Пустой Холст

      Хватка у мадам Пруденции была жесткой, и руку начало покалывать, когда старая карга потащила её по лестнице на верхний этаж. Эмили сопротивлялась, хоть и знала, что это было бессмысленно. Это была её вторая попытка побега; оба раза ей мешали либо охранники, либо сама Пруденция. Также она понимала, что не сможет попытаться еще раз, по крайней мере, не в течение ближайшего месяца. В прошлый раз Пруденция потребовала усилить меры безопасности сразу же после того, как Эмили попыталась сбежать.       Её зашвырнули обратно в комнату. Эмили споткнулась, но смогла удержать равновесие. Она посмотрела на Пруденцию, на её вульгарный, театрально выглядящий макияж и обвисшие щеки. Эмили подумала, считает ли мадам её хорошей девочкой. Вряд ли.       — Попробуешь сбежать ещё раз, юная леди, — процедила Пруденция сквозь стиснутые зубы, — и я поставлю постоянную охрану прямо возле этой комнаты. И прикажу им держать дверь открытой, чтобы за тобой лишний раз присматривали. Пронырливая маленькая негодница.       Эмили еще долго смотрела на дверь после того, как та захлопнулась, а шаги мадам Пруденции удалились вниз по лестнице. Она прислонилась к стене и сползла вниз, пока не села на пол, съежившись среди своих рисунков. На одном были Морган и Кастис. На другом был изображен знак Золотой кошки, который она иногда могла видеть, когда ей удавалось подобраться достаточно близко к окну.       Внутри неё закипало разочарование. Она была так близко к выходу для VIP-персон. Если бы только она подумала о запертой двери, она бы смогла стащить ключ у Пруденции, когда та отвернулась бы. Эмили вздохнула. Однажды она станет императрицей. Ей нужно было намного лучше планировать свои действия.       — Ты бы знал, что можно было бы с этим сделать, — тихо сказала она, беря свой последний рисунок, чтобы поближе рассмотреть его. Её друг, тот, что с темными волосами. Тот, которого она видела, когда ложилась спать. Тот, который сказал ей быть сильной после смерти матери. Эмили хотела бы сказать ему, где она находится, но каждый раз, когда она пыталась, она всегда просыпалась.       Когда дверь со скрипом отворилась, она подумала, что это пришла одна из девушек, чтобы принести ей еду, или, может быть, мадам Пруденция, чтобы сделать ей ещё один выговор. Эмили снова перевела взгляд на вход. Ее сердце на миг замерло при виде стоящего там незнакомца.       Это был высокий мужчина в пальто, при этом маска скрывала его лицо. Она напоминала череп; тот самый, который Эмили рисовала в своем сне несколько ночей назад.       Эмили осторожно поднялась на ноги, отступая назад.       — Кто ты? — спросила она, стараясь, чтобы её голос не дрожал. Голоса императриц никогда не должны дрожать. — Почему ты носишь эту маску?       Незнакомец поднял руку, что-то щелкнуло, после чего маска незнакомца опустилась вниз.       Глаза Эмили расширились.       — Ты… — она сделала шаг вперед, протянув руку. Затем заколебалась. Она видела его так много ночей подряд, но только когда спала. Она всегда думала, что он был всего лишь частью сна. — Ты настоящий?       Её друг посмотрел на неё своими тёмными глазами; почти чёрными, однако Эмили всегда могла разглядеть в них тёплые карие отблески. Он слегка наклонил голову, размышляя.       — А ты?       Эмили несколько раз ущипнула себя за руку, при этом нахмурив брови.       — Думаю, да.       — Тогда я такой же настоящий, как и ты, — ответил её друг. Он остался у двери, уважая личное пространство Эмили.       Эмили представила, что выражения их лиц сейчас отражают одно и то же: недоверие, благоговейный трепет от того, что они наконец увидели друг друга вживую, а не в голубом мире, где они разговаривали по ночам.       — Ты действительно здесь? — услышала свой вопрос Эмили. — Или это ещё один сон?       Её друг покачал головой. Короткий жест, строго по делу.       — На этот раз ты не спишь, маленькая императрица.       Ты должна быть сильной, маленькая императрица. Эмили улыбнулась. Он уже называл её так раньше, в Башне. Она думала об этом всё то время, что была в плену, всякий раз, когда пыталась сбежать, и эти слова сделали её сильнее. Храбрее.       Эмили подбежала к нему и обняла, уткнувшись лицом в его пальто.       — Я знала, что ты придешь, — сказала она приглушенно.       Она не знала своего друга по-настоящему. На самом деле, это была всего лишь их вторая встреча. Но она чувствовала, что он был с ней с тех пор, как всё это началось, присматривал за ней, защищал её. Она ощутила, как его руки заключили её в свои объятия, и впервые за шесть месяцев Эмили почувствовала себя по-настоящему в безопасности.