Не все вечера бывают добрыми

«Просто закрой папку и открой Нетфликс, дура! Не твоё это дело!» – твердила совесть. Бона предпочла слушать внутренний голос, который навязчиво повторял: «Раз уж влезла в это из-за своего любопытства, проверяй до конца». В подпапке с названием «Дубы» находились скриншоты новостного сайта. Сара выделила зелёным строчки о том, что мэр согласовал цели устойчивого экологического развития на пять лет. В планы входила постройка нового ветропарка рядом с лесом, постепенный переход на электромобили и биоразлагаемую упаковку большого ряда товаров. В следующем файле, где подробнее рассказывалось о каждом пункте, мисс Лонгман делала пометки от руки: «Такое уже было», «В прошлый раз закончилось плохо», «Норм, но зелёные не оценят». Внизу скриншота расположилась размашистая подпись – довольно неутешительный вывод о том, что эти цели спровоцируют сильное недовольство радикальных активистов. Каждая фотография была похожа на предыдущую. Кроме новостей и приписок к ним Бона не нашла ничего. Выглядело всё так, будто Сара пыталась предугадать, какое решение правительства вызовет волну сопротивления. «Ладно, непохоже, чтобы она занимала сторону законников. Тут буквально в каждом скрине их осуждение», – решила девушка. Доказательств было мало, спрашивать напрямую она явно не собиралась, а рыться дальше в личных файлах не хотелось. Теперь голос совести звучал в разы громче внутреннего параноика. Целых полчаса Боне пришлось делать вид, что она сконцентрирована на кино и не думает ни о «Новом законе», ни о собственном нелепом поведении. От всепоглощающего чувства стыда её щёки пылали ярче алого заката за окном, а дыхание стало сбивчивым. Сара, заметив это, снисходительно улыбнулась. «Бедная, так засмущалась? Мы ведь всего лишь лежим в обнимку», – пронеслось у неё в мыслях, после чего мисс Лонгман переместила ладонь с талии своей гостьи на ляжку. «Не ты одна должна заставлять меня краснеть и наслаждаться этим». Когда мисс Хатер наконец смогла сконцентрироваться на действиях главной героини, в правом нижнем углу экрана вдруг всплыло уведомление. Кусочек заголовка «МИТИНГ В ФЕРТОНЕ: МЭР...» захватил всё внимание Боны. До фильма ей уже не было никакого дела. Осталось лишь отчаянное желание узнать, что же с этим происшествием сделал папа. – Можем взглянуть? – попросила она, чувствуя, как от тревоги дрогнули руки. Сара без колебаний согласилась и открыла статью. Прочитав полное название, Бона тихо выругалась. МИТИНГ В ФЕРТОНЕ: МЭР ОТКАЗЫВАЕТСЯ ДАВАТЬ КОММЕНТАРИИ Она судорожно принялась листать новости. Короткий текст рассказывал о том, что несанкционированное собрание удалось разогнать не сразу. Пять человек ранили сами участники, но, к счастью, никто из них не оказался в тяжёлом состоянии. Это, безусловно, радовало, хотя мисс Хатер в тот момент волновало совсем другое. – Почему мэр никак не высказался? – испуганно шепнула она и наткнулась на видео. Уже не спрашивая разрешения, девушка включила его. Брайан Хатер быстрым шагом двигался по улице в сторону мэрии, игнорируя огромное количество журналистов, обступивших его. Охранники раскинули руки, защищая мужчину, призывали всех уйти. Глаза болели от вспышек фотоаппаратов. – Мистер Хатер, как Вы объясните произошедшее? – Чем конкретно были недовольны эти люди? – Было ли у них оружие? Как Вы планируете обезопасить горожан? Назойливые журналисты толкались, протягивали мэру микрофоны с логотипами государственных телеканалов и издательств. Он попросту пропускал мимо ушей бесконечный поток вопросов. Густые рыжие брови сдвинулись к переносице, хмурый взгляд выражал крайнее замешательство. Брайан явно был обеспокоен ситуацией, хотя так и не произнёс ни слова. – Скажите, эти экоактивисты как-то связаны с группировкой «Новый закон»? – поинтересовалась одна из девушек в толпе. Мужчина остановился как вкопанный. Секундной заминки хватило, чтобы привлечь внимание и заставить всех замолчать в ожидании ответов. Бона, глядя на экран, затаила дыхание, будто не понимала, что произойдёт дальше. – Всё под контролем, – бросил мистер Хатер, в то же мгновение теряя всякий интерес к журналистке. – Больше комментариев я не дам. Толпа продолжила наперебой задавать вопросы, но ни один из них так и не был услышан. Брайан Хатер скрылся в здании мэрии. Дверь за ним закрыла охрана. Шлейф недосказанности и разочарования ощущался даже сквозь экран ноутбука. – Твою мать! – раздосадованно взвизгнула Бона, всплеснув руками. – Какого хера он просто язык в жопу засунул?! Ярость струилась по венам, фейерверками взрывалась где-то внутри. Девушка не собиралась останавливать поток гневных ругательств в сторону отца. Родственная связь уже не имела никакого значения. Он совершил огромную ошибку, облажался, проебался. «Твой собственный сын погиб от рук этих конченых, а тебе похер! У тебя всё под контролем!» – Бона еле сдержалась, чтобы не высказать это вслух. – Бля, да он мог бы хоть что-то ответить! – удручённо воскликнула она и принялась ходить взад-вперёд вокруг большой кровати. – Его в СМИ сейчас просто с говном смешают! А жители? Ты о них подумал? Как можно к ним так наплевательски относиться?! Конечности тряслись от злости и страха. Доверие горожан – ценнейший ресурс любого правителя – сейчас ускользал, словно песок, просачивающийся сквозь пальцы. Один неосторожный поступок мэра мог положить начало чему-то гораздо более масштабному. Осознание неизбежного не позволяло сделать глубокий вдох. «Я надеялась на него. На то, что он всё исправит. Прямо как в детстве. Какая же я глупая», – вдруг осознала девушка. Она изнемождённо плюхнулась на кровать и совсем поникла. Не услышав никаких комментариев от Сары, Бона украдкой взглянула на неё. Мисс Лонгман отрешённо смотрела в экран, раз за разом перечитывая строчки в новостях. Сердце пропустило несколько тяжёлых ударов: такой же потерянной соавторка выглядела, когда сидела на балконе того самого ресторана. – Боже, Сарочка, прости, пожалуйста, – тихонько затараторила мисс Хатер, судорожно сжимая её опущенные плечи. – Мне не стоило кричать. Она не успела понять, в какой момент искренне захотела обратиться к ней так ласково, и вздрогнула от осознания, что слова назад уже не вернёшь. Соавторка продолжила молчать. Бона медленно растирала напряжённую спину, мысленно ругая себя за гневную тираду. – Я не из-за этого, – отрешённо произнесла Сара спустя пару минут, но головы не подняла. – Просто... Новый закон... Если это снова они, если всё повторится... Отросшие ногти болезненно впились в потные ладони. Это не ускользнуло от внимания авторки. – В последнее время в моей жизни слишком много совпадений, указывающих на них, – отметила она и, прижимаясь чуть сильнее, жалостливо шепнула: – Я тоже этого боюсь. Тринадцатого ноября моя семья находилась в эпицентре событий. Сара наконец взглянула на свою спутницу. Карие глаза были затуманены болью и враждебностью. – Я их ненавижу, Бона, – уверенный голос предательски дрогнул. – Они отняли у меня близкого человека. Моя тётя... Она в тот день была в Сен-Туржоне. И после этого всё стало совершенно понятно. Пристрастие к алкоголю, избегание личных тем, те самые файлы в ноутбуке – теперь все эти факты приобрели в разы больше смысла. «И как мне только в голову могло прийти, что она предательница? Совсем уже ёбнулась!» – думала Бона, желая дать самой себе хлёсткую пощёчину. – Сара... – хрипло шепнула она, убирая с её лица выбившиеся пряди. В зелёных глазах вновь скопились слёзы. – Ирвинг... Он тоже там был. Полицейским. Я понимаю тебя. Я всё понимаю, золотце! Та ничего не ответила, лишь упала в объятия авторки. Мисс Хатер медленно поглаживала пушистые чёрные волосы, время от времени покрывала нежными поцелуями шею и щёки Сары. «Сколько же ты натерпелась?» – только и думала она, ощущая, как кожа покрывалась мурашками в местах, где её касалась мисс Лонгман. Боль от схожести потерь объединяла израненные сердца, связывала их крепкой красной нитью. Девушки не хотели произносить ни слова, но это не мешало обеим поддерживать друг друга. – Как её звали? – робко поинтересовалась Бона, не отстраняясь ни на миллиметр. – Луиза Аманда Уильямс, – безучастно бросила Сара, крепче стискивая её плечи. – Мамина сестра. Собеседнице оставалось только кивнуть. Желание спросить ещё что-нибудь, конечно, присутствовало. Какой она была? Чем именно запомнилась? Наверняка мисс Лонгман не собиралась поддерживать разговор об этом. Её внутренний мир всё ещё был закрыт на множество замков, пусть девушка и старалась потихоньку обнажать скрытые углы своей души. «Я без проблем могу поведать почти всю историю своей жизни в первую же неделю знакомства, а ей просто нужно время», – поняла Бона. Ни на секунду в голову не просачивалась мысль об осуждении Сары. Напротив, этих откровений хотелось дождаться. Молчание затянулось. Теперь соавторка лежала на подушке, рассматривая балдахин и иногда поглядывая на рыжую копну волос рядом. Мисс Хатер не давила, не просила рассказать больше и в принципе что-либо говорить. Её терпение значило слишком многое. «Когда она рядом, мне спокойнее», – это осознание сначало приятно согрело, а после обожгло желудок, как блюдо с перцем чили. Вот только к острой еде Сара привыкла, а к чувствам – совсем нет. Пустые тарелки стали предлогом убежать на кухню. Она тщательно тёрла губкой каждую, будто вместе с остатками соуса могла смыть собственные переживания. Вернувшись в комнату, мисс Лонгман сочувственно бросила: – Мне жаль, что тебе пришлось это пережить. Жаль, что ты понимаешь, каково это – жить как на пороховой бочке. Меня скоро от любых экологических нововведений трясти будет. Везде вижу почву для теорий, хотя вокруг всё спокойно. По крайней мере было до сегодняшнего дня. – Лучше надеяться на лучшее, чем готовиться к худшему, – Бона задержала на ней робкий взгляд, словно советовала нечто невозможное. – А вообще... Ты такие личные вещи рассказываешь. Это неожиданно и приятно. – Я ещё никому об этом не говорила, – едва слышно призналась Сара. Они сели на кровать друг напротив друга, взялись за руки. Соавторка огладила запястье мисс Хатер, а затем резко подалась вперёд, касаясь её губ своими всего на мгновение. – Спасибо. Тебе правда хочется доверять. Бона ответила доброжелательной улыбкой. Зелёные глаза сияли, словно два больших изумруда. Они поцеловались ещё раз, спрятались в объятиях друг друга, будто это в данную минуту было самым безопасным местом на земле. Фильм всё-таки досмотрели, не отвлекаясь на мысли о болезненном прошлом и шатком будущем.

***

Прошло ещё два рабочих дня, во время которых Бона была готова закрыться в чулане от слишком частого упоминания своей фамилии. В основном, конечно, обсуждали её отца, но некоторые коллеги вдруг решили, что сама мисс Хатер поддерживает его решения просто из-за родственной связи. Пришлось пару раз прикрикнуть на них, чтобы опровергнуть это. Обстановка в столице оставалась довольно напряжённой. Это можно было ощутить, всего лишь пройдясь по улицам города. Высотные здания давили, люди сторонились друг друга, мэрию вообще обходили стороной. Тяжесть в воздухе немного рассеялась, когда мистер Хатер прокомментировал произошедшее в парке. По его словам, участников митинга уже допросили. Те сознались в сговоре, а связь с «Новым законом» отрицали. С целью безопасности было принято решение отменить ежегодный праздник моря, посвящённый японской культуре, и усилить контроль в местах большого скопления людей. Семейная атмосфера оставалась стабильной. Арбен решил уехать к родителям на пару дней. Обычно это как раз происходило в конце месяца, поэтому Бона не была удивлена. Вечером двадцать первого июля девушка проводила его на поезд. Её ждали две ночи в одиночестве, и это осознание, что странно, не пугало. Следующим утром ей, по обыкновению, пришло сообщение от брата:

——————————

Арбен Доброе утро. Мама спрашивает, готовить ли тебе жульен.

Бона

ДА КОНЕЧНО

и привет ей передай!!!!

доброе утро <3

——————————

Это мгновенно помогло проснуться и ещё сильнее ждать возвращения Арбена. Он приедет с её любимым блюдом! Хотя, зная миссис Леммель, которая наготовила бы всего да побольше, не только с ним. Бона сладко потянулась, а затем получила новые сообщения:

——————————

Арбен Передам. Что означает это <3 в конце?

Бона

это сердечко

Арбен Ок. Люблю тебя.

Бона

и я тебяяяя!!!!

——————————

Лицо, на котором отпечатались следы помятой подушки, озарилось тёплой улыбкой. Всего за пару дней Бона успела понять, насколько тяжело ей было меняться ради брата и убеждать себя в собственной значимости. Если он писал ей такое, значит, точно не держал зла на все её неудачные попытки сделать как лучше. Занятая утренней рутиной под лёгкую музыку, девушка даже не заметила, как ей написала соавторка.

——————————

Сара Доброе утро! Слушай, я понимаю, что предлагаю слишком внезапно, но... Праздник моря отменили, а я его каждый год посещаю. Хочешь сегодня сходить в японский ресторан? В «Кустах гортензии» довольно вкусно

Бона

блиииин я с удовольствием!!!

извини за прямоту

но

кто платит??

Сара Я, раз уж пригласила Соответственно, ты вообще ничего не теряешь, если соглашаешься на моё предложение :)

Бона

АХАХАХАХА реально!!!

конечно я согласна

буду рада провести с тобой время

——————————

«Я иду на свидание с собственной соавторкой. Ещё в начале месяца ни за что бы в это не поверила», – вдруг осознала Бона, доедая хлопья с молоком. Спустя пару минут девушки согласовали время встречи. Сара написала, что заедет за ней в шесть, и это впервые смутило мисс Хатер. «Заедет на собственной машине, чтобы отвезти меня в ресторан. Не в какой-нибудь там Макдональдс, а в ресторан!», – она повторила это про себя несколько раз, с каждым мгновением улыбаясь всё шире и краснея до кончиков ушей. Кажется, летняя интрижка постепенно обрастала настоящими чувствами. За несколько часов Бона успела прочитать новые главы в визуальной новелле, отредактировать черновики и приступить к вязанию шапочки в форме лягушки. К свиданию девушка решила подготовиться основательно. Она долго подбирала украшения и макияж под лёгкое белое платье в цветочек, в итоге остановившись на минимализме. Сара, как обычно, ждала свою спутницу у машины. Когда та оказалась в поле зрения, девушка задумалась: «Я действительно позвала её. Просто потому, что захотела. Твою мать, это слишком непривычно!». Тёплый взгляд карих глаз подмечал каждую деталь в её образе. Жемчуг на шее, позолоченные кольца, бутоны ландышей, распустившиеся на серёжках, – от Боны веяло нежностью и летним уютом. Приветственные объятия заставили сердца обеих дрогнуть. Девушки старались скрыть волнение, но выходило не слишком хорошо. Это было заметно в неуверенных жестах, неловких прикосновениях, постоянно заплетающемся языке. У мисс Хатер даже пропало желание шутить о смущении своей спутницы – сегодня они определённо были в одной лодке. Сара провела Боне краткий экскурс по японской кухне, тем самым помогая ей определиться с выбором. Как оказалось, мисс Лонгман успела завести достаточно знакомств в «Кустах гортензии». Она дружелюбно общалась с официанткой, а позже к ней даже подошла администраторка заведения с просьбой рассказать о последних новостях. Разговор пришлось отложить в угоду времяпрепровождению с Боной. Мисс Хатер наслаждалась вкусной едой, болтала с соавторкой о чём-то повседневном, а сама не могла оторвать от неё глаз. Сегодня девушка выглядела особенно прекрасно: две верхние пуговицы лёгкой розовой рубашки слегка открывали ключицы, белые брюки с коричневым ремнём подчёркивали тонкую талию. Чёрные локоны распушились больше обычного, и это казалось до безумия очаровательным. Бона представила, как садится к ней на колени, сладко целует, поглаживая кожу головы, как они обнимаются и шепчут друг другу нежности на ухо. Уже пару лет она не задумывалась об отношениях. Максимум – секс по дружбе. Кажется, чувства к Саре уже нельзя было назвать простым влечением. Мисс Хатер хотелось проводить с ней время, узнавать её лучше, дарить наслаждение и искренне заботиться. Теперь их связывало не только вожделение. Еда уже давно закончилась, заказывать что-то ещё не было желания. Бона пересела на диванчик рядом со своей спутницей, переплела их пальцы, улеглась на крепкое плечо. Низкий хриплый голос стал расслабленно тихим, бытовые темы сменились обсуждением романтики. – На самом деле я очень люблю, когда девушка организовывает милые свидания, – призналась Бона, проводя кончиком острого ногтя по воздушной ткани рубашки. – Мне больше под силу подарки дарить или словесно выражать привязанность. – Видишь, мы как два кусочка пазла, – с нежной улыбкой отметила Сара. – Я не всегда могу выразить чувства словами через рот, да и подарки выбирать не умею. «Не уходит от темы. Значит, не отрицает, что у нас могло бы что-то получиться?» – с надеждой подумала мисс Хатер, сильнее сжимая руку партнёрши. – Кстати, я ещё кое-что запланировала, – завлекающе протянула мисс Лонгман и чуть отстранилась, желая видеть лицо Боны. – Ты высоты боишься? Та отрицательно мотнула головой. Сара обрадованно захлопала в ладоши и потянула девушку в сторону служебного помещения, предварительно оплатив счёт. Мисс Лонгман поистине повезло иметь связи в этом ресторане. После одной только просьбы ей дали ключи от выхода на крышу. Бона в предвкушении поднялась по неустойчивой лестнице и, оглянувшись, замерла. Здание не было таким уж высоким, но вид с него открывался чудесный. Около «Кустов гортензии» развевались флаги с изображением сакуры, чуть поодаль виднелась набережная. Облака неспешно плыли по персиковому небу, которое окрашивало реку в нежные тона. Закатное солнце ласкало своими лучами каменную арку пешеходного моста. Хотелось закрыть глаза от чересчур яркого света, но Бона продолжала разглядывать пейзаж. – Думала посидеть, но плед не взяла, прости, – смущённо пробормотала Сара, оказываясь у девушки за спиной. Они стояли настолько близко, что мисс Хатер могла чувствовать тепло чужой кожи и гулкое сердцебиение. Стараясь не придавать этому значение, она весело махнула рукой и уселась на крышу, приглашающе хлопая по месту рядом с собой. Её спутница хмыкнула, глядя на свои белые брюки, но всё же опустилась рядом. Сара наблюдала за разноцветными огнями города. Бона вновь залюбовалась ей. «Если бы мы просто попробовали что-то большее? Сходили бы на пару свиданий, снова сблизились благодаря схожему прошлому... Вот бы между нами всё стало чуть серьёзнее», – смело подумала она. – Ты чего? – вдруг поинтересовалась Сара, неуверенно поправляя волосы. Карие глаза робко, медленно осмотрели её. – Ты очаровательная, – без всякого стеснения произнесла Бона. На лице уже не было привычной игривой ухмылки. Впервые соавторка не знала, как на такое ответить. Сердце затрепетало, ресницы дрогнули, а щёки тут же покраснели так, что никакая косметика не смогла бы это скрыть. Мисс Хатер с особой осторожностью придвинулась ближе. Больше боялась упасть или спугнуть возлюбленную? – Спасибо, что привела меня сюда, – уголки пухлых губ слегка приподнялись. – Ресторан хороший. Отсюда вид отличный. – Да, можно наблюдать одновременно за всем, – Сара заметно оживилась, улыбнулась в ответ, энергично кивая. Бона так и не поняла, зачем было следить за происходящим внизу, если рядом находилась столь чудесная девушка. Рука с длинными голубыми ногтями щекотнула оголённый участок поясницы, проскальзывая к талии. На улице не было холодно, но почему-то хотелось сильнее прижаться друг к другу. Они сидели в обнимку несколько минут, но эти мгновения ощущались как целые часы. Мисс Лонгман всё ещё смотрела на развевающиеся флажки с изображением цветов, а Бона – на неё. Тёплые губы коснулись виска Сары, вызывая у той едва заметную дрожь. Они переместились к щеке, скуле, подбородку. Острый ноготь смахнул со лба мешающую прядь. Звуки вокруг уже не казались такими громкими. Запахи острой азиатской еды перестали существовать, остался лишь слабый аромат персика, исходящий от густых рыжих волос. Зелёные глаза в этот раз не искрились несерьёзностью, внимательно улавливали реакцию соавторки на происходящее. Мысли обеих были совершенно одинаковыми: «Мы ведь уже целовались раньше. Почему сегодня всё ощущается так, будто это происходит впервые?». Бона сократила и без того небольшое расстояние, накрыв губы Сары своими. Та шумно выдохнула, смело ответила на нежное касание, поглаживая бедро своей спутницы. Она прижимала её к себе так сильно, будто боялась, что через секунду рыжеволосая красотка просто растворится в воздухе. Мисс Хатер отклонилась назад, позволяя партнёрше покрывать поцелуями шею, мочки и вновь возвращаться к манящим губам. Её сбивчивое дыхание почти переходило в сдавленные стоны. Девушка резко приподнялась, схватилась за ворот чужой рубашки, увлекая мисс Лонгман в напористый поцелуй, полный невысказанных чувств. Они отстранились, чтобы отдышаться. В уголках карих глаз скопились едва заметные солёные капли. Сара явно смотрела на свою спутницу по-другому. Во взгляде читалась растерянность, смешанная с неприкрытым обожанием, желанием быть рядом. – Всё хорошо? – на всякий случай уточнила Бона. Поддавшись внезапному порыву, она осторожно коснулась чёрных, как беззвёздная ночь, волос. – Просто отлично, – мягко улыбнувшись, подтвердила мисс Лонгман. – Разве с тобой может быть по-другому? Она перехватила её руку, несколько раз коснулась губами коротких толстых пальцев. Каждый поцелуй обжигал так сильно, что сомнений не осталось: вечер хотелось продолжить в более интимной обстановке. Не для удовлетворения физических потребностей, а ради чего-то большего. Возможный отказ от секса совсем не угнетал Бону. Они могли бы снова посмотреть фильм, приготовить что-нибудь, душевно поболтать, и от мыслей об этом на душе становилось тепло. – Не хочу ходить вокруг да около. Поехали ко мне? – внезапно предложила мисс Хатер, кокетливо подмигнув ей. – Арбена до завтра не будет. – Я так понимаю, ты меня не книги читать зовёшь, – после уверенного кивка на лице Сары растянулась игривая ухмылка. – Значит, пойдём на парковку. Всю дорогу до дома Боны соавторка не упускала ни единого момента, чтобы поддразнить её. Медленно поглаживала оголённые ляжки, подбираясь к белью, но тут же убирала руки, рассматривала так, будто мысленно снимала с неё одежду. На разговоре о предпочтениях в сексе мисс Хатер едва ли не предложила партнёрше припарковаться в каком-нибудь дворике и перейти к делу прямо в машине. Пришлось всё же добраться до квартиры в угоду удобству и гигиене. Обычное мытьё рук показалось слишком долгим и муторным процессом. Как только Сара покинула ванную, Бона смерила гостью любопытным взглядом, а затем прижала её к стене в страстном поцелуе. Тёплые ладони блуждали по одежде, забрались под рубашку, смяли грудь в тонком спортивном топе. Мисс Лонгман протестующе застонала и, оторвавшись от её губ, с притворной обидой протянула: – Я хотела быть главной! – Перехочешь, – ехидно бросила Бона, самым кончиком пальца касаясь носа Сары. Темнота в комнате мисс Хатер создавала особую интимную атмосферу, поэтому свет никто так и не включил. Сара не собиралась тратить время на разглядывание помещения. Она притянула девушку к себе за талию, помогла ей избавиться от платья. Руки странно подрагивали, в животе свернулся холодный комок волнения. «У меня было много партнёрш. Почему сейчас всё ощущается... не так, как с ними?» – всего на секунду задумалась она. Мешающие мысли отошли на второй план, как только мисс Лонгман заметила отсутствие лифчика на Боне. – Какой приятный сюрприз, – лукаво протянула мисс Лонгман, любуясь открывшимся видом. – Неужели ты изначально готовилась к такому завершению вечера? Та, горделиво улыбаясь, села на кровать, приглашающе скинула густые волосы с плеча. Сара опустилась рядом, оставила пару горячих поцелуев на шее, ключицах, груди. Ловкий язык лизнул затвердевший сосок, длинные пальцы невесомо погладили второй. Бона тихо всхлипнула, царапнула талию партнёрши, желая ускориться и быстрее перейти к главному. Рубашка цвета лепестков сакуры упала на пушистый ковёр. Сердце затрепетало от непривычной близости. Мисс Хатер приспустила топ, но не сняла его полностью, наполовину обнажая небольшую грудь. – Какая же ты красивая, – шепнула Бона, прикусывая губу и заворожённо разглядывая открывшуюся ей картину. На подтянутом животе тонко проступали кубики пресса. Тело Сары казалось высеченным из белого камня – настолько светлой была её кожа. Бона наконец стянула мешающее бельё и обратила внимание на то, чего совсем не ожидала увидеть. – Ты не говорила, что у тебя есть тату, – заинтересованно отметила девушка, проводя по нему пальцем. На рёбрах с левой стороны виднелись тонкие буквы L. A. W., расположенные одна под одной через точку. Сара удручённо опустила взгляд, ладонью попыталась прикрыть это место. Мисс Хатер с особой осторожностью взяла её за руку. Она была слишком холодной и потной на контрасте с обжигающе горячими пальцами Боны. – Это её инициалы, – робко шепнула соавторка, по наитию отодвигаясь. Раскрасневшееся лицо насквозь пропиталось тоской. Ласковый взгляд зелёных глаз прошёлся по нему, подмечая каждую деталь. Мисс Лонгман явно чувствовала себя не в своей тарелке: поджала губы, скрестила руки на груди, скрыла расстроенные глаза короткими волосами. Бона сократила расстояние между ними, коснулась губами её виска. – Всё хорошо, золотце, – с нежностью шепнула она, переплетая подрагивающие пальцы со своими. – Дать тебе время? Можем остановиться, если ты не в настроении. «Почему, чёрт возьми, ты такая хорошая?» – размышляла мисс Лонгман, до боли прикусывая губу. За последние несколько лет она ни разу не слышала подобного – это осознание сдавило горло так сильно, что стало трудно дышать. Совершенно обычные жесты позволили на миг почувствовать себя особенной. –Давай просто не будем заострять на этом внимание, – попросила Сара, едва заметно приободряясь. – Уверена? Мне важно, чтобы тебе было комфортно. Девушка, похожая на любопытную лисичку, произнесла это так ласково, заботливо, что её партнёрша только и успела подумать: «Ещё слово – и я разрыдаюсь прямо здесь». Пришлось сделать глубокий вдох, а затем спокойно кивнуть. Они продолжили исследовать тела друг друга. Сначала неспешно – осторожными касаниями, нарочито медленными поцелуями, затем быстрее, показывая нарастающее вожделение. Переживания и рефлексия растворились в пылком желании. Соавторка хотела лишь прекрасную девушку напротив. Видеть её, трогать везде, наслаждаться высокими сладкими стонами – большего и не нужно было. Обе остались полностью обнажёнными. Карие глаза без всякого смущения задержались на объёмной груди, багровых следах страсти под ней. Бона, воспользовавшись заминкой, завлекающе провела пальцем от кубиков пресса к лобку, довольно наблюдая за тем, как напрягаются мышцы живота Сары. Та уже была готова просить её спуститься ниже, но продолжила следить за движениями авторки и сминать собственную грудь. Мисс Хатер наконец дотронулась до клитора партнёрши, выбивая из её лёгких приглушённый стон. Один лишь вид мисс Лонгман заставлял терять голову. Вся красная, с милой растрёпанной причёской, белыми следами ногтей на боку, по неосторожности оставленными Боной, она млела от прикосновений своей спутницы, прижимаясь к ловким пальцам. – Ст-той, – робко попросила Сара, когда почувствовала, что приятная нега вот-вот накроет её с головой. Она надавила на плечи Боны. Та, не сопротивляясь, легла на подушку. – Видишь, ты позволила мне вести, – удовлетворённо хмыкнула соавторка, сильнее вжимая её в мягкую постель. – Даже не попыталась оспорить это. – Пора бы тебе использовать свой язык по-другому. Не думаешь? – съязвила Бона, скрещивая ноги и от вожделения царапая тыльную сторону ладони. – Ещё и так просишь продолжения, – промурлыкала Сара, облизываясь. – Ваше поведение, мисс Хатер, мне сегодня очень нравится. Её ладонь очертила путь до внутренней стороны бедра авторки. Она, будучи не в силах справиться с желанием, прикусила указательный палец, тем самым вызывая у партнёрши властную улыбку. – Мисс Лонгман, если Вы сейчас не прекратите болтать, я... Незаконченная фраза оборвалась громким высоким стоном. Сара медленно обвела языком клитор, наблюдая за её реакцией. Бона несколько болезненно сжала густые чёрные волосы на затылке, вынуждая соавторку прижаться сильнее. Мисс Лонгман крепко стиснула широкие бёдра, не оставляя своей спутнице ни единого шанса вырваться. Авторка плавилась в её руках, то и дело всхлипывала, просила ускориться или надавить сильнее. Сара покорно исполняла желания Боны, периодически поглядывая на неё исподлобья. – Добавь пальцы, – шепнула мисс Хатер, ощущая, как от нахлынувших ощущений начинает кружиться голова. Мисс Лонгман сделала это осторожно, наблюдая за реакцией девушки. Шумное дыхание выдавало соавторку с потрохами. Она представляла, как Бона касалась бы её в тех же местах, и тщетно пыталась забыть о собственном возбуждении. Доставить ей удовольствие в тот момент было главной целью. Несколько быстрых движений рукой – и Бона протяжно простонала, растекаясь в неге блаженства. Сара отпустила партнёршу не сразу, дожидаясь её просьбы. Отстранившись, она оглядела её с ног до головы. Длинные рыжие волосы раскинулись по подушке, большая грудь тяжело вздымалась, руки подрагивали. Мисс Хатер выглядела так очаровательно, что соавторка невольно залюбовалась ей. Нежность, переполняющая сердце, внезапно сделала слишком больно. – Ну что же, – немного отдышавшись, промурлыкала Бона, – теперь моя очередь... – Мне достаточно того, что тебе было хорошо, – тихо перебила её мисс Лонгман, криво улыбаясь. – О, ну... как скажешь, – согласилась та, приподнялась на локтях и мягко поинтересовалась: – Тебе не понравилось? Я сделала что-то не так? – Мне всё понравилось, но давай на этом остановимся. Попытка сделать вид, что всё в порядке, с треском провалилась. Сара, сгорбившись, уселась на край кровати, потянулась к своему белью. Бона вмиг оказалась рядом. – Ты выглядишь очень расстроенной, – отметила она, ненавязчиво поглаживая тыльную сторону её ладони. – Я волнуюсь. – У меня много тараканов в голове, и не обо всех я готова говорить. Просто знай, что это не связано с тобой. Она тяжело вздохнула и произнесла едва слышно, словно стыдилась этого: – Мне следовало сначала разобраться в себе, а уж потом в постель кого-то тащить. – Хей, ты чего? – рыжие брови поползли вверх от удивления. Мисс Хатер взяла покрасневшее лицо в свои руки и успокаивающе проговорила: – Я всё понимаю, правда, и могу подождать. Не вини себя ни в чём. Вновь неуверенная улыбка, быстрый кивок, потому что отвечать совсем не хотелось. Бона собиралась предложить немного полежать в обнимку, расслабиться или вообще переночевать вместе, но заметила, что Сара пыталась впопыхах натянуть на себя одежду. Авторка, провожая её движения тоскливым взглядом, достала из-под подушки пижамный комплект. Мисс Лонгман старалась не смотреть в сторону партнёрши, хотя чувствовала, как противное чувство горечи разъедало желудок. «Если бы ты только знала, как сильно я хочу рассказать тебе правду», – думала она, торопливо шагая к выходу. – Напишешь, когда будешь дома? – попросила её Бона, облокотившись на стену. – Сейчас уже довольно темно. – Я ведь на машине, да и район у меня безопасный, – оспорила Сара, но, почувствовав на себе неодобрительный взгляд зелёных глаз, сдалась: – Напишу. Ровно через мгновение мисс Хатер почувствовала, как в неё впечаталось горячее тело соавторки. Противное чувство вины растворялось в нежных прикосновениях. Сара, улыбаясь, отрывисто проговорила: – Ты чудесная. Правда. Спасибо за вечер. – Тебе спасибо, – Бона добродушно рассмеялась и на прощание чмокнула свою спутницу в щёку. Она этого не видела, но по лестнице мисс Лонгман бежала так быстро, как только могла.