Лгать нельзя говорить правду

***

      Многие говорят Гён, что она глупа. Начиная с матери, которая появляется в её жизни реже, чем хорошие отметки в табеле, заканчивая Джеи, которая по сей день пытается вдолбить ей какие-то свои принципы. Конечно, в разной степени она благодарна им за всё, но это не повод сравнивать её искренность с глупостью.       Гён совсем не глупая, нет. Просто она давно поняла, каково это – оказаться на самом дне. Примерно в средней школе дела её матери начали проваливаться один за другим. И Гён полностью ощутила, каково это – чувствовать себя на грани. Когда в один момент вся твоя жизнь просто щёлкает и меняет направление.       Если быть честной, Гён просто старается много об этом не думать. Поэтому и не думает в принципе. Так элементарно легче.       «Везде можно найти плюсы».       Наверное, именно этой фразой руководствовалась Джеи, когда впервые повела её в ночной клуб на первом году старшей школы.       – Тебе нужно развеяться, – хитро улыбнулась она тогда, подталкивая ко входу.       Гён не сопротивлялась. Падать ниже было просто некуда.       Их встретили небольшое помещение и толпы пьяных людей. Джеи уверенно продвигалась вперёд, будто была здесь не впервые. Хотя, наверное, так оно и было. Громкие басы музыки ударяли по ушам, а в носу забился стойкий запах чьих-то сладких духов.       Сейчас Гён, на самом деле, мало что помнит из того вечера. Особенно после того, как они выпили. Терпкий вкус алкоголя разлился согревающим теплом по телу и наполнил каждую его клеточку приятной эйфорией. После этого нормально воспринимать происходящее вокруг стало просто невозможно.       И именно тогда к ней подошла какая-та невероятно красивая девушка, любезно купила им выпивку и позвала Гён потанцевать. Она не видела смысла отказывать. Падать ниже всё равно было некуда. Даже если с этой мыслью Гён пробила очередное дно.       Постепенно их неловкие взгляды и касания на танцполе стали приобретать далеко недвусмысленный характер. Незнакомка аккуратно предложила им где-нибудь уединиться, а Гён… А что Гён? В её крови тогда бурлил алкоголь и давно подавляемое возбуждение. Падать ниже всё равно было некуда, так почему бы не отдаться моменту с головой?       Тогда это и произошло впервые. Гён проснулась в какой-то светлой комнате от сотен звонков Джеи. Оказалось, что та потеряла её где-то на середине вечера и до самого утра пыталась найти. Гён огляделась по сторонам и заметила на краю кровати небольшую визитку, а рядом – стопку денег. И что-то в её жизни вновь щёлкнуло.       В голове сразу появился какой никакой план. Падать ниже было некуда, безусловно, поэтому оставался лишь путь наверх. И это событие как раз таки и стало отправной точкой.       Заметила бы Гён, если бы надела очки в тот день, что лестница направлена не вверх? Она старается об этом не думать.       С тех пор Гён пользуется этим подарком судьбы на максимум. Позвонив тогда по номеру на визитке, ей предложили хорошую работу с достойной оплатой. Это сразу закрывало несколько потребностей: нехватку денег и излишнее возбуждение на фоне стресса.       Реакция Джеи, конечно, была резко-отрицательной, но как-либо вразумить подругу она уже не могла. Гён ей поистине благодарна. Она помогла ей получить возможность выбраться из этой бездны отчаяния. Но это не значит, что теперь она готова добровольно отказаться от всего по её же просьбе.       Гён совсем не глупая, она просто использует только то, чем её наградила судьба.       Даже если это больше не приносит прежнего удовольствия. Даже если Гён чувствует опустошённость и желание выкурить всю электронку Джеи, когда решает взять недельный перерыв.       Гён не имеет ни малейшего понятия, зачем она рассказала об этом Джеи. Ей стоило бы продолжать говорить, что всё нормально, что ей нравится, что клиенты хорошие, а благодаря должности матери к ней не подпускают всяких больных ублюдков.       У Гён есть всё – деньги, работа, снятие стресса и слишком уж хорошая подруга. Аж тошнит. У Гён всё в порядке. Последнее место её не волнует. Она не собирается никуда поступать. Гён благодарна, что хоть в ответ на это Джеи просто пожимает плечами.       – Это не моё дело, – сказала она однажды.       Гён рассмеялась и сделала затяжку.       – А моя работа – ну прямо очень твоё дело?       Джеи недовольно цокнула и вынула электронную сигарету из руки Гён.       – Я никогда не должна была приводить тебя в этот клуб.       Гён никогда этого не признает, но вины в ней становится всё больше. Сейчас они с Джеи мало об этом разговаривают. Гён знает, что это далеко не потому, что Джеи смирилась. Нет, она всё ещё зла. Гён видит это в каждом её взгляде, когда принимает очередной заказ.       Что самое ужасное, Гён понимает, что Джеи не злится на неё. Джеи злится на себя. Это заметно по искрящемуся от неё в воздухе напряжению и нервному постукиванию пальцев по столу. Подобное поведение ранит Гён, потому что вины Джеи здесь нет и никогда не было. Гён выбрала этот путь сама. Только вот Джеи не позволяет ей даже закончить предложение, когда эта тема поднимается вновь.       Можешь поговорить со мной об этом, когда соберёшься уйти оттуда.       «Когда», а не «если». Гён до сих пор помнит, как у неё скрутило всё, что только можно, после этих слов. Она даже не курила до конца дня. Тема с тех пор действительно больше не поднималась.       Ещё хуже, когда эта фраза всплывает в голове во время процесса. В этот момент прикосновения становятся слишком обжигающими, словно чужие руки покрыты горячим воском, воздух ощущается слишком сухим, а разум слишком отталкивающим. Пустота внутри растёт с геометрической прогрессией, разрывает на части, и Гён понимает слишком поздно, что достигла самого дна, а лестница расположена так высоко, что до неё не добраться.       Из-за этого Гён приходится искать отвлечение для отвлечения. Она хочет сказать Джеи, что та была права всё это время, но стыд, вина и гордость перевешивают здравый смысл. Гён молчит до сих пор.       По крайней мере, она точно знает, что в этом классе не она одна достигла дна. Ким Бомсу и У Сыльги определённо обошли её в этом. Вот только первая бывает на уроках редко, а наблюдать за ней нельзя – глаза вырвет. Но Гён хорошо лишь от одной мысли, что страдает она не одна. Даже если это неправильно, какая разница? Не то чтобы она говорит об этом вслух.       Не про Бомсу.       У Сыльги – иного рода фрукт. Номер один в школе, образцовая ученица, «питомец учителя». Видя её взаимодействия с отцом в классе, Гён думает, что одни женщины в доме – это прекрасно.       У Дохёк одновременно и самый обычный непримечательный мужчина, и жуткий, чересчур фальшивый семьянин. Гён иногда замечает что-то знакомое в том, как он разговаривает, как поглаживает щёку дочери и как взъерошивает её волосы.       Впрочем, может отцы и должны себя так вести? У самой Гён нет примера, да и у Джеи отец скончался до того, как Гён смогла увидеть их вместе в семейной атмосфере.       Проблема лишь в том, что действия Дохёка до дрожи знакомы. Так обычно говорят те, кто никогда не трогал Гён. Так прикасаются те, кому не разрешено к ней подходить.       Гён чувствует себя ужасно, когда в голове непроизвольно возникает вопрос:       Разве это не приятно, что ты не одна в этом всём?       Такие мысли трудно сдерживать в себе всё время. Но Гён помнит слова Джеи, поэтому однажды она задала ей вопрос с изменённой формулировкой:       – Как думаешь, он её бьёт? – Гён шептала Джеи на ухо, косясь на отца с дочерью у доски.       Реакция Джеи была мгновенной и ожидаемой.       – Что? – искреннее недоумение в голосе заставило Гён отступить.       Тогда она резко изменила тему, однако Джеи зацепилась за неприятный вопрос слишком сильно.       Со временем в привычку вошли переглядки Сыльги и Джеи. Гён думает, что зря задала тот вопрос. Эта тема больше никогда не всплывает, но, очевидно, Джеи не перестаёт думать о взаимоотношениях между Сыльги и Дохёком.       Гён даже не дразнит их за гляделки. Но однажды всё сдвигается с места само по себе. Гён думает, что рано или поздно это должно было случиться.       Она остаётся в классе и доигрывает раунд в игре, пока Джеи выбегает в уборную. Гён даже не обращает на это внимание, ровно как и на возвращение подруги в класс. Она со стоном бьёт рукой по столу, когда проигрывает. Джеи даже не вздрагивает.       – Я столкнулась с Сыльги в туалете, – в её голосе слышна какая-то новая интонация: потерянная, задумчивая. Гён не может определить точно.       – Впервые чем-то, кроме взглядов? – она впервые шутит на эту тему.       Отсутствие смеха ни капли не удивляет. Удивляет отсутствие реакции в целом.       – О чём вы говорили? – вопрос попадает прямо в цель – Джеи вздыхает и отворачивается.       На телефон Гён приходит уведомление от клиента о переносе времени. Как не вовремя. Джеи прекрасно его видит. Кён отклоняет предложение не глядя и по взгляду Джеи понимает, что сегодня она ничего не узнает. Гён уже ненавидит этого клиента. Что непонятного в понятии «свободна только в определённое время»?       Краем глаза она косится на Сыльги. Она выглядит более скованно, чем обычно, её глаза устремлены в пол и в них есть проблеск чего-то, похожего на гнев.       Боже, что ты ей сказала, Ю Джеи?       Гён знает, что не получит ответа. Она просто переводит тему. Как обычно. Однако Гён замечает, что до конца дня Джеи не может перестать бросать мимолётные взгляды на Сыльги. И Гён клянётся себе, что видит глубокий вздох, когда та выбегает из класса. Джеи всегда собирает вещи быстро, но сегодня она даже не застёгивает пенал.       Подруги прощаются у школьных ворот. Гён двигается в сторону клуба. Она слышит, как Джеи резко разворачивается и бежит в противоположную сторону. Гён не нужно оборачиваться, чтобы понять что к чему. Невероятно, Джеи и Сыльги впервые используют свой рот, а не глаза. Она придумает миллион шуток про них позже. Они будут добавлены к первому миллиону.       Гён проверяет время. Сегодня без опозданий.       В клубе как обычно шумно. Её встречают ярко-розовый свет, от которого невыносимо устают глаза, перешёптывания за спиной и въедливый концентрат чужих ароматов. Гён даже противно задумываться о том, что когда-то ей это нравилось. Она привычно принимает бокал шампанского от коллеги, потому что больше не может выносить это, будучи трезвой. Она отключает свой мозг заранее, чтобы к нужному моменту ей не пришлось ни о чём думать. Она располагается на диване в специально выделенной комнате и листает ленту в Инстаграме в ожидании. Гён рефлекторно тянется к карману на юбке.       Пусто. Гён недовольно цокает. Она забыла взять электронку Джеи.       Она не успевает проклясть свою жизнь в тысячный раз, когда в дверь дважды элегантно стучат. Клиенты обычно так не делают. Это укалывает лёгкой настороженностью.       Ручка двери дёргается, и Гён с трудом проглатывает желчь.       Это всего лишь ещё один день.       Ещё один раз.