня выгнать? Пугод состроил обиженный вид, но тут же выпрямился и посмотрел на Модди уже серьезно. На его памяти не было моментов, когда он по своей инициативе, без сторонних причин, хотел остаться подольше. В резкие «хочу» от этого человека Пугод не верил. — Не говори, что ты привел с собой хвост и поэтому не хочешь уходить? Было бы неприятно, если его дорогого друга попытались прирезать на пороге рабочего места. Светлого, чистого, явно не криминального магазинчика у побережья пиратского моря. Хотя бы его безопасность была гарантирована, как и клиентов, и Пугод не имел привычки сомневаться в тех людях, которых нанимал. Вне здания? Никто и пальцем не пошевелит. — Мне не нравится твое молчание. Как ты успел нажить преследователей за те полчаса, что ты шел сюда? — Ты просто цепляешься к мелочам. Пугод только раздосадовано выдохнул. Что за бестолочь? Разве это по определению не было серьезной проблемой? Хотя, учитывая Модди, это все ещё было частью его будней. Очень кровавых, матерных будней, в которых Пугод не горел желанием участвовать. Открыв ящик, Пугод принялся что-то искать среди моря бумаг и драгоценностей, которых стоило хранить под замком. О стол стукнулись дно стеклянной бутылки. — Это что? — Вино. Дорогое. — Но ты же не пьешь. — Зато ты — да. Мне нужна хоть какая-то гарантия, что в ближайшее время ты не сбежишь не только от тех преследователей, но и от меня, — проворчал Пугод, пытаясь сковырнуть пробку бутылки. Очень не хотелось потом забивать голову мыслями о том, стали ли эти преследователи последними в жизни грозы морей. Модди мягко отобрал ее, без труда откупорив маленьким ножиком, легко выскользнувшем из кармана в ладонь. — Рад, что ты меня так хорошо знаешь. — Ты легко читаем. Пожав плечами, пират стал наливать вино в хрустальный стакан. Только для душевного спокойствия Пугода, который на дух не переносил, когда пили из горла. — Кстати об этом, — начал Модди, заглядывая в чужие глаза. — Не хочешь мне объяснить, как ты оказываешься в каждом порту, где я швартуюсь? Я вроде не делился с тобой маршрутом.