Bonded / Связанные узами

Едва забрезжил рассвет, Драко аппарировал на ступени дома на площади Гриммо. Он был уверен, что найдëт Гермиону там. Где же ей ещё быть? Гарри чёртов Поттер был её единственной семьей, в конце концов. Поэтому, когда Кричер открыл дверь и поклонился ему в ноги, но сообщил, что хозяин Гарри уехал из страны, Драко захотелось пнуть себя за то, что он совсем забыл об этом. Но он всё же спросил эльфа, может ли он зайти за пером и бумагой и написать сообщение. Он воспользовался возможностью магически обыскать весь дом, так как не сомневался, что Гермиона может прятаться от него. Но там никого не было.

***

Следующим шагом в его поисках был дом Уизли. Он никогда раньше не был в Норе, но знал название и этого было достаточно, чтобы аппарировать поблизости. Его встретила любопытствующая миссис Уизли, которая тут же спросила, все ли в порядке с Гермионой, не случилось ли чего. Ведьма не лгала: беспокойство в её глазах было вполне реальным. Нет, она не знала о Гермионе, а он придумал жалкое оправдание, что просто находился в этом районе и решил проведать её ради своей жены, и миссис Уизли, к его удивлению, приняла это объяснение. К вечеру он не знал, куда ещё пойти. У Гермионы не осталось семьи. Её родители были в Австралии и не помнили о ней. Она не была у Поттера. Она не была с Молли Уизли. Где, чёрт возьми, она была?

***

– Драко! Драко! Он проснулся от того, что Тео тряс его за плечо. Дерьмо. Он заснул в офисе. Опять. – Что, Тео? – Он устало потëр глаза. – Не говори мне «что, Тео»! Ты пропускаешь заседания три дня подряд, Драко! – Я занят, Тео, – ответил он, протирая глаза. Он увидел, как Тео пробежался глазами по столу, а потом поднял одну из нескольких пустых бутылок из-под виски, стоявших там. – Тем, что выпил всё это и уснул в своём кабинете?! Что с тобой? Подрался с Грейнджер? Драко выпрямился и сел в кресле. – Для тебя она леди Малфой! Он вытащил заполненный расчëтами лист, сел за стол и продолжил начатые ранее вычисления. Тео в течение нескольких минут наблюдал за ним. – Это что, продвинутая арифмантика, применяемая к гаданию? Зачем она тебе? Хочешь что-то рассчитать? – Пожалуйста, отвали, Тео, – ответил он, не прибавив больше ни слова, даже не подняв глаз. Тео обеспокоенно смотрел на друга. – Драко, ты выглядишь дерьмово. Судя по твоему виду и запаху, ты не выходил отсюда уже несколько дней. Ты же знаешь, что бы ни случилось, я готов тебе помочь, ты помнишь об этом? Драко рассеянно кивнул, а Тео несколько минут молчал, прежде чем заговорить. – Я знаю, что сейчас не лучший момент, но мы тебя тут уже потеряли, а я обещал Даф, что поговорю с тобой от имени Астории. Она сожалеет, чувак. Она влюблена в тебя, и видимо думала, что сможет тебя соблазнить. Я объяснил ей, что даже если ты не выбирал брак, ты никогда не предашь Грейнджер. Ты не такой. Ей жаль, и она всё ещё хочет быть твоим другом. Драко холодно рассмеялся. Если бы только Тео знал правду. Его друг с любопытством посмотрел на него, но он лишь покачал головой и вернулся к своим расчётам. – Могу ли я сказать ей, что между вами не осталось обид? Ты не держишь на неё зла? – обеспокоенно спросил Тео. Драко кивнул, не обращая на него особого внимания, и даже не заметил, в какой момент его друг ушёл. Прошло уже две недели, устало размышлял он, массируя шею. Он всё считал и считал, но ничего не получалось; он не мог вывести долбаную формулу, которая помогла бы определить, где находится Гермиона. Ему нужно было попросить о помощи. Нанять кого-нибудь. Что угодно. Что угодно, лишь бы это помогло ему найти её. Прошло так много времени с тех пор, как она исчезла, что Гермиона могла быть уже на другом конце света. При этой мысли он почувствовал стеснение в груди. А что, если она убежит так далеко, что он никогда не сможет её найти? Нет, подумал он. Он найдет способ. Не только из-за связи. И не из-за скандала, который был неизбежен, если бы она его бросила. А потому, что он хотел этого, ему нужно было объясниться с ней! Все его результаты были неверными, потому что он всегда был плох в прорицании, подумал Драко. А вот его мать была хороша. Возможно, он мог бы попросить её о помощи гипотетически, не говоря ничего конкретно… Драко вскочил в прыжке! Его мать! Конечно! Она находилась сейчас в доме Андромеды, правильно? Которая была знакома с Грейнджер, была еë другом по Ордену! И Драко проигнорировал это ранее, но последние письма от его матери, похоже, отражали дружелюбие, когда речь шла о Гермионе... А что, если она была там? С его матерью и Андромедой? Он поспешил вниз по ступенькам и уже начал поворачиваться на месте, когда вспомнил, что понятия не имеет, где живёт его тётя и как называется её дом.

***

Драко постучал в дверь Норы во второй раз менее чем за месяц. Однако на этот раз его встретил Артур Уизли, который отнëсся к нему с подозрением и даже не пригласил войти. – Лорд Малфой. Чем могу быть полезен? – сказал он, оглядываясь по сторонам, по всей вероятности ища Гермиону. – Мистер Уизли. Мне нужен адрес моей тёти, Андромеды Тонкс, не будете ли вы так добры, чтобы дать мне его? – Зачем он вам? Драко стиснул зубы, но заставил себя ответить вежливо. – Моя мать вот уже несколько недель у неë, и мне нужно поговорить с ней. Лично. Артур оглядел его с ног до головы, рассматривая его грязную измятую рубашку, спутанные волосы, отросшую бороду. – А почему бы вам не попросить адрес у матери письмом? – Потому что это срочное дело, сэр! – Драко хотелось рвать на себе волосы. Артур снова посмотрел на него, раздумывая, а потом наколдовал листок бумаги с адресом. Драко взял его из рук волшебника и уже шагнул прочь, когда услышал позади себя: – С Гермионой всё в порядке, лорд Малфой? Драко повернулся к волшебнику и лишь кивнул, не в силах взглянуть тому в глаза.

***

Дом Андромеды был прекрасен. Викторианский, элегантный и изящный. Стиль Блэков в чистом виде. И Драко обратил бы внимание на всё это, если бы не бежал к двери как сумасшедший. Шел дождь, но его это не волновало. Он нажимал на кнопку дверного звонка, пока ему не открыл эльф, который провёл его внутрь и пообещал позвать мать. Он неохотно ждал, шагая по кругу и заливая ковëр водой, капающей с одежды. – Драко. Чем я обязана чести твоего присутствия? Он тут же повернул голову. Его мать стояла на верхней ступеньке лестницы. Холодная. Отстранëнная. Измеряющая его оценивающим взглядом с ног до головы. Дерьмо. Она знала. Но это означает, взволнованно подумал он, что Гермиона здесь. – Я хочу видеть Гермиону, мама, – сказал он серьёзно, встретив взгляд Нарциссы. Она грустно улыбнулась, так и не спустившись по лестнице. – Её здесь нет, сын. Он посмотрел на неё и не поверил ни на секунду. Поэтому Драко начал подниматься по лестнице через две ступеньки, всё время громко выкрикивая имя ведьмы. – Гермиона! Гермиона! Нарциса перехватила его на середине лестницы. – Я говорю тебе, её здесь нет, Драко! А теперь перестань тревожить дом, перестань капать на новые ковры твоей тёти и возвращайся к своей любовнице! – У меня нет любовницы! – взревел он сердито. – Я не знаю, что она тебе сказала, но... Нарциса перебила его. – Она ничего мне не сказала, Драко. Ничего! Мне сказал портрет моего отца, после того как увидел твою сцену с Северусом. И я бы помчалась к своей невестке, чтобы утешить её и извиниться за недостойного сына, если бы могла, но Андромеда слегла и нуждается в моей помощи с Тедди! Драко смотрел на мать, чувствуя смятение. Из-за еë заступничества за Грейнджер, из-за оскорбительных слов в его адрес, из-за её преданности сестре, из-за её беспокойства о сыне оборотня. Но самой главной здесь была только одна вещь. – Так ты знаешь, где она? И где же? – Конечно, я знаю, где она сейчас. Я регулярно переписываюсь с Гермионой. Я знаю, что значит семья! Это было для него слишком, и он заорал на неё: – Я тоже знаю, мама! Всё, что я сделал в своей грëбаной жизни, было ради нашей семьи. Война! Этот брак! – Конечно, Драко! Я представляю, как однажды ты долго будешь говорить со своими детьми, рассказывая им, как тебе пришлось обмануть собственную жену ради блага семьи! – крикнула она в ответ. – У меня даже нет детей, мама! – И снова ошибаешься, Драко! Я знаю, что твоя жена, которая живëт в Уилтшире, как изгнанница, и которой ты пренебрегаешь, держа любовницу в Лондоне, аппарировала из одной страны в другую, как только узнала о своей беременности, просто чтобы сообщить тебе! Потому что для неё семья важна. И я знаю, что она чуть не упала в обморок, потому что была так слаба, по словам отца, что даже не могла стоять! И всё это для того, чтобы сообщить замечательную новость мерзавцу-мужу, который был по самые яйца внутри другой женщины, в её доме, в её день рождения, в годовщину их свадьбы! Нарцисса, похоже, достигла верхнего предела гнева. Она подкрепляла каждое слово тычком в его грудь, а закончила пощëчиной по лицу. Драко прижал щëку рукой. Мать никогда его не била. Никогда. Она повернулась, чтобы уйти, но заговорила первой: – Возвращайся в Лондон, Драко. Тебе не нужно чувствовать себя обязанным Гермионе. Андромеда будет здорова через несколько дней, а я вернусь домой, чтобы присмотреть за дочерью. Шок от пощëчины был тут же забыт им: – Она дома? В особняке? Она была в особняке всё это время? – Где же ещё, Драко? Мы – всё, что у неё осталось. Единственный оставшийся дом, единственная оставшаяся семья. Не то чтобы мы заслуживали такого человека, как Гермиона, в нашей жизни, но, к сожалению, для неё мы – единственный вариант. Он посмотрел на мать, не зная, что сказать. Но ему это и не понадобилось, потому что она продолжила: – На твоëм месте, Драко, я бы умоляла её на коленях, умоляла о прощении, чтобы, может быть, сохранить хоть каплю той привязанности, которую она к тебе испытывала. – Гермиона была... Она ис... Она испытывала ко мне привязанность? – Он смотрел на неё в шоке. – Испытывала, Драко. Прошедшее время. Поздравляю, тебе удалось подавить любое доброе чувство, которое она могла питать к тебе. Она снова покачала головой в его сторону, на её лице отразилось отвращение, и она пошла обратно тем же путём, которым пришла.