Правила игры

Феликс не мог остановиться. Он чувствовал, что теряет контроль, и это сводило его с ума. Всё должно было пойти по его сценарию. Он давил на людей, ломал их, делал из них марионеток. Но Хван Хёнджин был другим. Он не боялся, не поддавался, не ломался. Казалось, что любые нападки Феликса только развлекали его. И тогда Феликс решил поставить точку.

****

В тот день вся школа собралась в спортзале. Турнир по баскетболу — событие, которого ждали многие. Феликс заранее продумал идеальный план. Всё было рассчитано до мелочей. В тот момент, когда Хёнджин получил мяч и рванул вперёд, один из парней из команды Феликса «случайно» поскользнулся рядом с ним, задевая его ногу. Почти одновременно другой игрок, делая вид, что пытается перехватить мяч, толкнул Хёнджина в спину. Всё выглядело как несчастный случай – ловкий, идеально поставленный. Хёнджин потерял равновесие и рухнул на пол, больно ударившись плечом. Толпа ахнула. Кто-то засмеялся. Кто-то вскрикнул. Но настоящий удар был впереди. Феликс подготовил видео. Запись из раздевалки, где на фоне слышался чей-то разговор про «нечистую» семью Хёнджина, про слухи о его отце. Вырванные из контекста фразы, ловко смонтированные, чтобы выставить Хёнджина наследником криминальной империи. И вот, пока он поднимался с пола, огромный экран в зале ожил. Видео запустилось. «Говорят, его семья — настоящие преступники...» «Он сам не чист...» «Опасный... » Первые секунды в зале повисла тишина. Кто-то замер с открытым ртом, кто-то скользнул взглядом в сторону Хёнджина. Несколько человек сразу достали телефоны – одни записывали, другие писали сообщения. В дальнем углу кто-то хмыкнул. Кто-то, наоборот, побледнел. Толпа колебалась – и именно этого добивался Феликс. Но Хёнджин не выглядел потрясённым. Он медленно поднялся на ноги, стряхнул с себя пыль и усмехнулся. — Ты серьёзно? — Хёнджин поднял взгляд на экран, потом перевёл его на Феликса. Уголки его губ дрогнули. — Это твой коронный удар? Жалкое, блядь, зрелище. Феликс почувствовал, как по спине пробежал холод. Что-то в этом взгляде было не так. И тут Хёнджин сделал шаг вперёд. — Хорошо, — сказал он негромко, но его голос прозвучал в зале отчетливо. — Значит, играем без правил, ублюдок.

****

Следующее утро началось с неожиданностей. Вся школа говорила о Феликсе, но уже не как о лидере. Где-то ночью кто-то слил в сеть видео — настоящие записи с камер школьных коридоров. Чёткие кадры того, как дружки Феликса открывают рюкзак Хёнджина, подсыпают в бутылку что-то, подстраивают «несчастные случаи». Но самое интересное было дальше. Кто-то разослал администрации школы копии переписки Феликса и его дружков. Подробные сообщения о том, как именно они подстраивали ловушки. Как обсуждали планы. Как смеялись над тем, что никто не сможет им ничего сделать. Феликс не мог поверить в происходящее. Он судорожно листал телефон, но сообщения шли сплошным потоком – одноклассники пересылали друг другу доказательства, обсуждали его в чатах. В коридоре он услышал, как кто-то хмыкнул: — Ну и кто теперь марионетка? Он резко обернулся, но никто не встречался с ним взглядом. Впервые за долгое время его не боялись. Он понял, что случилось. Хёнджин не просто терпел. Он собирал улики. Ждал момента, когда сможет нанести удар. И этот удар оказался сокрушительным. Администрация вызвала Феликса в кабинет директора. Его дружки избегали его взглядов. В коридорах шептались. Больше никто не смеялся над Хёнджином. Больше никто не боялся Феликса. Но худшее ожидало его впереди. После школы, когда он направлялся к выходу, воздух был прохладным, вечернее солнце бросало длинные тени на школьный двор. Феликс вышел за ворота и остановился как вкопанный. Хёнджин стоял у стены, скрестив руки, и медленно выдыхал дым сигареты. Он выглядел расслабленным, но в его взгляде не было ни капли безразличия. — Ты думал, что можешь ломать людей и не отвечать за это, ублюдок? — его голос был тихим, но в нём скользила ледяная угроза. Феликс сжал кулаки. — Ты думаешь, что победил? — его голос сорвался. — Это ещё не конец! Хёнджин усмехнулся. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними. — Ты уже проебался, — тихо сказал он, и его взгляд пронзал, как лезвие. — Ты просто ещё этого не понял. Феликс сглотнул. Впервые за долгое время он почувствовал, что боится. Теперь он понимал: он связался не с тем, блядь, человеком.