Принц подземного царства(книга 6).

Он бродил по дому, проходя мимо знакомых стен, мимо окон, через которые он смотрел на мир в котором родился, и в груди становилось ещё более тесно. В этом мире его жизнь была полна забот и любви — он знал, что здесь его ждёт мама, что её любовь к нему не подвластна никаким силам. Но что же будет, если он оставит её? Что будет с теми, кто его любил и нуждался в нём? С этими мыслями он направился в одну из тех комнат, которые стали для него убежищем. Это была небольшая уютная библиотека, где среди старых книг и портретов он часто проводил время, чтобы уйти от внешнего мира и обрести хоть немного покоя. Здесь был и его верный друг — дворецкий Владимир, человек, который понимал его. Он знал, что Владимир никогда не осудит его, что с ним можно поговорить о чём угодно. — Владимир, — с трудом выдохнул Виталий, заходя в комнату. Его голос звучал хрипло, как будто сдавленный тяжёлым грузом. — Мне нужно поговорить с тобой. Дворецкий, стоявший у окна, повернулся и мягко посмотрел на него. Он был уже не молод, но его взгляд всегда оставался проницательным и мудрым. Владимир подал Виталию стул, а сам сел напротив. — Что случилось, молодой человек? — его голос был мягким, но полным заботы. Он знал, что Виталий переживает нечто важное, и предчувствовал, что этот разговор не будет лёгким. Виталий опустил голову, пытаясь собраться с мыслями. Он ощущал, как тяжёлые, несбыточные чувства давят на его грудь. — Владимир… я не знаю, что делать, — его слова выходили с трудом, как будто он пытался вырвать их из самого сердца. — Я был в другом мире, и там всё… всё иначе. Я оказался в теле другого человека, Иштара, принца Подземного царства. И мне предложили стать им, занять его место. У меня есть шанс, Владимир… шанс изменить свою жизнь, быть кем-то большим, чем я есть. Но… — Виталий вздохнул, не в силах продолжить. Владимир молчал, ожидая, когда Виталий сам найдёт слова. Он знал, что юноша переживает, и готов был выслушать его до конца. — Я… я не могу оставить наш мир, — наконец выговорил Виталий, поднимая глаза. — Я не хочу терять его. Я не могу просто взять и уйти. Но если я не приму это решение, что будет с Иштаром? Он же совсем не готов стать королём. А мама… — Виталий на мгновение замолчал, взгляд его потускнел, и он стиснул руки, пытаясь остановить волну нарастающей боли. — Как я скажу ей? Как объясню, что исчезну, что не смогу быть рядом с ней? Она ведь не поймёт, что происходит. Это будет слишком для неё. Владимир молча сидел, внимательно слушая, и, несмотря на внешнюю спокойствие, в его глазах читалась беспокойная мудрость. Он знал, что решение Виталия — это не просто выбор между двумя мирами, а что-то гораздо более важное. Он знал, что юноша уже многим пожертвовал ради своей семьи и близких, и это решение не будет лёгким. — Виталий, — наконец сказал Владимир, его голос был глубоким и мягким, как у человека, который прожил долгую жизнь и видел много. — Я понимаю, что тебе тяжело. Ты стоишь перед выбором, который не может быть простым. Но, помни, ты не один. Мы все с тобой. И твоё решение — это не только выбор между двумя мирами. Это выбор того, кем ты хочешь быть, кем ты хочешь стать. Я не могу сказать тебе, что делать. Но я знаю, что ты всегда ставил интересы других людей выше своих собственных. Теперь пришло время подумать и о себе. Виталий поднял глаза, встречая взгляд Владимира. Он видел в нём не осуждение, а поддержку. Владимир стал для него наставником, человеком, который понимал, когда нужно говорить, а когда — молчать. — Но что мне сказать маме? — спросил Виталий, чуть не задохнувшись от боли в голосе. — Как я могу оставить её? Владимир задумался на мгновение, а затем мягко сказал: — Возможно, ты не сможешь объяснить ей всё, как бы ты этого не хотел. Но помни одно: любовь матери сильнее, чем ты можешь себе представить. Ты всегда был её гордостью, её радостью. Возможно, она будет страдать, возможно, она будет переживать, но если ты выберешь свой путь, свой долг, она поймёт, что ты сделал это не из-за эгоизма, а ради большего блага. Она всегда будет с тобой, в сердце. Виталий слушал, и что-то в его душе начало тихонько успокаиваться. Слова Владимира, хоть и не решали всех его вопросов, но они давали какую-то надежду, что в будущем всё не будет таким уж страшным. — Я не знаю, смогу ли я решиться, — тихо сказал Виталий, — но я буду думать над этим. Я не могу поспешить с выбором. Владимир кивнул, и в его глазах читалась поддержка. — И ты не должен торопиться. Прими решение, когда почувствуешь, что готов. А пока… я всегда рядом, если тебе нужно будет поговорить. Виталий улыбнулся, но это была скорее благодарная улыбка, чем радость. Он знал, что впереди его ждёт нелёгкий путь. Но, возможно, он не будет таким одиноким, как ему казалось.Виталий вернулся в свой мир с тяжёлым сердцем, и мысль о том, что его ждёт, не давала ему покоя. В его голове всё ещё звучали слова Милона, Брантогора и Сигрида, и каждый из них оставлял после себя множество вопросов, на которые он не знал ответа. Он чувствовал, что должен принять решение, но на фоне всей этой неопределенности и боли это казалось невозможным.