Два капитана

Светло голубое небо тонуло в бескрайнем море, сливаясь в единую бескрайнюю гладь. Утренний ветер трепал волосы, принося с собой из города редкие и далекие голоса. Город медленно просыпался после вчерашнего шумного празднества. Скрипели ставни, колокольчики над дверьми звенели реже, чем в обычные дни, предупреждая, о немногочисленных гостях этим утром. «Нереиду Отречения» перегнали утром, когда солнце едва-едва поднималось из-за горизонта, а небо было темным с проблесками зарева. Белоснежные паруса были спущены, рядом, на каменном доке, сновали плотники. Крепкие мужчины в простых, с виду даже одинаковых, рубахах, с инструментами за поясом. Они деловито осматривали корпус, на наличие серьезных повреждений, по вантам сновали проверяющие, ловко забираясь на мачту. В воздухе витал запах свежего дерева, соли и смолы. Мистик стоял на причале, чуть поодаль, оперившись на перила, рядом бесшумной тенью, Лаггер, зевая. Ни один не проронил ни слова, молча наблюдая, как чужие люди снуют по Нереиде и перекидываются непонятными для них словами. — Выглядит как старая, охотничья гончая, которую латают перед тем, как выпустить на, возможно, её последнюю охоту. — Нарушил тишину Лаггер, не отводя взгляд от корабля. — Она моложе чем ты и твоя Шхуна, имей совесть. Лаггер хмыкнул и они вновь замолчали, погрузившись каждый в свои раздумья. Внизу плескались волны, команда верфи начала работу, послышался скрип пил и стук молотов. Перед глазами Лаггера всплывали обрывки детства, как осколки кошмара, преследующие тебя на протяжении всего оставшегося дня. Треск ломающегося дерева, крики, тонущие в шторме, и этот звенящий, бесконечный визг ветра над морем. На мгновение мир сжимался до непроглядной темноты моря вокруг, до холода, до ощущения бездонной пучины под ногами. Руки слабые и неопытные, отчаянно хватаются за обломки досок, чьи края резали ладони и оставляли глубокие занозы.  Он поморщился, провёл рукой по лицу, смахивая неприятные воспоминания и перевел взгляд на Мистика. — Два дня без корабля. — Начал тихо он, ловя на себе любопытный взгляд Мистика. — Что теперь? Уйдешь в отрыв? — Нет уж, с меня хватит.   Лаггер оттолкнулся руками от перил и толкнул Мистика в бок. — Тогда идем, покажешь мне город. Мистик вопросительно поднял бровь, но пошел следом. Проведать постоянных заказчиков пало на долю Эдгара и Дрейка, так что сейчас капитан был свободен как никогда раньше. Может оно и к лучшему. Спустя многие дни, а то и месяцы странствий, начинаешь скучать по пешим прогулкам по узким улочкам прибрежных городов. Они двинулись в сторону города, где уже начинала кипеть жизнь. Грузчики таскали ящики с кораблей, стучали колеса повозок, а торговцы нараспев озвучивали цены своего «первоклассного» товара. По мере удаления от гавани, улицы становились шире, а дома выше. Выстроенные из светлого камня с резными балконами. Когда они вышли на главную площадь Лаггер замедлил шаг, а Мистик на мгновенье замер, словно перед ним выросла невидимая стена. Перед ратушей в самом сердце города, возвышалась виселица. Мрачным пятном, выделяясь на фоне светлых домов и солнечного утра. Под ней собралась молчаливая толпа зевак, пришедших убедиться, что дезертиры и разбойники наказаны, а в городе восстановлена справедливость. На эшафоте стояли трое мужчин, один с множественными шрамами по всему телу. Второй молодой, почти мальчишка, поджарый и загорелый, с смиренно опущенной головой. Третий мужчина блуждал взглядом по толпе, словно ища спасения от неминуемой участи. — Пираты… — Шепчет Лаггер, оглядываясь на застывшего капитана. Ожидаемый исход для тех, кого ловят за неосторожность. К сожалению, со временем привыкаешь к мысли, что рано или поздно тебя поймают и вздернут как тех бедолаг. Лаггер привык. Смирился и принял, наблюдая за происходящим без толики жалости. А если и не повесят, то какая разница, как погибнуть? Утонешь ли ты, медленно захлебываясь соленой водой, подстрелят ли тебя в битве или пронзят кинжалом в самое сердце? Исход один – смерть. Пиратов она преследовала на каждом шагу, став вечной спутницей, насылающим на них бесчисленные преграды.  Городской прокурор, одетый в черный камзол с золотыми пуговицами, читал приговор монотонным голосом, который терялся в шелесте ветра, играющего с листьями цветущих акаций. Только часы на башне ратуши отсчитывали последние секунды жизни пиратов громче, чем монотонная речь местного блюстителя правопорядка. Лаггер оглянулся на Мистика, ожидая увидеть, как и раньше холодный, изучающий взгляд, в некоторой степени отстраненный, ведь капитан не привык показывать слабину или любой намек на то, что могло показать его в невыгодном свете. Лаггер видел, как напряглись плечи, а глаза застыли на веревках, которые накидывали на шеи пиратам. Видел, как побелели костяшки пальцев, сжатых кулаков, как дыхание стало прерывистым, словно капитан сейчас был четвертым. Лаггер подошел ближе, его голос прозвучал тихо, но отчетливо.  — Быстро, — сказал он, глядя, как во́роны садятся на крыши домов. — А раньше по одному вешали. Мистик не ответил, молча наблюдая за безвольно повисшим телами. В горле пересохло. — Экономят время. — Произнес он наконец, не оборачиваясь. — И место на кораблях, под заключенных… Лаггер хмыкнул. — Ну что же… Слава всевышним, что мы не там. — Пока нет. — Добавил Мистик, отворачиваясь. — Идем. Они двинулись прочь от площади, оставляя позади качающиеся фигуры и равнодушную толпу, которая уже начала расходиться, словно ничего особенного и не произошло. Улицы Терры были похожи на лабиринты из домов. Узкие улочки сменялись широкими дорогами, дома стояли, то тесно прижавшись друг к другу, то разведенные поодаль. Тут и там стояли скамейки, приглашая отдохнуть, ведь город поднимался в гору и усталость периодически давала знать о себе. Солнце, бликовало на распахнутых ставнях, шумел ветер, принося с собой морской бриз. Мистик шел молча, взгляд периодически скользил по знакомым фасадам, иногда задерживаясь на них. Он поправляет треуголку, опустив её ниже и идет дальше. Казалось, что напряжение после казни исходило от капитана физически и отвлекшись от любования городом, Лаггер вновь первым нарушил повисшую тишину. — Ты же не первый раз видишь такое? Вопросом это не было, скорее констатация факта. Лаггер знал ответ еще до того, как задал его. — Нет, — Коротко отозвался Мистик. — Не первый. Они свернули за угол и оказались на смотровой площадке, огороженной хлипеньким деревянным забором. Лаггер подошел ближе к обрыву и посмотрел вниз. Бескрайнее море раскинулось на необъятный простор, там качались корабли и плескались волны о причал, поодаль от которого, виднелась Нереида. По ней до сих пор сновали плотники, занимаясь ремонтом корпуса. Здесь, одиноко склонившаяся акация защищала их от солнечного света. — Ты тише, чем обычно. — Мистик сцепил руки в замок за спиной и посмотрел на Лаггера, который изучал город, раскинувшийся внизу. Лаггер хмыкнул. — А ты сегодня менее ворчлив, чем обычно. — Он повернулся на Мистика и его лицо стало серьезным. — Ты знал их? Мистик отвел взгляд, смотря куда-то за горизонт. Ветер играл с белоснежными перьями треуголки. Минута длилась так долго, что на мгновение могло показаться, что он не ответит вовсе. — Нет, — наконец тихо произнес он, не отводя взгляд от моря. — Но когда-то мог стать одним из них. Лаггер перевел на него вопросительный взгляд, но задавать лишних вопросов не стал, понимая, что, если капитан захочет ему рассказать, он расскажет. Мистик хоть и казался «темной лошадкой», мрачным и угрюмым, чрезвычайно серьезным или наоборот легкомысленным местами, ведь до сих пор не был научен до конца суровой морской дисциплине.  Выдавая в своей натуре благородный и мягкотелый род. Он мог доверится тому, кого считал врагом месяц назад, полагаясь лишь на чувства и веру в некоторое светлое чувство, что не все так плохо и в каждом человеке есть хорошее. И это «хорошее», вероятно, он разглядел в светловолосом юноше, что стоял рядом, молча слушая его историю о своем становлении контрабандистом, преступником или как принято называть в народе - пиратом. — Не так давно, до получения «Нереиды», — Он нашел взглядом знакомые очертания на верфи, — Я служил на одном судне. Меня подобрали как брошенного щенка после побега из отчего дома, возможно даже из жалости, — Он ухмыльнулся, — Выходец из «богатеньких», я попал на «Амфитриту», шхуна. Там я познакомился с Дрейком и Эдгаром, которые на тот момент являлись дезертирами, бывшие адмирал и генерал искали спасения в море, как и я. Там же я познакомился с Мироном, Морганом и Бранко. Наш капитан был безрассуден и молод, бросался в самое пекло. Мистик замолчал на пару секунд, будто вспоминая детали или подбирая нужные слова. — Возможно поэтому я и, так скажем, быстро влился в коллектив. В плане, что наш капитан был таким же безрассудным, как и ты. — Он бросил взгляд на Лаггера и усмехнулся, заметив нахмуренные брови и недовольный взгляд собеседника.  — Чтобы не умереть в первый же шторм мне предстояло вызубрить все возможные морские узлы, паруса и терминологию, а самое важное - местный жаргон. Учиться я всегда любил, поэтому быстро занял должность боцмана. Пришлось, конечно, постараться, но мне с детства говорили, что я достаточно упрям, чтобы добиться того, чего хочу. — А как же Эдгар? — Эдгар слишком любил порядок и его не отпускала прошлая жизнь адмирала. Он был той еще занозой. — В заднице. — Добавил Лаггер. — Таким и остался, ну это так, к слову. Мистик ухмыльнулся, кивнул и продолжил:   — В один из дней мы готовились напасть на торговое судно. Обычный абордаж, коих было десятки, и все сходили нам с рук. Но, удача покинула нас в тот день. Мы напоролись на королевские фрегаты. Они пожертвовали своими людьми, ради того, чтобы поймать шайку морских бродяг в ловушку. И им это удалось. Вся команда в тот момент находилась на торговом судне, наша шхуна в момент пошла ко дну, а нас взяли на прицел. Я до сих пор не знаю, целенаправленно ли они нас выслеживали, либо это воля случая. На нашем корабле бывшие офицеры королевского флота, дворяне, подавшиеся в бега и купцы, которым просто некуда было податься. «Амфитрита» стала для нас домом, укрытием, а для некоторых и их погибелью. Солнце отражалось в воде, создавая мерцающую дорожку, по которой сейчас скользили несколько фрегатов, направляющихся в порт. — Нас схватили, бросили в трюм и нацепили кандалы. — Голос стал тише. —  Я помню, как шептались товарищи и проклинали день, когда они ступили на борт. Наверное, тогда я понял, что море действительно дарит свободу, но перед этим оно обязательно проверит, заслуживаешь ли ты её. Порой, цена за такую «свободу» слишком высока, как ты и сам убедился, я думаю, и не раз. Лаггер кивнул. Даже его пленение на Бригантине был своего рода ограничения свободы, к которой он так привык, будучи капитаном шхуны.  — Нам повезло, что мы смогли выбраться раньше, чем нас насильно вывели наружу. Совместными усилиями мы выбили замок, а потом сбежали. Цепенея от страха, бежали по идеально начищенной палубе королевского фрегата, помню, как перепрыгивали фальшборт прямиком в море и плыли, вымотанные, но отчаянно цепляющиеся за жизнь. Публичные казни периодически возвращают меня в тот день, и я вспоминаю тех, кого мы бросили. Где-то в деревьях пели цикады, разбавляя повисшую тишину между ними. Лаггер не находился с ответом и не думал, что Мистик ждет от него каких-либо слов. В голове в очередной раз всплывают знакомые лица команды и на капитана шхуны накатывает волна тоски. Он обращает взгляд к морю и вздыхает. Он никогда не простит Мистику его деяния в отношении его команды, не простит раненую Лию и оставленную команду на произвол судьбы. Лаггер знал, что корабль в надежных руках и в случае чего Марк справится, он всегда был надежным товарищем и помощником. Но сегодня, человек, который стоял с рядом с ним, показал, вероятно одну из своих ран, которую тщательно скрывал. Он просто потерянная душа, которая боится, переживает и живет свою жизнь в изгнании, борясь за свое место под солнцем, такими же способами, как и команда «Песни ветра». Море меняло людей, порой не в лучшую сторону, пьяницы, убийцы, грабители, вот кто они в глазах обычных людей. Так оно и было. Море меняло их, оставляя в душе след, глубже, чем самые тёмные его бездны, порой проверяя их на выносливость и стойкость, порой бросая вызов судьбе, порой, забирая жизни товарищей в обмен на милость. — Мы пробрались на чужой корабль и спрятались в трюме. Бригантина, обычное торговое судно, которое следовало за товаром. Нам повезло, что внутри было множество пустых ящиков и прочего хлама, среди которого удалось затеряться. Ночью, мы нанесли удар, пока половина матросов спала, кто-то примкнул к нам, среди них были юнги Кай и Лиам, затем, присоединились и другие. Так и появилась «Нереида Отречения». Мистик перевел взгляд на Лаггера, изучая его профиль. Юноша стоял не подвижно, будто продолжая слушать историю капитана. Взгляд светлых глаз застыл на линии горизонта. — Интересно, — Начал Лаггер, будто не замечая изучающий взгляд капитана. — Тебя не отпускает прошлое, и ты теряешь из виду, то, что смог обрести. — Что ты имеешь ввиду? — Жизнь заключается не в том, чтобы провести её размышляя, что я мог бы сделать иначе, а в том, чтобы жить дальше. — Ты так легко говоришь об этом, — Мистик наконец повернулся к нему полностью. — Как будто утрата ничего не значит. — Я потерял родителей в десять. — Спокойно начал он. — Море забрало их в шторм. Из всех, кто был на том корабле, только мне посчастливилось выжить. — Они встретились взглядом. — А затем, меня подобрали пираты и мне повезло дважды, что меня не утащили на морское дно русалки и что я остался жив, чтобы рассказать об этом.  Вновь поднялся ветер принося от моря солоноватый запах. — Мы же вроде не пили? Лаггер вскинул брови, нахмурился, а затем, поняв, к чему клонит товарищ, улыбнулся. Мистик, наблюдая за переменой его настроения, почувствовал, как напряжение последних минут отпускает его. — Пока нет, но, если угостишь, может, расскажу больше деталей. — Лаггер пожал плечами. Мистик улыбнулся и приглашающим кивком, направился в город. Здесь уже во всю сновали люди, начиная свою повседневную рутину.

***

Небольшой колокольчик над дверью приятно зазвенел, предупреждая хозяина лавки о гостях. Дрейк оглянулся и глубоко вдохнул. В этой лавке стоял замечательный запах разного рода чая. На полках расположились чайные сервизы в традиционном восточном стиле с искусной росписью. Немного погодя послышались торопливые шаги и шарканье обуви по деревянным доскам, из соседнего «служебного» помещения, показался невысокий мужчина с аккуратной седой бородкой. — А, господа! Давно не видел ваши суровые лица. — Мужчина улыбнулся, подходя ближе к стойке. — Эдгар вы как всегда мрачнее тучи, друг мой! Дрейк хмыкнул, а Эдгар лишь закатывает глаза. — Господин Ли, рады видеть в добром здравии! — Дрейк кивает в знак приветствия. — Вообще-то, мы к вам по делу. — Тогда прошу, — он развернулся и прошел вглубь лавки, жестом приглашая следовать за ним. Боцман и штурман миновали ряд стеллажей с чайными сервизами, расписанными драконами и хризантемами, оказавшись в небольшой комнате. Здесь пахло чаем еще насыщеннее, вперемешку с неведомыми пряностями. Будь специи частым «гостем» на корабле, может пара пиратов бы и узнала пряный запах гвоздики, корицы и кардамона. Вдоль стен помещения тянулись полки из темного дерева, на которых расположились мешочки из плотной ткани. Каждый мешочек был обозначен своим символом, которые штурман и боцман, увы не распознавали. Посреди комнаты стоял чрезвычайно низкий столик, который, однако, не смутил нагрянувших гостей.  — Присаживайтесь, — Ли опустился на одну из подушек. — В ногах правды нет, как говорится. Дрейк аккуратно сел, поджав под себя ноги, вспоминая многочисленные визиты к хозяину чайной. Следом рядом с ним, без особой грации, опустился Эдгар. Ли неторопливо разжег маленькую жаровню, во главе стола, и поставил на неё небольшой чайник. — Давно вы ко мне не захаживали! — Начал он, не глядя на гостей, сосредоточенно протирая пиалы. — Я уж думал, может, нашли заказчика побогаче? Обидели старика. — Заказчиков нынче немного, Ли. — Эдгар нахмурился, — Да и работа у нас, непостоянная. — Это верно, это верно, — Ли засыпает щепоть крупных закрученных листьев в заварник, проводя параллельно традиционные «чайные» ритуалы. Спустя пару мгновений фарфоровые чашки наполнились ароматным чаем. Дрейк принял протянутую ему пиалу и с наслаждением вдохнул аромат. — Хороший у вас чай, не то, что в портовых тавернах. — Дрейк отпил и прикрыл глаза. — Там, сдается мне, опилки вместо листьев. — Конечно. — Ли довольно прищурился. — Я свое дело знаю. Зачем пожаловали, если не чай пить? Дрейк и Эдгар переглянулись. Штурман поставил пиалу на стол. — Мы в дальний путь собираемся, господин Ли. Надолго. Вот и зашли спросить, может вам нужно чего? — Эдгар достал небольшую записную книжку. — Вы же знаете, у нас только первоклассный товар, привезем вам все в идеальном виде. Ли кивнул и крепко задумался, смешно поглаживая свою худую бородку. — В дальний значит… — Он замолчал и обвел взглядом помещение, будто вспоминая, что из припасов уже на исходе. — А в какие края, если не секрет? Мне, старику, просто интересно, может и товар подскажу, какой по пути зацепить. — К южным, — Коротко ответил Эдгар. — Дальше пока не загадывали. — К южным… Хорошие места, богатые. — Задумчиво протянул старик, — Ну что же, принимайте заказ, господа! Список, который продиктовал хозяин лавки был небольшим, но товар, который требовался, выходил в немалую сумму. Штурман довольно улыбнулся, пробежавшись взглядом по списку еще раз.  — Постараемся уложиться в срок и привезти все, что требуется. — Дрейк захлопнул записную книжку и перевел взгляд на старика. — Задаток оставим как обычно, по старой дружбе – триста золотых. Уж если море заберет, ты не серчай. — Не заберет. — Ли поднялся со своего места и направился в соседнее помещение. До боцмана и штурмана долетал приглушенный голос: — Вас море любит. — Мужчина вернулся и поставил на стол небольшой мешочек с золотом. — Поэтому и живы до сих пор… — Ладно тебе, — Эдгар улыбнулся уголком губ. — Лей дальше, сказочник. — А это и не сказки. — Ли принялся разливать еще одну порцию. — Пей давай. Набирайтесь сил, они вам понадобятся. Чувствую, большое плаванье вас ждет, господа. — Давно вы в провидцы заделались?  — Дрейк отпил из пиалы, наблюдая за тем, как хозяин лавки убирает лишнюю посуду. — Стариком заделался, друг мой. — Поправил Ли, — А старики, они много чего видят, чего молодым не дано. — Он смешно пригрозил пальцем. — Вы главное друг друга берегите, в море всякое бывает, а без «своих» быстро пропадешь. В лавке повисла тишина. Только скрип половиц и едва слышный треск небольших угольков в жаровне разбавляли атмосферу. — Ладно, — Эдгар первым поднялся, нарушая тишину. — Золото взяли, товар привезем. Бумаги от капитана принесем к вечеру. Ли кивнул, поднимаясь следом и провожая гостей. — Буду ждать вас на чай, господа пираты. — Ли лукаво улыбнулся напоследок. Дверь в чайную хлопнула и на старших членов экипажа обрушилась дневная духота. Солнце было в самом зените, Дрейк тяжело вздохнул и вновь открыл свою записную книжку.  — Дальше к оружейнику… — Он сделал небольшую пометку и вновь убрал книжку. — Ну что же, — Эдгар надел треуголку, скрываясь от солнца. — День только начался, времени у нас полно… Дрейк согласно кивнул и двинулся в сторону оружейника. Если все пройдет гладко – следующий месяц у команды Нереиды пройдет в достатке.

***

Закатные лучи солнца медленно ползли по черепице крыш. Мистик вел Лаггера невесть куда, узкими улочками города. Вот девушка на балконе вывешивает белоснежные простыни, дети играют в небольших дворах Терры. Вот она – спокойная и размеренная жизнь, о которой хоть раз мечтал рядовой моряк. Просыпаться от пения птиц и легкого ветра, задувающего с моря, а не от сильной качки и вечной корабельной суеты. Любой корабль был капризным, словно ребенок или вредная дама, которой не угодишь красивыми платьями или драгоценными украшениями. Любое упущение могло привести к краху, от маленькой трещины на огромном полотнище паруса, до гнилой доски в трюме, что надежно спряталась от глаз моряков. Лаггер поймал себя на мысли, что он смотрит на эту жизнь как на диковинку. Как на экспонат в музее или вещицу коллекционера, можно потрогать, поглядеть, но в сумку к себе не положишь и с собой не заберешь. Он давно перестал грезить о таких мелочах как семья, дом и тихие вечера на летней веранде. Все это было в прошлом и утонуло вместе с кораблем отца. — Красиво, — выдохнул он, не заметив, что произнес это в слух. Мистик обернулся и проследил за его взглядом. Из окна рядом, где трепетали простыни, доносился смех и звон посуды. — Завидуешь? — Спросил Мистик без тени издевки в голосе. — Не-а, — Лаггер мотнул головой и улыбнулся. — Просто… Странно? Иногда думаешь: а что если? — Он поравнялся со своим провожатым. — Но стоит представить и «пуф» - начинает казаться, что это не моя жизнь. Чужая… Хотя я был близок к такой жизни. — Он легко пожал плечами будто за этими словами не скрывалась тяжелая история утраты и борьбы за жизнь. Мистик согласно кивнул, не находясь с ответом. На первый взгляд казалось, что Лаггер живет морским делом и ни за что не променял бы чувство «свободы», которое частенько апеллирует при упоминании моря в разговорах, на заточение в четырех стенах и вид моря из окна. Тем не менее, может где-то в глубине его души до сих пор сидит стойкое желание осесть и больше не рисковать жизнь в погоне за фантомными сокровищами и ежедневную борьбу. Не то, чтобы Мистик и сам, обратившись в пиратство, не думал о том, что лучшим вариантом было сидеть в четырех стенах и не соваться в море. Но вот он здесь: бандит, контрабандист и просто беглец. Обратного пути уже нет, поэтому и жаловаться смысла тоже нет, а тратить время на раздумья: «а что, если?» и подавно. Все что сделано сейчас здесь с ним и приходится жить с последствиями. Улочки вывели их на небольшую площадь. Здесь жизнь шла своим чередом, не спеша. Старики сидели на скамейках, наблюдая за опускающимся закатом, парочка подростков гоняли тряпичный мяч, чуть не сбив с ног грузную женщину, та, пригрозив кулаком, двинулась дальше, с большими корзинами. — Непривычно видеть такую жизнь. — Лаггер огляделся. В окнах домов, окружавших небольшую площадь, то и дело мелькали фигуры. Невесомая ткань занавесок, подхваченная ветром, хлопала снаружи, зеленый вьюн спускался с балконов, придавая изюминку пустым белым стенам. — Не переживай, нам завтра снова в море. — Издевательский хмыкнул Мистик. — Ну, в море оно и к лучшему. Там хоть все понятно – ветер, волны, «враги». А тут, — Он обвел рукой площадь и повернулся к Мистику, смешно прищурившись. — Подозрительно спокойно. И тихо. — Ты только что мечтал о тихой жизни. — Мистик ухмыльнулся. — Мечтать и жить – это разные вещи, понимаешь? — Лаггер шел следом. — Мечтать можно о чем угодно, а вот жить приходится тем, что есть. И все, что у меня есть – пленение на корабле моего недавнего врага, команда, непонятно, где находящаяся и ром. — Он нарочито театрально вздохнул. —  Последний и то не всегда достается… — У нас сделка, а не пленение. — Мистик сцепил руки в замок за спиной. — После того, как найдем артефакт, вернем тебя в Старый Свет к хозяйке «Звездного причала». Рано или поздно они вернуться туда, так? Лаггер улыбнулся тому, как ловко Мистик не упомянул раздел, пока еще не найденного ими, артефакта. Он не ответил, а Мистик продолжил: — В конце концов, ты ходишь без кандалов. — Капитан обернулся и окинул его взглядом, будто проверяя. — Тоже, верно. — Просто согласился Лаггер, не решаясь развивать тему дальше. — А что насчет рома? Мистик кивнул вперед. За углом уже слышалась едва различимая музыка, тонкий аромат еды и алкоголя. Капитан ступил на крыльцо местного заведения и открыл дверь. Музыка барда, сидевшего за барной стойкой, разливалась по всей таверне. Мужчины и женщины, собравшиеся здесь, хорошо проводили время, не обращая внимание на вошедших. Мистик, однако, опустил треуголку на глаза чуть ниже, скрываясь от возможных цепких взглядов. Они нашли свободный стол в углу таверны, откуда был виден и вход, и большая часть зала. Заказали ром, мясо и свежий хлеб. Редкая возможность поесть нормально, которую ни в коем случае нельзя было упустить. И время пролетело незаметно. Лаггер трещал без умолку, рассказывая о своей команде о том, как Лия перепила троих самых крепких матросов на «Песни ветра», а на следующий день встала за штурвал, как ни в чем не бывало, о том, как гоняли Финика по первой на шхуне ив целом о своей «семье». Мистик слушал и с каждым рассказом настороженность таяла. Он позволил себе улыбнуться и даже пару раз хмыкнул в кружку, слушая заразительный смех Лаггера. Затем и сам разговорился про своих, параллельно ругаясь на нелюбимый им ром.

 Они чокнулись деревянными кружками.

— Чтобы фортуна всегда улыбалась нам. — произнес небольшой тост Мистик и отпил.

— Чтобы море было благосклонно к нам.